Красная ложь

Виктория Росси

Провожу острием ножа по стейку, отрезая небольшой кусочек, который цепляю вилкой и кладу в рот. Неторопливо жуя, я прожигаю взглядом Кэри, которая суетится над Данте.

В груди предательски щемит ревность и раздражение. Нет, не на ангелочка - раздражение на саму себя за то, что я вообще чувствую ревность. Бесит.

Кэри одета в короткое платье с вырезом в зоне декольте, которое облегает её кожу и повторяет каждый изгиб этой доски. У неё даже грудь третьего размера! Она порхает возле Данте, пытаясь налепить пластырь на его лицо. Он же её игнорирует.

С моих губ сорвался смешок. Боже, я уже начинаю ревновать и думать как влюбленная дура. Сегодня же утром я издевалась над мужем, спросив: «Неужели ты влюбился?», а сейчас сама думаю о любви.

Счет 1:1. Данте ревновал меня в ресторане, я ревную его в столовой. Идиотка. Зачем же я ревную своего мужа к какой-то девке? Кэри, наверное, вне себя от злости, ведь сегодня утром Данте в растрепанном виде вышел из моей комнаты.

Опустим тот факт, что он вышел, держась за стены и пошатываясь. То ли из-за похмелья, то ли из-за того, что я избила его и наступила на пах. Какая разница? Главное ведь то, что вчера была брачная ночь, и он вышел из моей комнаты. Пускай думает, что у нас что-то было.

Отрезая еще один кусочек стейка, я намеренно скребу вилкой по тарелке, заставляя её издать скрипучий и режущий слух звук.

Данте оторвал взгляд от тарелки и перевёл его на меня, вопросительно смотря. По нему видно, что он напряжен и слегка растерян.

- Что такое, куколка? - спросил он, подавляя растерянность и усмехнувшись. Шпрот конченый.

- Ничего, - ответила я на удивление спокойным тоном. Слегка сжав нож, отрезаю кусочек стейка. - Кэри, ты не голодна?

Она поднимает на меня раздраженный взгляд и, цокнув языком, всё же возвращается на свое место напротив меня.

- Почему спрашиваешь? - поинтересовалась она, беря в руки нож и вилку.

- Ты так крутилась возле Данте, что я подумала, будто ты не голодна, раз не садишься за стол, - ответила я, усмехнувшись уголками губ, и уж точно не от радости.

На её милом личике появился румянец, хоть она и попыталась скрыть его под маской раздражения. М-да, актриса она никудышная.

- Не твое дело, - буркнула она, уткнувшись взглядом в тарелку и отрезая кусочек стейка.

Остаток ужина прошёл в гробовой тишине, и только звук приборов напоминал, что мы не на похоронах. Морда мужа была разукрашена фингалами и царапинами от стекла, и этот вид греет душу.

Но меня не устраивает один момент. Страусятина говорил, что после свадьбы я буду спать в его комнате. Это было сразу, как я приехала. Я не хочу спать с ним в одной кровати. Кто знает, что он задумает. Хоть он и пообещал меня не трогать, я ему не доверяю.

Достаточно вспомнить, что он мог со мной сделать, как по спине бегут оравой мурашки, а нервы щекочет легкий страх и злость.

Как говорится: что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. И судя по всему, этот урод ещё будучи трезвым думал обо мне в таком ключе. Сука.

И тот утренний поцелуй больше не греет душу, он вызывает отвращение. Но с другой стороны: близость в браке - это нормально. Вот только я не хочу спать с нелюбимым человеком.

После ужина прислуга убрала со стола, а я ушла бродить по дому. в голове - одни сомнения по поводу всех моих действий. Я слишком расслабилась и совсем забыла, что собираюсь сбежать через полгода. Не стоит влюбляться в этого бандита, иначе могу и передумать, а это как камень в мой огород. Тц, бесит это всё. Нужно проветриться.

Именно таким образом я пришла к мысли о том, чтобы проучить Кэри за то, что эта паршивая сучка подкупила официантку, которая облила мое платье. И я уверена, что это она.

Поэтому я пошла по коридору к её комнате и без стука или разрешения распахнула дверь. Её комната оказалась точно такой, какой я её и ожидала увидеть: деревянная белая кровать с розовым одеялом и подушками, на которой валялся коричневый медведь ростом где-то метр, на полу - розовый пушистый ковёр, а у стены - белый шкаф и зеркало.

Интерьером комната была похожа на мою - тем, что вещи были разложены схожим образом. Только у меня нет розового ковра и медведя.

