Призрак в паддоке [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

Стук в дверь в двенадцать ночи был резким, не терпящим отлагательств. Марго, уже переодетая в пижаму и читавшая в кровати, вздрогнула. Юля, сидевшая рядом с ноутбуком, насторожилась. Обменявшись встревоженными взглядами, Марго подошла к двери и приоткрыла её.

В проёме стоял Макс. Но не тот Макс — уверенный чемпион или уставший брат. Его лицо было бледным от сдержанной ярости, глаза горели холодным, опасным огнём, а челюсть была сжата так, что выпирали скулы.

— Макс? Что случилось? — голос Марго сорвался на испуганный шёпот. Она уже знала ответ, ещё не услышав его.

— Ландо. Этот ублюдок, — вырвалось у Макса сквозь стиснутые зубы. Он вошёл в номер, и дверь захлопнулась с таким звуком, будто навеки отсекла тихий, спокойный мир, в котором они пытались укрыться.

Марго почувствовала, как пол уходит из-под ног.
— Проходи, садись. Рассказывай всё, — тихо сказала она, усаживая его на край кровати и садясь рядом, хватаясь за его руку, будто за якорь.

— Он знает, Марго. Он всё выяснил. Знает, кто ты, — выдохнул Макс, и в его голосе, помимо злобы, звучала хриплая, бессильная ярость. Ярость от того, что не смог защитить.

Слова повисли в воздухе тяжёлым, ядовитым облаком. Глаза Марго расширились от шока, за ними последовал взгляд Юли, в котором ужас смешался с невероятным возмущением.

— Но... как? — выдохнула Марго. — Мы же всё продумали... Никаких следов...

— Не знаю! — Макс провёл рукой по лицу. — Он просто подошёл и спросил. Прямо в лоб. «Маргарет — твоя сестра?»

От этих слов, произнесённых вслух, в комнате стало нечем дышать. У Марго перехватило горло. Холодная волна паники накрыла с головой. Всё, чего она боялась все эти годы, — вспышки камер, заголовки, вторжение в её жизнь, давление на Макса — всё это внезапно стало пугающе осязаемым.
— Нет... нет, нет, нет, — забормотала она, сжимая пальцы на руке брата так, что побелели костяшки. Слёзы, горячие и предательские, выступили на глазах, потекли по щекам. — Что делать? Что теперь делать, Макс? Всё кончено...

— Марго, сестрёнка, прошу, успокойся, — голос Макса стал мягче, но в нём слышалась собственная паника. Он обнял её, прижал к себе. — Мы справимся. Я обещаю. Мы что-нибудь придумаем.

В этот момент в их круг втиснулась Юля. Она опустилась на колени перед Марго, взяла её лицо в свои ладони.
— Слушай меня. Ничего ещё не кончено. Если этот кудрявый засранец вздумает что-то выболтать, я лично откручу ему голову и отправлю её в качестве мяча для гольфа его менеджеру. Ты слышишь меня? Мы не дадим ему тебя обидеть.

Её слова, такие резкие и бесхитростные, подействовали как ушат холодной воды. Марго всхлипнула, но истерика пошла на спад. Она уткнулась лицом в плечо Макса, а потом в плечо Юли, пытаясь собраться.

---

Тем временем Ландо Норрис, лежа в своей постели в том же отеле, смотрел в потолок. На его губах играла едва уловимая, но безошибочно довольная улыбка. «Маргарет Ферстаппен. Ну что ж, мисс Загадка... Игра только начинается. И теперь правила пишу я».

---

— Что нам делать, Макс? — наконец спросила Марго, уже тише, но голос её всё ещё дрожал. — Бежать? Скрываться ещё больше?
— Я не знаю, честно, — признался Макс. Его взгляд был потерянным. Он всегда знал, как победить на трассе, но эта битва была за пределами его контроля.
— Кажется, у меня есть идея, — неожиданно сказала Юля. Все взгляды устремились на неё. — Она рискованная. Возможно, даже тупая. Но... мы можем попробовать его переиграть.
— В каком смысле? — нахмурилась Марго.
— Слушай. Он же хочет одного — тебя. Твоего внимания. Что, если... дать ему это? — Юля говорила быстро, её ум работал на пределе. — Ты начинаешь с ним общаться. Не убегаешь. Можешь даже сходить на свидание. Одно. Но ставишь жёсткое условие: он молчит. Ни слова никому о том, кто ты. Это даст нам время. А за это время мы ищем на него компромат. Любой. Старые скелеты в шкафу, невыплаченные долги, скандальные фото — что угодно. Чтобы потом, если он захочет открыть рот, мы могли пригрозить ему тем же. Шантаж во спасение.
В комнате повисла тишина. Марго смотрела на подругу, словно впервые её видела.
— Господи, Юль... Я никогда не буду переходить тебе дорогу. Ты гений и одновременно чудовище, — прошептала она. — Но... план может сработать. Что думаешь, Макс?
Макс сжал кулаки так, что хрустнули кости. Лицо его исказила гримаса отвращения.
— Блять. Вроде логично. Но я... я не смогу смотреть на это. Видеть тебя рядом с этим самовлюблённым, наглым ублюдком — его голос сорвался.
— Я понимаю, — мягко сказала Марго, накрывая его сжатый кулак своей ладонью. — Мне тоже будет не по себе. Но если это единственный способ сохранить нашу жизнь в тайне... Я готова попробовать.
— Что ж, раз решили, — Юля хлопнула в ладоши, возвращая их к действию. — Медлить нельзя. Но просто написать ему «давай знакомиться» — слишком подозрительно. Надо организовать «случайную» встречу. Где он будет уверен, что это его победа, его инициатива.
— Макс, — повернулась к нему Марго, и в её глазах уже читалась решимость, смешанная со страхом. — Когда следующий гран-при?
— Монца. Италия. Через две недели, — ответил Макс, его взгляд стал расчётливым. Он уже переключался в режим решения проблемы.
Марго глубоко вдохнула и выдохнула, глядя в окно на ночной Монако, который внезапно стал для неё полем будущей битвы.
— Что ж. Значит, мы летим в Италию.

В её голосе прозвучала не просто покорность судьбе. Это была тихая декларация войны. Войны, где её оружием должна была стать её же уязвимость, а щитом — хитрость её друзей. Игра вступила в самую опасную фазу, где ставкой была не просто её тайна, а всё её будущее.