17.
Возвращались они к вилле медленно, будто специально растягивали дорогу. Артём держал Элину за руку — уже чуть стеснительно, но отпускать явно не собирался. Он то и дело сжимал её пальцы и говорил тихо, почти на выдохе, что давно этого хотел, что ещё с первого ночного разговора всё понял, просто не торопил. Элина слушала, смущённо улыбалась, иногда опускала взгляд, иногда наоборот — смотрела на него снизу вверх, и сердце каждый раз делало лишний удар.
Когда они зашли на виллу, время было около двенадцати дня, и, к их удивлению, в доме уже кипела жизнь. На кухне кто-то ел, кто-то пил кофе, кто-то залипал в телефон. И стоило им появиться в дверях — мокрым, взъерошенным, слишком близко друг к другу — как разговоры резко стихли.
Первым очнулся Даня. Он прищурился, оглядел их с ног до головы и выдал: — Э… а вы чё мокрые? Где вы вообще были?
Элина уже открыла рот, но тут Рома резко вскинул голову, вгляделся в их переплетённые пальцы — и его глаза буквально округлились. — Я знал! — заорал он, вскакивая со стула. — Я ЗНАЛ, ЧТО ВЫ БУДЕТЕ ВМЕСТЕ! Лёха, гони сотку!
Лёша тяжело вздохнул, закатил глаза, молча полез в карман, достал купюру и протянул Роме. — Бесишь, — буркнул он. — Но да, я проспорил.
Элина тут же шагнула ближе к столу, возмущённо всплеснула руками: — Вы чё, вообще офигели?! Вы спорили на нас?! И вообще… — она запнулась, глянула на Артёма и тут же добавила: — Мы не встречаемся!
— Ага, — протянул Рома, ухмыляясь. — Просто за ручку держитесь, мокрые, счастливые и с утра пораньше пропали. Классика.
Элина огляделась, выдохнула и первой нарушила паузу:
— А… а где Аня?
Рома, не отрываясь от кружки, лениво ответил: — Спит ещё вроде.
Элина прищурилась, усмехнулась уголком губ: — Ааа, — протянула она, — ты уже, я смотрю, знаешь все её шаги, да?
— Вообще-то все знают что она спит, — спокойно пожал плечами Рома.
— Да-да, — фыркнула Элина, закатывая глаза. — Попизди мне тут. — и пошла наверх.
Элина тихо зашла в комнату, прикрыв за собой дверь. В полумраке, утонув в белом одеяле, спала Аня, раскинувшись звездой, будто мир её вообще не касался. Рыжая усмехнулась, подошла ближе и нарочно сладким голосом протянула:
— Вставааай, моя девооочка, уже двенадцааать.
Из-под одеяла послышалось недовольное сопение.
— Иди в жопу… — пробурчала Аня и ещё глубже зарылась, натягивая одеяло на голову.
Элина прищурилась, как настоящий злодей, и сказала почти торжественно:
— Ты сама напросилась.
Она резко распахнула шторы. Солнечный свет хлынул в комнату, залив стены, кровать и лицо Ани. Та застонала, зажмурилась и прикрылась рукой.
— Ну Эль, зачеем… — протянула она жалобно.
Аня лениво приоткрыла один глаз и только сейчас заметила подругу — мокрые волосы, влажная футболка, лёгкая улыбка, которая явно что-то скрывала. Она прищурилась.
— Эээ… а чё с тобой? Ты в бассейн упала или тебя кто-то утопил?
Элина скрестила руки на груди, сияя так, будто внутри неё взорвался маленький фейерверк.
— Вот именно поэтому тебе нельзя спать, — сказала она с довольной интонацией. — Ты всё пропустила.
Аня мгновенно села на кровати.
— Так. Стоп. — Она уставилась на Элину. — Я уже ненавижу эту фразу. Говори.
Рыжая сделала максимально невинное лицо, будто вообще не понимает, о чём речь, и пожала плечами:
— Всё, я переодеваться. Потом расскажу.
Она уже развернулась, как будто разговор окончен, но не успела сделать и шага. Аня резко соскочила с кровати, подбежала к ней и сложила руки у губ, будто молилась всем богам сразу.
— Ну скажиии, что случилось! — почти простонала она.
Элина остановилась, медленно развернулась, устало выдохнула — так, будто в груди было слишком много всего сразу.
