Сердце из обсидиана.

Мы вышли через потайной ход, петляющий в толще замковых стен, и оказались на улице. Прохладный утренний воздух тут же ударил в лицо, принося мимолетное трезвление, но внутри меня все еще клокотал ядовитый коктейль из злости, обиды и бессилия. Эдмунд уверенно вел меня по протоптанной тропинке, пока мы не вышли на небольшую, скрытую раскидистыми кронами деревьев опушку.
Это было то самое место, где раньше я чаще всего тренировалась с Лиамом.

При одном только мимолетном воспоминании о нем я вдруг резко, всем телом вздрогнула, словно от удара током. Лиам... Мой верный друг, моя тень, парень, который еще пару дней назад стоял здесь, шутил, поправлял стойку и обещал защищать меня до самого конца. И он сдержал обещание. Ценой собственной жизни.

Я медленно прошла мимо того самого большого, серого камня, на котором он чаще всего сидел, скрестив ноги и наблюдая за моими неуклюжими попытками освоить тяжелый боевой лук. Повинуясь какому-то неосознанному, щемящему порыву, я провела дрожащей ладонью по шершавой, холодной поверхности валуна. Камень хранил лишь утреннюю росу и безмолвие. Горло сдавило спазмом, и я поспешно отдернула руку, загоняя слезы поглубже в грудную клетку. Не сейчас. Я не раскисну перед Эдмундом.

Король Нарнии остановился на самом центре поляны. Сложив руки за спиной и расправив широкие плечи, он развернулся и посмотрел прямо на меня. В его темных глазах не было жалости - только бесконечная, вековая глубина и сосредоточенность. Я выпрямилась, упрямо вздернув подбородок, и сделала шаг навстречу, скрестив руки на груди.

- И? - сухо бросила я, прерывая затянувшееся молчание. - Зачем ты привел меня сюда?

- Нападай, - ровно ответил Эдмунд.

Я осеклась. Мои руки сами собой опустились вдоль тела, а брови поползли вверх от искреннего изумления. Нападать? Что за бред он несет?

- Что, прости? - переспросила я, решив, что мне послышалось из-за шума ветра в ушах.

- Нападай, - повторил он, произнося слово гораздо медленнее, весомее, словно вбивал гвозди в крышку гроба моего терпения.

- На тебя? - я недоверчиво прищурилась, оглядывая его безупречную, расслабленную позу. Он даже руку к рукояти меча не придвинул.

Эдмунд коротко, уверенно кивнул.

- Ты злишься, Лилит. По тебе это очень хорошо видно, - его голос звучал мягко, но в нем сквозила непрошибаемая правота. - Твои эмоции заперты внутри, они сжигают тебя, и вывести их тебе абсолютно некуда. Ты готова бросаться на стены и на родную сестру. Поэтому - нападай. Я весь в твоем распоряжении. Бей, сколько захочешь.

Я сделала широкий шаг назад, тяжело, шумно вздохнув. Вся эта ситуация казалась мне абсурдным фарсом. Драться с Королем Нарнии, когда у нас у ворот стоит армия теней, а в замке готовится похоронная процессия?

- Я не буду с тобой драться, Эдмунд, - отрезала я, разворачиваясь вполоборота, собираясь уйти обратно.

- Будешь, - раздался его уверенный голос за спиной.

Я резко повернулась к нему, вздернув брови от возмущения. Наглый, самоуверенный придурок.

- Нет, Эдмунд. Я не собираюсь на тебя нападать, и даже не проси меня об этом. У меня нет на это ни сил, ни желания.

- Это не просьба, - Эдмунд вдруг едва заметно, хищно прищурился, и его тон изменился, став леденящим и жестким. - Это приказ. Твоего Короля.

- Я ослушаюсь твоего приказа, - выплюнула я ему в лицо, делая еще шаг назад. Командный тон со мной не работал, и он должен был это знать.