Сама хозяйка этого милого рая крутилась у зеркала, поправляя волосы в укладку. Когда я вошла, она повернулась ко мне с удивленным и слегка напуганным взглядом - теперь я точно уверена, что это она приказала испоганить мне платье. Сука.

- Зачем ты пришла? - спросила она, стараясь выглядеть раздражённо, а не испуганно.

Я вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Если бы был ключ, я бы заперла дверь на него, а так моё спокойствие держится на честном слове.

- Разговор есть, - ответила я спокойно, приближаясь к ней. В глазах Кэри мелькнуло сомнение: она не была уверена, догадалась ли я, кто испоганил мне платьице.

- О чём?

- О многом, - ответила я коротко, остановившись у неё за спиной, поскольку она сидела лицом к зеркалу. И я не шутила, когда сказала «о многом»: мне нужно ещё обсудить с ней мой побег. - Но сначала ответь на вопрос: это ты подкупила официантку, которая облила моё платье вином?

В её плечах появилось напряжение, и вся её поза выдавала волнение. В глазах мелькнул испуг. Она со страхом уставилась на моё отражение в зеркале, встретившись со мной взглядом.

- Э-это была не я, - ответила она, запнувшись. Неужели я настолько страшная женщина? По-моему, просто не нужно доводить меня до ручки.

- Точно? Я вот попросила моего мужа узнать у владельца ресторана, как так вышло, что их сотрудница настолько нехалатна, - это была наглая ложь, я бы никогда не стала просить Данте о чём-то подобном. Это задевает мою гордость. - И та под натиском созналась, что приходила блондинка, которая, между прочим, была в ресторане после, и дала деньги, чтобы она разлила вино.

Её плечи задрожали. Я замерла. Она что, плачет?.. Неужели я довела её до слёз? В отражении зеркала я увидела, как она наклонила голову, чтобы скрыть, что по её щекам катятся тёплые слёзы.

Боже ж ты мой, какая неженка! Стоило прижать её к стенке, как она разрыдалась. Чёртов ангел. Я делаю шаг назад, обхожу её стул, беру со столика салфетку и протягиваю ей.

- Держи, вытри сопли, - говорю я с усмешкой, глядя, как она берёт салфетку и вытирает влагу с лица. - А теперь отвечай.

Тихо всхлипнув, она подняла голову и встретилась со мной взглядом, но тут же отвела его.

- ...Ты права. Я подкупила официантку, - прошептала она. Её плечи слегка тряслись. Боже, я даже не могу видеть в ней соперницу. Она скорее как раздражающая младшая сестра, которой у меня нет.

- Соберись, тряпка, и не ной, - говорю я раздражённо, засунув руки в карманы свитера. Меня бесят её слёзы и то, что она вообще ревёт из-за меня. Чувствую себя дрянью, которая ударила пятилетнего ребёнка.

- Прости, - ещё тише прошептала она, всхлипнув, и только сильнее разрыдалась. - Я просто не могла спокойно смотреть, как ты выходишь за него замуж.

Ну, хоть спасибо на том, что извинилась. И всё же все мои проблемы из-за ревности окружающих меня людей. То Данте ревновал, то Кэри ревновала Данте и испортила моё свадебное платье. Блять.

- Идиотка, - выдохнула я, и желание проучить её отпало. Не хочется трогать её, когда она и без того рыдает. - Ладно, закроем тему.

Я наклонилась к ней и прошептала на ухо:

- Поговорим о моём побеге, милая моя.

Она замерла, а затем с некоторой благодарностью во взгляде быстро вытерла сопли.

- Хорошо, - шёпотом ответила она. - Я могу свободно передвигаться без охраны, и Данте выделяет мне на месяц неплохие карманные.

- Чудно. Подготовь всё, но не пользуйся, пока я не скажу, - прошептала я ей и, выпрямившись, шаркая кроссовками по деревянному полу, пошла к двери. Открыв её, я вышла в коридор, прикрыв за собой дверь.

Нужно забрать свою дань у Данте. Вот только есть одна маленькая проблемка: я не знаю, где он сейчас и вообще дома ли.

Бродя по длинным коридорам, как в психушке, иногда я встречала охранников с оружием. С трудом, но всё же дошла до его кабинета и вежливо постучала в дверь. Ответом мне была тишина. Абсолютная. За дверью не слышалось ни звука шагов, ни разговоров.

Я положила руку на холодный металл ручки и потянула вниз. Заперто. Разочарование накатило новой волной, и мне пришлось плестись в гостиную. Одну из многих в этом особняке. В гостиной на втором этаже я всё же нашла своего благоверного, сидящего в кожаном кресле с задумчивым видом.