— Дай переодеться, — спокойно сказала она и отвернулась к чемодану.
Она присела, открыла молнию, начала копаться в вещах, будто специально тянула время. Потом, не оборачиваясь, спросила:
— Как твоя нога вообще?
— Лучше некуда, — тут же ответила Аня.
Элина усмехнулась и покосилась через плечо:
— Дай угадаю… сарказм?
— Конечно сарказм, — фыркнула брюнетка. — Просто неприятно болит и всё. А так нормально, жить можно.
Рыжая быстро натянула чёрные шорты и серую футболку с принтом, даже не думая смущаться — при Ане они давно прошли этот этап. Волосы она просто расчесала, и только тогда повернулась. Брюнетка уже сидела на кровати, прищурившись, с тем самым выражением лица, которое не сулило пощады.
— Ну всё, — протянула Аня, — рассказывай. Что случилось?
Элина на секунду замялась, почесала шею, отвела взгляд.
— Ну… Артём утром меня разбудил, — начала она будто между делом. — Повёл к озеру. Там красиво очень… тихо.
Аня наклонилась вперёд, ловя каждое слово.
— И? — нетерпеливо.
Рыжая сглотнула и уже тише добавила:
— Ну и мы… поцеловались.
Она тут же покраснела, опустила глаза, будто сказала что-то запретное. В следующую секунду Аня распахнула глаза так широко, будто услышала новость века, и взорвалась:
— ДАААА! БОЖЕ! Я ЗНАЛА! Я ЗНАЛА, ЧТО ТАК БУДЕТ!
Она вскочила, начала прыгать по комнате, не обращая внимания на боль в ноге, размахивая руками, повторяя что-то бессвязное про «наконец-то» и «это судьба», а потом просто налетела на Элину, обняла её и начала раскачивать из стороны в сторону.
— Это случилось! Ты понимаешь?! — визжала она.
Элина смеялась, тоже обнимала подругу, сердце колотилось, как сумасшедшее. И вдруг она почувствовала, как плечо Ани дрогнуло. Услышала тихий всхлип.
— Эй, — засмеявшись, она чуть отстранила её, держа за плечи. — Ты чего… плачешь, что ли?
Аня быстро вытерла глаза ладонями, шмыгнула носом и попыталась улыбнуться.
— Я просто… — она выдохнула, — я просто так счастлива за тебя, дурочка. Ты заслужила это.
Элина на секунду растерялась, а потом снова притянула её к себе, уже крепче и тише. Дверь в комнату распахнулась без стука, и на пороге появился Даня — взъерошенный, бодрый, будто и не было ночных гуляний.
— Так, красавицы, — объявил он, — срочно вниз. Шашлык ща будет, пока голодные — бегом за стол!
Аня закатила глаза, но тут же вскочила с кровати. Элина только улыбнулась, схватила телефон, и они вышли из комнаты. Уже на лестнице рыжая наклонилась к подруге и тихо, почти шёпотом сказала:
— Только никому пока, ладно?
— Всё, — серьёзно кивнула Аня и символически «застегнула» рот. — Могила.
На улице было тепло, по-утреннему солнечно. Возле бассейна стоял мангал, от него тянуло дымком и мясом. Артём и Гриша возились рядом, курили, переговариваясь о чём-то своём. Артём был расслабленный — солнце на плечах, дым медленно уходил вверх.
К девушкам сразу подошла Кристина — живая, улыбчивая, уже в роли хозяйки.
— Так, — хлопнула она в ладоши, — сейчас будем готовить. Кто помогает — молодец.
Она хитро глянула на Элину.
— А ты, Элин, если захочешь — потом расскажешь, куда вы утром убежали.
Элина рассмеялась, легко, без напряжения.
— Посмотрим, — уклончиво бросила она и направилась к кухне за посудой.
И уже на ходу, будто случайно, она обернулась.
И поймала его взгляд.
Артём смотрел прямо на неё — не в упор, не вызывающе, а мягко, тепло. В этом взгляде было всё сразу: утро у воды, тишина, их поцелуй, и какое-то спокойное «я здесь». Он едва заметно улыбнулся уголком губ, словно это был их маленький секрет посреди шумной компании.
Элина задержала дыхание на секунду, ответила той же улыбкой — и пошла дальше, чувствуя, как внутри разливается тихое, тёплое счастье.
