9.
Подруги уже были дома у Элины. Комната утонула в вещах: платья на спинках стульев, джинсы на кровати, какие-то кофты валялись прямо на полу. Они мерили образы, крутились перед зеркалом, смеялись, делали глупые селфи и фоткались так, будто им снова по пятнадцать и завтра не существует.
Потом они плюхнулись на диван, включили фильм — он шёл фоном, потому что важнее было говорить. По-настоящему. По душам. Обсуждали всё подряд: жизнь, работу, страхи, планы. Конечно же, всплыл Артём. Аня хитро улыбалась, Элина отнекивалась, но всё равно ловила себя на том, что рассказывает о нём слишком много. Они даже закинули идею — а вдруг получится сорваться на море? Просто взять и уехать, хоть на пару дней. Мысль была тёплая, почти нереальная, но от этого ещё приятнее.
Время незаметно подползло к восьми. Рыжей утром опять нужно было вставать на работу, поэтому Аня, как любящая подруга, собралась и уехала. Когда дверь закрылась, в квартире стало тихо. Не пусто — именно тихо. Элина прошлась по комнате, собрала разбросанные вещи и поймала себя на мысли, как же ей не хватало таких вечеров. Где можно всё выговорить, посмеяться, поспорить и просто быть собой.
Рыжая только потянулась к банке с кофе, уже представляя этот первый глоток, как телефон завибрировал на столешнице. Экран вспыхнул уведомлением из инсты.
_mayot_
Она зависла на секунду, потом всё-таки взяла телефон.
— Чем занимаешься? Не занята? — написал он.
— Да вот, отдыхаю. День длинный был, — ответила Элина, опираясь бедром о кухонный стол.
Пара коротких сообщений туда-сюда, ни о чём и обо всём сразу. И тут:
— Не против прогуляться?
Элина нахмурилась, посмотрела на часы, потом на чашку. Вздохнула, подумала пару секунд и напечатала:
— Слушай, мне завтра рано вставать… да и выходить не особо хочется. Может, заедешь? Чая попьём.
Она нажала «отправить» и тут же почувствовала лёгкое волнение, будто сделала слишком смелый шаг. Ответ пришёл почти мгновенно.
— 10 минут и буду.
Где-то по ту сторону экрана блондин улыбнулся, глядя в телефон, а Элина замерла посреди кухни.
Элина метнулась по квартире — без паники, но быстро. Чуть прибрала плед на диване, убрала кружку со стола, протёрла столешницу ладонью, словно от этого зависело всё. Потом переоделась: коричневые штаны, белая футболка — просто, но аккуратно. Расчесала волосы, включила тихую музыку фоном, чтобы тишина не давила. Сердце билось быстрее, чем хотелось бы.
Ровно минут через десять раздался звонок в дверь.
Она на секунду замерла, выдохнула и пошла открывать.
На пороге стоял блондин — с пакетом в руке и лёгкой улыбкой. И что удивительно: после вчерашнего он выглядел свежо, будто и не было ночных тусовок и алкоголя.
Элина улыбнулась сама не понимая как — глупо, по-детски.
— Привеет…
— Привет-привет, — ответил он и, не дожидаясь, сделал шаг ближе, легко обнял её и тепло погладил по спине.
От этого жеста внутри что-то ёкнуло.
— Проходи, разувайся, — сказала она, чуть тише, чем обычно.
Она закрыла дверь, и Артём, снимая кроссовки, огляделся вокруг. Его взгляд медленно прошёлся по комнате.
— Уютно тут у тебя, — сказал он искренне.
Элина лишь смущённо улыбнулась, опуская взгляд, и поймала себя на мысли, что ей вдруг очень нравится, что он здесь.
Рыжая кивнула в сторону коридора и, стараясь говорить как можно спокойнее, сказала:
— Прямо и справа ванная. Руки помой и иди на кухню.
Артём протянул ей бумажный пакет. Он был тёплый и приятно шуршал.
