Дракон Тьмы

Мистер Ларенс ставит на каждом из нас магическую печать. Она проявляется на ладони, белым драконом. Правила мы толком и не поняли, но перед тем, как мы покинули нашу гостиную, руководитель сказал:

— В этом то не облажаетесь?

Посмеявшись, мы ничего не сказали и вышли в коридор. Я остановилась возле двери, всё это время рассматривая силуэт на ладони. Красивый, аккуратный – но он тут же погас, как только мы вышли из помещения.

Каждый год в академии проходят соревнования. Когда мистер Ларенс озвучил, во что именно мы будем играть, в комнате повисла тишина.

Догонялки. Именно так выразился наш руководитель со своей фирменной ухмылкой. По правилам, нам ставятся печати, которые загорятся цветом того факультета, представитель которого дотронулся до тебя.

Игра только для первых курсов Всадников. Маги здесь не принимают участие.

Мы расходимся по разным сторонам, когда покидаем корпус первых курсов. Игра проходит по всему замку и на территории. Я решаю остаться в замке, потому что шансы осалить кого-то здесь больше.

Сворачиваю в незнакомый коридор, услышав здесь странный шёпот. И оказалась права в том, что смогу здесь кого-нибудь найти. Парень, немного выше меня застыл на месте, рядом с другим, пониже. Мы застыли, молча рассматривая друг друга, а потом они ломанулись со всех ног в противоположную сторону. Я бегу за ними, едва успевая поднимать ноги. В конечном итоге один из них, что пониже, спотыкается и падает на пол. Пока он не видит, я быстро подбегаю сзади и касаюсь его плеча, оставляя метку. Когда подбегает второй, я успеваю первой обхватить его запястье.

— Сильно упал? – спрашиваю я, когда парень наконец встаёт с пола.

Он лишь посмеялся и отмахнулся. Теперь, когда они помечены, то выбывают из игры.

Зачем-то извиняюсь перед ними, а потом смеясь над падением, они уходят в сторону, откуда пришла я. Иду дальше по коридору, в котором царит полумрак из-за слабо освещающих пространство настенных ламп. Коридор достаточно просторный, стены и потолок не давят, давая спокойно осмотреться. Он темнее, чем все остальные, ковёр такой же синий, а на стенах есть картины. Самые разные: от пейзажей, до драконов и людей, незнакомых мне. Но в самом конце расположены портреты первых императоров, среди которых расположились и сёстры. Я останавливаюсь возле портрета Криаморы, замечая, что здесь она в платье. Тёмно-синее, оно тянется по земле, а тиара, украшенная небольшими камнями под цвет платья, украшает распущенные белоснежные волосы.

Разворачиваюсь и ухожу из коридора. Сворачиваю за угол, где лицом к лицу встречаюсь с Катариной. Она кладёт ладонь на моё плечо, и мой дракон тут же вспыхивает белым.

— Хитрая, - усмехаюсь я.

— В этом и есть суть игры, - подмигивает она мне и убегает дальше, искать следующую жертву.

Я же остаюсь на месте и перевожу взгляд на свою ладонь. Переливающийся символ так и завораживает. Интересно, как он выглядит у других, например у тех, кого пометила я?

Иду к выходу из академии. Нас будут пересчитывать возле входа, поэтому иду неспеша, так как сигнал об окончании игры ещё не прозвучал. Спускаюсь со ступеней и замечаю уже много людей, собравшихся в отдельные компании, скорее всего по факультетам, потому что Эстер замечаю с парнями огненного факультета. Девушка оборачивается и машет мне ладонью, на которой горит голубой символ.

Вода.

Подхожу к ней и она берёт мою ладонь в свою, разглядывая с интересом.

— Твой выглядит красивее, - отмечает она, переводя взгляд на мои волосы, - белый сочетается с твоими волосами.

Я лишь тихо смеюсь и оборачиваюсь, в поисках Райана или Александра с Катариной.

— Они ещё не выбыли, - будто прочитав мои мысли, отвечает Эстер.

— Я думала, Райан вылетит первым, - усмехаюсь я, переводя взгляд на девушку, - здесь нужна хитрость, а Райан скорее самоуверенный и...

— Самовлюблённый, - фыркает вдруг Эстер, - идиот без мозгов.

— Вы уже успели поругаться? – выдыхаю я с огорчением.

