Сердце из обсидиана.

Мы шли по узкой тропинке, которая змеилась сквозь густые заросли, стремясь наконец вывести нас к опушке. Если верить карте Лии, за которой мы следовали, скоро лес должен был расступиться, открывая вид на реку. Там, по старому каменному мосту, нам предстояло перебраться на другой берег.

Я шел в размеренном темпе, стараясь сохранять бдительность, но мысли постоянно возвращались к Люси. Я то и дело оборачивался, проверяя, как она. Сестра шла рядом с Мией, и они о чем-то увлеченно переговаривались вполголоса. Мия, как я успел понять, была сестрой Лилит, но они казались совершенно разными, как день и ночь.

Честно говоря, я до сих пор мало что понимал в происходящем. Весть о том, что творится в Нарнии, никак не желала укладываться в голове. Неужели этот мир обречен вечно ходить по кругу от одного проклятия к другому? И самое главное — как я смогу сдержать свое обещание помочь им? Эти вопросы колотили по черепной коробке не хуже бейсбольной биты, вызывая глухое раздражение и заводя в тупик. Мы вернулись в Нарнию, и в глубине души я был этому несказанно рад, но ответственность, вновь легшая на мои плечи неподъемным грузом, совсем не радовала.

Сбоку от меня шла Лилит. Эта девушка, честно признаться, удивила меня больше остальных. Опасная натура… Она не задумываясь метнула в меня ножи и выпустила стрелы. В её движениях чувствовалась дикая, необузданная сила, но я, как опытный боец, видел и её ошибки. В нашем коротком столкновении она действовала на эмоциях, открываясь для контрудара. Я вспомнил, как выбил кинжал из её рук, намеренно нанеся сильный удар по запястью. Бросив беглый взгляд на её руку, я заметил еле видный синяк, наливавшийся синевой, но Лилит даже не поморщилась. Она шла с каменным выражением лица, гордо подняв голову, и в этом было что-то, вызывающее невольное уважение.

Рядом с ней шагала Лия, которая время от времени подпинывала попадающиеся под ноги камушки. Кажется, эта эльфийка была единственной, кто сохранял подобие хорошего настроения в нашем отряде. За целый день похода я понял, что она — душа этой компании. Хотя Ридок мог бы с ней поспорить… Он почти не закрывал рот. Даже сейчас он что-то увлеченно вещал, хотя его, кажется, уже никто не слушал.

Рубио, Лиам и Селестия шли чуть позади. Они сохраняли молчание, лишь изредка короткими смешками реагируя на очередную байку Ридока. Это было то самое вежливое невнимание, когда люди просто делают вид, что слушают, чтобы не обидеть рассказчика.

— Кстати, а как вы вообще попадаете в Нарнию? — вдруг спросила Лия, бесцеремонно перебивая Ридока на полуслове.

— Не знаем, — отозвалась Люси, пожав плечами. — Просто само по себе выходит. Шкаф, картина, станция метро… Нас будто зовет кто-то, когда здесь становится совсем худо.

— А что в вашем мире есть? — подала голос Мия, с любопытством разглядывая нас. — Там интересно? Красиво?

Я хмыкнул, и в этом звуке было больше горечи, чем я хотел показать.

— Там? Там скукота, серые здания и бесконечная война. Вот и всё. Если вам это хоть что-то объяснит, то будь у меня выбор, я бы остался здесь навсегда.

— А у вас нет выбора, что ли? — удивилась Лия. — Вы же... ну...

— Великие Король и Королева, — закончил за неё Ридок с легкой усмешкой.

— Но они не выше Аслана, Ридок, — спокойно ответила Селестия своим мелодичным, умиротворяющим голосом. — Он решает, когда им приходить и когда уходить.

Селестия вообще казалась мне воплощением спокойствия. Позже я узнал, что она обладает магией воды, и это идеально объясняло её характер — глубокий, чистый и временами холодный.

Услышав имя Аслана, Рубио и Лиам переглянулись.

— Аслан? — Рубио слегка хмыкнул, в его глазах промелькнуло сомнение. — Вы же не серьезно…

— Ну, раз Короли из легенд стоят перед нами, значит, и Аслан существует, — философски заметил Ридок.

— А вы что, не верили в него? — Люси удивленно вскинула брови.

Лиам, который до этого шел молча и сосредоточенно вырезал какую-то фигурку из куска дерева своим кинжалом, наконец поднял взгляд. Было видно, что разговор его по-настоящему заинтересовал.

— Мы и в вас-то не особо верили, если честно, — честно признался Ридок.

— Не сочтите за грубость, Ваше Высочество, но так и есть, — добавил Рубио. — Слишком много времени прошло. Истории превратились в пыль.

— А я верила! — проворчала Мия, смешно надув губы и устроив остальным парням шуточный бойкот.

— Ну, ты-то конечно, — поддразнила её Лия, отчего Лиам негромко рассмеялся, а Лилит издала едва слышный, приглушенный хмык. Кажется, это была её первая реакция, похожая на одобрение.

Дальше мы шли молча. Даже у Ридока, видимо, закончился запас историй. Усталость навалилась на всех разом; мы были в пути целый день, а выход из леса всё не показывался, скрытый за бесконечными рядами древних стволов.

— Если кто-то устал — не геройствуем, — громко объявил Рубио, оборачиваясь к отряду. — Говорите сразу, сделаем привал.

— Отлично! Я устал! — тут же прокричал Ридок.

Не дожидаясь ответа или чьего-то одобрения, он просто рухнул спиной на мягкую траву, широко раскинув руки в стороны. Все невольно остановились, оборачиваясь на шум. Я вздохнул, встретившись взглядом с Рубио.

— Думаю, нам действительно нужно передохнуть, — сказал я. — Все на пределе.

Рубио согласно кивнул, позволив себе короткую улыбку.

— А кое-кто — больше всех, — подколола Селестия, садясь на корточки рядом с лежащим Ридоком. — Ты когда-нибудь замолчишь сегодня или нет?

— Не дождешься, сестричка, — пробормотал Ридок, закрывая глаза. Кажется, он уснул прямо в ту же секунду, как его голова коснулась земли.