— Тут всякие вкусняшки. Не знал, что ты любишь, так что взял всё подряд. Держи.
Элина взяла пакет, чуть растерявшись.
— Спасибо… но не стоило.
Он посмотрел на неё тем самым взглядом — уверенным и мягким одновременно.
— Стоило.
И, как ни в чём не бывало, пошёл в ванную. Элина проводила его взглядом, а потом направилась на кухню. Разложила пакет на столе, мельком отметив, что там и печенье, и фрукты, и какие-то сладости.
Из кухни она крикнула:
— Чай или кофе?
— Кофе, как обычно! — донеслось из ванной.
Она улыбнулась — почему-то это «как обычно» отозвалось внутри чем-то тёплым. Элина включила чайник, достала две кружки и заварила кофе без сахара — себе и ему.
Артём вышел из ванной, вытирая руки полотенцем, и почти сразу заглянул на кухню. Элина стояла у плиты, спиной к нему, аккуратно помешивая кофе. Тёплый свет падал на её рыжие волосы, и от этого вся сцена казалась какой-то слишком домашней.
— Да не готовь ты ничего, — лениво сказал он, прислоняясь к косяку. — Мне и так пойдёт.
— Так, всё, — не оборачиваясь, ответила Элина. — Сиди и жди.
Он усмехнулся и прошёл дальше, медленно осматривая пространство. Кухня была совмещена с гостиной — светлая, уютная, без лишнего пафоса. Белые шкафы, аккуратные чёрные ручки, тёплая подсветка под ними. Деревянный остров с барными стульями, над которым висели минималистичные светильники. Всё выглядело продуманно и спокойно, как будто здесь действительно жили, а не просто «снимали красиво».
В гостиной — большой светлый диван с подушками в тёплых оттенках, небольшой деревянный столик, ковёр с ненавязчивым узором. Растения — живые, ухоженные — добавляли уюта, а мягкий свет делал комнату ещё теплее.
Взгляд Артёма зацепился за небольшую полку у стены. Он подошёл ближе. Там стояли фотографии в рамках. Его рука сама потянулась к первой.
На фото была Элина. Солнечные лучи падали ей на лицо и волосы, делая рыжий цвет ещё ярче, почти огненным. Она улыбалась — легко, искренне, так, что внутри что-то непонятно сжималось. Он задержал взгляд дольше, чем собирался, разглядывая каждую деталь.
Потом его внимание привлекла следующая фотография. Элина и Аня — смеющиеся, прижавшиеся друг к другу, явно счастливые в моменте. Артём чуть усмехнулся, всё ещё держа рамку в руках.
Он не мог не заметить, как каждая её мелочь казалась удивительно живой. То, как она слегка наклонилась, чтобы помешать кофе, как прядь рыжих волос упала на плечо и она быстро заправила её за ухо, — всё это было невероятно интимно и трогательно.
Артёму стало странно и немного тяжело. Он давно не чувствовал любви, давно не позволял себе доверять кому-то настолько полностью. И вот сейчас, глядя на неё, ощущение возвращалось как будто впервые — тихое, мягкое, почти болезненное. Ему хотелось замереть в этом моменте, запомнить всё: её улыбку, запах, движения, тепло дома. Всё, что делало её настоящей и близкой.
Он слегка улыбнулся, но внутри его сердце ёкнуло — любовь, которую он давно считал невозможной, подкрадывалась незаметно, тихо, но уверенно.
Элина поставила на барную стойку пару сладостей, аккуратно разложила их и, не глядя, спросила:
— Вино будешь?
Артём поднял на неё взгляд, чуть прищурился:
— А ты?
— Нет, — честно ответила она.
Он усмехнулся, пожал плечами:
— Ну тогда и я нет.
Элина налила сок, взяла стаканы и села напротив Артёма. Между ними повисло спокойное, тёплое молчание — не неловкое, а какое-то правильное. Она вдруг заметила букет, стоящий сбоку, свежий, аккуратный.
