Сомнения.
Мы шли по темной пещере, и с каждой минутой казалось, что у этого подземного лабиринта просто не было конца. Сырость въедалась под одежду, а тяжелые каменные своды давили сверху, словно пытаясь похоронить нас заживо под тоннами горной породы. Если бы не Ридок, который шел чуть впереди и подсвечивал нам путь своей огненной магией, мы бы мало того что блуждали вслепую, так еще и погрязли бы в этой звенящей, беспросветной темноте. Пляшущие языки пламени на его ладони выхватывали из мрака неровные выступы скал, покрытые скользким мхом, и отбрасывали на стены длинные, уродливые тени, похожие на притаившихся монстров Оливии.
Атмосфера была натянута до предела. Шаги отдавались гулким, глухим эхом, смешиваясь с тяжелым дыханием уставших ребят.
- Слушай, Люси... а ты точно помнишь дорогу? - наконец нарушил затянувшееся молчание Ридок. Его громкий вопрос раскатисто разнесся по каменной пещере, заставив Мию и Селестию испуганно вздрогнуть.
Люси, шедшая в самом начале колонны рядом с братом, даже не обернулась. Её хрупкий силуэт казался на удивление уверенным в этом мрачном месте.
- Да, - спокойно и мягко ответила она, хотя в её голосе едва заметно проскользнула усталость. - Тут поменялось много чего, время не щадит даже скалы, это правда. Но идем мы правильно. Мы должны выйти на ту сторону каньона, прямо к границам цитадели, если я не ошибаюсь.
- Если? - тут же переспросил Ридок, нервно дернув плечом, отчего пламя на его руке на секунду вспыхнуло ярче.
- Да. Если, - с той же мягкой, но непоколебимой интонацией подтвердила Люси.
Ридок удивленно приподнял брови, глядя в затылок идущей впереди девочки, а затем резко повернулся всем корпусом ко мне. В его глазах читалась явная смесь паники и немого вопроса - он пытался узнать мою реакцию на то, что наш единственный путеводитель руководствуется простым «если». Но я, встретившись с ним взглядами, лишь устало пожала плечами. У меня просто не было сил на лишние споры. Мы уже вошли в эту пещеру, и оборачиваться назад означало признать поражение.
- Тебе не кажется... - тихий, резкий голос Эдмунда раздался так близко, что я едва не подпрыгнула на месте.
Он поравнялся со мной, шагая след в след. Король Нарнии говорил очень тихо, практически невесомым шепотом, наклонившись к самому моему уху, чтобы эти слова предназначались только мне одной и не долетели до ушей остальных ребят.
- Точнее... Как давно ты знакома с Лией? - спросил он, и его взгляд стал непривычно серьезным, растерявшим всю свою напускную иронию.
Я чуть нахмурилась, упрямо смотря себе под ноги, чтобы не оступиться на скользких камнях. Вопрос застал меня врасплох. Я с ней... Мы ведь знакомы слишком долго, чтобы помнить какую-то конкретную дату или день первой встречи. Можно ли вообще сказать, что мы знаем друг друга почти всю сознательную жизнь? Она была рядом, сколько я себя помнила. Делила со мной тайны, помогала прятаться, была той, на кого всегда можно было опереться в этом суровом мире.
- Достаточно давно, - буркнула я, не понимая, к чему он клонит.
Я повернула голову и посмотрела на Эдмунда. В полумраке пещеры я заметила, как он, почти не мигая, не сводит своих слегка прищуренных, внимательных глаз с Лии. Та шла чуть впереди, оживленно и как-то излишне резко разговаривая о чем-то вполголоса с Мией и Селестией. Её жестикуляция казалась слишком ломаной, рваной.
- А что? - подозрительно спросила я, чувствуя, как внутри зарождается слабое беспокойство.
- А сейчас пришли?! - снова прокричал Ридок с самого начала колонны, явно пытаясь заглушить собственный страх перед замкнутым пространством.
- Скоро придем, - терпеливо отозвалась Люси, и Ридок в ответ лишь шумно, со свистом вздохнул, утирая пот со лба свободной рукой.
Но я уже не обращала внимания на их перепалку. Я смотрела только на Эдмунда, напряженно ожидая ответа на свой вопрос. Что такого он мог заметить в моей подруге, чего не видела я сама?
Он медленно, оценивающе оглядывал Лию сверху вниз, подмечая каждую деталь её походки и движений, а после перевел свой потемневший, тяжелый взгляд прямо на меня.
- А на сколько процентов ты ей доверяешь, Лилит?
