The Last of Us: Предел

Месяцы пути, дни, чернее ночи, дорога по воде и по суше. Томми оставлял за собой не просто дорожки, а ямы из трупов — живых и уже мёртвых. Усталость стерла границы между страхом, болью и даже злостью. Сперва были равнины страны — Южный Вайоминг, Невада, побережье Калифорнии. Потом по воде. Затем — долгий путь до Сиэтла по разрушенным дорогам. Одни города были стёрты с лица земли, другие кишели заражёнными, мародёрами. А затем просто заражёнными и кордонами ФЕДРА.

Всё это привело их сюда. Восемь дней назад, когда он нашёл рабочую КВ-радиостанцию на брошенной военной лодке у Бейнбридж-Айленда, связь с Джексонвиллем подтвердила — ни Джоэла, ни Селены в городе не было. Джоэл был где-то здесь, в штате Вашингтон. А если Джоэл здесь, значит и Селена должна быть где-то поблизости.

Сейчас Томми и Брукс лежали на сырой земле, прикрытые ветками, и через бинокли смотрели на авиабазу. Когда-то это был один из главных узлов ФЕДРА на всём Западе.

Центральная база пала. Когда Томми оказался в Сиэтле, над базой тянулся к небу чёрный столб дыма. В Томми грохотал страх. А что если Селена там? А что если она пострадала? Незнание било сильнее страха, сильнее любой пули. Это был его персональный ад.

На то, чтобы пробиться к базе, ушла целая грёбаная неделя. Когда Томми случайно поймал своё отражение в осколке стекла под ботинком, сам себя еле узнал — выглядел как старик, проживший три жизни и всё проебавший.

Сиэтл встретил их не городскими кварталами, а голодными пастями инфицированных. Приходилось красться по крышам, карабкаться по накренившемся вбок высоткам. База, мать её. Там знатно нашумели. Разбудили всех чертей в округе. Как они взяли её — непонятно. Может, у Айзека появились новые ресурсы? Только вот сам Айзек на глаза не показывался. Ситуация была мутной.

В Сиэтле он и Брукс старались держаться в тени, избегать столкновений, экономить патроны и нервы. ФЕДРА... Волки... Томми было плевать на обе стороны. Он просто хотел найти свою девочку.

В центральную базу пока лезть не хотелось. Там всё в Волках. Перед Айзеком он покажется в крайнем случае. Нужно было узнать по-максимуму, прежде чем являться к нему.

Шанс найти что-то ценное на авиабазе был мизерный. Но Томми цеплялся за любую возможность. Если Селену действительно привезли к Шуту, то сначала именно сюда. Этот аэродром был важной точкой приёма воздушных бортов ФЕДРА. И сейчас, когда Волки расшатывали их систему, можно было рискнуть. Пробраться туда и найти журналы маршрутов, транспортные списки, любые записи. Хоть какую-то зацепку. Хоть одно упоминание о ней.

— Два на вышке. Ещё трое у ангара. Один у штаба, суёт нос в бумаги, — бросил Томми, оторвавшись от бинокля. — Рубка тоже под охраной. Один сидит внутри. Все ВОФ.

— Через тех, что слева, — отозвался Брукс, лениво перегрызая сухую травинку в зубах. — Меньше шансов спалиться. Псов здесь нет.

Томми глянул на него сбоку. За эти месяцы пути бок о бок он успел привыкнуть к Бруксу. Казалось, могли общаться уже без слов. И он теперь раздражал его меньше. Почти.

— Двигаем.

Они пробрались в рубку бесшумно. Ни криков, ни лишних движений. Только звук собственных шагов, затаённый под глухим свистом ветра за выбитыми окнами.

Внутри было пусто. Столы, наваленные картами и журналами. Шкафы с надписями. И одна живая душа. Светлые волосы, затянутые в высокий хвост, военная кепка, куртка с нашивкой ВОФ. Молодая. Слишком молодая для такого дерьма. Примерно ровесница Селены.