Эдмунд на секунду опустил голову, пряча лицо, и тихо, едва уловимо улыбнулся. Он сжал губы, словно сдерживая смешок, а после снова посмотрел на меня своим нечитаемым, глубоким взглядом. Не говоря больше ни слова, он начал делать медленные, размеренные шаги вокруг меня по идеальному кругу, словно дикий хищник, берущий в кольцо свою добычу.

Я, замерев на месте, напряженно следила за каждым его шагом, за каждым мимолетным движением его плеч. Атмосфера на опушке мгновенно накалилась, пропитываясь опасным электричеством.

- Хорошо. Тогда давай зайдем с другой стороны, - вкрадчиво начал Эдмунд, продолжая кружить вокруг меня. - Расскажи мне, почему ты так отчаянно не хочешь править?

- К чему такие глупые выводы? - я раздраженно повела плечом, поворачиваясь вслед за его траекторией. - Я вроде бы только что там, в зале совета, четко и ясно сказала при всех, что беру корону и...

Эдмунд без малейших колебаний перебил меня на полуслове, даже не повысив голоса, но вложив в него столько властной стали, что я осеклась:

- Я повторю вопрос, Лилит. Почему ты на самом деле не хочешь править?

Я сделала глубокий, судорожный вдох и такой же рваный выдох, чувствуя, как внутри разгорается самый настоящий пожар. Он начинал меня не на шутку раздражать. Его допросы, его способность видеть меня насквозь, его дурацкая манера лезть в самую душу! Я не хотела, просто панически не хотела отвечать на этот чертов вопрос.

- А почему ты не хочешь? - огрызнулась я, пытаясь перевести стрелки и уколоть его побольнее. - Почему ты так легко открещиваешься от нашего престола?

- Я уже правлю, - спокойно, без тени бахвальства ответил он, сделав очередной шаг. - Я Король всей Нарнии, если ты вдруг забыла. С меня более чем достаточно одного государства.

- Но ты не хочешь править именно этим народом, здесь, - не уступала я, сужая глаза.

- Потому что это твой народ, Лилит. По праву крови. Ну и... - Эдмунд на секунду замялся, и в его глазах промелькнула тень давней, вековой усталости. - Да, я просто больше не хочу взваливать на себя чужую власть. Скажем так - это пройденный этап, не мое.

Он наконец остановился прямо напротив меня, перестав кружить. Между нами оставалось всего пара шагов.

- Ты боишься, что не справишься? - тихо, без издевки спросил он, заглядывая мне в самые зрачки. - Боишься, что окажешься хуже отца? Что погубишь людей?

Я изо всех сил прикусила язык изнутри, до соленого вкуса крови, чтобы сдержать рвущийся наружу крик и не выдать бушевавших во мне эмоций. Я просто упрямо, волком смотрела на него, намертво сжав челюсти и не собираясь отвечать на этот чертовски точный, бьющий по живому вопрос.

- Зря, - Эдмунд мягко качнул головой, истолковав мое молчание по-своему. - Очень зря. Я лично думаю, что ты прекрасно справишься. В тебе есть та искра, которой не было ни у Мии, ни у Рубио.

- Я ничего не отвечала тебе, чтобы ты тут стоял и делал свои дурацкие королевские выводы, - процедила я сквозь зубы. - Я ничего не боюсь.

- Как скажешь, - Эдмунд сделал быстрый, решительный шаг ко мне, сокращая дистанцию до минимума. - А знаешь, что я еще думаю, будущая королева?

Я недовольно вскинула одну бровь, внутренне напрягаясь всем телом.

- Я думаю, что ты сейчас отказываешься нападать на меня вовсе не из-за гордости, - на его губах заиграла легкая, откровенно провокационная усмешка. - Ты просто боишься. Боишься, что окажешься слишком слабой и не сможешь меня одолеть. Боишься проиграть мальчишке.