Внутри меня в ту же секунду что-то болезненно, остро кольнуло, словно под кожу загнали тонкую ледяную иглу. По правде говоря, я вообще никому в этой жизни не доверяю до конца - этот мир слишком жестоко наказывает за излишнюю открытость. Но Лия... Лия - это совсем другое дело. Она моя подруга. Самая близкая. Я могу на нее надеяться в любой ситуации. Я знаю, что она не предаст. Она ведь столько раз доказывала свою верность... Не предаст же? Эта мысль внезапно показалась мне липкой и пугающей.
- Достаточно, - отрезала я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно тверже и увереннее. - Что это еще за дурацкие вопросы, Эдмунд? К чему этот допрос на ровном месте?
- Тебе не кажется, что она странно себя ведет в последнее время? - Эдмунд проигнорировал мою вспышку раздражения, продолжая говорить всё тем же вкрадчивым, леденящим шепотом. - Понаблюдай за ней. Она какая-то слишком раздраженная, дерганая... Будто всё, что сейчас происходит вокруг, идет совершенно не по её заранее намеченному плану. Мы ведь отстали от графика совсем на немного, из-за разрушенного моста, но её это выводит из себя сильнее, чем всех остальных, вместе взятых.
Он чуть поджал губы, на мгновение замолчав, будто тщательно подбирал правильные, наименее ранящие слова. А у меня внутри в этот момент с каждым его словом всё больше и больше разрасталась какая-то черная, глухая пропасть, заполняющая грудную клетку леденящим ужасом.
- В общем... Мне кажется, что здесь что-то не так, Лилит, - закончил Эдмунд, заглядывая мне в глаза. - Мне кажется...
- Да, правильно. Тебе кажется! - резко, со злостью перебила его я, отказываясь даже на секунду впускать эти ядовитые сомнения в свою голову.
Я попыталась резко ускорить шаг, чтобы оторваться от него, уйти вперед и прервать этот невыносимый разговор, который разрушал мою последнюю опору. Но моя рука вмиг будто ударилась мощным разрядом тока, когда Эдмунд собственническим, сильным движением перехватил меня за запястье. Он дернул меня назад, заставляя замедлить ход и снова идти вплотную рядом с ним.
- Не будь упрямой девчонкой, Лилит, - жестко, с нажимом произнес он, не выпуская моей руки и заставляя подчиниться его темпу. - Открой глаза. Я не пытаюсь очернить твою подругу просто так. Я Король, и я привык видеть предательство еще до того, как оно вонзит нож мне в спину. Просто... сама понаблюдай за ней. Посмотри на её детали. Это ведь несложно.
Я с силой выдернула свое запястье из его железной хватки, тяжело дыша. Хотя... признать честно, где-то в самой глубине души, под ворохом злости, мне чертовски сильно не хотелось этого делать. Мне не хотелось признавать, что его слова имеют под собой хоть какую-то основу. Я упрямо задрала подбородок, глядя на него снизу вверх, и злобно, ядовито прошипела, едва сдерживая рвущуюся наружу мантикору:
- А может, мне стоит вместо этого понаблюдать за тобой, а, Эдмунд? Может, это ты здесь главный кукловод, который пытается рассорить меня с моими людьми перед самой битвой?!
Он заметно нахмурился от моих слов, его лицо потемнело, и он даже чуть отшатнулся от меня, словно я нанесла ему физический удар. Эдмунд тяжело, разочарованно вздохнул и устало потер пальцами переносицу, закрывая глаза.
- Лилит, послушай меня...
Но я не стала его слушать. Я просто развернулась, снова ускорила шаг, почти срываясь на бег по неровным камням, и уже через несколько секунд оказалась в безопасности - рядом с шагающим Лиамом. Он удивленно посмотрел на мое раскрасневшееся лицо, но промолчал, лишь понимающе приобнял за плечо, даря такое необходимое сейчас тепло.
Но... несмотря на всю свою ярость и защитную реакцию, я всё же не выдержала. Я медленно, украдкой обернулась назад, бросая короткий, пронзительный взгляд на идущую чуть позади Лию. Я принялась судорожно, с каким-то мазохистским упорством приглядываться к каждому её мимолетному движению, к тому, как она нервно поправляет ремень сумки, как злобно поджимает губы, когда Люси впереди спотыкается, как её пальцы то и дело судорожно сжимают рукоять кинжала.
Внутри меня, прямо в области сердца, зажгло нервное, удушающее раздражение на саму себя. Зачем я это делаю? Зачем я слушаю чужака? Лия так никогда не поступит. Она не может быть предателем. Верно же?.. Но червь сомнения, подброшенный Эдмундом, уже начал медленно выжигать меня изнутри.