ГЛАВА 20
Енбэ успел подхватить тело любимой до того, как оно сползло на пол. Дэсон быстро устремился в свой закуток, откуда вернулся через минуту, неся в пиалке ароматное розовое мороженое.
Постепенно Херин пришла в себя и смогла проглотить лакомство. Силы быстро возвращались к ней.
- Не даром из самого сильного рода, - довольно пробурчал Таби. Все это время парни не трогали ничего на столе, изредка бросая косые взгляды на закрывшуюся портретницу.
- После лакомства нашего Дэсона любая лиса способная свернуть горы, не то, что возобновить трансляцию своих воспоминаний пятерым чрезмерно любопытным охотникам, - смогла улыбнуться Херин, беря за руку любимого и протягивая открытую ладонь старшему Сынхену.
- Ты уверена? – тихо и напряженно спросил Джиен, озвучив общий вопрос.
- Я сейчас могу сравнять с землей все наше кафе, если ты о моем состоянии, - улыбнулась девушка. – Как-то обидно, когда сомневаются в твоих силах только потому, что ты их еще не успел продемонстрировать.
- Умолкаю, - вполне сурово произнес лидер, но в глазах плескались остатки тревоги.
Херин вполне по девичьи фыркнула, уверено беря за руки парней, что сидели по соседству. В остальных любопытство, подкрепленное уверенностью девушки, победило тревогу и вот охотники вновь собрали свой хоровод, погружаясь в чужие воспоминания...
Картинка уже изменилась. Прошло шесть лет. Ара и Иль уехали в свое село к матери, так как ей стало лучше и она попросила детей вернуться. В стране свирепствовал голод. Кумихо зверствовали. Регулярно пропадали люди. И лишь в селе, где жил И, ничего не происходило, словно мор обходил его стороной. И в него стали стекаться люди, понимая, что это неспроста. Среди беженцев было много сирот и одиноких людей, которых из жалости брали к себе на постой жители. В доме у семьи И поселилась пара стариков и девушка сирота по имени Кон, которая помогала всем по хозяйству. Она была бойкой девочкой и поэтому быстро сдружилась с братом и сестрой.
Обладая чувством вкуса, Кон часто сидела с Дами, делая красивые украшения из камней и тканей на продажу. В это же время она постоянно участвовала в языковой борьбе с ее братом. Будучи острыми на язык, оба могли долго и колко общаться друг с другом, пока уже все присутствующие, устав от смеха, не просили их прекратить. Все уже видели их пару женатой, хотя оба они возражали, что никогда не смогут быть вместе, ибо в первую же ночь убьют друг друга.
Но окружающие замечали, как И помогал девушке носить вещи на стирку к реке и мог сидеть с ней часами, утверждая, что охраняет. Он уже не хотел быть в отряде воинов на кумихо при короле. Ему нравилась та жизнь, что была сейчас. Он мечтал о будущем. О своей жизни с Кон. Об их детях. Хотя его деятельная натура явно не смогла бы долго находиться в узде. Но пока И не спешил покидать кров, несмотря на то, что голод и гибель людей приближались уже и к их селению.
Все больше тревожных вестей стало приходить из села, куда уехали его брат и сестра. Иль примкнул к отряду охотников на кумихо, после того, как погибла половина его селения. Чудом уцелевшие Ара вместе с больной матерью приехали в дом к родственникам. Разум женщины вновь помутился и ей повсюду виделись лисы, готовые напасть и уничтожить людей. Кон тоже помогала ухаживать за больной женщиной. Но это давалось ей особо тяжело, так как она постоянно толкала ее в грудь, крича, что она монстр и она виновата в том, что мир гибнет. Изредка приезжал Иль проведать родных. Он посуровел, стал груб и дерзок. И лишь рядом с матерью он становился внезапно грустным мальчишкой, который переживал, что когда-то имел возможность остановить все это, убив маленькую принцессу кумихо, но не сделал этого.
Как-то Кон спросила его:
- А если бы ты убил ее тогда, думаешь, что-то изменилось бы? Как смерть маленькой принцессы остановила бы это?
- Тогда сменился бы лисий правитель, и он бы остановил это нашествие чужаков до его начала. А сейчас все ищут эту мелкую мерзавку, сбежавшую из дома. Этому царскому роду все равно, что людей, живущих рядом, изничтожают на корм чужаки, решившие прибрать себе нашу страну, как корм и разводить людей именно для этого! Как какой-то домашний скот! – практически выплюнул эти слова Иль. В этот момент молодежь выпивала на улице после ужина.
- Ты так говоришь, словно тебе королевский двор кумихо доложил об этом, - усмехнулся И, сжимая нежно и успокаивающе руку любимой.
