Обреченные

Трек - Phantogram — Black Out Days

Истошный крик разбудил Николь посреди ночи, и она резко подскочила на кровати, пытаясь понять, откуда доносится звук. Истеричные рыдания то затихали, перерастая в жалкие поскуливания, то разрастались с новой силой. Эхо пустого коридора разносило крики по всему этажу, поэтому найти источник звука было невозможно. Девушка встала с кровати и, буквально скользя по полу, пересекла комнату. Не успела она дернуть ручку, как рядом послышался вполне отчетливый хлопок двери, и быстрые мужские шаги направились куда-то по коридору. Николь замерла, прислонившись ухом к разъему в стене. Спустя пару минут, рыдания затихли, но обратно никто не возвращался. Постояв так еще немного, девушка вернулась в кровать. Решив, что обязательно поговорит об этом с ребятами утром, она глубоко вздохнула, накрываясь легким одеялом. Наверняка остальные тоже слышали странные звуки. С этими мыслями она устало закрыла глаза.

***
Джереми бежал по лесу, уворачиваясь от еловых веток, беспощадно хлещущих его по лицу. Тонкий джемпер давно промок от дождя, льющего с неба сплошной стеной. Одежда неприятно липла к худому дрожащему телу, но он продолжал бежать, постоянно оглядываясь назад. Где-то вдалеке отчетливо слышались голоса монстров, вышедших на охоту этой ночью. Дыхание сбилось, а простуженное горло саднило от каждого глотка морозного воздуха. Картинка перед глазами плыла, и парнишка не заметил торчащую из земли корягу, зацепившись об нее кроссовкой. Пытаясь удержать равновесие, Джереми замахал руками, стараясь за что-то схватиться, но, запутавшись в собственных ногах, упал на землю, больно ударившись коленом. Дикий смех монстров приближался, пугая его еще сильнее. Он попытался встать, но стертые до дыр подошвы предательски скользили по размокшей от дождя земле. Джереми снова упал, испачкав руки в холодной коричневой жиже. Пугающие голоса послышались уже совсем рядом — от безысходности хотелось разрыдаться, но животный страх блокировал любые другие эмоции, заставляя парнишку буквально трястись от ужаса. За спиной хрустнула ветка, затем еще одна, и Джереми увидел грязный черный ботинок прямо перед его лицом. Подняв обреченный взгляд наверх, он столкнулся с темными глазами, горевшими бешеным огнем. Они окружили его — шансов на спасение больше не было. Тот, что стоял к нему ближе всех, присел на корточки, грубо хватая Джереми за шею. Кажется, его звали Том.

— Ну вот ты и попался, птенчик, — прошептал он, скаля зубы.

Компания громко загоготала, еще больше пугая и без того трясущегося мальчишку.

— Ну зачем же ты от нас убегал, милый? — с хищной улыбкой пропело чудовище, царапая ногтями нежную кожу на шее Хейза.

Они играли с ним. Охотники догоняли жертву, доводя ее до полуобморочного состояния. Они наслаждались устроенным шоу, упиваясь своим превосходством. И сейчас эта игра подходила к концу. Жертва загнана в угол. Адреналин в крови зашкаливает. Осталась лишь финальная сцена — и занавес.

— Не надо, — проскулил Джереми сорвавшимся голосом, глотая катившиеся по щекам слезы, — прошу, не надо, не трогайте, — его руки дрожали, а сердце билось с бешеной скоростью.

— Ну как же не надо, — наигранно приподнял брови Том, — нам же так весело играть вместе, правда, птенчик?

Парнишка истерично замотал головой, прикрывая заплаканные глаза перепачканными руками. Он знал, что это его не спасет, но сил ни на что другое просто не оставалось.

— Что, тяжело, когда братика нет рядом, да, малыш? — спросил кто-то за спиной Джереми, и вся компания одобрительно загудела.

На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая только шумом непрекращающегося дождя. Небо словно плакало вместе с мальчишкой, скорчившимся на холодной сырой земле в ожидании своей участи.

— Что-то мы затянули, парни, — резко выкрикнул Том, — так весь запал растеряем, — он поднялся на ноги, давая команду остальным.

