Ты сказала можно написать
Я стою перед зеркалом уже полчаса.
Это смешно. Я никогда не тратила столько времени на выбор одежды. В Нью-Йорке я могла выйти в магазин в растянутом свитере и старых джинсах — и плевать, кто что подумает. Здесь, во Франции, все иначе.
Или дело не во Франции.
Дело в том, что сегодня я иду в паддок.
Туда, где он ждет.
— Аполлинария, соберись, — говорю я своему отражению. — Это просто разговор. Просто человек. Просто...
Я замолкаю. Потому что врать себе — последнее дело.
Это не «просто». Это тот, кто искал меня. Кто написал «я буду ждать». Кто заставил мое сердце биться быстрее одним сообщением.
В итоге выбираю бежевый льняной костюм — шорты и пиджак. Под пиджак — белый топ. Волосы распущены, макияж легкий, но глаза подведены четко. Туфли на небольшом каблуке — в паддоке надо выглядеть уверенно.
Смотрю на телефон.
Сообщение от Макса: «Ты где? Я зайду?»
Я набираю: «Я в паддоке. К отцу. Позже увидимся».
Он отвечает мгновенно: «Я с тобой! Подожди, я быстро».
Черт.
— Нет, — говорю я вслух. — Нет, Макс, не сегодня.
Пишу: «Туда нужен специальный пропуск. Только для сотрудников. Извини».
Пауза. Потом: «Ладно. Вечером увидимся».
Я выдыхаю.
Одна ложь во спасение. Или во спасение ли? Или просто чтобы он не мешал?
Полярная лиса внутри вздыхает: «Ты запуталась, подруга».
Снежная королева молча надевает солнцезащитные очки и выходит из номера.
---
В паддоке сегодня людно.
Гул моторов, запах резины, люди в униформах снуют туда-сюда. Я иду медленно, чувствуя на себе взгляды. Ко мне уже привыкли? Или просто сегодня я выгляжу особенно?
Навстречу попадается Пьер из пресс-службы «Феррари».
— Аполлинария! — он расплывается в улыбке. — А вы сегодня пришли! А вчера где были? Мы вас ждали!
— Дела, — отвечаю коротко.
— Понимаю, — он подмигивает. — Кстати, Шарль вас спрашивал. Несколько раз.
У меня внутри все сжимается.
— Спрашивал?
— Ага. Подходил, интересовался, не видел ли я вас. Так что... — он снова подмигивает. — Удачи.
Он уходит, а я стою посреди паддока и пытаюсь унять сердце.
Спрашивал. Несколько раз.
---
Я иду к моторхоуму «Макларена». Нужно сначала показаться отцу, а потом...
А потом я не знаю.
Потом я должна его найти? Или он найдет меня? Я же написала ему тогда: «Завтра я буду в паддоке». Он ответил: «Я буду ждать». Значит, теперь моя очередь быть найденной.
Отец встречает меня в приподнятом настроении.
— Полька! — он обнимает меня, не стесняясь посторонних. — А я уж думал, ты с Максом пропадешь. Как он?
— Нормально. В отеле отдыхает.
— А ты чего пришла? Соскучилась по старику отцу?
Я улыбаюсь. Той самой улыбкой, которая только для него.
— Соскучилась.
— Ну-ну, — он смотрит на меня хитро. — Что-то я не верю. Ты какая-то другая сегодня.
— Какая?
— Взволнованная, — он прищуривается. — Случилось что?
— Пап, все нормально.
— Ладно, — он не давит. — Я сейчас занят, через час освобожусь. Посиди пока, если хочешь. Там в углу диван свободный.
Я киваю и сажусь.
И тут я чувствую взгляд.
Поднимаю голову.
В дверях моторхоума стоит Шарль.
Он смотрит на меня. Просто смотрит. Не подходит, не здоровается. Стоит и смотрит.
Я замираю.
А потом происходит то, чего я совсем не ожидаю.
Сбоку откуда-то выныривает Ландо Норрис. Мой, между прочим, «сокомандник» по цветам — в смысле, он из «Макларена». Мы знакомы по верхам, виделись пару раз, он кивал мне, я кивала в ответ. Максимум «привет-пока».
Но сейчас он подходит ко мне с такой улыбкой, будто мы лучшие друзья.
— Аполлинария! — говорит он громко, чтобы все слышали. — Наконец-то ты пришла! Я уж думал, ты нас забыла!
И прежде чем я успеваю что-то сообразить, он обнимает меня.
Крепко. Дружески. Но при этом так, чтобы все видели.
Я чувствую запах его парфюма, чувствую, как его руки сжимают мои плечи, и краем глаза замечаю, как меняется лицо Шарля в дверях.
Ландо отпускает меня и отстраняется, но руку с моего плеча не убирает.
— Пойдем, — говорит он. — Я тебе кое-что покажу. Тут такое...
Он тянет меня к выходу, и мы проходим мимо Шарля.
Ландо кивает ему:
— Шарль, привет! — как ни в чем не бывало.
Шарль кивает в ответ, но смотрит на меня.
В его взгляде вопрос. И еще что-то, похожее на ревность.
Я не успеваю ничего сказать — Ландо уже тащит меня куда-то в сторону.
---
Мы выходим из моторхоума, и я вырываю руку.
— Ландо, какого черта?
Он смеется. Заливисто, по-мальчишески.
— Что? Я просто помогаю.
— Кому? И в чем?
