Огромная проблема.
Я не сводила с неё прицела, затаив дыхание. Каждое её движение — плавный поворот головы, изгиб губ, шевеление пальцев — фиксировалось моим зрением, как цель. Медленно, почти бесшумно я отступала назад, стремясь сократить расстояние до Мии, отца и Рубио. Рубио уже давно закрыл сестру собой. Он стоял непоколебимо, сжимая рукоять меча так, что побелели костяшки. Я знала его: он не моргнет, даже если небо рухнет на него, защищая Мию. Я уважала его силу, но всё же мне было бы спокойнее, если бы эта ноша — защита сестры — полностью легла на мои плечи. Если бы только Мия не играла в эту роль «хорошей и милой принцессы», если бы она хотя бы раз взяла в руки оружие и потренировалась со мной, всё было бы намного легче.
Оливия шла вперед, и её правая рука была странно изогнута, словно она поддерживала невидимую опору. Но опора была видимой. Над её ладонью, повинуясь черной магии, парил камень. Он искрил густым, ядовитым черно-фиолетовым сиянием. Черный камень. Камень Смерти.
— Оливия, — голос отца прозвучал глухо и хрипло. Он сжал кулаки, делая решительный шаг навстречу своей гибели.
Из тени колонн, словно из ниоткуда, выросли Лиам, Селестия и Ридок. К ним примкнули и их друзья: кто-то уже натягивал тетиву, кто-то перехватывал тяжелый двуручный меч. Селестии и Ридоку оружие было не нужно — они были магами. Селестия обладала властью над льдом и водой, Ридок же повелевал яростным пламенем. Но в моей голове билась одна пугающая мысль: они слишком юны. Их чистой, необкатанной силы не хватит, чтобы противостоять той тьме, что исходила от Камня Смерти.
— Люциус... Рада тебя видеть, — сладко протянула Оливия. Она остановилась, картинно склонив голову набок и положив руку на бедро. Она смотрела на короля так, будто он был её рабом, забавой, не более. Папа был прав — она копила силы. Она стала во сто крат опаснее. Страх подступил к моему горлу, пытаясь задушить, но ярость, древняя и горячая, оказалась сильнее.
— Тебе здесь не рады, — отчеканил отец.
Оливия притворно ахнула, прикрыв рот ладонью.
— Жаль... — бросила она, и в ту же секунду её смех, резкий и колючий, разрезал тишину зала.
Она хмыкнула и перевела взгляд на нас с Мией. Сестра, проявив свое вечное упрямство, всё же высунулась из-за спины Рубио, отказываясь прятаться. Оливия улыбнулась, жадно разглядывая нас обеих.
— Выросли. Знаешь, Мия... — она чуть покрутила пальцем, и черный камень в воздухе послушно совершил пируэт. — Я была обижена. Ты не позвала меня на свадьбу. Свою родную тетю...
— Ты мне не тетя! — голос Мии звенел от ненависти. — Ты тварь, убившая мою мать. Тебе просто повезло, что ты не сдохла в тот же день от руки моего отца!
Ядовитые слова сестры заставили Оливию улыбнуться еще шире. Я почувствовала, как дерево лука скрипнуло в моей ладони. Упоминание мамы жгло внутренности почище огня Ридока.
— Не будем терять время, — внезапно похолодевшим тоном произнесла Оливия, глядя в упор на отца. — Мне нужен Камень.
Я до боли сжала губы, но тут же заставила лицо стать каменным. Никто не должен знать. Ни единый мускул не должен меня выдать. Все присутствующие на мгновение замешкались, не понимая, о каком камне идет речь. Я видела их замешательство, и это вызвало во мне вспышку самоненависти. Дура! Следи за Оливией! Держи её под прицелом!
— Ты его не получишь, Оливия, — твердо ответил папа. — Уходи в изгнание, или ты умрешь здесь. Хотя Камень Смерти и так сожрет тебя изнутри.
Лицо Оливии мгновенно помрачнело. Она не привыкла к отказам. Пожав плечами, она сухо хмыкнула и щелкнула пальцами.