Первый удар пришелся по ребрам, выбивая из мальчишки болезненный стон. По инерции он перевернулся на бок, ловя еще один не менее сильный пинок под грудь. Пытаясь поймать ртом воздух, Джереми согнулся, окунувшись лицом в грязь. Кто-то сзади схватил его за белоснежные волосы, со всей силы дернув наверх. Теперь полностью открытое и ничем не защищенное лицо было задрано к небу. Мальчишка посмотрел на сгустившиеся серые тучи, мысленно молясь о том, чтобы это поскорее закончилось. Но чуда не произошло, и он почувствовал удар чего-то тяжелого, а затем адскую боль в области переносицы. Кровь хлынула рекой, заляпав хлопковый джемпер. От стального привкуса во рту начало мутить, но парень уже не обращал на это внимания, получая очередную серию ударов по спине. Он заходился в истерике от страха и боли, глотая мутноватую жижу из крови и слез. Горячие соленые дорожки на щеках прожигали кожу, а измученное тело содрогалось в конвульсиях. Звон в ушах достиг такого уровня, что мальчишка не слышал ничего, что происходило вокруг. Джереми почувствовал тяжесть на плечах, словно кто-то давил на него сверху. Пытаясь набрать кислород, парнишка сделал глубокий вдох, но легкие так и остались пустыми. Он судорожно втягивал ноздри, все еще продолжая задыхаться. Когда тело начало постепенно обмякать, Джереми почувствовал, как тяжесть на спине усиливается, и, пытаясь стряхнуть чужие руки, из последних сил дернулся назад, открывая глаза. Наконец прозрев, он увидел брата, сидящего рядом на кровати и тормошащего его за плечи.

— Джер, ты меня слышишь? Джер? — перепуганное лицо старшего Хейза нависло прямо над ним.

Младший все еще не мог прийти в себя, хватая воздух ртом.

— Джер, ответь мне, ну же, — без остановки твердил Макс, заглядывая в глаза брату, — это был сон, просто сон, слышишь?

— Ты... ты пришел, — только и смог ответить младший, протягивая трясущиеся руки к близнецу.

Макс замер на месте, не зная, как помочь Джереми, но тот уже сам прижался к родному телу брата, обвивая его руками. Почувствовав защищенность, он сделал глубокий вдох, зарываясь носом куда-то в шею.

— Ну все, — Макс прикоснулся к пушистой макушке, приглаживая растрепанные волоски, — ты в Академии, рядом я — все в порядке.

Джереми не слушал его, молча наслаждаясь объятиями сильных рук самого дорогого человека.

— Снова Том, да? — тихо спросил Макс, пытаясь заглянуть брату в глаза. Тот неохотно оторвался от тела старшего и закивал, нервно щелкая пальчиками.

— Эй, ну чего плачешь? Все же хорошо, — Джереми даже не заметил, что слезы продолжали литься из глаз нескончаемым потоком. Он попытался вытереть лицо рукавом пижамы, но только размазал соленые дорожки по щекам.

— Он снова это делал, — еле слышно заговорил младший, — снова тот лес, снова я убегаю, снова они догоняют и снова все это... — его голос сорвался на полуслове.

Макс немного помолчал, смотря куда-то вдаль.

— Это из-за того, что случилось прошлым вечером? — спросил он, — это из- за драки ты опять окунулся в это дерьмо?

— Наверное..., — пожал плечами парнишка, — ты же знаешь, что я не переношу всего этого, — он опустил голову, разглядывая белую простынь.

— Знаю. Я это знаю.

Они просидели в тишине еще несколько минут. Умиротворенная обстановка успокаивала Джереми, а рядом с братом всегда становилось легче, словно все проблемы мира испарялись при виде сильного и спокойного Хейза. Конечно, это была лишь иллюзия, но иных способов они не знали.

— Ладно, тебе вроде уже лучше, я пойду. До подъема еще четыре часа, нам обоим нужно выспаться, — произнес старший, вставая с кровати.

— Стой! — испуганно крикнул Джереми, подскакивая с места.

Макс обернулся, вопросительно смотря на близнеца. Тот заметно стушевался.

— Останься, — все же прошептал младший, виновато отводя глаза в сторону, — пожалуйста, не уходи. Я понимаю, что это странно, и я понимаю, что...но все равно... пожалуйста, — невнятно залепетал парнишка.

Макс завис, окинув брата нечитаемым взглядом. Вероятно, мысли крутились в его голове, как шестеренки, но лицо оставалось нечитаемым. Простояв еще с полминуты, Хейз резко развернулся и направился к двери. Младший дрогнул всем телом и, разочарованно выдохнув, стыдливо потупил взгляд. Да, предложение изначально было глупым — вряд ли Максу приятно находится в компании болезненного, проблемного и шугающегося от каждого шороха братца, но хотя бы попытаться стоило.

Старший проверил дверь, запирая ее на внутренний замок, и молча вернулся к кровати. Джереми поднял на него неверящий взгляд, мгновенно просияв.

— На кровати вдвоем тесно, я сяду на полу, — буркнул Макс, устраиваясь у изголовья, — спи, Джер.

Младший опустил голову на подушку, почти полностью закутываясь в одеяло.

— Тебе там не холодно? — ласково прошептал парнишка, все еще не веря, что тот согласился остаться.

— Спи.

Джереми лишь закатил глаза на ворчание брата. Он завозился, поудобнее устраиваясь на кровати. Наконец в комнате повисла тишина. С небольшой опаской мальчишка протянул руку вперед, свешивая ее вниз. Недолго пошарив в темноте, он нашел руку брата, аккуратно уложив ее на одеяло. Словно в забытье, он переплел его пальцы со своими и, довольно улыбнувшись, провалился в глубокий сон.

