Я счастлива
Три дня после разговора с отцом.
Три дня, которые тянутся как три недели. Шарль пишет каждый день, но встречи мы отменяем — я не готова снова идти в паддок, а он не может приехать в Ниццу из-за тренировок.
Отец молчит. Мама говорит, что ему нужно время.
Миша каждый вечер спрашивает: «А когда дядя Шарль придёт?»
Я не знаю, что отвечать.
—
В четверг Шарль звонит.
— Я приеду в субботу, — говорит он без предисловий. — В Ниццу.
— Зачем?
— Хочу поговорить с твоим отцом. Официально.
— Он не захочет.
— Я попробую.
— Шарль...
— Я люблю тебя, Аполлинария. Я не отступлю, потому что какой-то разговор был тяжёлым.
Я молчу. Потому что внутри всё переворачивается от его упрямства.
— Ты правда готов?
— Да.
— Он тебя по стенке размажет.
— Пусть. Я выдержу.
—
В субботу утром я приезжаю в Монако.
Шарль уже ждёт у входа в паддок. В костюме. При галстуке. Выглядит так, будто на собеседование в президенты идёт.
— Ты чего так вырядился? — спрашиваю.
— Хочу произвести впечатление.
— Он подумает, что ты смешной.
— Пусть думает. Главное — что я серьёзно.
Мы идём к моторхоуму «Макларена». У меня трясутся руки. Шарль сжимает мою ладонь.
— Всё будет хорошо, — говорит он.
— Ты оптимист.
— Я реалист. Худшее уже было. Дальше только лучше.
—
Отец сидит за столом с ноутбуком. Увидев нас, поднимает бровь.
— Явились, — говорит без приветствия.
— Здравствуйте, Николай, — Шарль протягивает руку. — Спасибо, что согласились принять.
Отец смотрит на руку. Медлит. Потом пожимает.
— Я не соглашался. Меня поставили перед фактом.
— Знаю. Простите за настойчивость.
— Чего ты хочешь, Леклер?
Шарль садится напротив. Я остаюсь стоять.
— Я хочу поговорить как мужчина с мужчиной. Без игр, без прессы, без всего.
— О чём?
— О вашей дочери. О нас. О том, что было. И о том, что будет.
Отец молчит. Смотрит на него в упор.
— Слушаю.
Шарль делает глубокий вдох.
— Я люблю вашу дочь. Это не просто слова. Я люблю её так, как никогда никого не любил. Да, я сделал ей больно. Да, я был дураком. Да, я сорвался. Но я работаю над этим. Я хожу к психологу. Я учусь контролировать эмоции. Я делаю всё, чтобы больше никогда не причинять ей боль.
— Красиво говоришь, — усмехается отец. — А на деле?
— На деле я здесь. Пришёл к вам. Хотя боялся. Хотя знал, что вы можете послать меня. Но я пришёл, потому что она того стоит.
Отец молчит долго. Очень долго.
— Ты понимаешь, — говорит он наконец, — что я не отдам дочь кому попало? Что она для меня — всё? Что я жизни за неё отдам?
— Понимаю.
— И что ты можешь мне предложить?
— Себя. Всё, что у меня есть. Своё время, свои силы, свою жизнь. Я буду беречь её. Клянусь.
Отец смотрит на него. Потом переводит взгляд на меня.
— А ты что молчишь?
Я подхожу ближе.
— Пап, я люблю его. Я знаю, что было больно. Но я тоже без него не идеальна. Я тоже сбегала, не говорила, боялась. Мы учимся. Вместе. Если ты дашь нам шанс.
Отец вздыхает. Потирает лицо руками.
— Вы оба идиоты, — говорит он устало. — Молодые, красивые, упрямые идиоты.
— Это да, — соглашается Шарль.
— Ладно, — отец встаёт. — Один шанс. Как я уже говорил. Один. Если ты снова сделаешь ей больно — я тебя уничтожу. Ты понял?
— Понял.
— И ещё. Ты будешь приходить на семейные обеды. Раз в неделю. Миша по тебе скучает.
Шарль улыбается. Впервые за весь разговор.
— С удовольствием.
Отец протягивает руку. Шарль пожимает.
— Добро пожаловать в семью, Леклер. Хотя я ещё пожалею об этом.
—
Мы выходим из моторхоума. У меня подкашиваются ноги.
— Это было... — начинаю я.
— Страшно, — заканчивает Шарль. — Самый страшный разговор в моей жизни.
— Ты справился.
— Мы справились.
Он обнимает меня. Прямо посреди паддока. При всех.
— Я люблю тебя, — шепчет он.
— Я тоже.
—
Вечером мы едем к маме в отель.
Миша встречает нас визгом. Виснет на Шарле, требует покатать на плечах. Шарль сажает его, и они носятся по номеру, изображая гоночные машины.
Мама смотрит на это и улыбается.
— Он хороший, — говорит она.
— Знаю.
— Ты счастлива?
Я смотрю на них — на Шарля, который смеётся, пытаясь увернуться от Мишиных объятий, на брата, который визжит от восторга.
— Да, мам. Счастлива.
— Тогда всё правильно.
—
Ночью я публикую новое фото.
Мы все вчетвером — я, Шарль, Миша и мама — сидим за ужином в номере. Простое, домашнее, тёплое. Шарль кормит Мишу, мама смеётся, я смотрю на них.
Текст:
«Сегодня был день, которого я боялась. Шарль говорил с моим отцом. По-мужски. Честно. Без игр. И отец... сдался. Сказал "добро пожаловать в семью". А вечером мы ужинали с мамой и Мишей. И я смотрела на них и понимала: это и есть счастье. Простое, настоящее, без пафоса. Лиса нашла свою стаю. Ваша счастливая Полярная»
Отправляю.
Через минуту приходит сообщение от Шарля:
«Я люблю тебя. И твою семью. Спокойной ночи».
Я улыбаюсь.
— Спокойной ночи, — шепчу я.
Рядом сопит Миша, уснувший после ужина.
А я счастлива.