- Ну, прежде чем уничтожить этих тварей, мы с ними беседуем, - немного кровожадно прозвучало из уста Иль. Ара поежилась и погладила руку брата, прося успокоиться и не пугать их больше.
- Пытаете? – вздрогнув от понимания ситуации, спросила Дами.
- Не всех. Некоторые присоединись к борьбе с нашествием. Ведь их пастбища подъедают, - пьяно пошутил Иль.
- Хватит, - прервал брата И. - Не нагнетай. Здесь пока спокойно. Люди готовятся, как могут на случай нападения. Больше половины селения знают как это страшно.
- Да... Здесь спокойно. Словно кто-то охраняет это место, - прошептал Иль, упирая свой внезапно трезвый взгляд в брата. – И я думаю, ты знаешь причину. Где она?
Младший из братьев вздрогнул, но не подал виду что понял. Чуть помолчав, он протянул руку старшему.
- Пошли, проветришься и протрезвеешь немного. А девочки пока уберут все.
Шатаясь, словно был вдрызг пьяный, Иль повис на плече у брата и они побрели вместе со двора. Переглянувшись, девушки начали убирать все после позднего ужина. Вздохнув, Кон сложила грязную посуду в таз и пошла с ним к сараю мыть, в то время как сестры разбирали остатки продуктов и обсуждали пьяное поведение брата.
- Ты с ума сошел, - услышала Кон голос любимого. Чтоб не перебить разговор, она аккуратно поставила таз и присела, максимально превратившись в слух.- Заговорить при всех о принцессе кумихо.
- Отчего же? Неужели вы не виделись после моего отъезда? – язвительный и совершенно трезвый голос Иль пугал больше, чем те слова о пытках, что прозвучали до этого.
- После того разговора на дереве она исчезла, если ты помнишь. И больше не появлялась. Я сам не понимаю, отчего такая странная любовь к нашему селению, раз пока ни одного нападения не было. Но сам видишь, что кольцо сужается и вокруг. Беженцев все больше. Скоро нечего будет есть.
- А ты если увидишь ее - узнаешь? – уже более спокойный голос Иль, наполненный тревогой.
- Как? Мы были дети. За шесть лет ты изменился так, что порой я боюсь, что и тебя не узнаю! Шрамы по всему телу!
- Я надеюсь люди в селе и правда готовы к нападению, - усталость прозвучала в голосе старшего из братьев. – Пришлые считают, что принцесса скрывается здесь и ее родители опекают ваше село. Но стоит им погибнуть, как защита падет. И вам уже ничто не поможет. Завтра прибудут войска короля. Там тоже понимают, что здесь будет последний бой. Есть информация, что армия пришлых атаковала сегодня днем лесной дворец королевской семьи.
И в этот же момент произошло сразу несколько событий одновременно. Яркий всполох в небе возник над селением и мощный рев пронесся по всем его улицам, сменившийся воем боли. Кон закричала с испугу и повалилась на спину. Из-за сарая выбежали братья, понимая, что защитные чары исчезли.
Ара и Дами тоже кричали, зажав уши руками, из которых лилась кровь. Крики нарастали. Началась паника. По улицам понеслись медно-рыжие лисы, раскидывая людей в стороны, чтобы они не мешали им, ибо к селению неслась армада чуть более мелких пегих лис. Но натыкаясь на невидимую стену, они отлетали назад. Не прекращая своих попыток проникнуть, они продолжали атаковать невидимую стену. Пространство проминалось под этими ударами и сдавало позиции.
Братья, не желая смириться с тем, что все закончилось, схватили мечи и приготовились к бою не понимая пока, откуда ждать удара.
Огромный рыжий лис заглянул во двор, оскалился и, не поворачивая головы в сторону кричащих сестер, одним ударом хвостов сбил их с ног. Наступившая тишина возвестила, что их век прерван. В этот момент, выбежавшие только что во двор родители, схватив первое, что попалось им под руку, сойдя в один момент с ума от горя, атаковали пришлого кумихо. Оскал его не изменился, а льющийся смеющийся лай взывал к еще большей ярости.
Вновь удар хвостов и уже родители лежат без движения...
В следующую минуту братья атаковали врага с двух сторон одновременно. Их силы явно были не равны. Разомлевшие после ужина, без защитного доспеха, с простыми мечами они даже не могли к нему приблизиться, несмотря на весь свой боевой опыт.
Лис хитро сощурил глаза и было слышно, как он смеется над яростными попытками братьев противостоять ему. Секунда... Удар хвостом... Тело Иль со всей силы влетело в стену сарая. Чувствуя, как уходит его жизнь, он все еще видел тела погибшей семьи и то, как лис ухватил зубами за плечо дорого сердцу младшего брата, поднимая его тело вверх и резко опуская вниз.
Хруст ломающихся костей перекрыл крик, плавно переходящий в рев:
- Неееееет!