Томми скривился. Женщин он убивал только в самых безвыходных ситуациях. Дело принципа. Джентльмен, мать его. Он показал Бруксу жестами:

"Беру тихо. Не убиваю. Стой на стрёме."

Винтовку завёл за спину. Плавно двинулся к ней. Девушка что-то искала на полке, ничего не заметила. Одним движением Томми прижал её к себе, зажал рот. Второй рукой рванул вниз за плечо, сбивая с ног. Она замерла. Понимет, что любой звук — и ей конец.

Брукс подскочил быстро. Завязал ей руки за спиной верёвкой. Томми склонился к её уху, держа нож у горла:

— Я не хочу тебя убивать. Мне нужны журналы, — произнёс тихо. — Ты успела осмотреться? Где записи о транспортировках за последние десять месяцев?

Кивнул в сторону шкафов. Девушка замерла, затем медленно кивнула.

— Хоть писк — и тебе конец.

Она снова кивнула. Поняла. Томми убрал руку, быстро вытащил из кармана тряпку и всунул ей в рот кляп. Надёжно. Потом он её оттащит и "разговорит". И если будет вести себя хорошо, даже отпустит.

Теперь можно было работать. Томми окинул рубку холодным взглядом. Бумаги валялись на всех столах, но нужное должно было быть где-то среди шкафов у дальней стены.

Он кивнул Бруксу. Тот остался стоять у двери, проверяя сектор, а сам Томми на полусогнутых пересёк комнату и начал перебирать документы. Большинство папок были пустыми. Видно, база захватывалась наскоро. Многие бумаги сожгли или забрали с собой. Но не всё.

Он открыл третий шкаф снизу. Глаза пробежали по меткам на папках. "Транспортировки", "Эвакуации", "Перемещения гражданских".

Есть.

Томми вытащил толстую тетрадь в серой обложке. И открыл сразу с конца. Так ему подсказала чуйка. Он замедлился. Пять дней назад... Шесть... Семь... Месяц.

Томми листал медленно, почти затаив дыхание. Глаза скользили по строчкам.

"Груз: особая категория. Личное сопровождение. Перевозка — вертолётная эскадрилья."

Ещё одна запись, от которой кровь вскипела в жилах:

"Селена МакЭндрюс с р.... " — здесь запись обрывалась, листок погорел.

"Перемещена по приказу майора Шутгарта. Ответственные: группа Альфа К-5. Код 897-С. Примечание: специальная транспортировка.

Этап 1: автомобильная колонна. Стартовая точка — лагерь "Олд Пайн" (на картах не представлен, объект неофициальный, координаты прилагаются). Доставка до вертолётной площадки в Гордакс. Сопровождающие: сержант Уэллс, капрал Хирш, рядовые Альварес, Ричардсон, Васкес.

Этап 2: вертолётная эвакуация в пункт временного размещения (ПВР) при центральной базе ФЕДРА — сектор "Рейндж-17" Пилот транспортного вертолёта: лейтенант Хоул."

— Девочка моя, папа близко...

Томми вырвал страницу, аккуратно сложил и сунул за пазуху. Он закрыл папку и кивнул Бруксу. Тот сразу понял: дело сделано.

Томми взглянул на девушку, всё ещё лежащую на полу, с испуганными глазами. Он не хотел её убивать. И не собирался.

— Пошли, — бросил Бруксу.

— Стой. Какая-то херня здесь. Слишком всё гладко, бро.

— Я нашёл упоминание о Селене. Уходим, — буркнул Томми и первым шагнул к выходу.

И сразу понял, что облажался. Они их ждали. Брукс был прав.

— Брось оружие! Брось оружие! — раздалось со всех сторон, резко, в упор. Мелькнули фонари, ослепляя. На них уставились винтовки, один калаш, и снайпер — на крыше дальнего ангара, вполоборота, ствол направлен точно в сердце.

Всё, как по нотам.

Томми без лишних движений сбросил винтовку, завёл руки за голову и опустился на колени. Брукс рядом сделал то же самое. Один из Волков ударил прикладом под рёбра. Другой пнул под колено, заставляя опуститься ещё ниже. Лицо резануло светом.

