Передача власти.
Настал вечер. Время, когда тени в тронном зале удлинились, а мягкий свет факелов и магических кристаллов сменил ослепительное утреннее солнце. Зал был забит до отказа. Сотни глаз были устремлены на подиум, где в удушающей, торжественной тишине решалась судьба королевства.
Я уже стояла возле массивного, пустующего трона своего отца. Позади меня ровным полукругом выстроилась свита. Там стоял кто-то еще - советники, жрецы, знатные лорды, чьи лица сливались для меня в безликую массу. Но самым главным было то, что прямо за моей спиной находились те, кто был мне по-настоящему нужен в этот судьбоносный момент. Лия, Селестия и Ридок. Моя верная команда, готовая пойти за мной в самый глубокий ад.
Эдмунд стоял чуть поодаль, по правую сторону от подиума. Его фигура в черном с серебром камзоле казалась монументальной. Он ждал. Ждал, когда я дам ему обещанный прямой приказ, чтобы он вышел вперед и показал мне, как правильно встать под венец власти. Глядя на его спокойное, сосредоточенное лицо, я уже физически чувствовала, как сильно он будет меня ненавидеть через несколько минут. Между лопатками прошел ледяной разряд предчувствия его ярости... Но по-другому я поступить просто не могла. Нарнии нужен сильный правитель, а мне - свобода от этого проклятого бремени.
- Внимание! - громогласно объявил верховный жрец, прерывая шепот в зале.
Он медленно, с величайшим благоговением взял тяжелую золотую корону, украшенную рубинами цвета запекшейся крови, с бархатной алой подушечки и направил её в мою сторону, готовясь начать обряд.
В этот критический миг я на секунду обернулась и переглянулась с Лией и Селестией. Лия, заметив мой безумный, горящий взгляд, едва заметно, ободряюще подмигнула мне. Время пришло. Назад дороги нет. Я отвернулась, сделала глубокий вдох и, подавшись чуть вперед, едва слышно прошептала Эдмунду:
- Сейчас. Вставай прямо на то место, где я должна стоять. Покажи мне, как правильно держать голову, и сразу после этого встану я.
Эдмунд коротко, уверенно кивнул. В его глазах не было ни капли сомнения - он искренне верил, что помогает мне справиться с паникой. Он сделал четкий, размеренный шаг вперед, занимая позицию точно по центру подиума, прямо перед жрецом. По протоколу я должна была незамедлительно шагнуть следом за ним и встать за его спиной, но вместо этого я сделала совершенно другое. Я резко отступила назад, сделав несколько быстрых шагов в сторону, полностью освобождая пространство вокруг Эдмунда.
Верховный жрец, державший в руках корону, чуть нахмурился. Его брови взлетели вверх, и он недоуменно, растерянно посмотрел на Короля Нарнии, который внезапно оказался на месте виновника торжества. Но в следующую секунду старец встретился со мной глазами. Я твердо, безапелляционно кивнула ему, безмолвно приказывая продолжать. Жрец еще сильнее нахмурился, в его глазах отразился шок, но он был слишком опытным придворным - мгновенно взяв себя в руки, он вернул лицу непроницаемое выражение и сделал решительный шаг к Эдмунду.
В этот момент Эдмунд, ничего не подозревая, чуть нагнул голову, собираясь наглядно продемонстрировать мне, под каким углом нужно принять корону, чтобы она не съехала. И именно в эту секунду Лия и Селестия наконец сделали свое дело.
Лия вместе с Ридоком быстрыми, бесшумными тенями выросли прямо рядом с Мией и Люси. Они мягко, но непреклонно перехватили их, блокируя любые попытки вмешаться или закричать, чтобы испуганные сестры ничего не испортили в последний момент. А Селестия, незаметно опустив руку вдоль юбки, едва уловимо взмахнула тонкими пальцами. По залу пронесся едва слышный, кристальный хруст. Селестия сотворила свое волшебство так искусно, что тончайший, прочный как сталь слой прозрачного льда мгновенно вырос прямо под сапогами Эдмунда, намертво приморозив подошвы к каменным плитам подиума. Этот лед совершенно не было видно в полумраке зала, но его плотности было более чем достаточно, чтобы удержать взрослого воина и не дать ему сдвинуться ни на дюйм.
Эдмунд тут же почувствовал неладное. На его лбу прорезалась глубокая складка, он нахмурился и попытался сделать инстинктивный шаг назад, чтобы обернуться ко мне, но у него ничего не получилось. Его ноги словно вросли в монолитный пол.
Вместо того чтобы помочь ему, я сделала шаг вперед и высоко подняла руку, привлекая внимание замершего в оцепенении зала. Я обвела торжествующим взглядом сотни людей и существ, которые затаили дыхание в ожидании, когда же наконец объявят имя их нового законного правителя. Мой голос, чистый, громкий и звонкий, зазвенел под сводами тронного зала, не оставляя места для сомнений:
- Народ моего королевства! Объявляю перед вами... Короля всей Нарнии, Эдмунда Справедливого - отныне и навеки Королем этого народа и всего этого королевства! Теперь эти земли, эта корона и эта ответственность - всё это твое, Эдмунд!
Эдмунд на секунду обреченно закрыл глаза, в полной мере осознавая неизбежность случившегося и масштаб моей грандиозной подставы. Я отчетливо видела, как побелели его губы и как сильно он сжал челюсти от бушующей внутри ярости. У него не было выбора. Сделать сейчас хоть один жест против - означало бы сорвать священный ритуал и опозорить обе короны перед лицом союзников.