***
Утренняя тренировка длилась уже больше часа — Клиффорд выжимал из группы все соки, желая добиться положительных результатов. Голова Николь раскалывалась от постоянного использования своих способностей, но, сколько бы девушка ни старалась, повторить этот трюк, не глядя напарнику в глаза, не получалось. Она то и дело оглядывалась на Клиффорда, пытаясь уловить хоть каплю разочарования, но тот оставался спокоен, словно этот вопрос совершенно его не волновал.

Наконец капитан дал отбой, завершая затянувшуюся тренировку. Он приказал команде сложить костюмы и присесть на пуфы. Через пару минут, когда все переоделись в повседневную одежду, Гарет вышел на центр зала.

— Я знаю, как вы устали, и, поверьте, прекрасно вас понимаю, — начал он неизменным тоном, — я вижу, что дело сдвинулось с мертвой точки, но этих результатов пока недостаточно.

Команда разочарованно вздохнула, понимая, что Клиффорд прав. Одно дело — тренироваться в зале, другое же — встретиться с реальной опасностью.

— Последние несколько дней вы безвылазно пробыли в Академии. Это отражается и на вашем состоянии, и на вашем поведении, — капитан многозначительно посмотрел на парней, обводя пристальным взглядом синяки и ссадины, проступившие на их лицах.

— Возможно, отсутствие самых банальных вещей из вашей прежней жизни сильно давит на вас, не давая работать в полную силу. Поэтому вчера, посоветовавшись с другими кураторами, мы решили выделить вам один свободный вечер, — группа заметно оживилась, кидая заинтересованные взгляды друг на друга, — после обеда у вас будет возможность выйти из Академии и провести время за ее пределами. Чем занять этот вечер — решать только вам. Единственное условие: ни в коем случае не разделяться. Отдыхать придется вместе. Либо так, либо никак, — завершил Клиффорд, делая акцент на последнем слове.

После этого часть группы заметно поникла — проводить время в компании друг друга хотели не все. Но это именно то, что было нужно Николь. Они переглянулись с Максом, и парень понимающе кивнул, уловив мысль Дэвис.

— Если все все поняли, тогда можете отправляться в свои комнаты. В 17:00 встречаемся на первом этаже, — сообщил капитан, расставляя тренировочный реквизит по местам.

Группа медленно поплелась на выход: каждый думал о предстоящем вечере. Наверняка многие хотели бы увидеться с людьми, с которыми их насильно разлучили несколько дней назад. Но навещать чужих друзей и близких у участников команды в планы явно не входило.

***
 
Время тянулось, словно резина: Николь буквально отсчитывала минуты до назначенного времени. Никаких собственных планов на вечер не было, ей просто хотелось отдохнуть от стен Академии, которые уже заметно начинали давить на психику.

Когда стрелка часов приблизилась к пяти, девушка подошла к шкафу, разглядывая гардероб. Отсутствие четкого понятия, где и как они проведут эту субботу, затрудняло выбор наряда. Решив остановится на чем-то универсальном, Николь сняла с вешалки узкую бордовую водолазку и простые темные джинсы. Дополнив образ крупной цепочкой и небольшими сережками-гвоздиками, прикрытыми черными прядями распущенных волос, она натянула массивные ботинки в тон водолазки и спешно вышла в коридор.

На первом этаже успела собраться часть группы, и некоторые уже во всю обсуждали предстоящий вечер. Кристофер стоял в стороне, подпирая стену, и игрался с металлическими перстнями на пальцах — происходящее его не интересовало. Зацепившись взглядом за яркое пятно в виде разноцветной куртки, Николь заметила интересную деталь, которая раньше была скрыта от постороннего взора: абстрактные узоры обвивали шею парня, сходясь на груди, словно ожерелье. В основном девушка видела Мальтизерса в тренировочном костюме, плотно прикрывающим большую часть тела, или в однотипных толстовках, но свободная майка без рукавов давала возможность повнимательнее рассмотреть татуировку. Почувствовав на себе чей-то изучающий взгляд, Крис поднял глаза на Николь, но та, ничуть не смутившись своего беспардонного разглядывая, спокойно поприветствовала парня кивком головы и присоединилась к группе. Спустя пару минут в коридоре появились последние участники — братья Хейз.

— Ну что, есть варианты, где провести ближайшие пару часов? — Макс выглядел довольно бодро, чего нельзя сказать о младшем. Николь еще на утренней тренировке заметила его покрасневшие глаза и припухшие веки. Джереми держался рядом с братом, не отходя от него ни на шаг.

— Не знаю, как вы, — откликнулся Адам, — но я планирую знатно оторваться. Бар-клуб «Оракул» — думаю, слышали.

Предложение казалось заманчивым. Разговорить подвыпившую компанию было бы гораздо проще, поэтому Николь проголосовала в поддержку Кинга.