— Кто такие?! — проревел командир группы, уставив фонарик прямо в глаза.

— Мародёры. Видно же. По регламенту — стрелять на месте, — хладнокровно отозвался другой, не отрывая прицела от лба Брукса.

— Меня зовут Томми Миллер, — спокойно сказал Томми. — Передайте Айзеку. Он меня знает.

На этих словах у дул стволов, приложенных к вискам, начались колебания. Один из бойцов переглянулся с другим, затем дал короткий кивок. Один из группы отошёл с рацией.

И тут из рубки вылетела та самая девчонка.

— Уёбок! — прорычала она, сорвавшись с места.

Прежде чем кто-то успел её остановить, она уже ударила Томми кулаком в скулу. Голову резко повело вбок.

— Неплохо, малышка, — Томми сплёнул кровью себе под ноги.

— Выбью из тебя всё дерьмо! — зашипела она, снова поднимая руку для удара. Её вовремя поймали за локоть.

— Нельзя. Его знает Айзек. Сначала к нему. Потом решим.

Ему заломили руки. Бруксу тоже. Обоим на головы накинули плотные чёрные мешки.

***

Их не вырубили. Просто затолкали в кузов машины и недолго везли. Томми, сжав зубы, пытался по остаткам памяти карты района прикинуть, куда конкретно их везут. Но ни одна светлая мысль в голову не пришла. Где засел Айзек? Да где угодно мог. Особенно, когда неизвестно что с Шутом.

Машина дернулась и остановилась. Томми услышал, как открыли задний борт. Его выдернули наружу, грубо поставили на ноги. Вокруг — приглушенные разговоры, лязг металла, ругань, скрип механизмов. Лагерь. Почти наверняка. Брукс рядом? Неизвестно. Он, конечно, молчал. Правильно. Лишний звук — и Волки пропишут прикладом так, что потом зубы выкашливаешь.

Томми вели. Сначала вниз по лестнице. Потом еще одна лестница — на уровень ниже. Пахло сыростью и гарью.

Наконец его завели в помещение и сдернули мешок с головы.

Перед ним была обычная комната. Не пыточная, нет — пока что. Обычные облупленные серые стены, старый диван напротив, потертый стол с радиоприемником. В углу стоял ржавый шкаф. На стене — эмблема ВОФ: оскаленный волк, разинувший пасть. И под ним их пафосный девиз, выведенный ровными буквами: "Пусть твоё выживание будет долгим. Пусть твоя смерть будет быстрой."

Томми усмехнулся про себя. Как поэтично...

Вошёл Айзек. Он выглядел взбудораженным, но собранным — в бронежилете, с перекошенным от усталости лицом. В глазах — напряжение, но и холодная оценка.

— О, Томми... — протянул он с полуулыбкой. — Какими судьбами? — окинул его цепким взглядом. — Тебе что, руки не освободили? Сейчас исправим.

Айзек достал нож.

— Где Брукс?

— В соседней комнате. Живой.

Он подошёл к Томми, медленно, со странным выражением лица. Не "освободителя". Томми напряжённо следил за каждым его движением. Но Айзек, ничего не сказав, перерезал верёвки. Томми потёр запястья, восстанавливая кровообращение.

— Два Миллера на один Сиэтл, — протянул Айзек, убирая нож за пояс. — Вы тут семейную вечеринку устроить собрались?

Он отступил и сел на диван напротив, продолжая смотреть на Томми, явно решая для себя, куда его записать: в проблему или в инструмент.

— Что делал в рубке? Зачем там шарился? — Айзек перешёл к главному.

— Искал упоминание о человеке. Того, кого я ищу. Кто предположительно был перевезён сюда, в Сиэтл.

Он говорил спокойно, без нажима. Достаточно правды, чтобы не вызывать лишней подозрительности, но не настолько много, чтобы Айзек мог этим воспользоваться. Диксон не менялся в лице. Но по тому, как чуть сильнее напряглись мышцы у него на скулах, Томми понял — теперь он для него точно проблема. Лишний, непредсказуемый элемент в городе, который Айзек только начал брать под контроль.

