ГЛАВА 16
С уходом бессмертного повисла тишина, прерываемая лишь тихой музыкой и голосами со второго этажа.
- Так, - внезапно прервал ее Таби – возвращаясь к теме войны. Где мы можем купить жирафа?
- Сейчас есть более насущный вопрос, хен, - прервал его Джиен, снова садясь на свободный стул рядом с Сынри. – Кюхен сказал, что кто-то один из нашей команды не человек. К чему это? И вообще, что это может значить?
- Повторюсь! Все мы пятеро – люди! Да и сам этот долговязый сказал, что Дэсон человек. Он ошибся и признал это. Поэтому тему жирафа надо начать решать уже сейчас! – прогудел басовито Таби, закидывая ногу на ногу и скрещивая руки на груди, всем своим видом показывая, что нужно сейчас слушать его.
- Хен, - подал наконец голос Сынри, - Кюйсань сказал, что еще до мороженого Дэ-хена считал, что кто-то один из нас не человек.
- Он сказал один из команды, - чуть тише и устремляя взгляд на Енбэ повторил Джиен. Баристо все это время молчал и натирал стойку тряпкой. – Херин же тоже член нашей команды, не так ли, Енбэ? Или я ошибаюсь, и она не с нами и всего лишь работает у нас официантом?
Енбэ вышел из-за стойки и стал напротив Джиена.
- У тебя есть к Херин претензии?
- Нет, ни одной, в том то и дело. Идеальных людей не бывает, не так ли? Да, Херин умница, золотые руки, всегда вовремя везде появляется, успевает даже то делать, что невозможно успеть.
- И что с того? – голос Енбэ, всегда спокойный и теплый, был напряжен.
- Ничего, просто хотелось бы знать правду.
- Правду о чем?
- О том, что я кумихо, - горький голос девушки позвучал внезапно. Она как всегда вовремя появилась, чтобы помочь тому, кого любила больше своей жизни. Выйдя вперед, она встала перед Енбэ, закрывая его своим телом от друзей, которые узнав правду могли в любой момент стать врагами.
- Тоже мне секрет Полишинеля, - внезапно рассмеялся Джиен. – Мы были бы, наверное, совсем тупыми охотниками, если бы не узнали. Но раз вам нравилось играть в эти любовные секреты, мы не мешали.
Затем, став серьезным, лидер продолжил:
- Но в нынешней ситуации уже не до секретности.
- Тогда что вы хотите узнать? – недоуменно спросила Херин.
- Что ты за кумихо? Все-таки многое из того, что мы знаем – лишь наши предположения. Например, что в Корее доминирует клан рыжих. А сегодня я видел пегого лиса в университете.
- Пегие – это лисы из Китая, но некоторые живут и в Европе, - нравоучительно произнес Таби. – И ты это, итак, знаешь.
- Но размер имеет значение. Этот лис был почти в три раза меньше местных, и в два раза меньше китайских, плюс еще цвет хвостов, с подпалинами, - возразил лидер.
- Лис подросток? – предположил Дэсон.
- А как он говорил? – задумчиво спросила Херин. – Может ты сможешь его нарисовать? Ты же умеешь. Со всеми деталями, какие вспомнишь.
Ни говоря ни слова, лишь намекнув взглядом другу, о том, что не прочь был бы выпить чашечку кофе, Джиен достал альбом и карандаши и начал рисовать. На удивление образ никак не хотел ложиться на бумагу, детали словно ускользали из его памяти. Вновь и вновь в голове мелькало воспоминание о последней фразе, которую этот лис сказал, прежде чем исчезнуть.
Ребята вновь вернулись к своей обычной деятельности, не забывая готовиться к вечеринке, на которую должны будут прийти трое бессмертных и еще около тридцати неизвестных. Сынри отлучился в свою комнату, помыться и переодеться, и ребята слышали, как он вел свои переговоры на разных языках. Херин и Тэян колдовали над доставленными десертами, пытаясь втиснуть их в холодильник, не забывая обслуживать приходящих клиентов. Дэсон снова скрылся в своем уголке, колдуя над топпингами. Таби увлеченно ковырялся в телефоне, и, судя по его возгласам, он знакомился с жирафами, их ростом, питанием и особенностями поведения. Джиен же все продолжал пытаться нарисовать пегого лиса, стирая, замалевывая и начиная сначала.
Спустя какое-то время Херин поднесла ему очередную чашку с кофе и подняла упавший на пол лист, где лис сидел на подоконнике. Крайне реалистично смотрелась узкая мордочка с усмехающимся оскалом. Девушка вытащила исчерканные листы и начала их раскладывать на столе. На каждом из них были отдельные черты, точно повторенные с оригинала. Слегка качнув головой, девушка сказала:
- Можешь больше не пытаться, Джиен-а, ты не сможешь нарисовать этого лиса. Никогда. Он сам не позволит тебе...