— Лучше спроси, когда мы не ругались.

— Ну и когда же?

— Никогда.

Я хмыкаю, решая больше не развивать эту тему.

Казалось бы, что могло испортить весёлый настрой, вызванный азартом выиграть? Погода тоже радует – осталась такой же солнечной ближе к вечеру, а ветер и вовсе пропал. Листья на деревьях начинают окрашиваться в жёлтый, красный, оранжевый, создавая отдельную атмосферу.

А потом мы слышим звук разбившегося стекла, чьи осколки прыгают по черепице, осыпаясь на землю. Глухой звук удара о землю, ошеломлённые вздохи и крик некоторых девушек.

Быстро оборачиваюсь, почувствовав как от картины которую я увидела кровь встала, переставая подступать к лицу и конечностям. Холод, пробежавший по спине и рукам, от которого я вздрагиваю, адреналин, пытающийся разгонять кровь, из-за чего сердце начинает бешено биться о рёбра.

Эстер хватает меня холодной рукой за запястье, широко раскрыв глаза и прикрыв рот свободной рукой.

Тело, лежащее на зелёной траве, отчего создаётся ощущение, что девушка просто прилегла отдохнуть, упало прямо под разбитым окном на пятом этаже, где находятся спальни.

Звучит громкий звонок, сигнализирующий об досрочном окончании игры. Всё будто замедляется: из замка выходят испуганные люди, бросая быстрые взгляды на тело, кто-то плачет, склоняясь над бывшей одногруппницей, подругой или сестрой. Мы же с Эстер не можем сдвинуться с места, и только через несколько секунд она отпускает меня, обхватывая себя обеими руками.

— Как? – задаёт она один единственный вопрос.

— Я не знаю, - отвечаю я, мотая головой, а потом и вовсе отворачиваюсь.

— Неужели кто-то толкнул её?

— Но зачем? – спрашиваю я, и оборачиваюсь, когда к нам подбегает запыхавшийся Райан.

— Что произошло? – он пытается отдышаться, упираясь руками в колени.

— Она выпала из окна, - тихим голосом отвечает Эстер, тоже отвернувшись от пугающей картины.

— Сама?

— Я откуда знаю? Иди спроси! – Эстер вспыхивает, а потом также резко успокаивается, прикрывая глаза и устало вздыхая.

Рядом собираются не только Всадники, но и маги. Все шепчутся между собой, кто-то выдвигает теории о самоубийстве, кто-то расспрашивает о её личности. Но на входе быстро появляется директриса и несколько преподавателей, среди которых был мистер Ларенс.

— Все по комнатам! – говорит он громко, - и не выходить за пределы гостиной, пока вам того не разрешат!

Его голос разносится будто гром среди ясного неба, отчего мне самой кажется, будто надо мной нависли тучи. Атмосфера резко сгущается, поэтому все незамедлительно слушаются.

***

В гостиной повисает гнетущая тишина. Перед глазами до сих пор стоит картина этого происшествия, и скорее всего у остальных тоже. Но тут молчание решает прервать один из парней, с тёмным оттенком кожи и короткими вьющимися волосами.

— Кто-то знал её?

Девушка, по имени Лика, которую я запомнила по огненно-рыжим волосам, более рыжими, чем у Джейн, медленно кивает.

— Я не была знакома с ней лично, - её непривычно тихий голос слегка пробирает дрожь, - она со второго курса, зовут её вроде Ранти...

— Её соседки говорят, она чего-то испугалась, - говорит парень. Вроде бы его зовут Джейк.

— Но чтобы спрыгнуть с окна, надо осознавая перелезать через стол, - говорит Эстер, мотнув головой, - скорее всего, ей либо было некуда бежать, либо кто-то насильно вытолкнул её.

— Или что-то заставило её прыгнуть, - безэмоционально говорит русоволосая девушка, пожимая плечами, - в любом случае, правду мы узнаем позже.

— Если узнаем, - закатывает глаза блондин, я слышала его звали как Нейтана.

Мы непонимающе поворачиваемся к парню, который скрещивает руки на груди и отводит серьёзный, но одновременно скучающий взгляд в окно.

— Если? – переспрашиваю я. – Ты думаешь, нам не скажут причину?

— Когда такое произошло в прошлом году, никому так и не удалось узнать правду, - пожимает он плечами.

— Да, это до сих пор осталось загадкой, - соглашается другой парень.