— И кто же это? Может, я могу помочь?

— Где Шут? Кто остался на базе? Когда она была взята? Кто тебе помог?

Большая проблема.

— Ты у меня интервью берёшь для Космополитен или что?

— Ты же хотел помочь. Помоги. Пожалуйста, — добавил Томми. Просить — не его стиль. Особенно у таких, как Айзек. Но раз уж Волки так мнят о себе...

И тот бы послал Томми в прямой полёт — прямо нахуй. Но вот его брат... Джоэл заставлял Айзека ответить, пусть и сквозь зубы.

— Шут в бегах. Предполагаю, они собирают силы где-то на границах Вашингтона. База уже пятнадцать дней под нашим контролем. С переменным успехом, конечно. Они пару раз пытались отбить её назад, но мы держим. — он помедлил, прежде чем продолжить. — А помогать... Нам никто не помогал. Думал, я озвучу имя твоего брата? — фыркнул Айзек. — Он лишь забрал то, что мне самому нахер не было нужно. Взял девку с...

Томми едва сдержался, чтобы не вцепиться ему в грудки и не заорать:

— Куда они направились?! Когда?! — перебил резко, не дав договорить.

Глаза Айзека вспыхнули.

— Аа... Вот кого ты искал. Тоже её? Бабу не поделили что-ли?

Он был близок к истине. И, видя, как штырит Томми, не торопился с ответом.

— Ну?! — рявкнул Томми.

— Он сразу же забрал её с собой в Айдахо, — ответил Айзек, наблюдая за ним с холодным интересом.

Пятнадцать дней. Пятнадцать ебаных дней. Неизвестно, что ублюдок успел сделать с Селеной за это время. Блять. Томми вечно приходил поздно.

— Я могу связаться с ним. Рассказать про тебя, — сказал Айзек.

— Не стоит.

— От чего же?

— Он прекрасно вкурсе где я. Я связывался с ним прежде, чем выйти в Сиэтл, — соврал Томми.

Айзек понял, что это ложь. Логика не сходилась. Но и сам он щупал почву, проверяя Томми. Он хотел его убить. И убьёт, если точно поймёт, что Джоэл о брате не в курсе.

— И он тебе ничего не сказал? Ни слова о девке? — прищурился Айзек.

— Нет.

— Ух какой вредина, — фыркнул Айзек, выворачивая ложь Томми.

Томми наклонился вперёд, опёршись локтями на колени, и посмотрел ему прямо в глаза:

— Очевидно, ты бы не полез на базу и не позволил бы Джоэлу забрать её просто так. Без оплаты. Тем более не вывез бы их на вертолётах до Айдахо. У ФЕДРА все воздушные коридоры под замком. Ты знал минимум один маршрут, скорее даже, сам его расчистил и провёл их по нему. Что Джоэл тебе за это пообещал?

— А что, брат не рассказал, когда ты с ним связывался? — с прищуром спросил Айзек. — Обычно про такое не молчат.

— У нас с братом довольно натянутые отношения, — что и было правдой.

Айзек сцепил руки в замок на груди.

— Джоэл сдал мне всё. Буквально. У него теперь нет ни-ху-я.

Томми ожидал любую реакцию на его лице, надеясь, что ему просто послышалось. Не может быть... Нет...

— Всё? — выдохнул он.

— Постепенно, — кивнул Айзек. — Всё от Айдахо до Багам и даже до самой Мексики. По данным, у него там тоже пара кордонов. В Мексике — посевы. После Падения температура там нормализовалась, как и по всему миру. Жара не так палит. Фруктов море растёт, алоэ...

— Фрукты, посевы, — фыркнул Томми, видя, как Айзек ухмыляется. Этот ублюдок хотел быть пойманным. Кайфовал от своей победы. — Кому заливаешь? Мексика сейчас основной поставщик морфия, кодеина и прочего лекарственного сырья, без которого половина оставшихся в живых людей не протянет и месяца.

— Верно.

Желая расправиться с одним врагом, Джоэл нажил себе двух.

