Глава 12
Два дня после финала Макс почти не выходил из комнаты. Он смотрел в потолок, крутил в руках старый мяч и пытался понять, почему победа оставила во рту привкус горечи.
Рик и Сэм заходили несколько раз. Рик предлагал устроить вечеринку в честь чемпионства, Сэм молча сидел на краю кровати, не задавая вопросов. Они чувствовали, что с капитаном что-то не так, но не знали, как спросить. Макс отмахивался, говорил, что просто устал, что нужно восстановиться.
На второй день он достал телефон. Набрал сообщение Нейту: «Помнишь наш уговор? После игр. Площадка Роуздейла. Сегодня в восемь».
Отправил. И начал ждать.
Ответа не было через час. Не было через три. К вечеру Макс перечитал сообщение раз двадцать, пытаясь понять, не сказал ли он чего-то лишнего. Может, Нейт не хочет его видеть. Может, та игра что-то сломала между ними окончательно. Может, он вообще больше никогда не ответит.
В восемь часов Макс уже стоял на площадке Роуздейла. Фонари горели ровным белым светом, сетки висели неподвижно, и только ветер гонял по асфальту сухие листья. Он пришел с мячом - тем самым, который Нейт вернул ему в ту ночь, когда они говорили по-настоящему.
Ждать пришлось долго.
Макс бросал в кольцо, садился на скамейку, снова бросал. Смотрел на время. Двадцать минут. Сорок. Час. Внутри разрасталась тяжелая пустота. Не придет, - думал он. - Правильно. Зачем ему это? Он проиграл. Ему, наверное, стыдно. Или обидно. Или...
Он уже начал собираться, когда услышал шаги.
Нейт вышел из темноты так тихо, что Макс вздрогнул. На нем были свободные спортивные штаны, черная толстовка с капюшоном, надвинутым почти на глаза. В руках - мяч. Он остановился в нескольких шагах, и свет фонарей упал на его лицо.
Что-то было не так.
- Опаздываешь, - сказал Макс, и его голос звучал легко, почти беззаботно. - Думал, ты сбежишь, испугавшись честной игры.
Он не ответил, всматриваясь в него. Нейт выглядел... как обычно. Волосы уложены, лицо спокойное, в глазах привычная насмешка. Но что-то было не так. Что-то неуловимое, что Макс не мог определить.
- Испугался? - Нейт усмехнулся, подходя ближе. - Ты же меня на куски разорвал на Лигит. Думаешь, я забыл?
- Ты не пришел бы, если бы помнил только это, - сказал Макс, и его голос прозвучал тише, чем хотелось.
Нейт замер на секунду, но тут же усмехнулся снова:
- Не приукрашивай, Митчел. Мне просто скучно. И больше обыграть некого.
Он прошел на площадку, скинул толстовку, оставшись в майке. Макс заметил, как он моргнул, когда холодный воздух коснулся кожи, но виду не подал.
- Давай, - Нейт подобрал мяч, покрутил на пальце. - До десяти. Честно. Как договаривались.
Они начали играть. И с первых секунд Макс понял: что-то не так. Нейт двигался быстро, резко, он играл чисто - никаких локтей, никаких толчков. Но в его движениях была какая-то отчаянная, злая энергия. Он бросал мяч так, будто хотел пробить им щит, защищался так, будто от этого зависела жизнь.
- Ты чего такой злой? - спросил Макс, перехватывая мяч.
- Я не злой, - отрезал Нейт, выбивая мяч у него из рук. - Я просто играю.
Он пошел в проход, и Макс, уступая ему дорогу, заметил, как Нейт поморщился при резком движении. Но ничего не сказал.
Счет рос. Нейт вел - три-один, потом четыре-три. Макс не выкладывался на полную, он наблюдал. Смотрел, как Нейт двигается, как дышит, как его глаза мечутся по площадке, не находя цели.
- Ты играешь честно, - сказал Макс, когда счет стал шесть-пять в пользу Нейта. - Но ты не получаешь удовольствия.
- А ты психолог? - огрызнулся Нейт. - Играй давай.
Он снова пошел в атаку, и Макс пропустил его - специально, чтобы посмотреть. Нейт забил, но приземлился неуклюже, и на его лице мелькнула тень боли.
- Нейт, - начал Макс.
