Алессия

    На следующее утро , проснувшись с тяжелым сердцем, Алессия принялась собирать вещи. Она понимала, что приехать сюда,  изначально было плохой идеей и единственное что ей хотелось, покинуть этот дом.
    Выйдя из покоев, Лесс направилась в другое крыло, чтобы поблагодарить и попрощаться с Винченцо. Она смутно помнила расположение его кабинета и попросила прислугу проводить ее.
    Оказавшись на месте, не успела Алессия постучаться, как из-за двери послышались крики его жены Паолы Инганнаморте. "Ты всегда именно так и говоришь."– кричала она. "История повторяется, я видела твой взгляд."
Лесс поняла, что появилась не вовремя, замерла в коридоре, боясь шелохнуться и как-то обозначить свое присутствие. А женщина тем временем так разошлась, исходя бессильной жалостью к себе, что готова была припомнить все обиды и оскорбления ее достоинства,  выпавшие за 20 лет брака.
   Винченцо устав слушать эти нескончаемые жалобы, стукнул, видимо, рукой по столу и направился к выходу.
    Уловив тяжелые приближающиеся шаги, Алессия вышла из оцепенения и поспешила удалиться, став невольным свидетелем скандала.
      По пути в свою комнату, Лесс столкнулась с  Россарией. Она стояла в шелковом фиолетовом платье, облокотившись о колонну и прижимала к груди шелестящий сверток.

— Россариа? — удивилась Алессия, находясь всё еще под впечатлением услышанной ссоры.

— Я как раз ждала тебя. — просияла девушка. — Давай пройдемся и я тебе всё покажу, как и обещала.

— Думаю не получится. — произнесла Лесс. — Я уже уезжаю.

— Не говори глупости. Я тебя не отпущу вот так сразу. Или же тебе что-то не понравилось? — разволновалась дочь Винченцо Инганнаморте.

— Нет, что ты. Просто мне правда уже пора. — Алессия пожала плечами.

— Останься. — взмолилась девушка. — Пожалуйста.

Алессия некоторое время задумчиво рассматривала ее, затем отрывисто проговорила:

— Ну хорошо.

— Чудно. — обрадовалась Росария, протягивая ей сверток. — Это маленький подарок тебе от меня. Ничего особенного. Всего лишь кружевной футляр для волос с жемчугом.
                     
                    **************

   Они прошли парадный фасад, нырнули в противоположные ворота и оказались в хозяйственной части, где каменные конюшни тянулись длинными двухэтажными рядами.

— Вон там, смотри, находится кузница и всё необходимое для обслуживания лошадей. — Россария указала рукой влево. — А на втором этаже жилые помещения для работников.

— Довольно таки внушительная территория. — заметила Алессия.

— Это так. — кивнула девушка. — А вот там, сенохранилище и каретные сараи.

Смотря по сторонам, разглядывая конюшни Инганнаморте, Лесс неожиданно поняла, что затосковала по своей Гнидор. Лето проведенное в приюте, лишило ее возможности объездить свою дорогую кобылу. 
    Предаваясь каждая своим мыслям, в полном молчании они прошли дальше. Россария, казалось, чувствовала себе непринужденно, отчего Лесс было не по себе. И только когда послышалось заливистое конное ржание , а в нос ударил запах сена, Россария вновь заговорила.

— А это гордость отца. — сказала она,  показывая на денники с кремовыми лошадьми. — Ахалтекинская порода.

Алессия подошла ближе и погладила по носу кобылу, которая высунула голосу за ограждение.

— Изумительно красивы. — воскликнула  Лесс. — Я с детства люблю лошадей.

— Я тоже. Отец говорит, что я научилась ездить верхом раньше, чем говорить.— подхватила Россариа. — Ахалтекинская порода уникальна. Их кожа нежно-розовая, тогда как у всех остальных лошадей она серая. Глаза небесно-голубые, ты только посмотри. — она взяла Алессию за руку. — Лишь у одной кобылы они зеленые. Прям как твои. — добродушно улыбнулась девушка.

Ощущая неловкость, Лесс улыбнулась в ответ и вновь переключила свое внимание на грациозных животных.

— Оттенок их шерсти всё время меняется. В утреннем свете он белый, как молоко. В солнечных лучах серебристый. Во время дождя кажется цвета слоновой кости, а на закате становится красноватым. Это удивительно. И нельзя не заметить этот роскошный блеск их шерсти.