— Разве не сказали, что это был несчастный случай? – хмурится Лика.

— Если тебе скажут также и про этот случай, ты поверишь? – усмехается Нейтан.

Я переглядываюсь с Эстер и выпрямляюсь, чувствуя как от напряжения затекли мышцы.

— Что произошло? – спрашиваю я.

— Первокурсницу нашли мёртвой в своей комнате, - отвечает Александр.

— Она была задушена балдахином. – дополняет его русоволосая девушка.

— Дейли, она запуталась, - с каким-то нажимом говорит Лика, - это был несчастный случай...

— Он был оторван! – вскакивает с дивана Дейли. – Это надо постараться, чтобы его вырвать!

— Успокойся, - хватает её за запястье Лика, призывая вернуться на место, - уже никто не докажет, как было на самом деле.

На глазах у девушки появилась пелена из слёз, которые она быстро смахнула. Лика отпустила её, и девушка быстрым шагом уходит по направлению к женским спальням.

В гостиной снова повисает тишина, которую никто не осмеливается нарушить. Я ёрзаю на диване, который резко стал неудобным.

— Они были знакомы? – тихо спрашиваю я с сомнением, стоило ли вообще говорить.

— Были подругами, - выдыхает Лика, подперев голову рукой.

Внутри всё замирает после её слов.

После этого больше никто решил не затрагивать эту тему, и все быстро переключились на обсуждение соревнования, матча и других пустяков. А у меня из головы до сих пор не выходит мысль о том, что за жуть здесь творится.

Все постепенно начинают расходиться, в том числе и мы с Эстер. Я ухожу в свою комнату совершенно без сил и опустошённой после этого происшествия.

А книга до сих пор ждёт меня на кровати. Снова беру её в руки и перелистываю на страницу с портретом императрицы, чья внешность поразительно схожа с моей. Мельком осматриваю фотографию, а потом закрываю книгу, убирая её на стол. Сегодняшний день настолько вымотал меня, что я падаю на кровать, подминаю подушку под голову и сразу же закрываю глаза. Солнце только начинает садиться, последними лучами пробиваясь мне в окно, согревая последний раз перед тёмной, холодной ночью.

***

Я чувствую под босыми ногами тёплый кафель. Меня окружают светлые стены, которые скорее всего сливаются с моими волосами. В этот раз, я взрослее, чем была в прошлом сне. И резкое осознание того, что я не в своём теле, заставляет проснуться.

— Агата, - женщина, которую я в прошлый раз назвала мамой, берёт меня за руку, внезапно появившись рядом.

Я отрываю взгляд от красивых колонн с золотыми узорами.

— Ты уже совсем взрослая, - говорит она, рукой поглаживая мои длинные волосы.

На душе становится тревожно. Особенно после взрыва, раздавшегося где-то позади, но совсем рядом.

— Я люблю тебя, - шепчет женщина, и я замечаю в её глазах слёзы, - я люблю вас обоих.

Она быстро хватает меня за две руки, и я чувствую, как пространство вокруг меня начинает медленно меняться, а силуэт названной мамы становится едва различимым.

— Мам! – произношу я, вытирая слёзы, стекающие по румяным щекам, - я тоже тебя люблю! Мам!

***

Я просыпаюсь глубокой ночью, когда Луна уже вовсю освещает тёмный лес и всю землю в целом. Перевернувшись на другой бок, я вымученно вздыхаю, ощущая боль в ногах после беготни по замку. Но сейчас я сомневаюсь, что причиной пробуждения стало именно это. Потому что я кожей чувствую на себе чей-то взгляд.

Я сажусь на кровати и оборачиваюсь обратно на окно, вглядываясь в тёмно-синие шторы, полу закрывающие окно. Зачем-то встаю с кровати и раздвигаю их, чтобы убедиться в том, что за ними никого нет. Эта паранойя уже начинает мне надоедать.

Снова иду к кровати и сажусь на самый край. Ужин я уже пропустила. Перевожу взгляд на часы, которые расположены над дверью и замечаю, как часовая стрелка медленно передвигается к четырём. Уже скоро будет рассвет, но сон никак не возвращается.

Два эти сна были похожи. И в каждом из них я назвала незнакомку мамой.

Но почему раньше мне не снились такие сны? Я снова путаюсь. Путаюсь не в своих догадках – путаюсь в себе.