— Жена ему дорого далась, — как бы между делом бросил Айзек, а у Томми от слова "жена" в глазах потемнело и голова закружилась. Он сцепил кулаки на коленях, чтобы не подать виду. Выражение лица Томми было тщательно скрыто.

— Вот как...

— Да. Он сделал свой выбор. Отчаянный, как по мне. И он за него ответит. А если нет — я пойду на него открытой войной. Ресурсы уже есть. Как минимум, уже сейчас я могу нагрянуть в тот лагерь, где они отсиживаются.

И он это сделает. Томми это понимал. Но не сразу. Сначала Айзек выждет. Убедится, что у Джоэла не осталось козырей. А потом убьёт. Брат сам знал про это.

— Джоэл тебе всё отдал не потому, что обещал, — сказал Томми. — В эпоху Падения никто не делает широких жестов. Он это делает потому, что не хочет новых смертей. Не хочет войны. По крайней мере, с тобой.

— Ну-ну, — усмехнулся Айзек. — Не хочет он войны. Все прекрасно знают, что он сотворил с Зейманом и сколько дней его земля полыхала. Сколько голов он пустил в расход. Пацифист хренов.

Он не знал. Айзек не знал, почему Джоэл убивал. Почему жёг. Почему сносил лагеря с лица земли. Всё это было из-за Селены.

— Не так давно я был за пределами Сиэтла. ФЕДРА никуда не делась. Движуха идёт, тихо, но чётко. Они подтягивают резервы, расставляют точки, чистят периметры. Не выглядело это как поражение, — Томми сбил самонадеянный пушок с носа Айзека.

— Шут не в бегах. Просто не спешит, — продолжил Томми. — Такой не теряется. Он считает. Смотрит, кто где. Прикидывает. И когда вернётся — вас не предупредит. Ни речь не толкнет, ни слоган свой не зачитает. У ФЕДРА он вообще есть? Просто зайдёт и сделает, как умеет. Без понтов. По-военному.

— Мы разберёмся, — коротко отозвался Диксон.

Шут недооценил Джоэла. Айзек грешил тем же по отношению к ним двоим. Хотя, как казалось Томми, он был умнее. Осторожнее. Хитрее. Не такой самоуверенный, как Шут... Но всё же — точно так же верил, что всех просчитал.

— Хочешь загадку? — спросил Томми.

— Блять, Томми. У меня не то чтобы время есть... Но если по-быстрому и она меня развеселит, то валяй.

— Три больших человека сидят в комнате. Король, священник и богач. Между ними стоит обычный наёмник, и каждый из них велит наёмнику убить двух других. Кто выживет, а кто умрет?

— Зависит от наёмника.

— Разве? У него нет ни короны, ни золота, ни благословения богов.

— У него есть меч. Он решает кто сдохнет, а кто будет жить.

— Именно. Но если правит человек с мечом, почему мы делаем вид, что вся власть у королей? — Томми бросил многозначительный взгляд на пафосную эмблему волка за спиной Айзека. — Власть находится там, куда её помешает вера человека. Это трюк. Тень на стене. И даже... безоружный человек может отбрасывать очень большую тень.

И его имя повисло в воздухе.

Айзек оскалился и подался вперёд.

— Борт на Айдахо вылетает через два часа. Успеешь пожрать и сходить в сортир — я позволю. Следующие вертолёты только через неделю. Мои люди заберут остатки того, что Джоэл сдаст в этом штате. Летишь сейчас?

— Да.

***

— Прибытие на площадку через пятнадцать минут, — бросил пилот, оборачиваясь через плечо.

В кабине сидели шестеро. Трое из Волков. Томми, Брукс — и ещё какой-то без опознавательных знаков. Оружия у Томми и Брукса, разумеется, не было. Отобрали сразу. Как и весь нажитый скобарь Брукса. Жалко было глядеть, как тот прощается с арсеналом.

Задница у Томми давно отсиделась от этого пятичасового полёта. Всё это время он пытался хотя бы прикрыть глаза, отдохнуть, ни о чём не думать. Без толку. Как только закрывал веки, в голове всплывало одно слово: "жена".