— Ненавижу клубы, — подал голос Мальтизерс, отлипая от стены.

— А тебя никто не спрашивает, — отрезал Адам, довольно скалясь, — если забыл, то разбредаться нам запретили, поэтому либо ты идешь с нами, либо остаешься здесь.
 
Кристофер лишь усмехнулся в ответ на грубость, но Николь кинула на него многозначительный взгляд. Его присутствие при разговоре было необходимым условием, поэтому бросать парня в Академии не лучший вариант. На лестнице послышались шаги, и через мгновение на первый этаж спустился Клиффорд. Он проверил присутствие каждого.

— Ну что ж, раз все в сборе, тогда можете выдвигаться. Надеюсь, все помнят, о чем я говорил на тренировке? — команда кивнула в знак подтверждения. — Отлично. Тогда последнее напоминание для вас: Академия закрывается ровно в 23:00, поэтому вы должны быть здесь не позднее, чем за полчаса до указанного времени. Всем все понятно?
Услышав единогласное «да», капитан облегченно выдохнул.

— Проведите время с пользой. Надеюсь на ваше благоразумие, — устало улыбнулся Гарет. На этих словах он удалился.

— Ну что ж, не будем тратить драгоценные минуты, — довольно кинул Лукас, открывая массивные двери.

Дорога до клуба заняла всего пятнадцать минут, поскольку Академия и «Оракул» находились в самом центре Эстерна. Большую часть пути группа молчала, лишь Адам и Лукас изредка перекидывались незначительными фразами. Подойдя к заведению, Николь уставилась на мерцающие фиолетовые вывески. Здесь она была лишь раз, когда праздновала успешное собеседование.

Показав охраннику паспорта, молодые люди вошли в клуб. Народа было достаточно мало, но это лишь вопрос времени: днем это место напоминало обычный бар, а ближе к вечеру здесь собиралось огромное количество желающих потанцевать в шумной компании. Просторное светлое помещение привлекало любителей жарких вечеринок, а рельефные стены, выполненные из окрашенной в пурпурный цвет штукатурки, отлично подходили под антураж заведения. Посреди танцевального зала висел огромный зеркальный диско-шар, пока что не подающий никаких признаков активности. В целом, местечко казалось довольно приятным, а прожекторы, обволакивающие зал легкой розоватой световой вуалью, добавляли «Оракулу» нотку загадочности.
Выбрав большой стол у окна, молодые люди приземлились на кресла, пододвигая к себе меню. Молча выбрав любимые блюда и заказав по несколько коктейлей, они принялись ждать заказ. Тишина начинала напрягать, и Макс попытался разрядить обстановку:

— Мы так и будем молчать? Я, конечно, понимаю, что вы бы все деньги мира отдали за то, чтобы оказаться здесь совершенно другой компанией, но, как видите, выбора нам не предоставили, — он укоризненно оглядел присутствующих, пытаясь отыскать в глазах хоть толику понимания.

— Вечер только начался, а ты мне уже настроение портишь, — поморщился Адам, — для начала я выпью, а потом уже наши дружеские беседы и все остальное. А то на трезвую голову разговаривать с вами не самое приятное удовольствие.

— Взаимно, — улыбнулась Николь.
Заказ принесли довольно быстро, и группа, уже успевшая соскучиться по любимым блюдам, приступила к ужину. Время тянулось как резина, да и выпитые коктейли не возымели никакого эффекта. Когда с едой было покончено, Лукас вдруг подал голос:

— Сладкий, а ты чего не пьешь? — обратился он к Мальтизерсу. — За здоровье переживаешь, или компания не по душе?
Желание проголосовать за второй вариант было велико, но Кристофер лишь пожал плечами.

— Я пью только крепкое, — безразлично ответил он.

Лукас с вызовом посмотрел ему в глаза, сделав взмах рукой в сторону зала.

— Официант, — обратился он к подошедшему молодому человеку, — нам бутылку бурбона. На ваш вкус, — тот сделал пометки в своем блокноте и быстро удалился.

— Ну и зачем? — Агнес нахмурилась.

— Как зачем? Мы отдыхать собрались или что? — удивился Адам, хлопая девушку по плечу, — не кисни, все будет отлично.

Та лишь глубоко вздохнула, ничего не ответив.

Литровую бутылку «The last survivor» принесли уже через пару минут: не самое лучшее пойло, но выбор был невелик. Спасибо Уэстерну, что хоть сухой закон не додумался ввести, оставив губительные прелести прежней жизни неизменными, хоть и под новыми марками.

Адам сразу же разлил алкоголь по бокалам, пододвигая их на центр стола. Молодые люди, не чокаясь, залпом опустошили содержимое.

— Ну вот теперь можем и поговорить, — довольно протянул Адам, стирая каплю виски с чуть покрасневших губ.