- Кто это?
- Не знаю... Но я четко чувствую, как кто-то правит твоей рукой, когда ты пытаешься нарисовать его.
- Может ты помнишь, что-то еще о нем? – спросил Енбэ, поднося лидеру тарелку с аппетитным кейком, понимая, что тому сейчас необходимо покрепиться, чтоб справиться с осознанием своего поражения.
- У меня из головы не выходит одна фраза, которую он сказал прежде, чем исчезнуть, - качнул головой Джиен.
- И что он сказал? – спросил Сынри, который, наконец, вышел из своей комнаты и присоединился к друзьям.
- Он как-то странно посмотрел на тебя, когда ты с лисом взглядами мерился, и, прежде чем исчезнуть попросил передать привет смерти.
- Реуку? – удивленно спросил Сынри.
- Заткнись! И не продолжай. Сил ловить тебя в попытке самоубиться, всячески оскорбляя смерть, у нас сейчас нет, - хлопнув по губам макнэ, довольно резко прервал его лидер, глядя на Херин, зрачки которой расширились от внезапно нахлынувшего страха. – Херин? Что случилось?
- Королева в Сеуле, - выдохнула девушка, прижав рисунки к груди.
- Погоди... А разве королева не азиатских кровей? – удивленно спросил Джиен.
- Никто не видел королеву во всей красе уже тысячу лет, - тихо проговорила девушка, опустив голову
- Так, погоди, какая-то маленькая серая живность и есть королева всех кумихо, которую все боятся? – фыркнул Сынри, в голове которого слышалось недоверие и какая-то сварливая жалость - Было бы кого бояться!
- Вот точно сказали, что у тебя с головой не все в порядке, - усмехнувшись, отвесил младшему подзатыльник Джиен, вставая - Боюсь долговязый был прав, своей смертью ты точно не умрешь.
В этот момент стул под ним качнулся и, побив лидера под колено, завалил его на пол.
- Кажется не я один, - сипя от смеха и пытаясь перекрыть общий смех, произнес Сынхен младший.
- Это случайность, и этот Чо здесь не при чем, - буркнул Джиен, вставая и недоуменно глядя на стул, который стоял, как ни в чем не бывало, хотя по всем законам физики должен был лежать сейчас на нем.
- Да, да, конечно, как и то, что ты только что крепкую фигуру мистера Чо причислил к лику длинно-нескладных, - почти икая сказал Енбэ, в то время как Таби, опасливо глядя на лидера и еле сдерживая смех, отодвигал подальше от него коробку с пиалами. И вовремя, ибо, когда тот решительно отодвинул стул, чтобы снова сесть, его рука словно сама соскользнула со спинки, и он всем своим сухопарым телом приложился на стол, едва не впечатавшись головой в коробку, которую так старательно отодвигал Сынхен старший.
Охотники откровенно смеялись, ибо сдержаться при виде ошарашенного лица лидера недоуменно переводящего взгляд со спинки стула на свою руку, возможности не было. Последней каплей стало внезапное приземление лидера на злополучный стул практически после странного балетного па, совершенного им при попытке слезть со стола, когда край его ремня так удачно зацепился за край стола и не дал спокойно встать.
Джиен замер. На его лице перемешались все краски гнева. Было слышно, как скрипели зубы. Но он молчал и очень глубоко дышал, пытаясь утихомирить свой гнев.
- Извинись, - еле успокоившись сказал Таби, - а то ты либо кафе разнесешь, либо отхватишь такой же гипсовый сапог, как у Сынри.
- А что я сказал такого, чтобы вызвать такое отношение к себе? – почти прорычал лидер.
- Вот я думаю, если бы хоть кто-нибудь назвал спицей или палочкой для еды, ты бы тоже не испытал восторга, - как можно мягче сказала Херин, отодвигая подальше от Джиена чудом уцелевшую после всех его кульбитов чашку с кофе.
- Я не худой, у меня конституция такая, - ощетинился Джиен, отбирая у Херин чашку, намереваясь выпить из нее напиток. Но в тот же момент рукав его футболки зацепился за спинку стула и вместо грациозного движения, на которое так рассчитывал лидер, вышел неуклюжий полет на пол с фонтаном кофе по периметру заведения, в финале которого в конец обнаглевший стул таки припечатал худощавое тело к полу всем своим четвероногим весом. Грохот смеха сотряс заведение. Все согнулись пополам, и никто не был в состоянии подойти к лидеру помочь подняться, так как усиленно стряхивали с себя капли остывшего кофе.