Тело Кон сотрясали судороги, поднимая ее над землей, в то время как тушу лиса стало корчить как в предсмертных судорогах.
- Явись, смерть! Молю тебя! – то ли крик, то ли рев разрывал тело девушки...
...Время замерло. Тишина в одно мгновение накрыла все селение. Лишь листва, гонимая ветром, перекатывалась по улицами, полным людских тел и серых и рыжих лис, сошедшихся в кровавой битве. Все замерли словно кошмарные статуи, мимо которых, почти не касаясь земли, шли двое. Войдя во двор, они замерли.
- Мне забрать и его? – мелодичный голос одного из созданий вечности разбудил тишину.
- Я думаю нет, - чуть хрипловатый голос второго остановил его. – Это слишком легкая участь для создания, который, в борьбе за власть уничтожил половину своих же сородичей, не говоря уже о людях.
Та, которую все знали как Кон, все еще пыталась опуститься на землю, ее тело было также скованно незримым путами пространства.
- Отпустите, - просипела она, силясь управлять собой.
- Где его носит? – словно не слыша ее боли, недовольно спросил тот, что был ниже ростом и чей голос звучал чище и выше.
- Тукки прав, он слишком часто стал все путать. Весь этот сыр бор снова из-за него, - недовольно прошептал второй. – Я не могу удерживать время на столь огромном расстоянии так долго. Проще было вообще во всем мире его остановить.
- Ну, так сделал бы, - усмехнулся первый, несмотря на весь кошмар места, где они находились, он наконец нашел место, чтобы присесть, принимая образ невысокого очаровательного создания в простой одежде.
- Если он не появится здесь в ближайшее время, нас порвут стражи Тукки-хена, - в голосе создания, управляющего временем, уже звенел гнев.
- Пожалуйста, - просипела вновь Кон, в ее глазах стояли слезы, которые так же не могли найти выхода.
- Простите, ваше высочество... Ах нет, уже ваше величество. Наш коллега немного задерживается, а без него мы не можем ни вас освободить , ни забрать погибших, - ярость слышалась уже и в голосе сидящего. – Они все сейчас просто варятся в своей боли, а мне просто не хватит сил отпустить их. Выдать бы ему это самому за всех сразу!
- О нет! Вот же гадство! - словно вдруг почувствовав запах чего-то дурно воняющего, сказал старший, материализуясь в образ достаточно высокого молодого человека с лицом невероятной красоты, которое не могло испортить даже брезгливое выражение. – Он идет не один! Он ведет с собой Итука!
- Свинство высшей пробы, - с таким же брезгливым выражением лица второй резко встал и подошел к королеве кумихо. – Простите, ваше величество. Все что могу это дать время попрощаться.
После чело тело королевы обмякло и ее нежный дух устремился в сторону тела И, из которого так же вышел дух и с испугом рассматривал произошедшее.
- Прости, - прошелестел голос Кон, когда постаралась приблизился к любимому. – Я виновата. Я так хотела стать человеком, чтоб быть рядом с тобой. Мне оставался лишь год.
Дух младшего из братьев удивленно смотрел на дух кумихо, той, кого он так долго опекал и кого любил всем своим сердцем.
- Ты? Это ты виновата в том, что умирали люди?
Дух Кон кивнул и протянул руки, желая прикоснуться к духу И. Но он отпрянул от нее, как от чумы. Ее дух вздрогнул и, словно, уменьшился в объеме. Его дух смотрел в глаза умирающему брату, понимая что он еще жив, что он все видит, понимает, страдает за всех... Резко повернувшись к Кон, дух И спросил с болью:
- Ты выбрала быть человеком рядом со мной, даже ценой тысяч жизней? Такова цена нашей любви? Могу ли я принять ее?
Вновь отвернувшись от духа кумихо, дух младшего смотрел на собственное изломанное тело, перевел взгляд на тела сестер, родителей и тети. Его черты исказила боль. Посмотрев вновь на брата, он прошептал:
- Спаси хотя бы его, - и замолчал, слившись с собственным телом.
Дух кумихо со стоном вернулся в свое тело. Наступила тишина, прерываемая стуком приближающихся шагов.
- Это здесь, вот здесь, хен, - заискивающий голос противно резал ухо.
- Я чувствую сам, - приятный голос прервал подобострастную речь. И в ворота зашел еще один невероятный красавец. Чуть вытянутое лицо, раскосые миндалевидные глаза и мягкая улыбка на тонких губах.
- Доброй охоты, хен, - мягкая усмешка одного из прибывших первым.
- Ах, Чонуни, не мог бы ты более искренне пожелать мне этого? Ведь сейчас наконец прекратятся страдания присутствующих, - легкий укор, смешанный с болью за увиденное, прозвучал в голосе Итука.