Нет. Нет-нет. Не может быть. Джоэл никогда не был женат. Даже на матери Сары. Если он и правда... Если на Селене... Если предположить, что у них действительно всё было серьёзно... А ведь так и было, если он пошёл за ней через всю страну и согласился на такое унизительное соглашение с ВОФ.

Пиздец.

— «Сейнт Рейджес», приём, — голос пилота вывел Томми из ада собственных мыслей. — Это пилот, лейтенант Хоул. Борт номер семьсот тринадцать. Подхожу к зоне посадки. Запрашиваю подтверждение коридора и подготовку машин. Повторяю — приём.

Лейтенант... мать его... Хоул? Томми уставился в затылок пилота. Вот он. Тот, чьё имя было в журнале. Тот, кто вёз Селену. Кто стоял в документах как "ответственный за этап 2".

Так вот как. Волки приютили тех, кто вовремя соскочил с ФЕДРА. А может, и не соскочил вовсе. Просто перекрасился.

— Борт семьсот тринадцать, приём. Это «Сейнт Рейджес». Машины в пути. Подтверждаем.

— Принято, — отозвался Хоул.

Томми перевёл взгляд на Брукса. Тот уже смотрел на него и едва заметно кивнул. Он понял.

— Лейтенант Хоул, — Томми перекрикивал гул лопастей.

— Что? — пилот отвёл в сторону наушник.

— Вы в Сейнт Рейджес задержитесь?

Надо было выудить из него побольше. Спокойно, без давления.

— Нет. Указание — доставить вас и сразу дальше по маршруту.

— Куда?

— Не имею право разглашать.

Томми и Брукс обменялись коротким взглядом.

В следующую секунду Томми резко перехватил ближайшего Волка за ворот, ударил лицом в металл и выбил у него винтовку. Брукс в тот же миг вломил локтем второму по гортани, одновременно выдирая у него пистолет. Противник дернулся, и пара пуль ушли в пол, прожигая дно вертолета.

— Мать вашу! — закричал пилот. Вертолет дал крен.

Томми выстрелил — раз, два, три, — по пуле в каждого из Волков. Четвёртого уложил Брукс. Те, кто успел отстегнуться, свалились на пол. Остальные так и сидели, мёртвые, пристёгнутые к креслам. Пилот едва удерживал курс.

— Сынок, держи ровненько, — сказал Томми спокойно, перезаряжая пистолет. Он пошарил в карманах Волков.

По лицу Хоула видно, что огрызнуться хочется, но пистолет у виска — куда убедительнее.

— Ты уже подал сигнал, что мы тут побуянили?

— Конечно, блядь, мужик. Ты меня за лоха держишь?

— Я тебя держу за того мудака, что месяц назад вёз мою дочь. Ты мне сейчас всё расскажешь. Побеседуем оставшиеся... сколько там? Десять минут? И дальше полетишь милым галчонком. Только не вздумай играть в пилота-камикадзе.

Хоул молчал. Только мёртвой хваткой держал штурвал, челюсти сцеплены. Брукс навёл на него пистолет. Томми вытащил из кармана измятый листок.

— "Специальная транспортировка гражданской. Вертолётная площадка в Гордакс. Сопровождающие: сержант Уэллс, капрал Хирш, рядовые Альварес, Ричардсон, Васкес. Пункт временного размещения, сектор 'Рейндж-17'. Пилот — лейтенант Хоул." — Томми опустил лист. — Ты слушаешь, блядь?

— Да, — глухо выдавил пилот.

Брукс усмехнулся, прищурился:

— Ну так давай, бро. Рожай резче.

— Вы же пристрелите меня, как только я расскажу? Да?

— Нет. Пилот у нас один.

— Суки... Значит, когда мы приземлимся.

— Ну тут надо подумать...

И в этот момент Хоул дал резкий крен. Вертолет качнуло, воздух запищал от напряжения. Томми вцепился пилоту в плечо, другой рукой удерживая оружие.

— Держи ровно, блядь! Ровно! Никто тебя не убьёт!