На кухне стоял лёгкий хаос — тот самый, уютный. Девушки резали овощи, раскладывали закуски, кто-то спорил, кто-то смеялся. Элина мешала салат, иногда поглядывая в окно на улицу, где возле мангала мелькала фигура Артёма.
— Ну так что, — протянула Кристина, наклоняясь к ней, — куда вас утром унесло?
Элина пожала плечами, стараясь говорить спокойно:
— Да он просто повёл меня к озеру. Там красиво очень. И всё.
— Ооой, — тут же протянула Кристина с лукавой улыбкой. — Озеро, тишина… романтика.
— Да успокойся, — засмеялась Элина, чувствуя, как слегка горят щёки. — Просто погуляли.
Про поцелуй она промолчала. Пусть это пока останется только между ними.
Когда всё было готово, девушки начали выносить еду на улицу. Стол возле бассейна постепенно заполнялся: салаты, закуски на шпажках, соусы. Элина вышла с тарелкой, аккуратно поставила её на стол.
Артём как раз переворачивал шампуры.
— Так, — сказал он, оглядываясь, — шашлык почти готов. Зовите всех. Рома вообще, по-моему, пошёл спать.
Элина на секунду задумалась… и вдруг оживилась.
— Ань! — громко крикнула она. — Пойди Рому разбуди и идите кушать!
На секунду повисла тишина, а потом Артур расхохотался:
— Ебааать, ты гений!
Аня, услышав своё имя, выглянула из-за угла, прищурилась и кивнула:
— Поняла. Выполняю миссию.
Аня поднялась на второй этаж, всё ещё прихрамывая, но упрямо. Дверь в комнату Ромы и Лёши была приоткрыта, она уже хотела постучать — и в этот момент дверь резко распахнулась.
Они почти врезались друг в друга.
— Ой… — Аня дёрнулась назад, неловко засмеялась. — Прости, я не специально.
Рома замер на секунду, потом спокойно выдохнул:
— Да с кем не бывает. Всё норм.
И только тогда Аня заметила, что он без футболки. Худой, разбросанными по коже татуировками — не кричащими, а какими-то личными. Она быстро отвела взгляд, будто её поймали на чём-то лишнем.
— Эм… — она сделала шаг в сторону, собираясь с мыслями. — Там Гриша с Артёмом уже шашлыки почти дожарили. Пошли кушать.
Рома приподнял бровь, усмехнулся:
— Вот это сервис. Разбудили, накормили — люблю такой отдых.
Они спускались по лестнице бок о бок, и между ними повисло странное, тёплое молчание — не неловкое, а какое-то… новое.
Все наконец собрались вокруг стола. Шашлык дымился, пах так, что даже Рома окончательно проснулся и сел ближе. Артур первым воткнул вилку и довольно выдохнул:
— Урааа, шашлык! Братаны, вы лучшие, клянусь.
Гриша хмыкнул, хлопнул Артёма по плечу:
— Мы знаем, можешь не повторять.
Элина сидела напротив Артёма, рядом с ней Аня, а напротив Ани, как по классике, Рома. Рыжая ловила взгляд блондина чаще, чем собиралась, и каждый раз делала вид, что просто смотрит в тарелку. Артём ел, лениво откинувшись на спинку стула, и между делом сказал:
— Так, значит, сегодня чилим. А завтра фест, нам там быть пораньше.
Он глянул на девушек и добавил уже мягче:
— А вы, наши прекрасные, можете позже подтянуться, если что.
Элина сразу фыркнула:
— Та зачем позже? Лучше уже сразу вместе поехать.
Кристина, жуя мясо, кивнула:
— Подтверждаю. Как мы вообще туда добирались бы?
Артём усмехнулся, вытер руки салфеткой:
— Ну тогда всё, решили. Едем все вместе.
Они доели шашлык, кто-то уже лениво ковырялся в тарелке, когда Даня резко встал и хлопнул в ладоши:
— Так, я за бухлом! А вы тут давайте — музыку врубайте и ныряем в басик!
И, не дожидаясь ответа, убежал в дом, будто боялся, что его остановят.
Элина тут же прищурилась:
— Так, стоп! Щас никто никуда не убежит. Берите тарелки и несите всё в дом.
Гриша театрально вздохнул:
— Та бляяя… почти получилось.
Артём покачал головой с усмешкой:
— Удача сегодня вообще не на нашей стороне.