   Продвигаясь дальше в глубь конюшни, минуя стойла и денники с гнедыми скакунами, Алессия узнала вороного коня, которого уже видела однажды с Самуэлем. События того дня болью отозвались в сердце. Но отгоняя воспоминания, Лесс приблизилась к ограждению и протянула руку. Лошадь шумно выдохнула,  фыркнула и вставая на дыбы, застучала копытами по ограде. Алессия от неожиданности отпрянула назад и вопрошающе взглянула на Россарию.

— Это Герцог - арабский скакун. — хихикнула девушка. — К сожалению, он к себе никого не подпускает. Лишь твоему брату каким-то образом удалось подчинить этого бунтаря. Может быть потому что они похожи, оба отрешенные, ищущие уединения.

Алессия выдавила улыбку и проследовала дальше, избегая смотреть ей в глаза. Слово "брат" из уст Россарии резануло ее по живому. Но ничего не заметив, девушка последовала за ней и взяла под руку.

— А что находится здесь? — поинтересовалась Лесс, указывая на закрытые денники.

— Там лошадки Пинто. Они сейчас в процессе вынашивания потомства, поэтому живут в особых условиях. — объяснила Россариа, поглаживая себя по животу.
Отчего у Алессии ком подкатил к горлу, но она не подала виду и натянуто улыбнулась. 
— Таких у нас сейчас четыре. — мечтательно добавила девушка.

    Спустя какое-то время, закончив осмотр, они возвращались в палаццо.  Россария слегка утомилась длительной ходьбой и тяжело ступая отекшими ногами, держалась за Алессию.
— Кажется мне нужно прилечь. — призналась Россариа.
— А мне пожалуй пора возвращаться домой. — напомнила Алессия.
— Даже не думай. — изумилась девушка. — Вечером будет прием, а ты моя гостья. Да и Самуэль будет очень рад.

   Лесс с трудом в это верилось, хотелось крикнуть, возразить, тряхнуть ее за округлые плечи, чтобы она наконец очнулась, увидела очевидное, сказать что она ошибается. Но ее простота и чистота намерений обезоруживали, не давая произнести ни слова. Находясь с ней рядом, Алессия чувствовала себя грязной, бессовестной лгуньей. Отчаянно хотелось сбежать, раствориться в воздухе, но что-то ее сдерживало и она продолжала следовать за Россарией.

    
     Вечером, когда слуги распахнули тяжелые бронзовые двери, перед Алессией предстал большой парадный зал с длинными столами, выставленными буквой П и покрытыми нарядными скатертями. Во главе сидел Винченцо Инганнаморте со своей супругой Паолой, братом Ампелайо, Самуэлем и Россарией. Лесс вошла во внутрь заполненного зала и на секунду ее оглушила музыка, гул оживленных разговоров и стук посуды. Растерявшись она подумала было уйти, но Леонардо заметил ее и проводил к столу.
— Если что-то понадобится, не стесняйся. — вежливо сообщил парень.
   Алессия изумленно посмотрела на него, не в силах скрыть удивление. Она помнила его глупым мальчишкой, который обронил свою берету, а сейчас перед ней стоял обходительный юноша, приятной наружности, которому и принадлежало сердце ее лучшей подруги.   
— Конечно. — благодарно кивнула девушка. — А почему ты не с отцом? — спросила она.
— Не люблю быть в центре внимания. — улыбнулся Леонардо и слегка пожал плечами.
   Они сели вместе, подальше от самого центра стола, не имея желания общаться с гостями. Алессия никого не знала из присутствующих, кроме представителя гильдии менял Маурицио Спинола и его младшего сына, которых она неоднократно встречала с отцом на виа Камбио или в качестве гостей в палаццо Риччи.
Пока Алессия рассматривала залу, расписанную золотом,  которая больше походила на сокровищницу из сказок Перлы, подали копченое мясо, угрей под пряным соусом, жареных фазанов в апельсиновом соке и огромные блюда со свежими фруктами. Есть совершенно не хотелось, но Леонардо всё подкладывал Алессии в тарелку что-то съестное и подзывал слуг, наполнить кубки вином.
     Она пробежалась глазами по лицам присутствующих, подмечая всеобщее веселие, которое совсем не передалось ей. Повернув голову, Лесс словила на себе взгляд Самуэля, который словно изучающе вглядывался в нее.  Она резко перевела внимание на соседний стул, где совсем недавно сидела Россариа. Не успев сообразить куда подевалась девушка, Алессия услышала ее голос за спиной. Тогда она обернулась и увидела что Россариа подошла к брату и обнимая его сзади за плечи, расцеловала в щеку.