Макс и Николь переглянулись, не ожидая такого подарка судьбы. Решив воспользоваться подвернувшимся шансом, Хейз начал первым:

— Надеюсь, все понимают, в каком положении мы находимся, поэтому попрошу меня выслушать, — увидев несколько заинтересованных взглядов, он продолжил, — многие из нас заочно знакомы друг с другом, и ни для кого это не секрет. Я не прошу вас становиться друзьями, и сам к вам в душу не лезу, но то дерьмо, которое происходит сейчас, пора прекращать. Вы все взрослые люди, и должны понимать, что на взаимной ненависти мы далеко не уедем. Я прошу лишь об одном: оставьте все свои обиды в прошлом, иначе будущего может не наступить ни для кого из нас, — зафиналил парень, выжидающе оглядывая присутствующих.

За столом повисла минутная тишина. Обстановку разбавляла только легкая музыка, играющая на фоне.

— Ну ты и сопли развел, конечно, — отозвался Лукас, скользя пальцами по бокалу.
Макс разочарованно выдохнул.

— Это будет сложнее, чем я предполагал, — тихо прошептал он, потирая переносицу.

— Ой, да никто ни к кому ненависти не питает, не драматизируй, — вступил в разговор Адам, — а вообще, в чем-то ты прав. Не все из нас смогут справиться поодиночке, если будет такая необходимость, — по его лицу стало понятно, что себя он в этот список точно не включает.

— Предлагаю начать все с чистого лица, — неуверенно отозвалась Агнес, — если у кого-то есть вопросы к любому из нас, можете задавать их прямо сейчас.

Николь мысленно усмехнулась. В последнюю их встречу никто не спешил давать ей внятные ответы, оставив девушку наедине со своими догадками. Сейчас все это казалось бессмысленным: слишком много времени прошло, слишком многое изменилось. Ворошить прошлое не хотелось — проще было оставить все так, как есть. Дружеские отношения уже не вернуть, а бередить и без того с трудом зажившие раны не возникало никакого желания.

— У меня вопросов нет, — ровным тоном ответила Николь, откидываясь на спинку дивана.

— Аналогично, — кинул Лукас, разливая вторую порцию бурбона. Адам лишь кивнул, отказываясь от каких-либо претензий.
Макс спокойно выдохнул, радуясь такому исходу событий. Он взял в руки уже полный бокал и произнес:

— Тогда выпьем за команду, — парень привстал с места, потянувшись к середине стола. Остальные повторили за Хейзом и, чокнувшись с каждым по очереди, осушили бокалы.

Время приближалось к девяти, и народ начинал постепенно подтягиваться. Николь заметила, как в клуб зашла компания из шести человек, усаживаясь недалеко от их столика. Лицо одного из парней показалось ей смутно знакомым, но вспомнить никак не получалось, поэтому, решив не заострять на этом внимание, она отвернулась обратно к своей команде. Бутылка бурбона почти опустела. Алкоголь ударил в голову, поэтому выстраивать общение стало гораздо проще.

— Слушайте. А как ваши семьи отреагировали на призыв в Академию? — поинтересовался Лукас, приглаживая золотистые волосы.

— У моей матери истерика случилась. Я ее по телефону три часа успокаивала, — грустно ответила Агнес, — она на встрече с Клиффордом раз десять наши законы прокляла.

— А ты единственный ребенок в семье? — поинтересовался Джереми. Та коротко кивнула.

— Ее можно понять. Она переживает за тебя, боится потерять...— задумчиво протянул младший Хейз.

— Мне отец ничего не сказал, — небрежно кинул Адам, наливая себе очередной бокал, — я только потом от капитана узнал, что он с ним встречался. Попросил глаз с меня не спускать. Короче, все в его стиле.

Николь отвлеклась на посетителей, уже во всю веселящихся на танцполе, Половина разговора пролетела мимо ее ушей, но зацепившись за брошенную кем-то фразу, она удивленно подняла брови:

— Ваши родители разговаривали с Клиффордом?

— Ну я со своими давно не общаюсь, — безразлично пожал плечами Лукас, — а вот их, — он указал пальцем на друзей, — устраивали встречу. Ну или Гарет сам все организовал, этого уж я не знаю.

— Клэр Дэвис тоже наверняка пообщалась с капитаном. Вы с ней это разве не обсуждали? — удивилась Агнес, заглядывая в глаза Николь.

Девушка на мгновение замерла, пытаясь понять суть вопроса. С Ричардсон они дружили с самого детства, поэтому во время обучения в школе, их семьи довольно тесно общались. Слишком много событий прошло с того времени, слишком много...
Быстро сморгнув, Николь посмотрела на Агнес, собираясь с мыслями.

— А? Да, да, она рассказывала. Просто у вас решила поинтересоваться... — скомкано бросила девушка, поправляя волосы.
В зале становилось душно, народ только прибавлялся. Чтобы расслышать друг друга, приходилось почти что кричать. Решив немного проветриться, Николь встала с места, кинув остальным, что скоро вернется, и направилась к выходу из клуба.

