ВОЛЧЬИ НОЧИ

Светало. Небо уже окончательно прояснилось. Чуть приподнявшись от земли, Раас с досадой посмотрел на восток. Утро наступило слишком быстро. Мало собрал он добычи, хотя и ползает уже больше часа. Ражип устал, дышит тяжело, будто преодолел крутой подъем. Да и сам Раас устал. "Нужно уходить", - подумал он, но поставленные в козлах винтовки около спящих солдат не давали ему покоя. Хотелось добраться до них. Сердце испуганно сжималось от этой мысли: ведь если проснется хоть один солдат, убьют их обоих. Уйти? Две винтовки, тридцать пять патронов, две пары сапог, один ремень - вот и все трофеи. Раас мечтал о большой добыче, когда шел сюда. Он снова и снова озирался кругом в надежде найти еще что-нибудь. Кроме трупов лошадей, ничего не было видно. Ни на одной нет седла, значит уже сняли сами. Раас еще раз оглянулся в сторону деникинцев. Нет, рисковать не стоит.

- Пошли, уходим, - нехотя сказал он брату.

- Смотри, смотри!- вырвалось у Ражипа.

Раас быстро повернулся, вначале ничего не понял. Там, где только что спали безмятежно солдаты, творилось что-то невообразимое. Солдаты резко вскакивали с земли, нелепо вскидывая руки, вскрикивали, стонали, падали. Среди этого кишащего клубка Раас разглядел круглые ингушские папахи, и догадался что произошло. Он радостно посмотрел на брата. Глаза Ражипа были злые, он тяжело дышал, будто сам дрался с деникинцами. Казалось он готов броситься на помощь. Раас прижал его рукой к земле: От кладбища, прямо на них, стреляя вверх, бежал часовой. Их он не видел, все его внимание было сосредоточенно на солдатах. Когда часовой приблизился, Раас изо всей силы ударил его прикладом по коленям. Солдат упал, ударившись лицом о землю. Винтовка отлетела в сторону. Раас прыжком сел ему на голову и, словно это был не человек, а мешок с соломой, полоснул кинжалом.

- Бери винтовку! - крикнул Раас.

Ражип схватил винтовку часового.

- Открой мешок.

Раас стянул с убитого сапоги, вытащил из подсумка около двух десятков патронов.

- Теперь пошли, да побыстрее.

Низко пригибаясь к земле, с мешком и двумя винтовками, Раас побежал в сторону кладбища.

Ошеломленные внезапным налетом смельчаков, сонные деникинцы в панике разбегались в разные стороны, беспорядочно отстреливаясь и окликая друг друга. Многие от растерянности бросили свое оружие.

Отряд Дудара выполнил свою задачу. Десятки вражеских солдат валялись на земле мертвые или истекающие кровью от кинжальных ран.

От Сяберда раздался пушечный выстрел. Затем еще и еще. И наконец пушки торопливо заговорили, наполнив грохотом пробуждающееся утро.

- Отходить! - крикнул Дудар.

Но не все услышали его крик. Совсем рядом взрывались снаряды. Земля фонтанами взлетала вверх, с шумом падали вниз тяжелые комья, осыпали людей. То ложась, то вскакивая, ингуши стали отходить.

- Боскар! - закричал Салман, обернувшись. - Отходим!

Но Боскар даже не повернулся. Он собирал оружие с убитых врагов. Четыре винтовки висели у него на обоих плечах, еще три он держал в руках. Но Боскару все было мало. Застрочил деникинский пулемет, засвистели пули. Боскар упал. "Убили, - подумал Салман. - А может только ранили? Надо ему помочь. Нельзя оставлять его врагам".

В суматохе деникинцы стреляли из пулемета куда попало. Как только пулеметчик перенес огонь в другую сторону. Салман вскочили и побежал к Боскару. Он перепрыгнул через один труп, другой. Схватил валявшуюся винтовку. И вдруг земля ушла из-под его ног и будто черные вороны замахали крыльями перед глазами. Салман рухнул на колени. Он слышал мерзкий свист пуль, лихорадочный треск пулемета, знал, что надо пригнуться, и не мог это сделать. Круглая каракулевая папаха лежала перед ним. Салман попытался встать, но дикая боль в ногах затуманила взор и в глазах снова закружила стая черных ворон. Он упал ничком. Понял: перебиты обе ноги. Когда боль чуть приутихла, Салман посмотрел в сторону Боскара, но не увидел его.

