ВОЛЧЬИ НОЧИ

Наутро Шахбулат вернулся в родной Баарий-юрт. Штаб поручил ему передать сельской ячейке, что надо собрать все силы, чтобы не пропустить деникинцев через свое село. При малейшей возможности им пришлют подкрепление.

Переехав через прозрачную реку, Шахбулат остановил вороного. От железнодорожной станции доносились выстрелы. Неужели деникинцы уже там? Пришпорив коня Шахбулат на всем скаку въехал в село и остановился у дома Дудара, секретаря партячейки. 

- Шовхала надо сюда позвать!  - сказал он, спешившись и крепко пожимая руку хозяину.

- Да он уже у меня. - Ответил Дудар, привязывая коня к плетню. - И Асхаб здесь. Сидим решаем, как встречать незваных гостей. Хорошо что ты приехал. Идем в дом, расскажешь какие новости.

В партячейке Баарий-юрта было всего четыре человека, скорее даже три: Дудар, Шовхол и Шахбулат. Асхаб коммунистом не был. Но он участвовал в японской и германской войнах, многое испытал, повидал и поэтому твердо был уверен, что права и правду даст только Советская власть. В партию он не вступал, но делал все то, что делали коммунисты. Еще к ним тянулся Висит, лучший друг Шахбулата, мечтал тоже стать большевиком.

- Ну и что вы тут решили? - спросил Шахбулат, поздоровавшись с Асхабом и Шовхалом. - Что люди говорят в селе? Как настроены?

- Да что говорят? Надо защищаться. Раз идет враг, доставай кинжал. Вчера уже люди рыли за селом окопы. - Шовхал неторопливо разглядывал свои густые вислые усы. - А что думают начальники во Владикавказе? Надеюсь не приказывают оставить село?

- Ведь если мы оставим село. - Горячо заговорил Асхаб, то придется уходить жителям и Солса-юрта, и Мялха-юрта. А тогда - открытая дорога Деникину и на Владикавказ и на Грозный. Нет, надо встречать врага здесь!

- Правильно говоришь! - Одобрил Шахбулат. - Отступать нам нельзя. И приказ из штаба такой же. Каждое ингушское село должно превратиться в крепость. Каждый человек должен знать, что если мы отступим, то враги окружат Владикавказ, откроется им дорога на все чеченские села, казацкие станицы, на Грозный. Придет Деникин и Советская власть, которую завоевали с таким трудом, будет уничтожена. И землю, о которой горцы мечтали сотни лет, снова отберут. В общем, нельзя нам отступать ни на шаг.

- Эх, мало у нас оружия! - хлопнул ладонью по столу Дудар. - И патронов мало.

- С оружием плоховато и в штабе, - нахмурился Шахбулат. - Сказали, что пришлют нам броневик. Обещали и патроны. Будем ждать. А пока надо надеяться на то, что у нас есть.

- В таком случае, - решительно встал Дудар, - я пошлю за подмогой в Солса-юрт и Мялха-юрт. Может и сам туда съезжу. А здесь надо срочно готовиться. Идите по дворам поднимать народ. Кто-нибудь на коне пусть объедет дальние дворы. Ждать нельзя ни минуты.

С кирками, ломами и лопатами со всех сторон двигались люди к краю села. Не только молодежь, мужчины, но даже старики, женщины и дети. Никого не нужно было убеждать. Все поняли сразу: идет враг. Надо защищать свою землю, свою свободу, свою власть.

За селом над обрывом тянулось кладбище, окруженное глубокой канавой. От этой-то канавы и начали рыть оборонительную траншею. Земля, только слегка подмерзшая сверху, была довольно мягкая. Грязь тяжелыми комьями налипала на лопаты, приходилось их чистить о пожухлую прошлогоднюю траву.

"Почему нет никого из Шагриевых? - Беспокойно оглядывался Шахбулат. -Адам объезжал тот край села, говорит оповестил всех. Значит не знать не могут. Что же могло случиться?"

Когда кто-нибудь появлялся на дороге Шахбулат с надеждой пристально вглядывался. Не Шагриевы ли? Но нет, опять не они... Он переживал, сердился. Как же так? Ведь сыновья Тоха обязательно должны быть здесь. Что могло их задержать?

- Что-то Шагриевых нет никого. Не знаешь почему? - Спросил он Асхаба, копавшегося рядом с ним. 

- Не знаю, - ответил Асхаб. - Сам удивляюсь.

- А чего это Раас идет не с лопатой, а с мешком на спине? Глядите! - воскликнул Шовхал.

- Во всяком случае еду он нам не несет, - насмешливо отозвался Асхаб и крикнул: - Эй, Раас! Подойди! 

- Счастливо работать! - подошел к ним Раас и тяжело бросил мешок на землю.

- Спасибо, спасибо, - прищурившись ответил Асхаб. - А что у тебя в мешке?

- Патроны.

- Патроны? - Асхаб вылез из окопа и заглянул в мешок. - Действительно.

Шахбулат и Шовхал тоже взобрались на бруствер.

- А куда ты их несешь? - Удивленно спросил Шахбулат, подбрасывая на ладони увесистый холодный патрон.

- Продавать.

- Продавать? Кому?! - изумился Шахбулат.

- Кому нужны. Кто купит. Я их в Моздоке покупал по четыре рубля, вам продам по пять за штуку, чтобы труд мой не пропал даром.

- Вот это да! - Вырвалось у Шахбулата. - Ты хоть понимаешь что говоришь? Враг на подступах, а ты пришел спекулировать. Патроны продавать. И кому? Своим односельчанам, братьям, сестрам, людям, которые собрались умереть, но защитить тебя и твое хозяйство.