Улица встретила ее неприятными порывами ветра, задувающими прямо под одежду. Покрасневшие от алкоголя щеки покалывало от резкого перепада температур. Девушка посильнее укуталась в темный плащ и спустилась вниз по ступенькам. Сзади послышались шаги, и Николь увидела уже знакомую куртку Макса. Тот встал рядом с девушкой, облокачиваясь спиной о перила.

— Чего так резко убежала? — он достал новую пачку сигарет.

— Опять будешь курить? Серьезно? — фыркнула Николь, отворачиваясь в противоположную сторону. Запах табака она не переносила.

— Ты не ответила, — подметил Хейз, игнорируя бессмысленный вопрос.

— Подышать захотелось, — пожала плечами девушка.

Макс громко хмыкнул, чиркая колесиком старой зажигалки.

— Ага, — ответил он, — а теперь еще раз и без вранья.

Девушка сердито уставилась на Хейза, безмятежно выдыхающего струйку дыма. Его пытливость раздражала, но Николь знала — Макс был прав. Уже очень давно она не слышала имени своей мамы. Одно упоминание о ней буквально выбило девушку из колеи.

— Они родителей обсуждали, — после недолгого молчания все же ответила Николь, — я своих не видела уже четыре года. За день до трагедии их отправили в командировку, в Германию. Они работали вместе, отец был руководителем, мама — его помощником.
Девушка замолчала. В голове всплыли образы родителей, сидящих на кухне воскресным утром. Будучи еще маленькой, Николь всегда радовалась совместным выходным, проведенным дома в кругу семьи.

Сморгнув непрошенное ведение, она подняла взгляд вверх, рассматривая серые облака:

— В общем, из этой командировки они так и не вернулись, — пожала плечами Николь, не зная, что еще добавить.

Макс молча докурил сигарету и выкинул бычок в грязную урну.

— Жалеть не буду, — произнес парень, — не умею. Я сам из детдома, полжизни там с братом провели. Мне тяжело понять, каково тебе, потому что я к своим родителям никаких теплых чувств не питаю, — он резко дернув молнию, застегивая куртку.

— Мамаша бросила отца, укатив за лучшей жизнь хрен пойми куда. Даже записку не оставила, — хмыкнул парень, тоже поднимая глаза к небу, — ну а папаша недолго продержался. Все по началу хорошего отца из себя корчил, наставления какие-то давал. А потом, в один прекрасный день, просто отвез нас в детдом, наказав хорошо учиться и быть послушными мальчиками, — на его лице появилась горькая улыбка, скрываемая от чужих глаз высоким воротником.

— Ладно я. Со мной ничего не случится. Но Джер... он всегда был слабым, даже болезненным. Родился на девятьсот грамм меньше нормы, еле дышал тогда. Все детство был тощим, все болячки домой приносил. Да и проблем с ним не оберешься. Такое ощущение, что он неприятности, как магнитом притягивает. Может, это тоже на уход матери повлияло, не знаю, — Макс говорил спокойно, но в голосе сквозила обида за брата, — все время, что мы в детдоме пробыли, спасать его постоянно приходилось. Не знаю, с чем это связно, но люди его нормально воспринимать не могут, — пожал плечами Хейз.

Слушать чужие откровения всегда легко, но вот что ответить — никогда не знаешь.

— Мне твой брат нравится, — грустно улыбнулась Николь, — я хоть с ним еще толком не успела близко пообщаться, но и так же видно. Он светлый такой, почти невинный.

— Это потому что ты нормальная, Ник, — парень посмотрел ей в глаза, словно ища в них подтверждение своих слов. — В таких ситуациях люди делятся лишь на два типа. Одни хотят это светлое и невинное сохранить, уберечь от окружающего мира, а другие жаждут это сломать, изувечить. Не могут они кого-то лучшего рядом терпеть, не дает им покоя этот свет.

На улице постепенно темнело. Очередь в клуб увеличивалась. Рядом терлись молодые люди, пытаясь пройти фейсконтроль. Подул очередной порыв холодного ветра, пронизывая Николь до костей. Макс резко оттолкнулся от перил, наклоняясь к девушке:

— Ну что стоишь, нюни развела? Пошли обратно, — парень подтолкнул Николь к лестнице. — Я твой плащ идиотский в следующий раз на куски порежу.

Девушка недовольно поморщилась, поднимаясь наверх. Дернув ручку, она зашла в помещение, отогревая закоченевшие руки. Подойдя к своему столику, Николь упала на диван, откидываясь назад.

— Что-то долго вас не было, — обеспокоено обратился к девушке Джереми.

— Твой брат слишком много курит, — улыбнулась та, подливая бурбон себе в бокал.
Только сейчас девушка заметила, что на столе стояла уже вторая бутылка «The last survivor», а большая часть компании значительно охмелела. Адам танцевал в центре зала, прокручивая в воздухе руку незнакомой девушки. Остальные что-то бурно обсуждали за столом, и даже Макс успел влиться в разговор. Тут на плечо Николь легла мужская кисть, и к их диванчикам подошел тот самый парень, которого девушка заметила еще час назад.