А живой, здоровый Боскар, тем временем, прихватив свои трофеи, был уже далеко. Он видел как ранили Салмана, как беспомощно тот стоял на коленях посередине поля, но подойти к нему не захотел.

Салман этого не знал. И хорошо, что не знал. Он понял: выхода у него нет и конец уже близок. Оставалось одно: умереть так, как подобает мужчине. Главное сейчас - найти мужественную смерть.

Перерезав башлык пополам, он крепко перевязал себе обе ноги. Затем прополз несколько метров вперед к покрытому инеем лошадиному трупу. Лошадь лежала на боку, окоченелые ноги нелепо торчали в разные стороны.

Почувствовав, что мерзнет голова, Салман провел по ней рукой и только тут заметил, что потерял папаху. Он обернулся, но папахи не увидел. Махнул на это рукой и больше не думал о ней. Положив винтовку на заиндевевший труп лошади, он долго прицеливался, выжидая момент и наконец потянул за крючок. Вражеский пулемет умолк. "Попал!" - с радостью подумал Салман. Приподняв голову, он посмотрел в ту сторону, но пулемет опять заговорил, на этот раз еще ожесточеннее. Салман выстрелили снова. Пулемет все продолжал строчить. Одно было не понятно: пули даже близко не ложились около Салмана. И скоро он понял почему. Со всех сторон к нему ползли деникинцы. Их было много. "В плен хотят взять, собаки, - догадался он. - Поэтому и стреляют их пулемета вхолостую. Ну ползите, ползите, - все равно по вашему не будет".

Быстро, но без суеты, он перезаряжал винтовку и, поворачиваясь в разные стороны, стрелял в подступавших врагов. Вдруг он заметил, что от кладбища прямо к нему ползет Шахбулат с винтовкой. Глаза их встретились. Всю ненависть к этому человеку Салман вложил в свой взгляд. Но Шахбулат не ушел в сторону. Подполз и молча лег рядом. Укрывшись за шеей лошади, начал стрелять. "Чего это он приполз?" - с раздражением подумал Саламан. - И лежит тут, будто ничего между нами не случилось, будто он не причем! Да стоит мне спустить курок - и конец!" Салман резко повернул ствол винтовки в сторону Шахбулата. Тот обернулся.

- Я ждал тебя. Думал, ты нагонишь нас, - просто сказал Шахбулат. - Потом понял, что, видимо, тебя ранили.

- Ха! - Салман засопел номом, как бы смеясь над ним. - Ты вроде хочешь сказать, что пришел спасти меня?

- Салман, - Шахбулат продолжал по-прежнему целиться и стрелять во врагов. - Если ты так хочешь убить меня - убивай. Я свою кровь прощаю тебе. Но слово мужчины: не я нанес позор вашей семье. Больше мне нечего сказать.

- О чем ты говоришь! Ты что, с ума сошел?! - Закричал Салман, которому вдруг, в одно мгновение стало ясно, что никогда Шахбулат не мог сделать того, в чем он его подозревал. - Кто собирается тебя убивать? Мне нужен не ты, не ты...

Он со злостью посылал пулю за пулей в деникинцев, будто именно они принесли горе его семье. Забыв про свои раны, он попробовал лечь поудобнее, подтянул одну ногу, и тут острая боль пронзила его будто раскаленным шомполом. Саламн зажмурился и закусил губу.

Когда он приоткрыл глаза, то увидел, что Шахбулат отбросил свою винтовку и с шумом выхватил из ножен кинжал. Деникинцы подползли уже вплотную. Сердце Салмана учащенно забилось: "Всему селу известно о нашей вражде. Каждый знает, что ни я, ни мои братья позора, нанесенного нам, так не оставим. Если что сейчас случится, люди скажут, что Шахбулата убил я".