Я вскинула брови от такой неприкрытой дерзости. На мгновение в голове воцарился ступор. Я, конечно, даже близко не думала ни о чем подобном секунду назад, но сейчас, после его ядовитых слов, мысль стрелой вонзилась в мозг. А ведь действительно... смогу ли я? Смогу ли я одолеть воина, который прошел сотни сражений в своем мире?

Мои ладони сами собой судорожно сжались в крепкие кулаки. Адреналин ударил в голову, смывая остатки здравого смысла. Не контролируя себя, я резко замахнулась правой рукой, вкладывая всю скопившуюся ярость в мощный удар, целясь ему прямо в челюсть.

Но Эдмунд даже не вздрогнул. Скоростным, отточенным движением он выкинул руку вперед и на лету поймал мой кулак, крепко, до хруста сжав мои пальцы в своей ладони. При этом он ни на секунду не разорвал со мной прямой, гипнотизирующий зрительный контакт.

Он иронично, медленно вскинул брови, словно без слов говорил: «Ну вот, что я и утверждал. Я же говорил, что ты предсказуема».

Эта его безмятежная ухмылка стала последней каплей. Я резко, со всей силы вскинула ногу и нанесла прямой, хлесткий удар коленкой ему прямо в живот. Эдмунд явно не ожидал от меня такой уличной, грязной манеры боя - он глухо охнул и отшатнулся на несколько шагов назад, выпуская мою руку.

Не теряя ни единой драгоценной секунды, я яростно кинулась следом. Я начала наступать, нанося серию быстрых, хаотичных ударов руками, выплескивая всю свою боль, всю злость из-за отца, из-за Лиама, из-за предательства Ридока и Селестию. Эдмунд стремительно отступал, мастерски парируя и перекрывая своими предплечьями каждый мой выпад.

- Медленно! - крикнул он, легко уходя от очередного прямого удара. - Твои замахи слишком широкие, ты открываешься!

Раздражение внутри меня окончательно смешалось с бурлящим в крови адреналином. Разум отключился, уступая место первобытным инстинктам выживания. Я начала двигаться еще быстрее, рванее, непредсказуемее. Резко крутанувшись на опорной ноге, я сделала быстрый разворот и с размаху ударила его ногой точно в незащищенный левый бок.

На этот раз Эдмунд просто физически не успел среагировать. Мой ботинок с глухим стуком врезался в его ребра. Прошипев сквозь зубы, он резко отшатнулся в сторону, судорожно схватившись ладонью за ушибленный бок. Он согнулся пополам, тяжело, рвано дыша, но... на его лице снова расплылась эта дурацкая, безумная, восхищенная улыбка.

- Уже... гораздо лучше, - выдохнул он, распрямляясь и вытирая тыльной стороной ладони пот со лба.

Это выглядело издевательски. Всё это чертово зрелище выглядело так, будто он - великий учитель, который снисходительно обучает маленького, капризного ребенка базовым приемам драки. Из моей груди вырвался возмущенный, яростный выдох. Разозлившись на саму себя еще сильнее, я с разбегу снова накинулась на него, обрушивая град ударов. И только в этот момент, сквозь пелену ярости, я внезапно осознала одну вещь: за всё время нашего боя он не ударил меня ни разу. Ни единого раза. Он только защищался, уклонялся и принимал удары на себя, давая мне возможность выпустить пар.

Именно в секунду, когда эти мысли промелькнули в моей голове, Эдмунд резко, неуловимо для глаза присел к самой земле. Сделав стремительный, подсекающий прокрут ногами, он точным ударом сбил меня с ног.

Земля ушла из-под меня. Вектор движения сменился так быстро, что я даже не успела ничего понять. Понимая, что сейчас со всего размаху впечатаюсь спиной в жесткие камни и корни деревьев, я судорожно задержала дыхание и приготовилась к сильной боли, зажмурив глаза.

Но удара не последовало. Вместо жесткой земли я почувствовала сильные, надежные пальцы. Эдмунд резко, в последнее мгновение навис надо мной и, крепко перехватив меня одной рукой за талию у самой земли, практически поймал в падении, не дав мне сильно удариться о камни. Однако воздух из моих легких все равно полностью вылетел из-за этой резкой, неестественной остановки. Сердце бешено заколотилось в горле.