- Не называй меня так, - перебил Нейт, подбирая мяч. - Для тебя я Натаниэль Блэквуд. Помнишь? Мы враги. Мы всегда враги.
- Тогда почему ты пришел?
Нейт замер. Мяч выпал из рук, покатился по асфальту. Он смотрел на Макса, и в его глазах мелькнуло что-то - растерянность? Боль? Но эмоции тут же вернулись на место.
- Потому что ты ноешь, как девчонка, - усмехнулся он. - «Приходи, поиграем, вспомним старье». Я думал, ты отстанешь. А ты упрямый, как баран.
Он нагнулся за мячом, и в этот момент его майка задралась, открывая поясницу. Макс успел заметить синевато-фиолетовое пятно на коже, но Нейт быстро выпрямился, поправил одежду.
- Ты чего уставился? - спросил он, и в голосе появилась нотка нервного смеха. - Любуешься?
- У тебя синяк, - сказал Макс, не отводя взгляда.
Нейт замер. Его лицо на секунду потеряло всякое выражение, а потом он усмехнулся, но усмешка вышла кривой.
- Баскетбол, - бросил он. - Жесткий вид спорта. Сам знаешь.
- Это не от баскетбола, - тихо сказал Макс.
Нейт отступил на шаг, поднял мяч на уровень груди, будто защищаясь.
- Не лезь не в свое дело, Митчел.
- Это мое дело, - Макс шагнул вперед. - Ты пришел. Ты здесь. Ты играешь честно, хотя на Лигит... ты пытался играть честно, я видел. А теперь у тебя синяки, и ты ведешь себя так, будто ничего не случилось. Что происходит?
- Ничего, - голос Нейта стал жестче. - Просто... не лезь. Пожалуйста.
Он отвернулся, сделал вид, что поправляет сетку на кольце. Макс видел, как дрожат его руки. Не от холода.
- Нейт, - Макс подошел ближе. - Мы же... после той ночи. Мы говорили. Ты сказал, что хочешь попробовать. А потом...
- А потом я проиграл, - перебил Нейт, не оборачиваясь. - Я проиграл тебе, я проиграл отцу, я проиграл всем. Счастлив? Ты хотел услышать это?
- Я хотел понять, что с тобой.
Нейт резко развернулся. Его лицо было бледным, глаза горели, но в них не было злости - только боль, которую он так долго прятал.
- Ты ничего не поймешь, - сказал он, и голос его сорвался. - У тебя есть друзья, команда, отец, который любит тебя просто так. А у меня... у меня есть фамилия, которую нужно носить, и победы, которые нужно добывать любой ценой. А если я нет... - он замолчал, сжал кулаки. - Нет? значит, я пустое место.
Он опустил голову, и в свете фонарей Макс увидел, как его плечи дрожат.
- Он ударил тебя? - спросил Макс, и голос его прозвучал глухо.
Нейт не ответил. Он стоял, ссутулившись,Макс сделал шаг, потом другой. Остановился рядом. Протянул руку, но не коснулся - просто дал понять, что он здесь.
- Покажи, - сказал он.
- Зачем? - Нейт поднял голову. В его глазах блестело что-то, но он не плакал. - Чтобы потом сказать «я же говорил»?
- Чтобы знать, - ответил Макс. - Что я могу сделать.
Нейт посмотрел на него долгим взглядом. Потом медленно стянул рукав майки.
Предплечье было в синяках - старых, желтеющих, и свежих, багровых. Они шли полосами, как будто кто-то держал за руку слишком сильно. Или бил. Макс смотрел на эти следы, и внутри у него всё переворачивалось.
- Это он? - спросил он, хотя ответ знал.
- Я упал, - сказал Нейт, отводя взгляд. - С лестницы. Неудачно.
- Нейт.
- Я сказал, с лестницы! - Нейт дернулся, отступил, снова натягивая рукав. - Не надо меня жалеть, Митчел. Я не маленький. Я сам выбрал. Сам решил играть честно, сам проиграл, сам... - его голос дрогнул, и он замолчал.
Они стояли друг напротив друга. Ветер стих, и тишина стала почти осязаемой.
- Ты не заслужил этого, - сказал Макс.
- Не надо, - прошептал Нейт.
- Ты не заслужил, - повторил Макс, и теперь в его голосе была сталь. - Никто не заслуживает такого. Даже ты. Особенно ты.
