Глава 29
Интеграция людей Фернандо прошла на удивление гладко. Опыт старого полковника оказался бесценным: он быстро взял на себя организацию внешних патрулей, позволив Максу сосредоточиться на глобальной стратегии. «Сектор-Б» работал как швейцарские часы.
Но пока на военных картах Макс уверенно двигал фишки, одерживая одну победу за другой, в личной жизни он столкнулся с задачей, которая пугала его больше, чем армия мутантов.
Они с Джорджем спали в одной постели уже две недели. Их ночи были полны жадных поцелуев, горячих прикосновений и отчаянной, искрящейся страсти, которая оставляла на их телах синяки и укусы. Но до самого главного они так и не дошли. Для них обоих это была неизведанная территория, до Катастрофы ни Макс, ни Джордж никогда не были с мужчинами. И если Джордж, будучи врачом, прекрасно знал анатомию, то Макс испытывал почти первобытный ужас от мысли, что может причинить ему настоящую, физическую боль. Майор привык разрушать и убивать. Как быть нежным в *этом* смысле, он просто не знал.
Понимая, что долго так продолжаться не может, Макс решился на отчаянный шаг. Ему нужен был совет. Во всем бункере был только один человек, к которому он мог обратиться с подобным вопросом и не потерять авторитет командира.
Макс нашел Шарля в оранжерее гидропонного отсека. Бывший аристократ, опираясь на свою элегантную трость, задумчиво осматривал молодые побеги томатов. За прошедшее время Шарль сильно изменился: бледность исчезла, взгляд стал тверже, но в его движениях по-прежнему сквозила врожденная, неистребимая грация.
- Мне нужна консультация, - без предисловий начал Макс, подходя к нему. Голос майора звучал напряженнее, чем перед боем. - Не военная. И Карлос об этом знать не должен.
Шарль удивленно приподнял бровь, отрываясь от растений. Он окинул взглядом огромную, затянутую в черную форму фигуру Макса.
- Заинтригован. Чем могу помочь, командир?
Макс огляделся, убеждаясь, что в отсеке больше никого нет, и тяжело оперся о металлический стеллаж. Он потер переносицу.
- Дело в Джордже. Мы... в общем, мы подошли к той черте, за которой пути назад нет.
На губах Шарля заиграла легкая, понимающая улыбка.
- О, понимаю. И в чем же загвоздка? Доктор Рассел не выглядит как человек, склонный к пуританству.
- Проблема во мне, - глухо ответил Макс, глядя в пол. - У меня никогда не было мужчин. У него тоже. Мои руки привыкли ломать шеи, Шарль. Я не хочу сделать ему больно. Я вообще не представляю, как это работает на практике, чтобы это приносило удовольствие, а не травмы.
Шарль кивнул, его улыбка стала мягче.
- Это похвальная забота, Макс. Правда.
- Поэтому я пришел к тебе, - Макс наконец поднял глаза, собирая всю свою командирскую волю в кулак, чтобы задать следующий вопрос. -Ты ведь изнеженный столичный житель. Шарль... Скажи мне... когда вы с Карлосом спите... когда он внутри... тебе сильно больно? Как вы с этим справляетесь?
В оранжерее повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим журчанием воды в трубах гидропоники.
Глаза Шарля медленно расширились. Он моргнул один раз, другой. А затем тишину разорвал смех. Это не был тихий, вежливый смешок. Шарль смеялся так искренне и громко, что ему пришлось опереться на трость обеими руками, чтобы не упасть.
Макс нахмурился, чувствуя, как у него начинают гореть уши.
- Я сказал что-то смешное?
- О, Макс... - Шарль вытер выступившую в уголке глаза слезу. - Прости. Просто... боги, это великолепно. Я всегда знал, что у Ферстаппенов проблемы с оценкой ситуации, если она не касается оружия.
- Шарль, - в голосе Макса прорезались угрожающие нотки. - Объясни.
Бывший миллиардер глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он посмотрел на растерянного, грозного майора и с наслаждением произнес:
- Макс, дорогой мой. Боюсь, я совершенно ничем не смогу тебе помочь в вопросах боли *принимающей* стороны. Тебе стоит спросить об этом самого Карлоса.
Мозг Макса на секунду отказался обрабатывать информацию. Он уставился на Шарля.
- Что?
- Видишь ли, - Шарль изящно поправил воротник своей рубашки, - я, возможно, и изнеженный столичный житель с больной ногой. Но в нашей с Карлосом паре актив я. А пассивом все это время был твой суровый, таскающий ящики с патронами младший брат.
Если бы в этот момент в бункер попала баллистическая ракета, Макс был бы шокирован меньше. Челюсть майора дрогнула. Перед его мысленным взором пронеслась картина: Карлос, его брат, который рычит на солдат и координирует поставки боеприпасов, послушно раздвигает ноги перед этим утонченным парнем с тростью.
- Твою мать... - только и смог выдавить из себя Макс.
Кровь прилила к его лицу, заливая щеки и шею густым, жарким румянцем. Самый грозный человек в пустошах сейчас выглядел так, словно хотел провалиться сквозь бетонный пол на самый нижний уровень бункера. Ему стало настолько неловко, что он физически не мог смотреть на Шарля.
- Забудь, что я спросил. Просто... вычеркни это из памяти, - пробормотал Макс, резко разворачиваясь к выходу.
- Макс, стой! - Шарль, все еще посмеиваясь, шагнул за ним. - Не убегай. Да, я не могу описать тебе ощущения пассива. Но как актив, я могу дать тебе пару советов.
Макс замер в дверях. Он не обернулся, но напряженная спина выдавала, что он слушает.
Шарль подошел ближе, его тон стал серьезным и деловым.
- Во-первых, смазка. Найдите в медотсеке Джорджа лучший лубрикант. Много лубриканта. Во-вторых, подготовка. Не торопись. Используй пальцы, дай его телу привыкнуть к тебе. Никаких резких движений, пока он сам не попросит. И главное, Макс, - Шарль положил руку на широкое плечо майора, - разговаривай с ним. Джордж врач. Он знает свое тело лучше, чем кто-либо. Если ему будет дискомфортно, он скажет. Просто слушай его.
Макс тяжело выдохнул, глядя в коридор. Его сердце все еще колотилось от невероятной, унизительной неловкости, но слова Шарля имели смысл.
- И еще кое-что, - тихо добавил Шарль.
- Что еще? - буркнул Макс.
- Когда будешь смотреть в глаза Карлосу за ужином... постарайся не слишком явно представлять то, что ты только что узнал. Он очень стесняется.
Макс издал звук, похожий на сдавленный стон раненого зверя. Он резким жестом сбросил руку Шарля со своего плеча и, не говоря больше ни слова, быстрым шагом направился по коридору прочь.
Шарль смотрел ему вслед с широкой, довольной улыбкой. Апокалипсис апокалипсисом, но в этом мире еще оставались вещи, способные пробить броню даже самого сурового командира.
Остаток дня Макс провел как в тумане. Он избегал Карлоса как огня, шарахаясь от брата в коридорах, а вечером, зайдя в их с Джорджем общую каюту, долго стоял перед зеркалом, собираясь с мыслями. Сегодня ночью отступать было некуда. Инструкции были получены, пусть и ценой его собственной психики.