— Что произошло у вас Самуэлем? Какая кошка пробежала между вами? — спросила она.

   У Алессии затряслись руки и она опустила их на колени, пытаясь скрыть волнение. Вдруг закончилась павана, музыка заиграла бодрее и громче, извещая о начале гальярды и Россария весело хохоча схватила Леонардо за руку и повела танцевать. Лесс вздохнула с облегчением, понимая что необходимость отвечать на вопрос исчезла. Но в следующее мгновенье она услышала ее голос:
— Самуэль, пригласи сестру на танец. Давай же.
Снова встретившись с ним взглядом, Алессия заметила испуг в его глазах. А затем, видно, чтоб не привлекать излишнего внимания к их сложным отношениям, Самуэль вышел из-за стола и возник возле нее.
— Ну что, станцует? — спросил он ровным тоном.
   Атласные, темно-зеленые штаны обтягивали его ноги, а зеленый дублет на тон светлее, подчеркивал широкую грудь.
Оглядев его с ног до головы, Алессия перехватила его взгляд, полный смутной тревоги и сомнения. Но протянув руку произнесла:
— Боюсь, другого нам не остается.
Самуэль подал ей руку и вывел к танцующим парам. Некоторые из гостей, кто уже изрядно напились, выплясывали соло, выделывая ногами разные пируэты. Смешок подкатил к горлу, но Лесс сдержала его и принялась танцевать.
    Веселые шаги, прыжки и позировка, где Алессия избегала смотреть в его глаза. После прыжка, когда левая руада сменила правую и пары перешли на журавлиный шаг, Самуэль приблизил голову к Лесс и прошептал:

— Я схожу с ума, Лесс. Когда ты так близко, мое сердце замирает.

— Замолчи. — еле слышно произнесла она. — Меня это уже не волнует.

— Неправда. — горько улыбнулся он. — От моей близости у тебя вспотели ладошки.

     После гальярды, Алессия покинула застолье, под предлогом головной боли. Леонардо вызвался проводить ее, но поймав на себе пристальный взгляд Самуэля, она отказалась и выскользнула в коридор.
   Мысли путались, и ей было сложно сориентироваться в многочисленных галереях и коридорах, чтобы попасть в свои покои.
   Спустя треть часа хождения по залам, Алессия наконец нашла комнату. Тяжело дыша, она вбежала, закрыла на замок дверь и стала срывать с ширмы платья и кидать украшения на кровать, намереваясь поскорее уехать.
Вина душила ее, разрывала внутренности на части, а желание быть рядом с ним кружило голову, отнимало кислород. С каждой встречей, с каждым сказанным словом противостоять становилось сложнее и мучительнее. Поэтому поразмыслив, Алессия приняла решение уехать на рассвете.