- Тукки хен, попроси свою собачку тогда прекратить тявкать и уже отпустить всех. Я ж даже не могу освободить все души, - вполне спокойно и немного язвительно отозвался Смерть.
- Он всего лишь хочет соблюдать правила, милый мой Реуки, - не меняя тона сказал тот, перед кем так лебезил тот, кто отвечал за пространство. – А вы так любите эти правила нарушать, потакая всяким там влюбленным или тем, кто вам нравится то духом, то содержанием.
- Такова вечная жизнь, хен, - отозвался тот, кого назвали Чонун, неспеша направляясь к сараю, у которого лежало истекая кровью изуродованное тело Иль. – Когда живешь уже не первую тысячу лет, начинаешь искать то, что может стать интересным. Например, любовь королевы кумихо и человека. Вот с чего б Донхэ так шутить? Кто же его надоумил на это, хен?
- Да... Вечная жизнь - это та ответственность, что мы приняли на себя. Ею нельзя играть, - старательно не обратив внимание на вопрос Чонуна, нравоучительно произнес своим мягким голосом Итук.
- Я вам говорил это, хены, а вы заставляли меня менять пространство и носиться по вашим делам, - с укором заговорил молодой спутник старшего хена.
- Наверное, на то мы и хены, - язвительно заметил Реук, вставая, чем вызвал у говорившего испуг. – И знаешь, я думаю, что ты где-то растерял свое умение договариваться со всеми, Удо. С этим нужно быть аккуратней, иначе можно остаться одному и покинуть бессмертную компанию.
- Ты смеешь мне угрожать, Реук-хен! – вскрикнул тот, кого назвали Удо.
- Никто не угрожает тебе, друг мой, - успокаивающе отозвался Тукки. – Но я думаю пора здесь все завершать и всем разойтись, ибо сейчас станет страшно для живых.
Тукки пошел в сторону Реука. Испугавшись смерти и ее непредсказуемого поведения, Удо поспешил к стоявшему у сарая Чонуну, попытавшись встать рядом с хеном, который с уставшим видом подпирал стену рядом с телом старшего из братьев. Посмотрев на подошедшего, Чонун чуть сдвинулся, вынуждая его стать между собой и телом.
- Я думаю начнем? – спросил Чонун, в голосе которого прозвучала скука. – Реук-а, щелчок и понеслось. Удо, ты готов? Напоминаю, щелчок и понеслось.
Все кивнули, лишь Итук улыбнулся и сказал, качнув головой:
- Что ж, это будет интересно...
И в этот момент все пришло в движение. Бессмертные исчезли. Крик адской душевной боли рассек пространство.
Королева словно выросла и, уперев своей горящий взгляд в глаза стоящего напротив нее лиса, пророкотала:
- Ты! Ты убил все, что мне дорого! Даже родители приняли мой выбор и отпустили! А ты убил и их!
- Они не могли противостоять нашествию без тебя! Мир рушился! – сипел лис, оседая на задние лапы.
- Поэтому ты призвал пегих лис под свое знамя в борьбе за власть?
- Они перестали подчиняться, - застонал лис, обретая тело человека.
- И тут понадобилась я? Что ж! Я вернулась. И, как видишь, за это время я не стала слабей! А то, что ты сделал, сделало меня еще сильней. Ты убил моих родителей! Ты убил мою любовь! Я проклинаю тебя и весь твой род! Ты будешь жить, пока я не разрешу тебе умереть! У тебя будут дети, но ни один из них не станет таким как ты! Они все будут любить. И будут любить людей! И только с ними они смогут найти свое счастье, но никогда не найдут его, так как не смогут, как и я, стать людьми!
Выкрикнув последнюю фразу, королева переметнулась в огромную рыжую лису о девяти хвостах и проревела всю свою боль глядя в небо.
В следующую секунду вселенная словно ответила ей, так как всех пегих лис охватило пламя, и они осыпались пеплом. Рыжие лисы уже не сдерживая свой страх, поджав хвосты устремились в лес. Занималась заря. Выжившие начинали понимать, что все закончилось. Оно закончилось для всех.
Королева исчезла. В момент постаревший человек, бывший старейшиной кумихо, устало брел по двору. Он услышал тихий хрип у стены сарая. Там лежал самый ярый охотник по имени Иль.
Оскалив зубы, старик подошел к умирающему.
- Ну что, охотник, ты рад, что все закончилось?
- Кто охотник? Что закончилось? И почему так больно? – просипел Иль. Но больше он ничего не успел сказать, так как последние силы покинули его тело вместе с духом, которого приветствовал мягкий голос и теплые руки Итука:
- Вот и все, Удо, ты свободен, я провожу тебя в твое последнее путешествие перед перерождением...