В этот момент распахнулась дверь и в помещение зашел Кюхен, созерцая все это безобразие с высоты своего роста. На лице расплывалось недоумение, смешанное со смехом.
- А у вас тут весело, - резюмировал он, аккуратно обходя Джиена, лежащего на спине в обнимку со стулом. Подойдя к стойке, все еще не отрывая глаз со всего этого безобразия, он постучал картой по блюдечку для денег. – Уважаемый, мне один айс американо, один латте и, если можно, повторить глясе, пожалуйста, а то ехать в метро нет желания. На вынос, пожалуйста.
Енбэ кинул и отправился за стойку готовить заказ, усиленно отворачивая смеющееся лицо от мечущих молнии глаз Джиена. Дэсон так же быстро ретировался в свой уголок за мороженым. Таби и Сынри, опасливо переводили взгляд с лидера на Кюхена. Последний, явно недоумевая, изучал лица присутствующих. В конец запутавшись, он присел и, чуть наклонившись к лежащему на полу охотнику, спросил:
- Любезнейший, а вам там удобно?
- Ты издеваешься? – взревел наконец лидер, совершив еще пару неуклюжих движений, пытаясь выпутаться из диких объятий с стулом. Но ему это никак не удавалось, так как рукав футболки намертво спутался со спинкой стула, а одна из его ножек зацепилась за шнурки кроссовок.
- М... Видимо да, - слегка скривив улыбку отметил про себя Кюхен, вставая и отворачиваясь к стойке. На его лице все шире расцветала улыбка.
- Отпусти его, пожалуйста, - попросил Енбэ, ставя перед Кюхеном первый из заказанных стаканчиков. Брови бессмертного взлетели.
- Что? А я тут при чем? – усмешка была искренне недоуменной.
- Ну как, он назвал твою фигуру долговязой и все началось, - мягко с нажимом сказал Дэсон, ставя перед Кю пиалку с мороженым.
Улыбка чуть качнулась на лице макнэ бессмертных, и он прикрыл глаза. В следующую секунду его громкий смех разлетелся по периметру кафе, раскрашивая его в яркие краски, делая стены кафе светлей, словно немного солнца попало и в этот, отделенный от солнечного мира уголок. Открыв глаза, которые были наполнены горящими в них язвительными огоньками, Кюхен в одно мгновение съел мороженое и посмотрел на лежащего на полу Джиена.
- Да тебе еще повезло, приятель, - сказал он. – Если бы я это услышал тебя сразу накрыло этим стулом. А так... Прости, ничем помочь не могу.
Все присутствующие в одно мгновение перестали смеяться и переглянулись.
- Но кто тогда? – настойчиво спросил Сынри. – Неужели ваш старший хен решил так отомстить за тебя?
- Чонун хен? Боюсь он бы и не заметил ничего, если бы только ему конкретно я не пожаловался, что некто лидер охотников меня оскорбил и не поставил перед его ясными очами этого самого охотника. И то, все могло бы закончиться словами типа «ай-яй-яй, больше так не делай».
- А Реук? – чуть тише спросил Сынри, ибо все еще побаивался упасть и таки прибить себя насмерть.
- А Реук-хен поаплодировал бы и добавил парочку не менее добрых эпитетов, после того как стер бы вашего лидера с лица земли, - откровенно смеясь сказал Кю, но потом увидев бледнеющих охотников, успокоил – это шутка, он даже не обратил бы на это внимание.
Наконец Енбэ закончил готовить кофе, и поставил небольшой контейнер с тремя стаканчиками перед бессмертным. В это же время Кюхен подошел и помог распутаться Джиену, и даже подал ему руку, помогая подняться. Затем, он немного резко притянул кисть правой руки лидера к глазам и внимательно всмотрелся в нее. Скривив губы в усмешке, мастер пространства поцокал языком и провел своими длинными пальцами по тонким почти женственным пальцам Джиена, словно снимая с них что то.
Наконец отпустив лидера, он подошел к стойке. Поправив рюкзак, бессмертный глубоко вздохнул и сказал:
- Вот теперь мне хватит сил добраться до университета.
Затем, блаженно улыбнувшись, он взял контейнер с тремя стаканчиками и, чуть наклонив свое точеное лицо в бок, прежде чем окончательно исчезнуть произнес чуть слышно:
- Если вы все-таки хотите вечером провести вечеринку с бессмертными, перестаньте заигрывать с младшей королевой. У нее специфическое чувство юмора, может и зашибить.
Кю исчез. И лишь чуть слышный высокий женский смех шлейфом пронесся по первому этажу. А в голове Джиена пронеслось более низким женским голосом: «Бойся лисы о девяти хвостах».