Строит из себя умника.

Когда я вошла в комнату, он оторвался от своих мыслей и перевёл на меня взгляд.

- Ты что-то хотела? - спросил он учтиво. Одет благоверный был вычурно: синие брюки, черная рубашка и синий жакет. Пиджак покоился рядом на диване.

Я же подошла к креслу напротив мужа и опустилась на него, сложив руки в замок на коленях.

- Да, хотела. Компенсацию за то, что было ночью, - ответила я, и в моей ухмылке появилось злорадство. Мне нужно по максимуму выжать из него деньги для побега.

- Слушай, Виктория, зачем тебе столько денег? Я уже перевёл тебе на карту те средства, которые по контракту должен переводить каждый месяц, - сказал он и с подозрением взглянул на меня. На этот случай у меня была глупая, но более-менее логичная отмазка.

- Я хочу обустроить свой дом, который ты мне купил по контракту, так, как я хочу, - ответила я спокойно, хотя на моих нервах можно было играть, как на струнах.

Его брови слегка приподнялись, он не скрывал своего удивления. Наверное, думал, что я забуду про свой дом, но не тут-то было.

- Ну, это логично, - согласился он через несколько секунд тишины.

- Ага, а когда ты мне выплатишь моё золото за нарушение правил договора? - поинтересовалась я, усмехнувшись.

- К завтрашнему дню я выплачу компенсацию, - обречённо вздохнул он, откинувшись на спинку кресла. - Но сегодня ночью ты спишь в моей постели, и если нарушишь контракт, то будешь расплачиваться.

Да знаю я, что по контракту должна с тобой спать, и это меня абсолютно не радует, скорее наоборот - бесит. Но я не стала спорить, а молча кивнула.

Он поднялся с кресла и, обойдя кофейный столик, остановился рядом со мной. Всё ещё помня события прошлой ночи, я напряглась. Но он просто подал мне руку.

- Прогуляемся? - спросил он, и мне показалось, что он слегка смущается от такого предложения, словно сам не ожидал от себя подобного.

Нужно делать вид, что всё в порядке, именно поэтому я снова молча кивнула и взяла его за руку. Поднявшись с кресла, я пошла с ним под ручку по коридору и вниз к лестнице.

Ни я, ни он не проронили ни слова, и неловкость буквально витала в воздухе вокруг нас. Его ботинки с лёгким стуком ударялись о плитку, когда мы подошли к лестнице.

- Ты злишься за то, что было ночью? Или ты теперь боишься меня? Ответь честно, я пойму, если я тебе невыносимо неприятен, - вдруг тихо сказал он, ступая на первую ступеньку.

И что мне ему ответить? Что я инстинктивно хочу держаться подальше? Или что я нервничаю, когда остаюсь с ним наедине? Нужно что-то соврать в ответ.

- Ты мне не неприятен, - начала я после паузы. - Просто эти воспоминания отчётливо запечатлелись в моей памяти. И я долго буду помнить о них.

Он молча кивнул, принимая мои слова. Ну, спасибо, что хоть не споришь.

- Я понимаю. Но если я тебя пугаю, то можешь не выполнять пункт контракта, где сказано, что ты обязана спать со мной в одной кровати.

Я чудесно понимаю, что если соглашусь на это, то прямым текстом скажу ему, что боюсь его. И у меня множество причин для этого, начиная с его криминального статуса и заканчивая прошлой ночью. Я не могу согласиться.

- Я тебя не боюсь, - твёрдо заявила я, спускаясь по лестнице. - И я буду исполнять этот пункт в контракте, иначе ты точно потребуешь компенсацию.

Уголки его губ дернулись в ухмылке, а его пальцы слегка сжали мои. Чёрт, и снова внутри стало тепло от этого чувства. Что за ерунда? Может, я чем-то больна? Бесит!

Но мои раздумья прервал скрип распахивающейся двери, и в дверном проёме показалась знакомая фигура Марка - друга Данте, а рядом с ним была какая-то блондинка.

Одета эта девица была в коротенькие джинсовые шорты и белую футболку, на её шее висели наушники. Её светлые волосы были заплетены в небрежную косу. Глаза её были похожи на два изумруда светло-зелёного цвета. Они блестели как камни, а на губах играла ухмылка. Что-то в её лице напоминало мне Данте, но я не могла понять, что именно.

Я и Данте замерли, глядя на эту девицу, а когда я закончила осмотр, то повернулась к мужу и с хитрой ухмылкой спросила с издевкой в голосе:

- Слушай, у тебя что, фетиш на блондинок? Тогда почему женился на брюнетке?

Тг: Ада Рейн