Глава 16
POV Фрэнк
Получилось. Я всё ещё не мог в это поверить. Джерард простил меня. Да, он сказал, что всё ещё боится меня, но кто может его в этом винить? Уж точно не я. Я – причина его страданий в последние несколько месяцев, так почему я могу осуждать его?
Но его лицо... Тот огонь, зажёгшийся в глазах, когда я ему признался. И эта фраза.
Ты всегда будешь моей надеждой, Фрэнк Айеро.
Если бы я только знал, что этот человек будет столько для меня значить... Я бы никогда не тронул его. Чёрт, да я бы предпочёл, чтобы Джерард вообще никогда со мной не встречался! Но не факт, что другие хозяева обращались бы с ним лучше меня. Он ведь действительно кажется жалким. Но внешность обманчива, верно?
А этот поцелуй... Столько трепета, осторожности, нежности. Как будто ты берёшь в руки бабочку, пытаясь не повредить ей крылья. Вот только вместо крыльев тут душа человека. И своей просьбой он словно отдал мне часть себя.
Все эти мысли пролетели в моей голове за секунду. Я всё так же стоял посреди кухни рядом со столом, на котором стоял давно остывший завтрак, и смотрел в горящие зелёные глаза. В них было столько самых разных эмоций и чувств, что не нашёлся бы поэт, который смог всё это описать. Поэтому я просто повторил:
- Я люблю тебя, Джерард.
Подросток неуверенно улыбнулся и пододвинулся ближе ко мне, касаясь своей ледяной кожей моего тёплого тела. Я чуть приобнял его, прижимая ещё сильнее. Теперь я смогу сдержать обещание. Больше ему ничего не угрожает.
***
Прошло несколько дней. Джерард теперь часто улыбался, а его глаза не покидал живой огонёк. Теперь мы спали в одной кровати. Просто спали, обнимаясь. Ничего больше. Я заметил, что подросток постоянно пытается поддерживать физический контакт. Он так истосковался по прикосновениям, которые не причиняют боли, что теперь постоянно прижимался ко мне, а я просто ласково обнимал его. Иногда Джерард прямо так и засыпал, а я, не желая его будить, оставался на диване в гостиной.
Один раз к нам пришла Салли. Джи, не уверенный в том, как надо себя вести в её присутствии, сначала попытался скрыться в своей комнате, но я удержал его. Он посмотрел на меня, и я ответил ему уверенным взглядом. Кажется, его это успокоило. Подросток остался сидеть с нами, пока я пересказывал девушке последние события. Салли была искренне рада. Она понимала, чего нам это стоило. И когда я провожал её, она сказала:
- Тебе очень повезло. Фрэнк. Ты нашёл свою родственную душу. И ради всех богов, постарайся ничего не испортить. Джерард этого не выдержит. Да и ты тоже.
И она права. Если я снова подведу Джерарда, то сам убью себя. Я больше не могу причинять боль столь хрупкому существу.
Но в один день я перегнул палку.
Мы просто лежали на кровати и целовались. Всё ещё ничего большего, но я попытался углубить поцелуй. Не встретив сопротивления, я стал целовать Джерарда с всё большей страстью, медленно перемещаясь, так что скоро он оказался распростёртым подо мной, а я прижимал его к кровати. И только когда я запустил руки ему под футболку, я почувствовал дрожь, сотрясающую тело. Переведя взгляд на лицо Джи, я увидел испуганные, полные слёз глаза.
- Фрэнк, - давясь слезами, прошептал он. – Пожалуйста, остановись. Не надо...
Я быстро слез с него, а Джерард забился в самый угол кровати, поправляя свою футболку и обнимая себя руками.
- Прости, - тихо сказал я, не зная, что ещё можно сказать в этой ситуации. – Я не знаю, что на меня нашло, пожалуйста, прости.
- Не извиняйся, - он попытался улыбнуться, но у него не получилось. – Ты не виноват. Просто... Я ещё не готов. Мне слишком тяжело.
Я кивнул, признавая его правоту. Чуть подвинувшись, я пропустил его к выходу из комнаты, слыша звук закрывающейся двери в ванную. Когда Джерард не вышел оттуда через двадцать минут, то я подошёл ближе и услышал приглушённые рыдания. Он снова плакал из-за меня.