Но спорить не стали. Все поднялись, начали собирать посуду, переговариваясь и подшучивая друг над другом. Когда с этим было покончено, девушки переглянулись, и Кристина первой сказала:
— Ладно, купальники сами себя не наденут.
Девушки поднялись наверх, уже на ходу обсуждая, кто первый прыгнет в бассейн, а кто будет «типа красиво заходить». В комнате быстро полетели шорты и футболки, щёлкнули застёжки купальников, и через пару минут они уже спускались обратно — лёгкие, расслабленные, с этим ощущением тёплого вечера, когда впереди только музыка, вода и смех.
Элина не успела сделать и пары шагов к бассейну, как мир внезапно перевернулся. Чьи-то сильные руки подхватили её, закинули на плечо, и она только успела вдохнуть.
— ААА! Ты с ума сошёл?! Отпусти меня немедленно! — она колотила его кулачками по спине, уже смеясь, уже понимая, кто это.
Артём бежал, смеялся в голос и только бросил через плечо:
— Хуй там плавал!
— Артём! Я тебя убью! — крикнула она, но в этом крике было больше визга и смеха, чем злости.
И через секунду они вместе полетели в бассейн.
Вода сомкнулась над головой, тёплая, шумная, с пузырями и всплеском. Элина вынырнула, откидывая мокрые волосы назад, хватая воздух, и тут же увидела его рядом. Артём всплыл почти одновременно, глаза блестели, улыбка до ушей.
— Признай, — сказал он, вытирая лицо ладонью, — это было прикольно.
— Ты придурок, — фыркнула она, захлёбываясь смехом. — Но да… прикольно.
Договорить они не успели — в бассейн один за другим начали прыгать остальные. Кто-то с криком, кто-то с разбега. А когда Лёша и Рома решили, что прыгать надо вместе, вода просто взорвалась. Брызги полетели во все стороны, накрывая всех с головой.
— ВЫ ЧТО ТВОРИТЕ?! — закричала Кристина, но уже через секунду сама смеялась, потому что было поздно — мокрые были абсолютно все.
Музыка гремела, вода плескалась, смех разносился по двору, и этот момент был именно таким, каким должен был быть: шумным, живым и безумно счастливым. И тут со стороны дома распахнулась дверь, и на улицу выбежал Даня с пакетом пива.
— ЛОВИТЕ! — заорал он и начал кидать банки одну за другой.
Лёша поймал на автомате, Рома чуть не уронил, Артур засмеялся:
— Бля, аккуратнее, я ж не сетка!
Даня, не заморачиваясь вообще ни на секунду, скинул кроксы и с разбега прыгнул в бассейн, подняв ещё одну волну.
Музыка стала ещё громче, кто-то подпевал, кто-то просто орал слова мимо нот. Гриша вдруг выловил откуда-то мяч, поднял его над водой и заявил:
— Играем в волейбол!
— В воде?! — фыркнула Кристина.
— А где ещё, — пожал плечами он. — Делимся!
Началась полная анархия: мяч летал куда угодно, кроме нужного направления. Лёша бил слишком сильно, Даня нырял за мячом, Рома смеялся и постоянно мешал Ане, специально подплывая слишком близко.
— ЭЙ! — возмущалась она, толкая его локтем. — Играй нормально!
— Я нормально, — ухмыльнулся он. — Просто у тебя защита слабая.
Элина держалась рядом с Артёмом. Он иногда перехватывал мяч одной рукой, иногда просто лениво плескался, а иногда наклонялся к ней и что-то говорил прямо на ухо, перекрикивая музыку.
В какой-то момент Элина, запыхавшаяся, с мокрыми волосами, растрёпанная и счастливая, оглядела всех и сказала:
— Вы вообще знаете, какие вы крутые?
— Знаем, — тут же отозвался Артур. — Нам часто об этом говорят.
— Нет, серьёзно, — продолжила она, улыбаясь. — Надо будет обязательно ещё раз так собраться. Просто вот так.
— Я за, — сказал Гриша, отбивая мяч.
— Сто процентов, — поддержала Кристина.
— Да хоть после тура, — добавил Даня.
Артём посмотрел на Элину, чуть ближе подплыл и спокойно сказал:
— Значит, соберёмся. Обещаю.
И в этот момент ей показалось, что этот вечер — один из тех, которые запоминаются надолго.