✮31
Брюнет держал ладони Феликса в своих руках.
— Устал? Так ручки раскраснелись. Не больно? — Хёнджин нежно погладил ладони младшего. — Надо бы тебе что-нибудь холодненькое подержать
Ли опустил голову, ему было дискомфортно. Он медленно покачал головой и всё-таки убрал руки от Хёнджина. Ему всё ещё было страшно.
Тут в голову старшего пришла гениальная мысль.
— Я сейчас вернусь. Подожди пожалуйста
Хёнджин действительно вернулся. Только в руках у него была огромная плоская коробка. В глазах Феликса был немой вопрос: «Что это?»
— Смотри, что я вчера купил. Хотел собрать его с тобой и забыл
После их слов старший залез на кровать.
Коробка с пазлом стояла между ними на кровати как мирный посол. Тысяча деталей звёздного неба. Хёнджин решил, что это идеально — тихое занятие, где не нужны слова.
Первые полчаса всё шло удивительно хорошо. Феликс устроился по-турецки, аккуратно раскладывая детали на одеяле. Его движения были медленными, точными. Он нашёл несколько угловых элементов, и Хёнджин, воодушевлённый, подвинулся ближе.
— Смотри, уже два угла есть! — он говорил слишком бодро для такой спокойной деятельности. — Давай теперь синие искать, тут явно тёмный сектор
Но энтузиазм начал таять. Детали были мелкими, а цвета похожими. Феликс методично подбирал один фрагмент к другому, и эта кропотливость действовала Хёнджину на нервы.
«Да как тут вообще что-то найти? Нужна система! Атаковать проблему, а не ползать вокруг неё!» подумал старший. У него действительно сдавали нервы.
— Может, не так? — он нетерпеливо провёл рукой по кровати, случайно сдвинув аккуратную стопочку деталей Феликса. — Давай сначала все синие отберём...
Ли вздрогнул. Его пальцы снова стали неуверенными. Он чувствовал исходящее от Хёнджина напряжение.
Брюнет увидел это. Увидел, как сжимаются плечи младшего, и это вызвало в нём острое чувство вины.
— Ладно... прости, — он выдохнул. — Давай сделаем по-твоему
Он заставил себя замедлиться. Сел ближе и просто молча искал детали. Напряжение ушло. Они нашли ритм: Хёнджин искал крупные фрагменты, Феликс с ювелирной точностью соединял сложные участки. На одеяле медленно проступала рамка будущей картины.
И вот, когда появился первый островок собранного звёздного неба, случилось это.
Хёнджин, желая подвинуть коробку, сделал неловкое движение. Локоть задел край почти собранного угла.
Тихий, шелестящий звук. И затем — тикающий, бесконечный шорох. Тысяча цветных кусочков рассыпалась по кровати и по полу.
Хёнджин застыл на месте не смея двинуться. Он был в шоке. Сердце заколотилось. Ему казалось, он разбил хрупкое доверие. «Я всё испортил. Всё, чего мы добились...» пронеслось в его голове. Взгляд метнулся от пазла к Феликсу. «Нет-нет-нет...»
Ли смотрел на кровать. Его лицо стало пустым. Губы задрожали, глаза наполнились влагой. Он опустил голову, пытаясь скрыть слёзы. Это была тихая печаль человека, видевшего, как рушится символ его возвращения к порядку.
— Феликс,... — имя сорвалось хриплым шёпотом. — Прости... я нечаянно. Честно
Он не знал, что делать. Поднять пазлы? Обнять Феликса?
Хван видел, как дрожат плечи парня, как его пальцы вцепились в край матраса, будто пытаясь удержаться в реальности, которая снова поплыла у него из-под ног. Он понимал, что обычные слова вроде «не плачь» или «всё нормально» сейчас будут звучать как насмешка. Нужен был другой язык. Язык действий, который только они и понимали.
Его взгляд упал на пол, где среди разбросанных фрагментов лежал тот самый, самый первый кусочек, ярко-жёлтая звезда на тёмно-синем фоне. Та самая, которую блондин нашёл полчаса назад и молча, с едва заметным светом в глазах, протянул ему.
Хёнджин медленно, давая Феликсу отследить каждое своё движение, наклонился и поднял её.
— Эй, — его голос прозвучал тихо, почти шёпотом, но в нём не было ни капли снисхождения. Он мягко коснулся этим кусочком тыльной стороны руки младшего, не хватая её, не пытаясь удержать, а просто прикасаясь, как кистью. Холодный картон на дрожащей коже. — Смотри. Первую звезду мы уже нашли. Помнишь?
Феликс вздрогнул от прикосновения, но не отпрянул. Его заплаканный взгляд медленно опустился на маленький жёлтый фрагмент в руке Хёнджина.
— Она никуда не делась — продолжил Хёнджин, его палец осторожно провёл по контуру звезды. — Она просто... упала. Но мы ведь знаем, где её искать
Он перевернул свою руку ладонью вверх и положил на неё звезду, как драгоценность, предлагая её Феликсу. Не вкладывая в его руку, а просто предлагая взять, если он захочет.
— И все остальные кусочки никуда не делись. Они просто... — Хёнджин жестом обвёл разбросанные детали. — Ждут, когда мы с тобой снова соберём их вместе. Медленно. Не торопясь. Ровно так, как ты любишь
Феликс смотрел то на звезду на ладони Хёнджина, то на его лицо. Слёзы по-прежнему катились по его щекам, но в них уже не было той безысходной тоски. Была усталость, обида на несправедливость мира, который снова всё разрушил... но и что-то ещё. Что-то, похожее на признание. Признание того, что разрушение не конец. Что даже рассыпавшееся на тысячу кусочков можно собрать заново, если есть тот, кто не убежит от этого хаоса, а останется стоять на коленях рядом, держа в руках самый первый из них.
Он медленно, неуверенно, потянулся и взял звезду. Его пальцы коснулись ладони Хёнджина, буквально мимолётно, на долю секунды, но это был осознанный жест. Не отдёргивание, а принятие.
И в этой тишине, полной разбросанных надежд и одного-единственного собранного фрагмента, рождалось новое понимание. Не всё потеряно. Просто нужно начать сначала. Только теперь вместе.
_______________________________________
Продолжение следует...