— Тебе, — он смотрит на меня хитро. — Я же вижу, как он на тебя смотрит. И как ты на него. А он там стоит, мнется, не знает, подойти или нет. Я решил ускорить процесс.
— Ты... — я не знаю, смеяться или злиться. — Ты специально?
— Ага, — он довольно кивает. — Теперь он будет думать, что мы с тобой... ну, типа близки. Это его подстегнет.
— Ландо, ты ненормальный.
— Знаю, — он улыбается еще шире. — Но это работает. Поверь мне. Я в этом разбираюсь.
Я смотрю на него и не могу сдержать улыбку.
— Ты зачем это делаешь?
— Потому что ты классная, — пожимает плечами. — И потому что Шарль мой друг, но иногда ему нужно давать пинка. А еще потому, что у него есть девушка, а на тебя он смотрит так, как не должен смотреть. Значит, тут что-то серьезное.
Я молчу.
— Ладно, — Ландо хлопает меня по плечу. — Иди. Он сейчас придет. Я знаю его.
Он уходит, насвистывая, а я остаюсь стоять посреди паддока.
И точно.
Через минуту рядом со мной вырастает Шарль.
— Что это было? — спрашивает он.
Голос спокойный, но в глазах — буря.
— Ландо? — я поднимаю бровь. — Решил поздороваться.
— Он тебя обнимал.
— Мы в одной команде. У нас так принято.
— Не так, — Шарль смотрит на меня в упор. — Не так, как он тебя обнимал.
Я усмехаюсь.
— Ты ревнуешь?
— Да.
Прямо. Без колебаний.
Я смотрю на него и чувствую, как внутри все переворачивается.
— У тебя нет на это права, Шарль.
— Знаю, — он проводит рукой по волосам. — Знаю. Но ничего не могу поделать.
Мы стоим посреди паддока, и мимо нас текут люди. Кто-то оборачивается, кто-то здоровается с Шарлем, кто-то кивает мне. Мы — два островка в этом море.
— Ты пришла, — говорит он тише.
— Ты ждал.
— Да.
Это «да» звучит как-то по-особенному. Без упрека, без претензии. Просто факт.
— Тот парень на фото, который у тебя в канале... — начинает он. — Мне Пьер показал. Это тот друг, который приехал?
Я замираю.
— Ты видел?
— Случайно. Пьер листал и показал. Спросил, не знаю ли я, кто это.
— И что ты ответил?
— Сказал, что не знаю, — Шарль смотрит на меня. — А сам думал об этом весь день.
Я молчу.
— Это он? — спрашивает Шарль.
— Да. Макс. Друг из Нью-Йорка.
— Он просто друг?
— Пока да.
Шарль поднимает бровь.
— Пока?
Я молчу. Потому что не знаю, что ответить. Потому что Макс — это сложно. Потому что он вчера объяснялся мне в любви, а я сказала «подумаю».
— Аполлинария, — Шарль делает шаг ближе. — Я не знаю, что у нас может получиться. У меня есть отношения. Это правда. Но я не могу притворяться, что ты для меня никто.
— Что ты предлагаешь?
— Время, — говорит он. — Дай мне время разобраться. И позволь мне быть рядом. Просто быть рядом.
— Это опасно.
— Знаю.
— Для тебя. Для меня. Для твоей девушки.
— Знаю.
Я смотрю в его зеленые глаза и вижу там что-то, от чего у меня подкашиваются колени.
— Я не буду твоей тайной любовницей, Шарль.
— Я и не предлагаю.
— Тогда что?
— Время, — повторяет он. — Просто дай мне время.
—
В этот момент из моторхоума выходит отец.
— Полька! — зовет он. — Иди сюда, познакомлю с ребятами!
Я отступаю от Шарля. Между нами снова вырастает расстояние.
— Мне пора, — говорю тихо.
— Я могу тебе написать? — спрашивает он.
— Откуда у тебя мой номер?
— Попрошу у Пьера. Он дружит с кем-то из «Макларена».
Я смотрю на него.
— Пиши.
И ухожу к отцу.
Но чувствую его взгляд спиной. Весь путь до моторхоума.
—
Вечером я возвращаюсь в отель.
Макс ждет меня в холле с букетом цветов.
— Полли! — он вскакивает. — Ну как прошло? Надолго ты там?
— Нормально, — я беру цветы, чтобы не обижать. — Отец был занят.
— А мы куда пойдем сегодня? Я нашел классный ресторан...
— Макс, — останавливаю его. — Я устала. Давай завтра?
Он смотрит на меня. В глазах обида, но он старается не показывать.
— Конечно, — говорит он. — Отдыхай. Я позвоню?
— Давай.
В лифте я смотрю на свое отражение.
Щеки горят. Глаза блестят. Я выгляжу так, будто... будто влюбилась.
— Нет, — шепчу я. — Не смей. У него есть девушка. Ты не будешь той, кто разрушает отношения.
Но сердце не слушается.
—
Ночью я публикую новое фото.
«Скажите, это нормально? Или мне пора бежать? Ваша Лиса»
Отправляю.
Телефон вибрирует. Сообщение от неизвестного номера.
«Привет. Это Шарль. Ты сказала, можно написать. Вот я и пишу. Спокойной ночи, Аполлинария»
Я смотрю на экран и улыбаюсь.
— Спокойной ночи, Шарль, — шепчу я.
И засыпаю с телефоном в руке.