В тот день Джерард со мной не ночевал, снова оставшись в своей комнате на неудобной раскладушке. Когда я вошёл туда, он спал, свернувшись в калачик и дрожа от холода. Я накинул на него тёплое одеяло поверх тонкого покрывала, под которым он лежал. Я провёл рукой по чёрным волосам, а потом долго наблюдал за спящим подростком. Он был действительно красив.
На следующий день между нами была неловкая тишина. Я не решался заговорить, потому что не знал, что творится у Джерарда в голове, а он просто молчал. Но потом он всё-таки заговорил.
POV Джерард
Когда я почувствовал, что Фрэнк углубил поцелуй, я не сопротивлялся, надеясь, что он не станет делать что-то ещё. Но когда он подмял меня под себя, я испугался. Испугался, что всё повторится вновь. Даже после всего, что он сделал для меня, я его боялся. По моим щекам непроизвольно заструились слёзы, но я ничего не мог сказать. Меня словно парализовало. Но когда его руки задрали мою футболку, я всё-таки смог попросить его остановиться. И он остановился.
Айеро извинялся передо мной, но я словно не слышал его. Мне надо было побыть одному. Я не помню, как добрался до ванны, но там я снова начал плакать. Плакать от осознания собственной слабости и зависимости от других. Это было крайне неуважительно к Фрэнку, но я ничего не мог с собой поделать. Я просто боялся. Боялся вновь разбиться на осколки. А ещё я боялся, что своими словами оттолкнул Айеро. Кому нужен слабый, ни на что не способный раб? Я боялся, что он откажется от меня. Боялся снова остаться один в тишине и мраке камеры для рабов.
Спал я в своей комнате, так как не хотел сейчас ещё раз видеть Фрэнка. Но я слышал, что он приходил ко мне и укрыл одеялом. Надо будет поблагодарить его за это. Ночью тут действительно холодно.
На следующее утро я очень долго решал, как следует начать разговор. Наконец нужные слова нашлись.
- Фрэнк, - тихо начал я. Айеро сразу посмотрел на меня и кивнул, призывая продолжать. – Вчера я испугался и не знал, что ты будешь делать. Я понимаю, что мог тебя обидеть, но, пожалуйста, не злись на меня. Мне просто...
- Страшно, - закончил Фрэнк за меня. Я посмотрел на него, но во взгляде Айеро не было ни малейшего намёка на злость или хотя бы раздражение. Только понимание. Он действительно понимал, что мне нелегко принять свою новую жизнь. Но он поможет мне в этом. – Тебе не за что извиняться, Джерард. Только ты можешь решать, что и с кем тебе делать. Но знай, что я никогда не стану тебя насиловать снова.
Я кивнул и подошёл к Фрэнку, а он обнял меня. Я прижался к нему, вдыхая запах сигарет и кофе. Пока мы обнимались, по радио играла песня, текст которой точно описывал наше состояние.
Vows are spoken
Клятвы произносят,
To be broken
Чтобы потом их нарушить.
Feelings are intense
Чувства насыщенны,
Words are trivial
А слова пошлы.
Pleasures remain
Наслаждение остаётся,
So does the pain
Так же как и боль.
Words are meaningless
А слова бессмысленны
And forgettable
И стираются из памяти.
All I ever wanted
Всё, что я когда-либо хотел,
All I ever needed
Всё, что мне когда-либо было нужно,
Is here in my arms
Здесь, в моих руках.
Words are very unnecessary
Слова совершенно не нужны,
They can only do harm
Они могут только всё испортить.
Я просто хотел любви. И Фрэнк дал её мне. Я был по-настоящему счастлив в этот момент. Кто бы только мог подумать, что раб влюбится в хозяина? А хозяин подарит рабу свет во тьме?
Да, мы были странными по меркам общества, но какое нам до них дело? Мы просто хотим быть счастливыми. И мы будем сражаться за своё счастье. Вместе.
Наши прикосновения были осторожными и лёгкими, но этого хватало. Нам не нужны были слова, чтобы передать свои чувства. Мы просто наслаждались этой тишиной. Две фразы неуловимо витали в воздухе, пропитывая всё своей энергией.
«Я люблю тебя» - кричало всё во мне.
«Я нуждаюсь в тебе» - читалось в глазах Фрэнка.
Я не знаю, сколько мы так простояли. Возможно пару секунд, а возможно часов. Мы были счастливы.
Пока не раздался звонок в дверь, разрушая наш маленький мир.