9 часть
Маддан была сестрой муллы Атаби. Муж ее погиб в японскую войну. Атаби до сих пор не мог простить шурину, что тот ушел на фронт, не попросив освободить его от призыва. А ведь Атаби легко мог ему помочь. Атаби был самым богатым человеком в селе. Да и не только в селе - во всей округе. С царскими чиновниками он всегда поддерживал самые добрые отношения, всегда находил общий язык. Вот и сейчас его средний сын Бамат служит в армии генерала Деникина. И не кем-нибудь там, а полковником.
Заботу о сестре после гибели ее мужа Атаби взял полностью на себя, хотя Маддан могла прожить и самостоятельно. Кто бы ни хворал в селе, все спешили к ней за помощью. На много верст вокруг не было других ни лекарей, ни знахарей, ни повивальных бабок. Немудрено, что дом Маддан был полной чашей. Но Атаби все же настоял чтобы она жила в его семье: через сестру он узнавал обо всем что делалось в селе.
Маддан вошла в дом Шагриевых так же, как входила и во все другие дома: она делала одолжение. Лицо ее было недовольным, даже сердитым, острый подбородок выдавался далеко вперед, как у ведьмы. Глаза смотрели цепко, подмечая все вокруг.
- Добро пожаловать Маддан, - мягко поприветствовала Жовзан.
- Здравствуйте, что здесь случилось? - всем своим видом Маддан показала, что она очень торопится.
- Нам... У нас... - растерялась Жовзан. - Садись, Маддан.
- Я не устала, - грубо остановила ее Маддан. - Где сыновья ваши? Там? - Она кивнула в сторону откуда доносилось выстрелы.
Жовзан не ответила ей.
- Девочка вот... заболела...
- Заболела?
- Ну конечно. Ты бы... осмотрела ее.
Мадданпочуяла что в доме Шагриевых случилось что-то нехорошее. Она испытующе посмотрела на Жовзан. Та опустила глаза и показала рукой на закрытую дверь:
- Она там.
"Не может быть то, что я подумала, - промелькнулов голове Маддан. - Род Шагриевых - сильный род. В их доме не должно случиться такое".
Она резко толкнула дверь и вошла к Дэбахан. Жовзан с двумя снохами покорно вошли следом. Дэба даже не повернулась к ним. Она лежала на спине и отрешенно смотрела вверх, будто в этом мире все для нее кончилось. Цвет ее лица был как у тяжелобольной. Под глазами - черные круги.
Маддан встала рядом с кроватью, вглядываясь в девушку.
- Ваша дочь голодная, - сурово сказала она. - Дайте ей поесть прежде всего.
- Не хочет, - отозвалась Кабиха.
Изахат подала старухе стул. Маддан села поближе к кровати и потянула с девушки одеяло. Дэбахан крепко уцепилась за него.
- Это еще что! - возмущенно прикрикнула Маддан. - Убери лапы! Вот так. Я только хочу посмотреть что у тебя за болезнь.
Дэба опустила руки. Маддан сняла одеяло и сразу увидела обрисовавшийся под платьем живот. Девушка задрожала от прикосновения дряблых холодных рук. Лицо Маддан стало непроницаемым. Она со всех сторон ощупала, осмотрела девушку. Дэбахан было стыдно, она вся горела.
- Болит? - спросила старуха.
- Нет, - еле слышно прошептала Дэбахан.
"Чего не было у царя, нашли в сумки нищего!" - злорадно подумала Маддан.
- Зачем вы меня звали, когда все знаете сами? - Пожав плечами, она встала и пошла к выходу.
Бекхан, стоявший за дверью и слышавший каждое слово, вбежал в комнату к отцу и братьям.
- Она сказала: "Зачем вы меня звали, когда все знаете сами". Больше ничего. Она сейчас уходит.
- Значит правда, - с горечью прошептал Тох и тяжело уронил голову на грудь. Больше надеяться было не на что.
- Я пошел Тох, - решительно поправил на себе ремень с кинжалом Салман.
- И я, - тут же вызвался Алхаст.
- Куда? - недоуменно вскинул лохматые брови Тох.
- Убить Шахбулата.
- Это не он, - спокойно, но веско сказал Гирихан.
- Это не он! - поднялся с пола Висит.
- Так прежде узнайте кто, тогда и идите! - сердито крикнул Тох.
Сыновья, переглянувшись, гуськом по старшинству тянулись в комнату сестры. Гирихан выглянул в окно и увидел Маддан с индюком под мышкой. Никто ее не провожал. Дважды она оглянулась на их дом. "Настоящая ведьма, - подумал Гирихан. - Такая может и соврать!"
Дэбахан не посмотрела на братьев. Она лежала, вся сжавшись, затаив дыхание. Ей было страшно, будто это бы не родной ее дом, а чужой, враждебный. Еще вчера она не могла существовать без отца, матери, братьев, еще вчера была всеобщей любимицей, а сердце было легким, как весеннее голубое небо. И вдруг все изменилось. Теперь она никого не хотела видеть. Она боялась, не узнавала своих.
