Глава 6
Прошла неделя. Семь дней, наполненных тренировками, тактическими разборами и попытками не думать о том, что случилось на площадке Роуздейла. Макс почти убедил себя, что той ночи не было. Что он не сидел на холодном асфальте, глядя в растерянные зеленые глаза. Что Нейт не говорил: «Я умею, когда хочу». Что это просто приснилось.
— Ты сегодня какой-то задумчивый, — заметил Сэм, когда они шли на утреннюю пробежку.
— Нормально, — отмахнулся Макс. — Думаю о тактике.
Сэм посмотрел на него с легким прищуром, но ничего не сказал. Он всегда знал, когда лучше не лезть.
Рик, как обычно, жевал батончик и рассуждал о предстоящих внутришкольных соревнованиях:
— Слушайте, это же просто разминка перед Лигит. Пара игр с местными. Ничего серьезного.
— Не расслабляйся, — ответил Макс. — Любая игра — это возможность проверить себя.
— И посмотреть, как играют другие команды, — добавил Сэм. — У нас сегодня «Иствуд». Не фавориты, но в прошлом сезоне были крепкими середняками.
Макс кивнул. Внутришкольный турнир перед чемпионатом Лигит был традицией. В нем участвовали все колледжи округа, и это был последний шанс оценить силы перед главными играми. Вайтпулс попал в группу к «Иствуду», «Нортсайду» и… «Ред Рокет». Случайно или нет, но их пути пересекались только в финале группового этапа. Если, конечно, обе команды туда выйдут.
Макс старался не думать о Нейте. Он сосредоточился на игре.
Первые два матча Вайтпулс выиграл уверенно. «Иствуд» был силен в защите, но их нападение хромало. Макс разрывал их построения быстрыми проходами, Рик доминировал под кольцом, а Сэм контролировал темп. Второй матч против «Нортсайда» оказался сложнее — соперники сделали ставку на дальние броски, и первые десять минут счет был равным. Но к концу третьей четверти Вайтпулс перехватил инициативу и довел игру до победы с разницей в двенадцать очков.
— Мы готовы, — сказал Рик после матча, сияя. — Этих мы сделали.
— Не забегай вперед, — осадил его Сэм. — Главный бой впереди.
Макс ничего не сказал. Он знал, о ком говорит Сэм.
Финальный матч группового этапа проходил в субботу, на центральной площадке спорткомплекса. Трибуны были заполнены — фанаты Вайтпулса и Ред Рокет создавали шум, от которого звенело в ушах. Макс выходил на разминку, чувствуя знакомое напряжение в мышцах. Сердце билось ровно, но где-то в груди сидел холодный комок.
Нейт был на другой половине площадки. Он разминался в своей обычной манере — легко, грациозно, будто играл один. Волосы уложены идеально, форма сияет белизной. На лице — та самая улыбка, от которой тают девушки на трибунах. Но когда их взгляды встретились, улыбка на секунду дрогнула. Нейт отвел глаза первым.
— Он что, тебя боится? — хмыкнул Рик.
— Не боятся, — ответил Макс, не глядя на друга. — Просчитывает.
Судья дал свисток, и игра началась.
Первая четверть прошла в равной борьбе. Макс чувствовал себя уверенно: он проходил защиту, находил открытых партнеров, забивал сам. Нейт тоже был хорош — быстр, точен, неуловим. Но в его игре не было грязи. Макс даже поймал себя на мысли, что сегодня все может быть по-честному.
Вторая четверть началась с рывка Вайтпулса. Макс перехватил мяч, выбежал в отрыв, отдал пас Рику под кольцо — два очка. Затем сам забил с дуги. Потом еще один перехват, и Сэм реализовал быстрый прорыв. Разрыв вырос до восьми очков.
— Давай! — крикнул Рик, хлопая Макса по плечу. — Мы их делаем!
Макс мельком взглянул на Нейта. Тот стоял на своей половине, опустив голову, и что-то говорил своим парням. Когда он поднял взгляд, в его глазах Макс увидел то, что видел уже много раз: холодный расчет и решимость.
«Сейчас начнется», — подумал он.
И началось.