Нейт поднял на него глаза.
- Что мне делать? - спросил Нейт, и этот вопрос прозвучал так отчаянно, что у Макса сжалось сердце. - Если я не выигрываю, я ему не нужен. Если я играю честно, я проигрываю. Если я... - он замолчал, провел рукой по лицу. - Если я не такой, как он хочет, то кто я?
Макс смотрел на него и чувствовал, как внутри поднимается что-то огромное, горячее. Не жалость. Что-то другое.
- Ты - Натаниэль Блэквуд, самый умный парень на курсе. - сказал он. - Парень, который умеет играть в баскетбол так, что у меня дыхание перехватывает. Который может быть честным, когда захочет. Который вытащил меня из туалета, когда мне было плохо, хотя мог просто пройти мимо. Это ты.
Нейт смотрел на него, не дыша.
- И если твой отец этого не видит, - продолжил Макс, - то он слепой. Или дурак. Или... неважно. Но это не значит, что тебя нет.
Тишина повисла в воздухе, тяжелая, звонкая. Нейт стоял неподвижно, и Макс видел, как его глаза блестят в свете фонарей.
- Ты так думаешь? - спросил Нейт, и голос его был тихим, почти детским.
- Правда, - ответил Макс.
Нейт опустил голову, и в следующую секунду Макс почувствовал, как тот прислоняется к его плечу. Не обнимает, не просит о помощи - просто стоит рядом, и его дыхание сбивается. Макс замер, не зная, что делать, а потом медленно поднял руку и положил на плечо Нейта.
Они стояли так несколько секунд. Или минут. Макс не знал. Он чувствовал тепло чужого тела, слышал, как бьется сердце - может быть, его, может быть, Нейта.
- Ты идиот, - прошептал Нейт, не поднимая головы. - Настоящий идиот.
- Знаю, - ответил Макс, и в его голосе мелькнула улыбка.
Нейт отстранился, провел рукой по лицу, пряча глаза.
- Если ты кому-нибудь расскажешь...
- Не расскажу, - перебил Макс.
- И про синяки...
- Не скажу.
Нейт кивнул, все еще не глядя на него. Потом поднял мяч, который валялся у скамейки, и бросил в кольцо. Мяч прошел сквозь сетку с мягким шорохом.
- Четыре-шесть в мою пользу, между прочим, - сказал Нейт, и в голосе снова появилась привычная нотка, но она звучала иначе. Теплее. - Ты еще можешь отыграться.
Макс улыбнулся - впервые за два дня.
- Догоняй, Блэквуд.
Они продолжили играть. Нейт двигался осторожнее, но не сбавлял темпа. Макс не давал поблажек, но и не играл жестко. Они бросали, бегали, спорили - «фол», «не было фола», «руками не машем» - и в этом споре не было злости. Было что-то другое. Что-то, что Макс не мог назвать, но чувствовал каждой клеткой.
Счет стал семь-семь. Нейт замер, держа мяч под мышкой.
- Знаешь, - сказал он, глядя на кольцо. - Я, наверное, не вернусь домой сегодня.
Макс посмотрел на него.
- Куда пойдешь?
- Не знаю, - Нейт пожал плечами. - В отеле где-нибудь. Или... - он запнулся. - Неважно.
Макс помолчал. Потом сказал:
-Если хочешь, можешь остаться у меня.
Нейт повернулся к нему. В его глазах было удивление, смешанное с чем-то еще.
- Ты серьезно?
- Я всегда серьезен, - ответил Макс, и на его лице появилась усмешка. - Ну что, доиграем?
Нейт посмотрел на мяч, потом на Макса, потом на темное небо над их головами.
- До десяти, - сказал он. - И я тебя сделаю.
- Посмотрим.
Они снова начали играть, и их смех разносился по пустой площадке. Синяки под рукавом все еще болели, но сейчас Нейт почти не чувствовал их. А Макс наконец перестал думать о кубке, который стоял на полке в его комнате. Потому что настоящая победа, кажется, была не в нем.
Она была здесь. На этой площадке. В честной игре и в том, как светятся глаза Нейта, когда он забивает очередной мяч.
Счет стал девять-девять. Решающий бросок. Нейт вел мяч, Макс защищался, и они оба смеялись, потому что это была просто игра. Самая честная игра в их жизни.
И плевать, кто выиграет.