Братья, столпившись у кровати, с презрением смотрели на нее. Они пришли не для того чтобы узнать ее горе, помочь освободиться от него. Они пришли как жрецы, готовые решить ее судьбу.
- Она больна, оставьте ее, - срывающимся голосом попросила Кабиха.
- Это не твое дело. Уходи! - прикрикнул на жену Алхаст. - И не вздумай заглянуть сюда!
Бросив полный сострадания и муки взгляд на Дэбахан, Кабиха, сгорбившись, вышла из комнаты.
"По крови чужая, а вот она меня по-настоящему любит... - с горечью подумала Дэбахан. - Почему же я так мало отвечала на ее любовь?"
За селом по-прежнему шел бой, доносились выстрелы, взрывы. А здесь стояла тишина. Страшная тишина. Зловещее слово "позор" нависло над родом. И ничего на свете не могло быть сейчас важнее, чем защита чести. Должна пролиться кровь. Но даже кровью не смывается полностью такой позор. Теперь кто угодно сможет упрекнуть любого из их семьи, их детей, детей их детей. Поэтому месть должна быть такой, чтобы тут же замолчали грязные языки, чтобы никто не посмел говорить лишнее. Нужно дать понять, что за любое оскорбление будет отвечено в десятикратном размере.
Братья пришли к сестре узнать: кто он? Жалости к ней не было. Они очень любили свою Дэбу, никогда никто из них не обижал ее, не трогал и волоса на ее голове. Сожги она дом, хозяйство, убей кого-нибудь из них - они простили бы. Но то, что она совершила, ни с чем не сравнится. Это простить нельзя.
- Дэба, кто он? - с трудом разомкнул губы Салман.
Дэбахан сжалась, как от удара кнута.
- Чего ты молчишь? - с кривой ухмылкой спросил Тухан.
Салман сердито оглянулся на него - опять лезешь вперед?
- Дэба, - мягко позвал Гирихан. - Ты наша сестра. Мы твои братья. То, что случилось, позор нашему дому, позор всем нам. Поэтому не старайся скрыть, а поделись с нами. Скажи: кто он? Дай нам выполнить свой мужской долг. Признайся.
- Я ничего не скажу, - отозвалась наконец Дэбахан.
- Почему Дэба? - еще мягче спросил Гирихан.
- Вы мне не верите, - вздрагивающим голосом ответила она. - Вы не верите мне, о чем мне тогда говорить с вами?
- Дэба, мы верим тебе, - Гирихан наклонился к ее лицу. - Мы всегда верили тебе, верим и сейчас. Слышишь меня? Клянусь, верим!
- Мы верим тебе, Дэба! - сказал и Висит.
Дэбахан разрыдалась.
- Не знаю, не знаю я, что со мной случилось. Наверно я больна. Не знаю чем, но я больна.
- Эх, сука! - зло вырвалось у Алхаста.
- Подожди! - резким движением руки остановил его Гирихан. - Здесь что-то не так! Она не обманывает.
- Да может она действительно просто больна! - воскликнул чуть не плача Висит.
- Прекратите детские разговоры! - грубо оборвал Салман. - Виситу простительно, но у тебя, Гирихан, самого двое детей. А их, как и всех младенцев в селе, принимала Маддан. И если у тебя глаза слепые, но у этой-то ведьмы они видят за четверых.
Гирихан смотрел в пол. Висит нервно дергал шеей.
- Говори Дэбахан! - сурово приказал Салма. - Говори быстрее! Нам некогда. Не толкай нас на неправильный путь. Это Шахбулат? Или Адам? Или еще кто?
- Нет! Нет! - Дэбахан заливалась слезами. - Ну чего вы пристали ко мне? Я же маленькая. У меня и в мыслях не было того, о чем вы говорите.
- М-маленькая, - с издевкой протянул Тухан. - Маленькая сучка!
Гирихан с удивлением смотрел на Тухана. Каждое слово тот произносил зло и безжалостно. Глаза горели ненавистью. "Да, вырос жестоким. И в этом виноваты мы, старшие", - с болью в сердце подумал Гирихан.
- Ну хорошо, - спокойно проговорил Салман. - То, что ты не называешь имя этого человека, просто неуважение к нам. Мы все равно узнаем. Сначала же убьем Шахбулата.
- Не надо! - закричала в ужасе Дэба. - Он ничего не знает! Чтоб я сгорела, чтоб мне попасть в ад, если он в чем-нибудь виноват! Он не виноват!
- В таком случае мы убьем Адама, - решительно заявил Салман.
- Не убивайте! Не убивайте! - кричала Дэбахан. - Он тоже ничего не знает! Он не виноват!
- Так кто же виноват тогда?
- Никто! Почему вы не верите мне? Ведь я же ваша родная сестра! я же вам говорю что больна я... - Дэба захлебывалась от рыданий.
- Лима идет, - увидел из окна Гирихан. - Нам лучше выйти отсюда. Пойдем Салман.