- Уходи! - крикнул Салман. - Я прикрою тебя. Уходи, слышишь? Быстрее!

Шахбулат с кинжалом в руке весь подобрался, как барс, готовый к прыжку. В следующее мгновение он уже бросился навстречу врагам. Началась жестокая схватка. Шахбулат крутился, как кошка. Отскакивая от штыков, наносил молниеносные удары кинжалом налево и направо и изо всех сил старался быть поближе к Салману. Тот дрался, стоя на коленях и не двигаясь с места, будто вбитый в землю. Левой рукой бил наседающих врагов прикладом, правой рубил широким кинжалом. Исступленно сверкали его черные глаза, обросшее густой черной бородой лицо было страшным.

Он переживал, что не может прийти на помощь Шахбулату. "Сейчас его убьют", - твердил он про себя.

- Шахбулат, отходи! - закричал он.

Но тот не услышал. Враги окружили его плотным кольцом. Удар обухом по затылку помутил взор Шахбулата. Следующий удар сбил его с ног. После этого все деникинцы, а их было человек десять, накинулись на Салмана. Они окружили его, как собаки волка. И все-таки Салман не сдавался. Он бил и бил винтовкой, кинжалом, бил без промаха. Наконец приклад винтовки переломился, и она отлетела в сторону.

- Стой! - крикнул кто-то по-русски. - Назад!

Солдаты отступили. Салман увидел в пяти шагах от себя высокого офицера с пистолетом в руке. Офицер прицелился. Салман метнул в него кинжал, и одновременно прогремел выстрел. Кинжал отсек офицеру ухо. А пуля попала Салману в грудь. Он упал, и солдаты бросились к нему.

- Стой! - яростно крикнул офицер, зажав окровавленной ладонью место, где было ухо. - Оставьте этого зверя мне. Ну-ка поднимите его!

Солдаты приподняли Салмана. Он был жив. Утреннее солнце ударило ему прямо в лицо. "Вот и солнце взошло. Последнее мое солнце", - спокойно подумал Салман. Офицер выстрелил в него в упор. Тело Салмана обмякло в руках солдат.

- Держите его! - прикрикнул на них офицер. - Он жив еще, сволочь!

Солдаты с силой встряхнули Салмана. От открыл глаза. Хотел плюнуть офицеру в лицо, но на это уже не было сил. "Шахбулат убит", - промелькнула последняя мысль. Офицер сунул пистолет ему в рот и выстрелил. Затем вытер дуло об одежду Салмана и вложил пистолет в кобуру.

- Туземцы! - бросил он брезгливо.

- Смотрите, а этот еще жив, - удивился один солдат, наклонившись над Шахбулатом.

Он поднял винтовку, намереваясь проколоть его штыком.

- Не убивать! - крикнул офицер. - Возьмите его. Очень хорошо, что один остался живой.

Придя в себя, Шахбулат первое мгновение не мог понять, что с ним случилось и где он находится. Голова казалось чугунной, в ушах шумело. Услышав возню деникинцев и их разговор, он вспомнил о кинжале и сжал руку в кулак. Солдат увидел как шевельнулись у него пальцы.

- Эй, зверь, вставай! - носком сапога он толкнул голову Шахбулата.- Слышишь, ты, эй!

Шахбулат вдруг неожиданно встрепенулся и подмял под себя солдата. Хотел отобрать винтовку, но на него уже набросились со всех сторон.

Все это видел Ражип, который не успев уйти вместе с Раасом, лежал, спрятавшись неподалеку за убитой лошадью. Прицелившись, он дважды выстрелили в деникинцев. И после этого во всю прыть побежал в сторону села, волоча за собой винтовку.

Что случилось потом, он не знал. Не знал, что оба его выстрела попали в цель: один в солдата, другой в офицера. Увидев упавшего навзничь офицера солдаты растерялись, кинулись ему на помощь. Шахбулат вскочил, ударом ноги сбил деникинца на пути и побежал. Вслед раздалось несколько торопливых выстрелов, но ни одна пуля не задела бегущего зигзагами Шахбулата.