Попаданец встречает... реинкарнатора? (Новелла)

149 глава

На ужин Чу Лянь лично приготовила рыбные палочки и горшок с кислым пряным супом. Остальные блюда были такими, какие они обычно были здесь, во Дворе Сунтао.

Снежно-белые рыбные палочки были помещены сверху свежей кучи фасоли, с ярко-красным чили, разбросанным сверху. Когда палочки были поданы, это был праздник для глаз. Рыбное мясо было мягким и нежным. Хотя на нем был слой чили, он был не слишком острым. Как только тонкий ломтик рыбы достиг ее рта, Чу Лянь с удовольствием закрыла глаза и уголки ее губ поднялись.

Жаль, что она ела в одиночестве. Такое блюдо было более великолепным, когда его подавали в огромной тарелке. Однако, поскольку она была одна, то сказала Сиянь положить рыбу в маленькую миску.

Относительно оставшейся еды, Чу Лянь приказала Сиянь разделить ее на две части и отправить их в Зал Цинси и внутренний двор главной ветки.

Старшая служанка Гуй лично передала блюдо, предназначенное Залу Цинси, лично в руки старшей служанке Лю.

«Это новое блюдо, которое сделала Третья Молодая Мадам. Этот старый слуга был отправлен по приказу Третьей Молодой Мадам, чтобы принести немного, чтобы матриарх могла попробовать. Однако Третья Молодая Мадам также хочет напомнить. Эти рыбные палочки немного пряные, поэтому, если пряность слишком велика для матриарха, ей будет немного горчить».

Старшая служанка Лю улыбнулась и подтвердила, что поняла сообщение. Она взяла блюдо и передала его служанке, стоящей за нею, чтобы та отдала его Матриарху. Затем старшая служанка Лю лично сопроводила старшую служанку Гуй из двора.

Во дворе Далана также получили свою долю рыбных палочек. Случилось так, что в то время там был и Хэ Чанци.

Хэ Чанци открыл крышку контейнера, и увидел слой красного перца чили сверху. Он удивленно воскликнул: «Это сделано из тех чили, которые я привез сегодня днем?»

«Отвечаю наследнику Цзин’ань, это так! Наша Третья Молодая Мадам лично приготовила это блюдо и получила сообщение. Если эти рыбные палочки чересчур пряные, пожалуйста, не ешьте слишком много».

«Поскольку блюдо сделано из перца чили, я должен его попробовать».

И даже до того, как Сиянь ушла, Хэ Чанци уже приказал старшим слугам во дворе начать собирать ужин.

Он явно не мог дождаться, чтобы попробовать это блюдо.

На следующий день, когда Чу Лянь пришла в Зал Цинси для своих обычных утренних приветствий, она натолкнулась на своего старшего шурина, Чанци.

Матриарх улыбнулась и позволила Чу Лянь сесть рядом с ней, шутя: «Ваш старший брат специально подождал дополнительно двадцать минут, чтобы вы приехали».

Чу Лянь обнаружила, что это странно, поэтому она спросила: «Самый старший зять, что вы имели ввиду»?

Широкое, загорелое лицо Чанци, казалось, слегка покраснело и он поджал губы, слишком смущенный, чтобы высказаться. Он мог обратиться к Матриарху Хэ за помощью.

«Посмотри на себя, это всего лишь маленькое дело, но тебя это так волнует, что ты даже не можешь говорить. Жена Санланга вышла замуж в нашу семью, так что теперь ты ее старший брат!» Матриарх Хэ притворилась, что ругает Чанци, прежде чем взять руку Чу Лянь в ее собственную и улыбаться. «У вашего старшего брата есть друзья, которые приезжают в гости через два дня. После того, как мы съели эти рыбные палочки, которые вы отправили прошлой ночью, мы подумали, что приготовленная пища была восхитительна. Таким образом, он хотел спросить, можете ли вы помочь приготовить еду, чтобы произвести на них впечатление.»

Когда приглашали гостей, хозяин всегда должен был приготовить либо прекрасную пищу, либо прекрасное вино. Поскольку тайные рецепты считались столь ценными в это время, у каждого поместья всегда было не более одного или двух фирменных блюд, которые выставляли для гостей.

Раньше в доме Цзин’ань были кондитерские изделия Кука Чжоу в качестве специальности. Теперь, когда Кук Чжоу умер, Хэ Даланг почувствовал, что у него нет хорошей еды, чтобы произвести впечатление на своих друзей, поэтому он продолжал откладывать приглашение, которое он должен был им дать уже давно.

Теперь, когда у него был такой шанс, он не мог его упустить.

Чу Лянь подумала, что ей будет тяжело. Если бы это было просто одно или два блюда для гостей ее старшего брата, то это было бы очень легко. Чу Лянь немедленно кивнула и согласилась на просьбу.

Даланг, наконец, избавился от одной вещи, которая занимала его мысли и собирался уйти, когда старшая служанка Лю ворвалась в зал.