Лима с детства была самой близкой, самой любимой подругой Дэбахан. Всем сокровенным делились они между собой, обо всем советовались. Не было у них друг от друга ни секретов, ни тайн.
- Входи, мы дома, - отозвалась на стук Жовзан.
- Ваши все там? - едва поздоровавшись, спросила Лима. - Мы так волнуемся! Адам как ушел рано утром, так и нет никаких известий. А у вас?
- Говоришь, Адам пошел? - невпопад ответила Жовзан. - Иди, Дэба там, в комнате.
Лима растерялась, почувствовав что-то неладное, но поворачивать назад было некрасиво, и она, помявшись, вошла к подруге. Вошла и обомлела! Еще вчера вечером Дэба, забежав к ним на минутку, смеялась, баловалась, глаза ее горели, а сейчас лежит как на смертном одре.
- Что с тобой? Заболела? - подбежала Лима к подруге. Дэба вскочив с постели и бросилась к Лиме на шею. Она так крепко прижималась к подружке, словно искала у нее защиту.
- Лима, Лима, я погибла!
- Как погибла? Что ты говоришь, ласточка моя?
- У меня горе.
- Ты боишься, что он погибнет? Или... или ты что-то знаешь? Что-то случилось с Шахбулатом?! Его убили?!
- Нет-нет, я не про то. Я ничего не знаю про него.
- Так что же раньше времени горевать? Мы тоже ничего не знаем про Адама. так долго идет этот бой! Но почему ты плачешь? Что с тобой? Миленькая моя.
Дэба горько расплакалась на груди подруги. Лима ласково прижимала ее к себе, гладила по голове, вытирала слезы с щек, целовала мокрые глаза.
- Что с тобой? Не плачь, не плачь, я помогу.
Дэбахан положила руку Лимы на живот.
- Видишь?
Лима побледнела, широко раскрыла свои бархатно-черные глаза. Тихоньку провела рукой по животу подруги.
- Как? Как это с тобой произошло? - прерывающимся голосом спросила она.
- Я не знаю что это, - с мольбой и надеждой что Лима сейчас все объяснит, все уладит, смотрела на нее Дэбахан. - Ничего не было, а сейчас он вздулся, как тесто.
- Когда же это было? - потрясенно спросила Лима. - Ты ничего не рассказывала мне.
- Не слушаешь что ли? - с обидой воскликнула Дэба. - Я же говорю тебе: не знаю, что со мной случилось!
- Да... Да... понимаю... - растерянно пролепетала Лима.
- Он... Да кто же он?!
- И ты не веришь мне?! - задохнулась Дэбахан и в отчаянии закрыла свое лицо руками. - Никто не верит...
- Перестань, дорогая, не плачь, - Лима нежно прижала ее к своей груди. - Я больше не буду спрашивать. Не хочешь - не говори. Но ведь мы же друзья. Не друзья разве? У меня ничего не было, что бы я скрыла от тебя.
- И у меня ничего.
- Дома... узнали об этом?
- Узнали. Они тоже думают... что я с кем-то была...
- Будет легче, если ты выйдешь замуж, - посоветовала Лима.
- Я люблю Шахбулата.
- А почему ты не сбежала с ним?
- Зачем? Он хотел меня засватать. А я сейчас заболела. Что он подумает узнав об этом?
- А разве он не знает?
- Нет...
- Плохо сделала что не сказала. Надо сказать. И побыстрее. Не хочешь ли ты что бы он остался в стороне?
- Но при чем здесь он?- Не поняла Дэба.
- Что значит при чем?! - возмутилась Лима. - Он во всем виноват! Сначала нужно было жениться.
- И ты тоже... - Дэбахан оттолкнула от себя Лиму. - ты тоже такая же, как и они... Не веришь мне!
Она бросилась на кровать и отвернулась к стене. Лима покачала головой. "Зачем же от меня скрывать? Ведь я не враг!"
- Что мне сделать чтобы помочь тебе? - обняла она подругу за плечи.
- Ничего. - Глухо ответила Дэба.
- Бывает же что надо куда-то сходить, связаться с кем-нибудь.
- Мне ничего не нужно! - уже сердито отозвалась Дэбахан.
В комнату вошла Жовзан.
- Нам наша дочь не хочет открыть кто он - Жовзан положила руку на плечо Лимы. - А тебе она ничего не сказала? Заклинаю тебя, скажи правду!
- Ничего не сказала, - тихо ответила Лима. - Дэба больна.
- Больна, чтоб она сгорела! - Воскликнула всегда сдержанная, спокойная Жовзан. - Ну хорошо, Лима, иди домой, не говори никому. Все будет так, как предначертал Аллах.
Сердце Лимы сжалось от ощущения непоправимости.Но помочь подруге она уже ничем не могла. Не прощаясь с Дэбой, она вышла, потрясенная, медленно побрела домой. На улице увидела стремительно идущего Шахбулата. Сапоги его были в глине, лицо суровое, незнакомое, страшное.
Сама не зная почему, Лима присела и спряталась за забором.