Отвлекающий маневр.
Эдмунд не стал дожидаться моих обвинений. Он медленно, с какой-то пугающей грацией прошел вглубь комнаты и опустился в кресло, стоявшее прямо напротив моей кровати. Он выглядел изможденным - тени под его глазами казались глубокими провалами, а плечи, всегда такие прямые, теперь были опущены, словно на них давила невидимая, но непомерная тяжесть. Я наблюдала за ним, чувствуя, как внутри всё закипает от смеси гнева, тоски и немой боли.
- Зачем пришел? - мой голос прозвучал суше, чем я планировала.
Он чуть наклонил голову, и в тусклом свете луны его глаза на мгновение блеснули тем самым, уже чужим, холодным пламенем.
- Может, я просто соскучился? - произнес он, и в этом вопросе было столько фальши, что меня передернуло.
Я скептично изогнула бровь, не сводя с него глаз.
- Ты видел меня всего пару часов назад.
Он лишь усмехнулся - тонкие губы едва дрогнули, но в этой гримасе не было прежнего Эдмунда.
- И кстати, - добавила я, чувствуя, как внутри нарастает раздражение, - ты сам отправил меня обратно. Снова. Как какую-то надоедливую вещь, которую решили убрать с глаз долой.
Его улыбка тут же погасла. Он медленно перевел на меня взгляд, и в этой тишине я услышала его тяжелый вздох. Он хотел что-то сказать, но я не дала ему шанса. Волна обиды, копившаяся неделями, прорвала плотину.
- Так зачем пришел, Эдмунд? Если ты снова завел свою пластинку про проклятие, про «единственный выход» и про то, что я должна сделать... то можешь уходить. Я не собираюсь этого делать. Даже не проси.
Он плотно сжал губы. Казалось, он едва заметно хмыкнул своим собственным мыслям, словно заранее знал, что я скажу.
- Значит... Мия уже успела тебя убедить? - его голос был тихим, вкрадчивым, как шорох змеи в сухой траве.
Внутри всё похолодело. Он знает? Он знает, что Мия здесь, что она говорила со мной? Не помню, как моя рука оказалась у пояса, как пальцы нащупали рукоять кинжала. Всплеск чистого адреналина заглушил голос разума. Я рванулась вперед, и острие уже смотрело ему прямо в грудь.
- Не смей её трогать! - выкрикнула я, чувствуя, как дрожат руки. - Слышишь? Я тебе не позволю! Ты не будешь вершить судьбы только потому, что тебе так хочется!
Эдмунд лишь приподнял бровь, глядя на клинок так, словно это была детская игрушка.
- Она же предала тебя, Лилит, - иронично заметил он. - После всего, что она сделала, после того, как отдала тебя Оливии... Ты правда готова защищать того, кто вонзил нож тебе в спину?
Я осеклась. Его слова были как удар пощечины, потому что они были правдой. Но...
- Это было её решение, - процедила я сквозь зубы. - А я не собираюсь повторять её ошибки. Я не такая, как ты, Эдмунд!
Он улыбнулся. Эта улыбка была медленной, тягучей, как мед. Он начал вставать, и я подалась назад, но он продолжал двигаться вперед, даже не замечая, что острие кинжала уперлось в ткань его камзола, прямо над сердцем.
- Я не собирался её трогать, - прошептал он, сокращая дистанцию до минимума. - Расслабься. Ты слишком напряжена.
Я сделала шаг назад, споткнувшись о край ковра, а он - еще один шаг вперед, словно вытесняя меня из моего же пространства. Он хотел сказать что-то еще, но вдруг замер. Его взгляд расфокусировался, он словно начал прислушиваться к чему-то, что было слышно только ему одному. Гул в ушах, невидимый ветер, дыхание самой пустоты.
А потом он поднял на меня глаза, и в них не было ничего человеческого.
- Ты спрашивала, что я тут делаю? - его голос стал холодным, как арктический лед.
Я напряглась, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Предчувствие беды ударило в виски.
- Отвлекал тебя, - сказал он, и в этой улыбке не было ни капли доброты. - Спасибо за Лию.
Мир вокруг меня пошатнулся. «Лия». Имя, которое ударило, как гром.
- Что ты с ней сделал? - мой голос сорвался на хрип.
- Пока ничего, - Эдмунд отступил на шаг, и я увидела, как в его зрачках вспыхнул алый, почти животный огонек. - Но завтра я жду тебя у себя. Если ты не сделаешь то, что от тебя требуется... если ты не закончишь начатое, я покажу тебе, что бывает, когда нарушают мои правила. Я убью её, Лилит. Лию. До самого последнего вздоха.
Я задохнулась. Мои пальцы разжались, кинжал с глухим звоном упал на пол, но я этого даже не заметила. Лия... Он не может. Он же не может быть настолько чудовищем, чтобы использовать её как инструмент шантажа?
- Ты ведь знаешь, что я не смогу... я не могу... - начала было я, но он лишь улыбнулся шире.
- Тогда попрощайся со своей подружкой, - отрезал он.
Внутри всё взорвалось. Весь контроль, который я так долго выстраивала, превратился в пыль. Я подхватила кинжал и, не думая, метнула его в Эдмунда всей своей ненавистью, всей своей яростью. Кинжал со свистом прорезал воздух, вонзился в стену, оставив за собой лишь дрожащую тишину.
А Эдмунда там уже не было. Он просто растворился, как дым, оставив после себя запах озона и горечь поражения.
Голова закружилась. Дышать стало невозможно - грудную клетку будто сдавило железным обручем. Я металась по комнате, как зверь в клетке, не зная, что предпринять. Выбор? Какой это был ужасный выбор! Лия или Эдмунд... спасти одну, погубив другого? Или погубить обоих?
«Держись, Лилит. Возьми себя в руки», - твердила я себе, хотя пальцы продолжали дрожать.
Я бросилась к двери. Нужно найти их. Селестию, Ридока... мне нужно улетать сейчас же. Нельзя ждать утра. Каждая секунда теперь стоила жизни моей подруги.