— Привет, ребят! Я Филл, — весело улыбнулся он, протягивая руку через стол и знакомясь с каждым по очереди, — вы же тоже из Академии сюда отдохнуть пришли?

Лукас кивнул головой, отвечая сразу за всех.

— Нас тоже куратор на вечер отпустил, а в Эстерне не так уж много хороших мест для развлечения, — объяснил парень, опираясь руками на стол, — вы из какой группы?

— Из первой. Которая основная, — ответил Макс.

— Оооо, да ладно, — удивленно протянул тот, — смертники, получается. Сочувствую.

— А ты из какой? — Мальтизерс недоверчиво разглядывал смазливую мордашку паренька.

— Из третьей. На границе стоять будем, когда вся эта шумиха начнется.

— Ну тоже не курорт, — подметил Макс.

Тот кивнул, принимая очевидный факт.

— Слушай, — обратился Филл к Николь, — я чего подошел-то. Не хочешь пойти потанцевать? Все-таки на один день нас отпустили, нужно использовать все возможности, — парень мило улыбнулся, подавая ей руку.

Девушка на миг засомневалась, но с досадой вспомнив, что вечер уже подходил к концу, а на танцпол она так и не вышла, Николь, поднялась с места. Кинув взгляд на остальных, она заметила, как Крис приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же осекся, поджав губы. Пара прошла в центр зала, и Филл, попросив подождать пару секунд, подбежал к стойке ди-джея. Музыка тут же сменилась на какой-то неизвестный медляк, и парень вернулся к девушке, ловко обхватывая ее за талию.

— Я думала, ты подергаться хочешь...

— Надоело уже, — отмахнулся он, медленно переступая ногами.

Свет в зале перестал хаотично скакать по стенам, сменяясь на мягкое серебряное мерцание. Уставшие и изрядно выдохшиеся посетители без стеснения разбились по парам, наслаждаясь небольшой передышкой.

— Не расскажешь, какая у тебя способность? — тихо поинтересовался парень, наклоняясь ближе к уху Николь.

— Телепатия, — ответила девушка, немного отодвигаясь назад.

— Воу, теперь понимаю, почему тебя в первую группу отобрали, — улыбнулся Филл, — у меня чуть попроще: увеличенный индекс силы. Наверное, поэтому на границу и поставили.

— Тоже неплохо, — согласилась Николь.

Пара двигалась по кругу, и девушка успела заметить недовольные глаза Мальтизерса, внимательно наблюдающие за ней. Парень смотрел, не отрываясь, и даже уловив ответный взгляд девушки, он не отвернулся, продолжая сканировать пару. Сделав в голове пометку, мысленно приписывая парню очередной минус, Николь отвлеклась на Филла. Они уже пару минут кружились на месте, а песня все не кончалась. Руки парня, до этого момента спокойно лежавшие на талии, медленно поползли вниз. Девушка небрежно сбросила их, возвращая обратно. Тот лишь ухмыльнулся, притягивая Николь вплотную.

— Филл, — строгий голос диссонировал с приятной мелодией на фоне.

Парень наклонился к ее уху и вкрадчиво прошептал:

— У нас есть один вечер полной свободы, неужели не хочешь оторваться по полной? Это всего лишь предложение...— его губы касались мочки уха, вызывая у Николь волну раздражения.

— Не хочу, — отрезала она, отодвигаясь от парня как можно дальше.

Будто не замечая ее реакции, Филл продолжал давить, силой сжимая талию. Не выдержав, девушка грубо оттолкнула его и развернулась к столикам, но парень тут же перехватил ее руку, заставляя посмотреть ему в глаза.

— А тебе вообще парни нравятся, а, Николь? — прошипел он, хитро прищурившись.
Окинув его холодным взглядом, Дэвис с невозмутимым лицом отрезала:

— Конкретно ты — нет, — и с этими словами, выдернув руку из цепкого захвата парня, она вернулась к своему столику.

Несмотря на неплохое начало вечера, настроение было окончательно испорчено. Ее выдержки хватило на то, чтобы спокойно поставить Филла на место, но теперь в груди образовался комок злости, разрастающийся с каждой минутой.

— Я в Академию, — бросила она, на ходу надевая плащ.

— Клиффорд просил не разбредаться, — крикнул Макс, но девушка его уже не слышала. Преодолев несчастные метры до спасительной двери, она вышла на улицу, вдыхая свежий воздух полной грудью.

— Самонадеянный придурок, — прошипела девушка, уже направляясь в сторону Академии.