В конце второй четверти Нейт пошел в проход. Макс встретил его в защите, выставил руки, но Нейт, вместо того чтобы обыгрывать, резко ускорился и врезался плечом в грудь Макса, одновременно выпуская мяч. Судья промолчал. Мяч упал в кольцо, и Нейт, развернувшись, бросил на Макса быстрый взгляд — в нем читалось: «Что, не нравится?».
Макс стиснул зубы. Он подошел к судье:
— Фол был. Он ударил плечом.
Судья, пожилой мужчина с усталыми глазами, пожал плечами:
— Не видел. Играйте.
— Как не видели? Это же…
— Играйте, молодой человек, — повторил судья, и в его голосе послышалась сталь.
Макс отошел. На трибунах зашумели, кто-то свистнул. Рик подошел к нему:
— Ты видел это?
— Видел.
— И что?
— Ничего, — ответил Макс, глядя на Нейта, который уже занял позицию в защите. — Играем дальше.
Вторая половина матча превратилась в испытание.
Нейт больше не скрывался. Его команда играла жестко, на грани фола и за ней. Локти в спину при проходе, толчки под кольцом, задержки рук в защите. Судьи смотрели сквозь пальцы — или им за это платили. Макс не знал точно, но догадывался.
— Это не баскетбол! — крикнул Рик после того, как его сбили в прыжке, и он приземлился на спину.
— Тихо! — рявкнул судья. — Еще слово — технический.
Макс помог Рику подняться. Тот был бледен от злости, но молчал.
Счет сравнялся. Потом Ред Рокет вышел вперед на два очка. В конце третьей четверти Макс, прорываясь к кольцу, получил локтем в солнечное сплетение — точно как тогда, на площадке. Он согнулся, выдыхая воздух, но устоял на ногах.
— Ты как? — Сэм подскочил к нему.
— Нормально, — выдавил Макс. — Продолжаем.
Четвертая четверть стала битвой. Макс вел команду за собой, забивал, отдавал, тащил. За три минуты до конца Вайтпулс отыграл разрыв — счет стал 68:68.
Тайм-аут взял тренер Ред Рокет. На скамейке соперников Нейт что-то горячо объяснял своим, жестикулируя. Макс не сводил с него глаз.
— Он что-то задумал, — сказал Сэм.
— Знаю.
Последняя атака. Мяч у Ред Рокет. Нейт ведет, время идет. Макс защищается против него, вплотную, чувствуя каждое его движение. Нейт пробует пройти справа — Макс перекрывает. Слева — снова блок. Тогда Нейт останавливается, делает вид, что собирается бросать, и в тот момент, когда Макс поднимает руки, резко бьет его локтем в челюсть.
Удар был несильным, но неожиданным. Макс качнулся назад, теряя равновесие на долю секунды. Этого хватило. Нейт проскочил мимо, вышел на свободную линию и бросил. Мяч вонзился в сетку.
Свисток. 70:68. Победа Ред Рокет.
Макс стоял, прижимая руку к челюсти. Судья даже не посмотрел в его сторону. Нейт, проходя мимо, бросил короткий взгляд — в нем не было ни радости победы, ни злорадства. Только что-то похожее на… сожаление? Или это показалось?
— Отличная игра, — сказал Нейт, останавливаясь. Голос был ровным.
Макс опустил руку. В карих глазах горел холодный огонь.
— Я думал, в тебе есть хоть капля чего-то хорошего, — сказал он тихо, чтобы слышали только они. — Видимо, ошибался.
Нейт замер. Его лицо, еще секунду назад спокойное, дернулось. Улыбка сползла, обнажая то, что было под маской — злость. Настоящая, не притворная.
— Что ты сказал?
— Ты слышал, — ответил Макс, не повышая голоса.
— Ты… — Нейт шагнул вперед, сокращая расстояние. Его пальцы сжались в кулаки. — Ты ничего обо мне не знаешь, Митчел. Ничего.
— Я знаю, что ты жулик, — спокойно сказал Макс. — И что ты боишься играть честно, потому что тогда ты — никто.
Вокруг них начали собираться игроки, тренеры, кто-то из судей. Рик встал рядом с Максом, готовый вмешаться. Но Нейт смотрел только на Макса.
— Никто? — повторил он, и в его голосе прорезалась та самая жестокая нотка, которую Макс слышал лишь однажды. — Ты, сын бросившей тебя матери, который живет в общаге на стипендию, смеешь называть меня никем?