Он медленно, аккуратно опустил мою спину на мягкую траву, но отпускать не спешил. Он остался лежать, тяжело дыша, нависая всем телом прямо надо мной, практически прижимая меня к земле. Между нашими лицами оставались жалкие дюймы.

- Что ж, - тихо, с хрипотой в голосе произнес Эдмунд, глядя мне прямо в глаза. Его грудная клетка вздымалась от частых вдохов. - Могу сказать... что для девчонки с луком это было даже очень хорошо. Ты делаешь успехи.

- Ты поддавался! - возмущенно, со злостью бросила я ему прямо в губы.

Я снова яростно разозлилась, но теперь уже исключительно на саму себя. На свою слабость, на то, что я абсолютно не могла держать себя в руках в его присутствии. Мой предательский взгляд против моей воли постоянно, судорожно смещался с его глубоких темных глаз на его четко очерченные, приоткрытые губы. Близость его тела обжигала, адреналин требовал выхода, и я чувствовала, как внутри всё плавится от этого невыносимого напряжения.

Эдмунд заметил мой взгляд. Его улыбка стала мягче, исчезла вся королевская спесь, уступая место чему-то глубокому, собственническому и интимному.

- Я всегда буду тебе поддаваться, Лилит, - очень тихо, почти шепотом произнес он, и его дыхание опалило мою кожу. - Даже если в один день ты искренне захочешь меня убить... я просто опущу оружие, поддамся и позволю тебе сделать это.

Он медленно, гипнотизируя меня, перевел свой потемневший взгляд на мои губы и начал так же медленно, по миллиметру приближать свое лицо к моему. Между нами стерлись все границы. О боже, внутри меня всё кричало от безумного желания. Я отчаянно, до дрожи в коленях хотела, чтобы он наконец прекратил эту пытку и сделал это быстрее! Хотела почувствовать его губы на своих!

«Ну уж нет, дура, возьми себя в руки!» - закричал внутренний голос, возвращая меня в реальность. Королева не должна быть слабой. Не должна сдаваться так просто.

С трудом собрав остатки воли, я резко сжала свободную руку в кулак и замахнулась, чтобы наотмашь ударить его по лицу и прекратить этот морок. Но Эдмунд просчитал меня мгновенно. Он молниеносно выкинул руку и перехватил мой кулак всего в каком-то жалком дюйме от своего лица. На его губах расплылась еще более широкая, торжествующая улыбка.

- Так и знал, - тихо рассмеялся он.

Одним мощным, слитным движением он резко поднялся на ноги и, не выпуская моей руки, легко, словно я ничего не весила, утянул меня за собой, рывком поставив на ноги. Между нами снова легла холодная дистанция, словно ничего и не было секунду назад.

Эдмунд сделал несколько шагов назад, возвращая себе свой привычный, строгий и отстраненный вид. Он поправил воротник куртки и посмотрел на меня уже совершенно другим, серьезным и деловым взглядом.

- Завтра уже коронация, Лилит, - твердо сказал он, разворачиваясь спиной и направляясь обратно к потайному ходу замка. - И я очень надеюсь, что ты примешь эту корону с гордо поднятой головой. Как и подобает настоящей королеве.

Его шаги быстро удалялись, пока он окончательно не скрылся в темноте каменного коридора. А я так и осталась стоять посреди опушки, сиротливо обнимая себя за плечи. Я лишь молча смотрела ему в спину, так ничего и не ответив на его пафосные напутственные слова.

Да. Завтра коронация. Весь замок ждет этого дня как спасения. Но натягивая на лицо маску покорности, я уже точно, бесповоротно знала, что мне делать. Мой план созрел окончательно. Корону они завтра обязательно купят. Народ получит своего правителя.

Но этой королевой буду точно не я.