~Цена долга~ [Хёнликсы]

Через три дня после того, как Джисон признался про Минхо, Сынмин получил сообщение от неизвестного номера.

«Выходи из общаги. Жду у чёрного входа. Не бойся, это я, Чанбин. Приду через десять минут».

Сынмин смотрел на экран телефона и не верил своим глазам. Чанбин - тот самый альфа с запахом сливок, который следил за ним в библиотеке неделями - написал ему. Не через Минхо, не через Бан Чана, не через слежку. А просто так. Взял и написал.

- Что там? - спросил Чонин, заглядывая через плечо. Чонин лежал на своей кровати и листал что-то в телефоне, но глаз не сводил с друга.

- Ничего, - Сынмин спрятал телефон под подушку так быстро, что Чонин усмехнулся.

- Ты врёшь. Ты покраснел, как ёбаный помидор. Вся твоя шея красная.

- Отвали, Чонин. Не лезь не в своё дело.

- Это ты не лезь, - парировал Чонин. - Ты идёшь на встречу с тем альфой, да? С Чанбином?

Сынмин промолчал, но его молчание было громче любых слов.

- Иди, - сказал Чонин. - Не будь дураком. Если он твой истинный - не сопротивляйся. Я сам через это прошёл.

Сынмин встал, накинул куртку, сунул ноги в кроссовки и выбежал на улицу, даже не завязав шнурки.

У чёрного входа общаги, под тусклым фонарём, стояла знакомая чёрная машина. На капоте сидел Чанбин - в чёрных очках, с книгой в руках, причём книга была явно притворством, потому что он смотрел не в неё, а на дверь, откуда должен был выйти Сынмин.

Увидев Сынмина, он закрыл книгу, сунул её в карман куртки и встал.

- Пришёл, - сказал он. Голос спокойный, но в глазах - огонь.

- Ты написал, - ответил Сынмин, останавливаясь в двух шагах. - И я пришёл. Почему ты написал? Чего ты хочешь?

- Потому что устал ждать, - Чанбин сделал шаг к нему. Потом второй. - Потому что твой запах кокоса снится мне каждую ночь, Сынмин. Потому что я не могу есть, не могу спать, не могу работать. Потому что я хочу не следить за тобой из машины через дорогу, а быть рядом. Дышать тобой.

- Ты псих, - прошептал Сынмин.

- Возможно, - Чанбин взял его за руку. - Но это не меняет того, что ты мой истинный. И я твой.

Сынмин не вырвал руку. Не смог. Пальцы Чанбина были тёплыми, шершавыми, и от них по всему телу разливалось какое-то странное спокойствие.

- Куда ты хочешь меня увести? - спросил он.

- Кофе пить. По-человечески. - Чанбин чуть сжал его руку. - Не в библиотеке, где на нас пялятся старухи. Не в твоей общаге, где твои друзья подслушивают. А по-человечески. В тихом месте. Только я и ты.

Сынмин не знал, зачем согласился. Но его ноги сами пошли за Чанбином к машине. Он сел на пассажирское сиденье, пристегнулся - Чанбин сам потянулся через него и застегнул ремень, коснувшись грудью его плеча. Запах сливок ударил в нос так сильно, что у Сынмина закружилась голова.

Они поехали в какое-то тихое место - маленькое кафе с тёмными стенами, мягкими диванами и приглушённой музыкой. Там никого не было в этот час, и они сели в самый дальний угол, за столик у окна.

- Ты впервые привёл меня куда-то по своей воле, - сказал Сынмин, когда официантка принесла им кофе. - Раньше ты только следил.

- Потому что раньше боялся, - Чанбин снял очки и положил на стол. Без очков его глаза казались больше и темнее, и в них была такая тоска, что у Сынмина ёкнуло сердце. - Боялся, что Хёнджин узнает. Боялся, что он убьёт меня за связь с чужими. Боялся, что ты откажешься.

- А теперь не боишься?

- Теперь я боюсь другого, - Чанбин посмотрел ему прямо в глаза. - Теперь я боюсь, что потеряю тебя, если ничего не сделаю. Боюсь, что ты найдёшь другого альфу, нормального, не мафиози, и я останусь ни с чем.

- Ты - мой истинный, - тихо сказал Сынмин. - Я не могу найти другого. Ты знаешь это.

- Знаю. - Чанбин накрыл его ладонь своей. - Я понял, что ты мой истинный, в тот момент, когда впервые тебя увидел в машине Бан Чана. Твой кокосовый запах ударил мне в голову, как обухом. Я не мог дышать, не мог думать. Мой нос, моё сердце, моё тело - всё кричало: «Это он! Это наш омега!». Но я трус, Сынмин. Я боялся признаться. Боялся, что ты меня не примешь.

- А я боялся, что ты меня убьёшь, - признался Сынмин. - Или похитишь, как Хёнджин похитил Феликса.

- Я никогда не сделал бы тебе больно, - Чанбин сжал его руку. - Никогда. Клянусь.

Сынмин молчал. Его кокосовый запах задрожал от напряжения, смешиваясь со сливочным ароматом альфы.

- Я верю тебе, - сказал он наконец. - Не знаю почему, но верю.

- А ты? - спросил Чанбин. - Ты готов быть с таким, как я? С убийцей? С бандитом?

- Не знаю, - честно ответил Сынмин. - Но я хочу попробовать. Потому что без тебя мне тоже херово. Я искал твой запах в толпе. Я просыпался по ночам и думал о тебе. Я ненавижу себя за это, но я хочу быть рядом с тобой.

Они сидели в кафе до ночи. Пили кофе, говорили ни о чём - и обо всём. Чанбин рассказывал про свою жизнь в мафии, про то, как попал туда в восемнадцать, обманутый и проданный, как Хёнджин. Про то, как учился убивать, как первый раз взял в руки нож.

Сынмин слушал и не верил, что за этой широкой спиной, грубой кожей и опасной работой скрывается такой сломленный, такой одинокий человек.

- Я останусь, - сказал Сынмин, когда они вышли из кафе в холодную ночь. - Пока. Я останусь с тобой, Чанбин. Но если ты сделаешь мне больно - я уйду. И ты меня не найдёшь.

Чанбин обнял его. Прижал к себе так крепко, как будто боялся, что Сынмин исчезнет.

- Спасибо, - прошептал он в его волосы. - Я не подведу тебя.

А потом поцеловал. Нежно, мягко, впервые - не грубо, не по-звериному. Просто - как человека, который боится потерять то, что нашёл.

Сынмин ответил на поцелуй. И в этот момент его кокосовый запах окончательно смешался со сливочным - навсегда.

933 слова