Макс побледнел, но не отвел взгляда.
— Хочешь ударить? Ударь. Это единственное, что ты умеешь, когда проигрываешь спор.
Нейт занес руку, и на трибунах ахнули. Но в последний момент он остановился. Его лицо исказилось — гнев боролся с чем-то еще, с чем-то, что не давало ему сделать последний шаг.
— Ты ничего не понимаешь, — выдохнул он, опуская руку. — Ты и твоя дурацкая честность. Посмотрим, как ты запоёшь, когда я размажу вас на Лигит.
Он развернулся и пошел прочь, расталкивая плечом зрителей. Его команда потянулась за ним, но Нейт даже не оглянулся.
Макс стоял, чувствуя, как дрожат руки. Рик положил ладонь ему на плечо.
— Ты как?
— Нормально, — ответил Макс. — Пойдемте отсюда.
В раздевалке было тихо. Парни сидели на скамейках, кто-то перематывал бинты, кто-то просто смотрел в пол. Поражение — всегда поражение, даже если оно было нечестным.
Макс стоял у доски с тактическими схемами, не глядя на них.
— Он нас сделал, — сказал кто-то из новичков. — Судьи были на их стороне. Зачем вообще играть, если...
— Замолчи, — оборвал его Рик.
— Нет, — Макс повернулся. — Пусть говорит. Он прав — нас сделали. Судьи были несправедливы. Нейт играл грязно. И мы проиграли.
Он прошелся по раздевалке, останавливаясь напротив каждого.
— Но это была не Лигит. Это был только отбор. А Лигит будет через две недели. И там будет другая площадка, другие судьи, другие камеры. И если Нейт начнет выкидывать свои фокусы — это увидят все.
— Ты веришь, что мы можем их обыграть? — спросил Сэм.
Макс посмотрел на него, потом на Рика, потом на остальных.
— Я знаю, что мы можем их обыграть. Если будем готовиться. Если не сдадимся. Если будем играть как команда — по-настоящему, а не как сборище одиночек, которые боятся друг друга.
Он подошел к стене, где висело расписание тренировок.
— Завтра в шесть утра. Выходной отменяется. Мы будем отрабатывать защиту против жесткой игры. Сэм, найди все записи матчей Ред Рокет, где они играли не честно. Посмотрим, как судьи реагируют, когда на них смотрят камеры. Рик, ты работаешь над штрафными — если нас будут валить, мы должны забивать с линии.
Рик кивнул.
— А ты? — спросил Сэм. — Что ты будешь делать?
Макс подошел к своему рюкзаку, достал потертый кожаный мяч.
— Я буду готовиться к тому, чтобы выиграть у Блэквуда честно. И показать ему, что баскетбол — это не про локти и подкупленных судей. Это про игру. И я не позволю ему это забыть.
Он сжал мяч в руках, чувствуя знакомую шероховатость.
— Мы не отчаиваемся. Мы становимся сильнее. Вопросы?
В раздевалке было тихо. Потом Рик усмехнулся:
— Вопросов нет, капитан.
Сэм кивнул. Остальные парни зашумели, собирая вещи, обсуждая завтрашнюю тренировку. Поражение еще саднило, но в воздухе висело что-то другое — решимость.
Макс остался один. Он подошел к окну, глядя на темнеющее небо. Вдалеке, на парковке зажигались фары черного внедорожника. Нейт уезжал.
Ты ошибся во мне, — подумал Макс. — Но и я ошибся в тебе. Думал, там, на площадке, было что-то настоящее. Оказалось — просто очередная игра.
Он отвернулся от окна.
— Ладно, — сказал он сам себе. — Значит, будем играть по-настоящему. Без надежды на чудо.
В кармане завибрировал телефон. Макс достал его, посмотрел на экран. Неизвестный номер. Он сбросил вызов, не раздумывая.
Но через минуту пришло сообщение: «Ты ничего не знаешь, Митчел. Ничего».
Макс посмотрел на текст, и проигнорировал сообщение. Парень пошел собираться к завтрашней тренировке, оставляя эту ночь позади.
Вражда разгоралась с новой силой. И в этот раз никто не надеялся на примирение.