— Кстати… спасибо за букет, — тихо сказала рыжая, чуть улыбнувшись. — Мне очень понравилось.
Артём ухмыльнулся, опустив взгляд в стакан:
— Я рад, что тебе понравилось.
И снова тишина.
Элина крутила стакан в руках, сердце билось чуть быстрее обычного. В голове вертелась мысль, от которой становилось жарко: подвеска. Она хотела подарить её сейчас — без повода, без слов. Но боялась. Стеснялась. Боялась, что это будет слишком, что он не поймёт или воспримет неправильно.
Рыжая ещё несколько секунд сидела, сжимая пальцы на коленях. Сердце колотилось так громко, что казалось — он сейчас услышит.
«Ну давай… либо сейчас, либо никогда», — подумала она и резко поднялась.
— Я сейчас приду, — сказала она чуть тише обычного и быстро ушла в комнату.
Там, среди привычного уюта, она остановилась, глубоко вдохнула и взяла маленькую коробочку. Пальцы дрожали. В груди всё сжималось от страха и какого-то светлого волнения. Она прижала коробочку к себе, будто набираясь смелости, и маленькими, почти детскими шажками пошла обратно на кухню.
Артём уже встал со стула, когда она подошла.
Элина встала прямо напротив него, спрятала руки за спину и, смущённо улыбаясь, сказала:
— Угадай… в какой руке?
Он прищурился, будто это была самая серьёзная загадка в его жизни, и после паузы сказал:
— В правой.
Элина тихо рассмеялась, щёки вспыхнули. Она вытянула руку — и в ладони действительно оказалась маленькая коробочка.
Она смотрела на него, не моргая, будто боялась, что он откажется, что момент рассыплется.
— Ого… — выдохнул Артём. — Это… мне?
Элина лишь кивнула, сцепив пальцы другой руки так сильно, что побелели костяшки.
Он аккуратно взял коробочку, открыл её — и замер.
Секунду на его лице было чистое непонимание. А потом оно вдруг изменилось: губы дрогнули, появилась улыбка, брекеты блеснули в тёплом свете кухни.
— Ахренеть… — тихо сказал он, будто сам себе. — Это… это очень мило. Спасибо тебе большое…
Элина опустила взгляд, голос её стал почти шёпотом:
— Я когда её увидела, сразу про тебя подумала.
Артём ничего не ответил. Он осторожно достал подвеску, и нацепил себе на шею.
Он отступил на шаг, посмотрел ещё раз, улыбнулся:
— Спасибо.
Потом он подошёл ближе и обнял её. Элина нырнула к нему под руки, обхватила его снизу, прижавшись всем телом, будто искала защиты. Артём медленно гладил её по спине — спокойно, бережно, так, как давно никто не делал.
Она не сразу отпустила его.
Элина уткнулась лицом ему в худи, почти спряталась в нём, и на секунду мир будто стал тише. Ткань пахла им — чем-то родным, спокойным, тем самым запахом, который почему-то сразу снимал тревогу с груди. Она глубоко вдохнула, словно запоминая этот момент, это чувство — я здесь, со мной всё хорошо.
Артём обнял крепче, чуть наклонился к ней и медленно гладил по спине, от лопаток вниз, бережно, будто боялся спугнуть. Он тоже вдохнул — карамельные духи рыжей смешались с теплом её волос, и от этого внутри что-то мягко сжалось. Хотелось остановить время.
— Элька, ты лучшая, — тихо пробормотал он, почти в её волосы.
Элина ничего не ответила. Она лишь сильнее прижалась, сцепив руки у него за спиной, и улыбнулась — той самой, невидимой, но настоящей. В горле стоял ком, глаза щипало, но это были хорошие слёзы. Слёзы от того, что страх отступил. От того, что она решилась. От того, что её приняли — так просто и так искренне.
-
Хочу уточнить, что внешность Майота в этом фанфике соответствует образу 2022 года🫶🏻