«Матриарх, управляющий внешнего двора только что принес новости! Кто-то из дворца просит аудиенцию!»

150 глава

Кто-то из дворца?

Матриарх Хэ и Хэ Чанци обменялись смущенными взглядами в тот момент, когда услышали эту новость.

Владелец поместья находился на границе, и их наследник имел лишь незначительное положение при дворе. У них обычно не бывало посетителей из дворца. Даже если Матриарх Хэ отправляла свой знак во дворец, чтобы попросить аудиенции, им приходилось ждать дни ответа, хотя матриарх была близкой подругой с вдовствующей императрицей.

Увидев их удивленные лица, старшая служанка Лю быстро добавила несколько подробностей. «Стюард сказал, что это один из высокопоставленных евнухов из внутренних палат. Он здесь, чтобы зачитать имперский указ, который он привез с собой.»

Чего?

Имперский указ?

Это было еще более поразительно для них.

Ни один из мастеров Дома Цзин’ань никогда не делал что-то достойное получения имперского декрета.

Хотя они все еще были очень смущены, Матриарх Хэ отправила новости всем хозяевам каждого двора, приказав им собраться в гостиной на внешнем дворе, чтобы дождаться объявления имперского указа.

Через короткое мгновение вся семья Хэ опустилась на колени на полу в гостиной. Чу Лянь опустилась на колени за мадам Цзоу, согласно званию.

Она немного подняла голову, чтобы увидеть, что произойдет дальше. Высокопоставленный евнух бросил быстрый взгляд на собравшуюся толпу, затем он

выпрямился, поправил рукава и взял желтый императорский декрет с подноса, который держал евнух с более низким рейтингом.

Его резкий голос начал читать.

«По приказу с небес, как было объявлено Его Величеством: мадам Чу, жена третьего сына Дома Цзин’ань, Хэ Чанди, была признана за ее похвальный и красивый дух, мирное и чистое поведение, а также ее быстрое умение и огромный интеллект. Наш великий император, благодаря его благосклонности, настоящим наделяет Мадам Чу пятым почетным званием почетной леди и дает имя Цзиньи...»

Еще до того, как евнух закончил, одной линии было достаточно, чтобы оглушить всех присутствующих.

Даже старая Матриарх Хэ, которая видела больше всех в жизни, смотрела со слегка расширенными глазами. Что произошло? За какие заслуги жена Санланга мгновенно приобрела титул «Заслуженная Леди»?

Даже сама Чу Лянь была в недоумении.

Внезапно она вспомнила, что Королевская принцесса Дуаньцзя сказала ей в поместье князя Вэй. «Просто подожди, я получу тебе благородный титул!»

Казалось, что это внезапное посвящение в благородный титул определенно связано с королевской принцессой Дуаньцзя.

Чу Лянь не знала, смеяться или плакать. Она думала, что принцесса просто шутит: кто мог ожидать, что она действительно получила для нее титул благородного звания? Хотя это была самая низкая заслуженная леди, она была дарована ей непосредственно Императором. Такая честь означала, что она обладала гораздо большим влиянием по сравнению с любой феодальной принцессой.

Мадам Цзоу, которая стояла на коленях перед Чу Лянь, была полностью ошарашена. Она подсознательно взглянула через плечо, как будто все еще был шанс, что ее невестка была другой Чу Лянь, чем та, что упомянута в императорском указе.

Она только немного взглянула, прежде чем повернуться обратно. Однако то, что она увидела, ей не понравилось. Ее руки уже сжались в два тугих кулака.

Неконтролируемое количество зависти охватило ее сознание.

Третья сестра в законе получила такую большую честь, просто посетив поместье князя Вэй. Если бы она знала об этом раньше, она обязательно бы последовала за третьей сестрой, когда та отправилась в поместье принца Вэй. Возможно, тогда именно она была бы упомянута в этом императорском указе, а не Чу Лянь.

Этот титул Заслуженной Леди, лично врученный Императором, был бы ее. После создания прочной связи с имением принца Вэй, даже если она не могла бы производить больше детей, Далангу не разрешалось бы брать наложниц.

Хотя Чу Лянь стояла на коленях за мадам Цзоу, она чувствовала, что что-то не в порядке с эмоциональным состоянием ее старшей сестры. Однако она не могла пронаблюдать за ней и выяснить, почему. Она могла только догадываться о мыслях, пробегающих в голове Мадам Цзоу.

Когда высокопоставленный евнух закончил читать имперский указ, он поднял свиток обеими руками и широко улыбнулся. «Заслуженная Леди Цзиньи, пожалуйста, встаньте и возьмите указ!»

Сиянь быстро помогла Чу Лянь встать, и Чу Лянь вышла вперед. Затем она обеими руками взяла желтый императорский указ от высокопоставленного евнуха.

«Мы вас побеспокоили».