   Время перевалило за полночь, гости разъехались, Алессия лежала без сна, когда раздался тихий стук в дверь. Она вскочила с кровати и спешно отворила ее. На пороге стоял Самуэль. Черные глаза на его непроницаемом лице были устремлены на Алессию. Он был неподвижен, точеный подбородок приподнят, плечи прямые, руки висели вдоль тела и лишь ритмичное поддёргивание на его шее, говорило о его учащенном пульсе. Девушка не сдвинулась с места, продолжая стоять у раскрытой двери. Она практически не дышала, внутренности скрутило до боли в ожидании, что он попросит уехать, покинуть этот дом. От его пристального взгляда ей словно сжимали горло, лишая возможности сглотнуть. Алессия не могла понять в какой момент он стал настолько далеким и чужим, что в его присутствии она ощущала неловкость. Может когда всё раскрылось, или у алтаря во время произношения им клятвы, или же в их последнюю встречу в приюте. Сложно сказать точно.
— Могу я войти. — наконец заговорил Самуэль.
Лицо его до сих пор ничего не выражало. Голос спокойный, холодный. И не в состоянии выдавить и слова, Алессия просто кивнула и отошла в сторону.
Он сделал несколько твердых шагов и закрыл дверь. Затем прошел к окну и остановился, сомкнув руки за спиной. Алессия стояла на том же месте, растерянно наблюдая за ним. Раз ее присутствие здесь настолько не желательно, она не станет медлить и еще до рассвета уедет. Вероятно нелегко сказать гостю об этом и именно поэтому Самуэль медлил, не зная как поприличнее выразиться.
Прошло несколько минут, прежде чем Самуэль заговорил. Но Алессии они показались целой вечностью. И без того напряженная, она почувствовала каждую мышцу своего тела, выкручивающуюся от ожидания.
— Ты была прекрасна в танце.— сказал он всё с тем же выражением лица. — Просто глаз не отвести.
— Спасибо. — отозвалась Алессия.
Она почувствовала как бешено забилось ее сердце, нуждаясь снова в его нежности и ласке. Но понимая что он здесь не за этим, вся сжалась в ожидании дальнейших слов, которые, как она могла себе представить, тяжестью лягут на ее сердце.
— Когда ты возвращаешься домой? — спросил он.
"Ну вот мы и подошли к главному"— подумала Алессия. Одно дело предполагать что тебя попросят уехать, а совсем другое слышать это собственными ушами. Она почувствовала резкую неожиданную боль в груди и набрав в легкие побольше воздуха , спокойно ответила:
— Волноваться не о чем, я отправлюсь в путь еще до рассвета.
Алессия посмотрела ему в глаза и заметила какую-то перемену в его взгляде. Он опустил черные глаза с радужными переливами, окутанные слезной поволокой.
В комнате снова воцарилась тишина, Самуэль отвернулся и нервно нерешительно зашагал в сторону. Затем тяжело вздохнул и развернувшись подошел к ней совсем близко, что при желании мог бы коснуться подбородком ее макушки. Алессия почувствовала его запах и ощущая дрожь во всем теле, не решалась поднять голову.
— Ты хочешь как можно скорее уехать? — спросил он, бросив взгляд на собранные вещи.
Она почувствовала как тяжело он дышит и мелкая дрожь пробежала по его телу.
Алессия молчала, не понимая что происходит. Он был так близко, сводил с ума и совсем запутал ее мысли. Она ощутила жгучее желание как можно скорее оказаться дома,  подальше от всей этой неловкой опасной ситуации. Не выдержав больше такого нервного напряжения, она почувствовала как щеки обожгли горячие слезы. Уж чего-чего, а показывать свои чувства в этот момент ей хотелось меньше всего и она сильней опустила голову .
— Ответь. — настойчиво произнес Самуэль.
— А разве ты не для этого пришел? — спросила Алессия срывающимся голосом.
— Ответь, Лесс. — повторил он свой вопрос еще более настойчиво.
— Уходи, Самуэль.
— Прошу тебя, скажи просто ДА или НЕТ? — взмолился он.
Алессия резко подняла на него свои глаза, совершенно не ожидая такой реакции. Он былого безразличия не осталось и следа, а лицо его отразило ее боль.  И тогда она поняла, каких титанических усилий стоит ему скрывать это за маской холодного равнодушия.
— А ты? — еле слышно выдавила она.
— Нет, Лесс. Нет. Прошу тебя, останься. — судорожно затараторил он. — Я не хочу чтобы ты уезжала.
Алессия смотрела на него и видя как глаза его наполняются слезами, потеряв над собой контроль ,расплакалась как маленький ребенок.
Он прижал ее к себе, заключая в крепкие объятия. Покрывал ее ,соленое от слез , лицо горячими поцелуями.
Алессия пыталась надышаться им, прижимаясь к его груди. Впервые за долгое время она ощутила себя дома. Там где ее место, там где тепло.
— Останься. — прошептал он.
— Я думала ты пришел просить, чтоб я уехала.
— Утром я действительно думал, что так будет лучше. — признался Самуэль. — Но я не могу вдали от тебя. Не могу, слышишь? Не могу знать что не увижу тебя. Не могу не касаться тебя. Не могу не целовать тебя, Лесс.
— А мне тяжело видеть тебя с ней. Знать что ты делишь с ней постель. Смотришь на нее, касаешься ее. И в то же время мне искренне ее жаль. Россариа хорошая девушка.
— Мне тоже жаль ее. И это всё на что я способен по отношению к ней.
В нашем случае брак- это обязанность, которую Россариа должна была выполнить. Но она совершила непоправимую ошибку -
влюбилась в меня. — с горечью начал Самуэль. — Она влюбилась так, как обычно люди спотыкаются- неожиданно. Это словно идти спокойно, засмотреться на прекрасные пейзажи, потом нога цепляется о какую-то неровность и вот ты уже летишь кувырком в пропасть, не контролируя полет, с вероятностью разбиться в дребезги.
Алессия нежно коснулась его лица и поцеловала в губы. Он жадно ответил ей, облокотил  о стену и прижался к ней бедрами.
— Останься этой ночью. — прошептала Лесс.
— А я и не смогу уйти.