То, что произошло дальше, заставило мое сердце остановиться. Папа внезапно вскрикнул и согнулся пополам, хватаясь за грудь. Он задыхался от невыносимой боли, исходящей от черной магии.
Мой рот приоткрылся. Выдох. Вдох. Стрела сорвалась с тетивы. Она летела точно в лоб Оливии, неся в себе всю мою злость. Но она не долетела. Оливия даже не повернула головы — она просто подняла руку, и стрела замерла в воздухе, зависнув острием в паре дюймов от её ладони. Я ахнула.
— Слишком медленно. Плохо, Лилит, — Оливия лениво перевела на меня взгляд. Она небрежно махнула рукой, и стрела, развернувшись на 180 градусов, со свистом полетела обратно в отца.
— Нет! — закричала я.
Вокруг всё пришло в движение. Лиам и остальные вскинули оружие, а я уже доставала новую стрелу, лихорадочно прицеливаясь. Моя прошлая стрела замерла у самого горла отца, пока он продолжал корчиться в судорогах на полу.
— Камень! — прошипела Оливия.
— Нет! — выдохнул отец сквозь зубы.
— Живо! — её крик ударил по ушам.
Я металась внутри себя. Камень был у меня. Он холодил мне руку под кожаным браслетом. Но я дала обещание... Я обещала отцу беречь его любой ценой. И всё же, я не могла смотреть, как он умирает.
— Живо! — Оливия теряла терпение, её глаза налились багровым светом.
— Я знаю, где он! — крикнула я, перекрывая её голос. Я не могла признаться, что он на мне. Только не это.
Все взгляды скрестились на мне. Оливия прищурилась.
— Отпусти его, — потребовала я, не опуская лука.
— Сначала Камень.
Она сжала кулак, и стрела у шеи отца слегка надрезала кожу. Капля крови скатилась вниз. Я вздрогнула, но продолжала держать прицел.
— Нет. Сначала отпусти его.
— Решила поторговаться со мной? — Оливия хмыкнула, безразлично поведя плечами. — Что ж. Тогда как только образумишься — поговорим. Встретимся на Краю Камней Души.
Она улыбнулась, и прежде чем я успела моргнуть, зал наполнился тенями. Они хлынули отовсюду, отрезая нас друг от друга.
— Лилит! Отец! — вскрикнула Мия.
Я увидела, как Оливия взмыла в воздух, потянув за собой скованного магией отца. Я нырнула в гущу теней, размахивая кинжалом, пытаясь прорваться к ним.
— Нет! Отец!
Всё было тщетно. Ярость ослепила меня. Каждая тень, преграждавшая мне путь, рассыпалась в прах под моим кинжалом. Внезапно острая, жгучая боль прошила мою ногу. Я вскрикнула, оседая. Тень полоснула меня по голени.
— Лилит! — Лиам оказался рядом в один миг. Его меч описал широкую дугу, уничтожая тварь. Я пошатнулась, опираясь на здоровую ногу, и бросила ему короткий кивок благодарности.
— Справлюсь!
Стрела. Тетива. Первый убит. Второй. Третий. Девятый...
Битва была короткой, но кровавой. Последняя тень успела ускользнуть через разбитую стену, растворяясь в небе.
Я тяжело дышала, оглядывая то, что осталось от великолепного зала. Повсюду валялись обломки камня, обрывки праздничных лент и тела тех, кому не повезло. Мия стояла бледная, как полотно, глядя на Рубио — тот медленно убирал меч в ножны, не сводя глаз с пустых проемов. Селестия и Ридок опустили руки; магия им не помогла, и они сражались найденными где-то мечами. Я была рада, что они хотя бы живы.
Лиам и Лия стояли рядом с сестрой, пытаясь её успокоить. Несколько уцелевших рыцарей осматривали раненых. Остальные... остальные были мертвы. Комок в горле снова стал невыносимым, но я сглотнула его, заставив себя выпрямиться. Закинув лук за спину и прихрамывая, я направилась к ребятам. У нас появилась проблема. Огромная, смертоносная проблема. И нам нужно было её решать. Сейчас же.