На улице ощутило похолодало, поэтому она ускорила шаг, полностью погрузившись в свои мысли. Неумение достойно принимать отказы — еще одно качество, которое Николь ненавидела в людях. Удивившись тому, что в последнее время она стала чересчур эмоциональной, девушка пришла к выводу, что тренировки забирают слишком много сил и нервов. Наконец, более или менее успокоившись, Николь выдохнула, замедляя шаг. Девушка оглянулась по сторонам, и ее сердце пропустило удар.

Она не знала, где находится.

— Черт, только не это, — испуганно прошептала она, пытаясь разглядеть в темноте хотя бы название улицы.

Такого не случалось уже очень давно. Буквы на редких сверкающих вывесках начинали двоиться в глазах, сливаясь в единую грязную палитру из непонятных названий и слоганов. Сейчас, в тишине ночной осенней улицы, девушка могла расслышать даже шорох листьев, встревоженно крутящихся в воздухе от каждого дуновения ветра. Страх накатывал волнами: мерзкое чувство то и дело сходило на нет, но после возвращалось с еще большей силой, выжигая остатки затуманенного разума. Один из наихудших кошмаров с каждой минутой становился все более реальным. Мысли в голове крутились, как заведенные, но ни одна из них не могла заглушить тот пугающий шум в ушах: девушка слышала каждый удар собственного сердца, что постепенно переходило на галоп. В попытках успокоиться, Николь на негнущихся ногах присела на спинку лавочки. Склонив голову вниз, она нервно сжимала пальцы, стараясь сосредоточиться на чем-то одном. Получилось с трудом. Тут ее плеча коснулась рука, и девушка вздрогнула, поднимая встревоженный взгляд наверх. Рядом стоял Мальтизерс.

— Ну я долго искать тебя должен? — раздраженно протянул он.

Но Николь его не слышала.

— Дай руку! — нервно бросила она. — Чего? Если это такой способ...

Девушка резко дернула его за рукав куртки, хватая ладонь и до боли сжимая ее в своих руках. Прохладный металл обжег кожу, и это стало первым реальным ощущением, за которое она постаралась ухватиться всеми оставшимися силами. Парень нахмурился, тут же меняясь в лице, и присел на корточки, заглядывая Николь в глаза.

— Тебе плохо что ли? — Кристофер аккуратно убрал ее волосы свободной рукой, — если ты из-за Филла — не переживай, он больше к тебе не подойдет, — заверил парень.

Чувствуя мнимую опору и осознавая, что она не одна, Николь постепенно приходила в себя. Костяшки на пальцах Кристофера заметно побелели, но он терпеливо ждал, пока девушке станет лучше. Когда дыхание относительно выровнялось, она ответила:

— Да плевать я хотела на этого Филла. Обычный придурок, которого при желании я могу заставить сделать все, что угодно, — она на секунду замолчала, прикрывая глаза и окончательно расслабляясь. — Топографическая дезориентация. Или топографический кретинизм, как тебе угодно.
Мальтизерс удивленно расширил глаза.

— Неожиданно. Никогда бы не подумал, что у тебя может быть проблема подобного характера, — протянул парень.

— Почему?

— Прозвучит, наверное, глупо. Но ты создаешь впечатление человека, который может справится со всем самостоятельно, — протянул Мальтизерс, все еще не убирая свою ладонь из рук Дэвис.

Девушка усмехнулась, медленно поднимаясь на ноги.

— Таких людей не бывает, Крис.

Парень лишь покачал головой, принимая ее слова.

— А ты что здесь делаешь? — одарила она парня подозрительным взглядом. — Ты телефон в клубе забыла.

Кристофер вынул из кармана гаджет и протянул Николь. Та недоверчиво прищурила глаза, забирая пропажу.

— Ты мог отдать мне его в Академии.

— Мог, — кивнул Крис.

— И все?

— И все, — просто пожал плечами парень, — пойдем, все равно уже времени мало осталось.

— Да ты просто мастер односложных ответов, — фыркнула девушка, поравнявшись с Мальтизерсом.

На это он лишь загадочно улыбнулся, решая позлить ее еще немного.

— Раздражаешь, в курсе? — бросила она неестественно холодным тоном.

— «Спасибо, дорогой Кристофер, за то, что вернул мне телефон и нашел меня одну, сидящую посреди улицы, не пойми где», — спародировал он голос девушки, намекая на благодарность.

— Вот если бы ты промолчал, было бы гораздо лучше.

До Академии они дошли за десять минут. Молчание не давило, оно позволяло разложить по полочкам все события сегодняшнего дня. К моменту, когда они вошли в здание, на часах горело ровно 22:15. Быстро поднявшись по лестнице, молодые люди тихо добрались до собственных комнат, вводя цифры на табло. Мальтизерс уже открыл свою дверь, когда за спиной послышался тихий, но уверенный голос Николь:

— Спасибо, Крис.

Парень усмехнулся, кинув на девушку довольный взгляд.

— Сочтемся, — подмигнул он, тут же исчезнув за дверью.

«Плюс за спасение, минус за самолюбование», — только и успела подумать девушка.