- Это не твоего ума дело! - сердито сбросил Раас руку Шахбулата со своего плеча. - Нужны - бери, нет - отойди в сторону. А свои большевистские бредни оставь при себе.

- А если тебя убьют? Что будешь делать со своим патронами и нашими деньгами? - Спросил Шовхал. - Что, возьмешь их в свою могилу? 

- Это бесполезный разговор, - остановил друзей Асхаб.

- Вы что не знаете Рааса?

- Знать я его знаю, - закусил губу Шахбулат. - Но только сегодня понял, какой он законченный подлец!

- Кто подлец, собака? - рванулся к Шахбулату побагровевший Раас.

Шовхал бросился между ними, Асхаб, увидев что Шахбулат выхватил пистолет, крепко схватил его за руку.

- Не надо! Не надо! Береги, то что у нас есть.

- Да пусть стреляет! Пусть! - закричал Раас, однако уже не наступая как раньше. - Я здесь, стреляй! Посмотрел бы я на тебя если бы здесь был кто-то из Шагриевых.

- При чем тут Шагриевы? - пожал плечами Шахбулат, убирая пистолет в карман.

- Ну да, ну да, ни при чем, - криво усмехнулся Раас. - Не они же сами, а ты обесчестил их девушку.

Шахбулат так и застыл на месте. Когда страшные слова наконец дошли до его сознания, он схватил тщедушного Рааса обеими руками за грудки.

- Сплетня! - отчаянно крикнул Шахбулат и с силой швырнул Рааса на землю.

Вскочив на ноги и все время потирая ушибленную поясницу, Раас воровато ухватил свой мешок с патронами и волоком потащил его прочь.

Со всех сторон к ним сбегались люди и, не понимая в чем дело, выжидающе смотрели на Шахбулата.

- Что тут случилось? Что была за драка?

- Ничего не случилось. Все в порядке. Проучили негодяя. Идите занимайтесь своим делом, - успокоил всех Шовхал. - Идите, идите!

- Асхаб, Шовхал! - Тяжело дыша выговорил Шахбулат.

- Мне надо уйти. Я должен заглянуть к Тоху. Вы слышали что сказала эта скотина? Пусть раньше меня никто не умрет на этом свете, если я знаю о чем он говорил. Видимо там что-то случилось. Иначе бы сыновья Тоха давно были с нами.

- Шахбулат, мы верим тебе, - твердо сказал Асхаб. - Поступай как считаешь нужным.

Шахбулат размашисто шагая шел по направлению к селу. "Что сказала эта собака? - лихорадочно думал он. - Может он не говорил этого? Может он не так сказал? Может я не правильно его понял?"

Но слова Рааса не отставали как назойливые мухи. "Обесчестил их девушку..." Откуда, откуда могла пойти такая грязная сплетня? От самого Рааса или он услышал ее где-то? Какому мерзавцу пришло это в голову? И зачем? Опорочить такую чистую девушку, из такой порядочной семьи! Бедняжка Дэбахан, как она переживет это? Что ей, бедной, делать?

"А вдруг... вдруг это правда? - обожгло Шахбулата изнутри. - А если кто-то и в самом деле обесчестил Дэбу? Нет, нет, нет! Не может быть! Разве я ее не знаю? Она ангел, сущий ангел! Только вчера я видел ее, она такая же как и прежде. Глаза сияют как звезды, улыбается застенчиво, нежно, доверчиво, словно малое дитя. Так обрадовалась моему приходу! И так огорчилась, узнав что мне нужно уезжать, даже слезы выступили на глазах, я видел. Если бы что-то произошло она не была бы такой. Не была..."

Шахбулат заметил, что он стоит посреди улицы и, размахивая руками, рассуждает сам с собой. Он оглянулся. Не наблюдает ли кто за ним и быстро зашагал дальше.

Шахбулат любил Дэбахан, радовался что она с ним нежна и в скором времени собирался засылать к ней сватов. Он с почтением относился к Тоху, уважал всю семью, был благодарен им за радушие. Родители Шахбулата знали, что он любит Дэбахан и были довольны выбором сына. Девушка еще совсем молода, а уже о ней говорят с уважением. Да и с Тохом породниться очень почетно. Редкий человек в Ингушетии не знает Тоха Шагриева, не уважает его род. Все складывалось как нельзя лучше, сердце Шахбулата было переполнено радостью , но слова Рааса, как тяжелый камень, вмиг вытеснили, расплескали эту радость.

"Правда ли, неправда, но разговор уже идет. И тут ничего не поделаешь, - размышлял Шахбулат. - Закрыть рты сплетникам так же трудно, как остановить обвал. И, конечно, трезвон уже долетел до дома Тоха. Вот и объяснение, почему не пришли его сыновья. Сейчас им не до окопов, ведь задета честь рода. Но неужели они могли подумать что я такой бессовестный? Неужели поверили наговору? Не может этого быть!"

Шахбулат вспомнил как по-братски прощались с ним сыновья Тоха, как Жовзан назвала его своим седьмым сыном. Да, ему немедленно нужно объясниться с Тохом, снять с себя страшное подозрение.

Шахбулат еще прибавил шагу, он почти бежал по улице. Но мысли бежали еще быстрее. "Нет дыма без огня, - с горечью думалось ему, - значит хоть что-то да было? С чего-то да началось злословие? С чего? Мы ни разу с Дэбой не оставались наедине, виделись только в чьем-то присутствии. Значит с кем-то она виделась еще? Кто-то был у нее. Да неужели же она лгала мне?! Улыбалась, краснела. радовалась? Мне говорила одно, а сама... Нет, нет, нет...!"

Это было страшно, некрасиво, грязно. Шахбулат гнал такие мысли из головы, но они не покидали его. Не покидали...