А правильно ли?
Возвращение к себе
Я остаюсь у Хлои на неделю.
Шарль пишет каждый день. Сначала просит вернуться, потом просто спрашивает, как я, потом молчит. Я отвечаю редко — коротко, сухо, без эмоций. Не потому что не люблю. А потому что мне нужно вспомнить, кто я без него.
Хлоя смотрит на меня первые два дня с опаской, носит чай, обнимает, не лезет с вопросами. А потом заявляет:
— Так, дорогая. Хватит киснуть.
— Я не кисну.
— Ты сидишь в моей комнате третьи сутки в пижаме и смотришь в стену. Это называется «киснуть».
— У меня депрессия.
— У тебя перерыв в отношениях. Это разные вещи.
Я смотрю на неё.
— И что ты предлагаешь?
— Для начала — душ и причесаться. Потом — нормальная одежда. Потом — мы идём гулять.
— Не хочу.
— А кто спрашивает?
Она тащит меня в ванную, выдаёт свои шампуни, кремы, маски. Я стою под горячей водой и чувствую, как напряжение уходит. Вместе с грязью и усталостью.
Выхожу через час — чистая, пахнущая её духами, с мокрыми волосами.
— Уже лучше, — кивает Хлоя. — Теперь одежда.
Она роется в своём шкафу и выбрасывает мне вещи.
— Примерь.
Я смотрю на себя в зеркало. Из него на меня смотрит девушка, которую я почти забыла. Высокая, светловолосая, с голубыми глазами, которые смотрят холодно и уверенно. Та самая снежная королева, которая была до него.
— Помнишь себя? — тихо спрашивает Хлоя.
— Помню.
— Она никуда не делась. Просто пряталась.
Я киваю.
— Пошли гулять.
—
Мы идём по набережной, и я чувствую взгляды.
На меня смотрят. Мужчины оборачиваются, женщины оценивают. Я давно не ловила этот вайб — когда ты просто идёшь и знаешь, что выглядишь охренительно.
— Улыбайся, — шепчет Хлоя. — Ты королева.
— Я не умею улыбаться просто так.
— А ты притворись.
Я усмехаюсь. И вдруг понимаю, что мне хорошо. Просто хорошо. Без него. Без драмы. Без вечного напряжения.
— Спасибо, — говорю я Хлое.
— За что?
— За то, что вытащила.
— Обращайся.
—
На третий день она приносит фотоаппарат.
— Помнишь, ты говорила, что у тебя канал? Что ты там выкладываешь фото?
— Помню.
— Давно не выкладывала?
— Неделю.
— Вот. Будем исправлять.
Я смотрю на неё.
— Хлоя...
— Я умею фоткать. Серьёзно. Я в школе на курсах была. Давай, покажи мне, какая ты настоящая.
Я думаю секунду. Потом киваю.
—
Мы начинаем с простого.
— Охренеть, — выдыхает Хлоя, глядя в экран. — Ты как с обложки.
— Давай дальше.
— Ляг, — командует Хлоя.
— Куда?
Я ложусь. Хлоя щёлкает, меняет ракурсы.
— Подними руки, — говорит она. — Как будто ты падаешь.
Я поднимаю. Смотрю . Чувствую себя свободной.
— Готово.
Я встаю, подхожу смотреть. На фото — девушка, которую я почти не знаю. Красивая, сильная, опасная.
— Это бомба, — говорит Хлоя. — Ты бомба.
Я смотрю на себя и впервые за долгое время соглашаюсь.
—
Вечером я публикую это фото.
Под ним набираю текст:
«Неделя без него. Неделя с ней. Неделя, когда я вспомнила, кто я на самом деле. Снежная королева вернулась. И она чертовски красива. Ваша Лиса»
Отправляю.
Через час — тысяча лайков. Через два — две. Комментарии летят один за другим.
«Аполлинария, ты богиня»
«Какое фото!»
«Ты вернулась!»
«Это лучший твой пост»
«Кто автор? Хочу так же!»
Я читаю и улыбаюсь. Впервые за долгое время — настоящей улыбкой.
— Смотри, — показываю Хлое. — Ты теперь знаменита.
— Я и так знаменита, — фыркает она. — Просто мир не знал.
Мы смеёмся и заказываем пиццу.
—
На следующий день — новая фотосессия.
Хлоя тащит меня в кафе, где мы сидим за столиком у окна. Я пью кофе, смотрю в объектив исподлобья. Свет падает идеально.
Потом мы идём в парк. Я сижу на скамейке, закинув ногу на ногу. Короткая юбка, высокие сапоги, расстёгнутое пальто. Взгляд прямой, вызывающий.
— Ты как будто говоришь: «Подойди, если посмеешь», — комментирует Хлоя.
— Я так и говорю.
— Тогда идеально.
Вечером — новое фото. Я в её ванной, в одном полотенце, мокрая после душа. Пар, зеркало, размытые линии. Видны голые плечи, ключицы, намёк на грудь. Очень откровенно, но художественно.
— Это не для канала? — спрашиваю.
— Это для канала. Самые откровенные соберут больше всего.
— Хлоя, я не порнозвезда.
— А я не говорю выкладывать всё. Выбери, где красиво.
Я выбираю.
Текст:
«Утро. Ванна. Кофе ещё не выпит, а мир уже у моих ног. Кто сказал, что Лиса должна быть одна? Она просто выбирает, с кем быть. Ваша Полярная»
Отправляю.
Лайки зашкаливают. Тысячи. Комментарии не останавливаются.
— Ты звезда, — говорит Хлоя.
— Ты звезда. Ты фоткаешь.
— Мы команда.
Мы чокаемся бокалами с соком.
—
Через неделю у меня уже двадцать тысяч подписчиков.
Мои фото разлетаются, их обсуждают, ими восхищаются. Я снова чувствую себя той, кем была до него — уверенной, сильной, недоступной.
Но внутри всё равно есть место, где больно.
Шарль перестал писать.
Я тоже не пишу.
Иногда я захожу на его страницу, смотрю фото, читаю новости. Он тренируется. Улыбается. Живёт.
Без меня.
И это правильно.
— Ты скучаешь? — спрашивает Хлоя однажды.
— Да.
— Вернёшься?
— Не знаю.
— А хочешь?
Я смотрю в окно. Там дождь.
— Я хочу, чтобы мне не было больно. А остальное — неважно.
Она обнимает меня.
— Прорвёмся, малышка.
Я киваю.
Но внутри пустота.
—
Ночью я публикую последнее фото за эту неделю.
Текст:
«Неделя свободы. Неделя возвращения к себе. Я вспомнила, каково это — быть одной и быть счастливой. Он не позвонил. Я не позвонила. И это правильно. Потому что Лиса не бегает за теми, кто не бежит за ней. Она просто ждёт. Или не ждёт. Посмотрим. Ваша сильная Полярная»
Отправляю.
И выключаю телефон.
Внутри — тишина.
Снежная королева снова на троне.