Верховный жрец, не теряя драгоценных секунд, аккуратно, но уверенно опустил тяжелую золотую корону прямо на голову Эдмунда и почтительно отошел на несколько шагов назад.
Когда Эдмунд окончательно выпрямился во весь свой немалый рост, лед под его ногами мгновенно растаял, повинуясь беззвучному приказу Селестии. Он медленно развернулся и посмотрел на меня. Прямо мне в глаза. О, этот взгляд... Я видела, что абсолютно ничего хорошего для меня в этих темных, бушующих зрачках нет. В них горело обещание скорой и очень жестокой расплаты.
«Если ты меня обманешь... Пожалеешь», - громом отозвались в моей памяти его утренние слова.
О да. Я пожалею. Я определенно пожалею об этом позже, когда мы останемся наедине, я это прекрасно знала. Но прямо сейчас пути назад уже не было. Карта была бита. Я уже все решила за нас обоих. И, как ни странно, именно в эту секунду, стоя под его испепеляющим взором, я почувствовала какое-то дикое, пьянящее превосходство и сумасшедшую гордость за саму себя. Ликующий восторг затопил грудь: ведь я всё же его обыграла! Обыграла самого хитроумного, проницательного Короля Нарнии, тактически просчитав каждый его шаг и воспользовавшись его единственной слабостью - доверием ко мне.
- Прошу! Склонитесь! Ваш Король! - во всю силу легких прокричала я, обращаясь к онемевшей толпе, и первая решительно опустилась на одно колено, низко преклонив голову перед Эдмундом.
Зал секунду колебался, пораженный такой резкой сменой власти, но авторитет Нарнии и мой жест сделали свое дело. Один за другим, словно домино, все присутствующие лорды, рыцари и простые подданные послушно опустились на колени, признавая нового суверена.
Я не видела лица Эдмунда в этот момент, будучи согнутой в глубоком поклоне, но я слишком хорошо его успела изучить, чтобы сомневаться: он уже надел свою безупречную, непроницаемую маску королевского спокойствия. Настоящий праздник и грандиозный разбор полетов он устроит мне потом, за закрытыми дверями. А сейчас он должен был держать лицо перед подданными.
- Встаньте, - наконец скомандовал Эдмунд.
Его глубокий, зычный, по-настоящему громкий и властный голос заставил содрогнуться каменные стены. В нем звенела сталь. Он без колебаний взял на себя роль правителя теперь и этого, чужого для него народа.
И мы все послушно встали, включая меня. Я расправила платье, не сводя с него глаз.
Эдмунд сделал несколько уверенных, тяжелых шагов вперед, приближаясь к краю подиума, лицом к лицу со своим новым народом. По пути он плавным движением взял кубок с темным вином у стоявшего рядом стола с праздничными закусками. Он высоко поднял бокал над головой и громко, так, чтобы услышал каждый в самых дальних углах, продолжил:
- Теперь вы - мой народ. И я, Король Эдмунд, обещаю вам свою абсолютную защиту от любого проявления зла, от Оливии и от всего непрошеного, что посмеет посягнуть на ваши дома! А сейчас... веселитесь! Пейте! Танцуйте!
Зал на секунду замер, а затем буквально взорвался оглушительными, восторженными криками. Гости радостно завопили, поднимая свои кубки вверх и признавая своего нового, могущественного и грозного Короля. Музыканты тут же ударили по струнам, заиграв буйную, торжественную мелодию.
Эдмунд медленно повернулся ко мне, и наши взгляды снова встретились сквозь пелену шума и веселья. Я дерзко, упрямо подняла подбородок, отказываясь показывать свой страх. Он молча посмотрел на меня, затем медленно поднял свой бокал, беззвучно отсалютовав мне, и его губы тронула мимолетная улыбка... Но это уж точно была не добрая, не та теплая утренняя улыбка. Это был оскал хищника, который загнал свою добычу в угол и просто ждал подходящего момента для броска.
Я резко развернулась на каблуках, больше не в силах выдерживать это ментальное давление, и быстрым шагом направилась прочь из зала, прямо к высокому выходу. Больше мне здесь делать было абсолютно нечего. Моя миссия на этом празднике была официально и успешно завершена. Мне нужно было срочно уйти в свои покои. Нужно было побывать в абсолютной, звенящей одиночестве, подальше от музыки, тостов и его давящего присутствия.
Я почти бежала по пустым, гулким коридорам замка, придерживая тяжелые полы винного платья. И именно сейчас, когда адреналин от успешно провернутой аферы начал медленно спадать, оставляя после себя лишь глухую, давящую пустоту, до меня начали доходить первые тяжелые мысли. Разум, освободившись от паники, начал безжалостно анализировать случившееся.
В ушах всё еще стоял его холодный шепот: «Ты очень сильно об этом пожалеешь...»
Я зашла в свои темные покои, с трудом закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело и прерывисто дыша в полумраке. Сердце сжималось от странной, ноющей боли. Точно ли я сделала все правильно? Действительно ли отдать власть Эдмунду и так жестоко обмануть его доверие было единственным выходом? Или этой ночью я совершила самую страшную ошибку в своей жизни, превратив своего главного защитника в своего самого опасного врага?