Кровь в пальцы
Ты сказала это почти шёпотом — и всё равно слова легли тяжело.
Нетейам внимательно посмотрел на тебя, будто взвешивая, стоит ли продолжать спор. Потом лишь коротко кивнул.
— Страх — тоже оружие, — сказал он. — Особенно у тех, кто не привык его признавать.
Он ушёл помогать остальным, а ты осталась у воды. Волны уже сгладили следы крови, но ощущение опасности не исчезло — оно будто поселилось под кожей.
⸻
К вечеру новость разошлась по клану. Не как подвиг — как тревожный эпизод. Старейшины говорили о течениях, о необходимости осторожности. О том, что Аонунг ранен, — вскользь. О почему он оказался там — почти ничего.
Ты знала, где его искать.
Он сидел у дальнего костра, спиной к воде. Плечо было перебинтовано грубо, на скорую руку. Он даже не обернулся, когда ты подошла.
— Тебе нужно к целителям, — сказала ты.
— Уже был, — ответил он. — Этого достаточно.
— Ты врёшь, — спокойно сказала ты. — Тебе было больно ещё в воде.
Он усмехнулся, но без обычной дерзости.
— И что?
Ты присела напротив, глядя прямо на него.
— Ты не можешь каждый раз бросаться так, будто тебе нечего терять.
Он наконец посмотрел на тебя. Взгляд был усталым. Слишком взрослым для его лет.
— А если мне есть что терять? — тихо спросил он.
Ты не ответила сразу.
— Тогда ты должен жить так, будто это важно, — сказала ты наконец. — А не так, будто потеря — уже решённый исход.
Он долго молчал. Огонь отражался в его глазах, делая их почти чёрными.
— Ты думаешь, я не понимаю риска? — сказал он. — Думаешь, я не знаю, что могу не выплыть в следующий раз?
— Тогда зачем? — спросила ты. — Зачем так?
Он наклонился чуть ближе, голос стал ниже.
— Потому что если я не войду — кто-то другой может не выплыть.
Потому что я уже видел, как это бывает.
И потому что... — он запнулся, раздражённо сжав пальцы. — Потому что я не вынесу, если это будет ты.
Тишина между вами стала густой.
— Вот почему ты боишься, — сказала ты мягко.
Он отвёл взгляд.
— Нет, — ответил он хрипло. — Я злюсь.
— На кого?
Он посмотрел снова — прямо, без защиты.
— На себя. За то, что ты для меня — слабое место.
Эти слова не звучали как признание. Скорее как приговор, который он сам себе вынес.
— Аонунг, — сказала ты тихо. — Слабость — это не чувство. Слабость — это когда ты отказываешься доверять.
Он резко встал.
— Я доверяю только действиям, — сказал он. — И если мне придётся быть опасным, чтобы ты была жива — я буду.
Он ушёл, оставив после себя запах дыма и соли.
А ты поняла:
он не отступит.
но и не позволит себе приблизиться так, как раньше.
И самое страшное —
ты больше не была уверена, хочешь ли ты, чтобы он остановился.