— Пошли наааахууууй! — взвыл Хоул, но вертолет стабилизировал.

— Брукс, — Томми не оборачиваясь. — Если он ещё раз дернется — стреляй в колено. Левое.

— С удовольствием, бро. Я к левым слаб — они нежнее.

Томми бы сейчас заржал, если бы не рисковал рухнуть с этой высоты в обломках вертолёта с кишками наружу.

— Молодая девушка. Блондинка... — начал он, не сводя глаз с пилота, затем на секунду глянул вниз, за иллюминатор. Высота нехилая.

— Да помню я! Да! Был такой рейс! — нервно выплюнул Хоул.

— Ещё возили её? Где, откуда, куда?

— Я — нет. Про других не скажу. Не в мою смену.

Томми прижал дуло к щеке Хоула, резко, с нажимом.

— Но, скорее всего, рейсом с ней было всего один. По виду зачуханная была, блядь. Из ебеней каких-то. Забрали — и вперёд.

И тут Томми поймал взгляд Хоула. Что-то мигнуло в нём нехорошее. Слишком поздно понял. Тот дал резкий крен влево, вертолёт повело — Томми покатился на бок.

— Сука! — заорал он, теряя контроль.

Хоул рванулся вперёд, пытаясь выдрать у него оружие — пальцы сомкнулись на рукоятке, но Брукс среагировал раньше. Выстрел — слишком близко. Пуля оцарапала пилота по плечу, рикошет ушёл в пол. Вертолёт завыл и повел вправо.

— Держись, блядь! — орал Брукс, вцепляясь в ремни.

— Ложись, он сажает! — перекрикнул рев лопастей Томми, вжимаясь в спинку кресла. Пистолет всё ещё был у него в руке, сжатой до побелевших костяшек.

Хоул пытался удержать машину. Вертолёт накренился, металл завыл, воздух заполнился визгом перегруженных механизмов и запахом горелой проводки. Волки, уже мёртвые, болтались в ремне, другие катались по полу. Брукс стиснул зубы. Томми держался изо всех сил, чтобы не вывернуло от перегрузки.

Вертолёт тряхнуло в последний раз — и он врезался в землю с глухим ударом. Шасси сложилось, днище пропахало землю, и корпус завалился на бок.

Секунды прошли в полной тишине. Потом Брукс заорал:

— Живой?!

— Да, — выдохнул Томми, потирая ушибленную грудную клетку.

— Дверь... — Брукс рванул ремень, подтянулся к выходу, который теперь оказался сверху. Ударил створку — та поддалась с резким щелчком. Повалил горячий воздух и запах керосина.

Пилот хрипел, но уже не вставал. Его плечо залито кровью, лицо в стекле. Ещё дышал.

— Вылазь, Томми! — Брукс уже наверху, вытаскивает тело одного из убитых, чтобы расчистить проход.

— Сейчас! — Томми дёрнулся — и понял, что нога застряла.

— Сука, нет... — сквозь зубы. Он рванулся ещё раз. Безрезультатно. Его нога оказалась зажата между покорёженной рамой кресла и погнутой алюминиевой балкой обшивки, выдвинутой при ударе — металл сжал лодыжку, как капкан.

— Давай, Томми, держись! — Брукс протянул руку вниз.

— А-а-а! — Томми заорал от боли. — Не выходит. Всё. Застрял.

Снаружи раздался стон. Потом второй. Потом характерный утробный рев.

— Идут... — выдохнул Брукс.

— Беги! — Томми резко протянул ему листок. — Передай это Джоэлу. Он поймёт. Быстро, Брукс!

— Томми... Как же я оставлю тебя?

— Легко! Иди! Это важнее меня!

Тот замер. Взял лист дрожащими пальцами, кивнул. Залез выше и захлопнул люк за собой, прежде, чем спрыгнуть. Томми лёг боком, выровняв пистолет. Через разбитое окно уже видно, как к вертолёту бегут заражённые.

— Начнём... — пробормотал, выстрелив первой твари в голову.

"Я всегда опаздываю" — подумал он, всаживая очередную пулю в глаз заражённому.