Дыхание Океана

Дни сливались в один. Пока деревня Ава'атлу жила своей обычной жизнью - охота, смех детей, плеск воды, - в двух местах царила совсем иная атмосфера.

На окраине, в старой мастерской, где обычно сушили каноэ, кипела работа.
Нетейям спал по три часа в сутки. Его руки были в мозолях и мелких порезах. Вокруг него валялись чертежи, нарисованные углем на широких листьях, куски легкого дерева и прочные жилы.

Джейк Салли сидел рядом, держа заготовку.
- Угол слишком крутой, - заметил он, проводя пальцем по изогнутой деревянной дуге. - Если илу разгонится, встречный поток воздуха просто сбросит наездника. Нам нужна аэродинамика, сынок. Как у икрана, когда он входит в пике.

Нетейям вытер пот со лба.
- Но это не икран, пап. Это вода. Плотность другая.
- Принципы те же, - Джейк взял нож и аккуратно срезал слой древесины, делая форму более обтекаемой. - Ты хочешь, чтобы она не боролась с водой, а скользила над ней. Значит, нужно жесткое крепление для ног, как стремена, но с защитой голени. Чтобы она могла управлять корпусом, не напрягая торс, где рана.

Они создавали нечто новое. Гибрид седла для полетов Оматикайя и сбруи для скоростных заплывов Меткайинов. Специальный щиток спереди должен был разбивать волну, не давая брызгам бить в грудь, а высокая спинка поддерживать позвоночник, снимая нагрузку с поврежденного легкого.

- Ты думаешь, она согласится? тихо спросил Нетейям, затягивая узел.
Джейк посмотрел на сына. Он видел в нём то же упрямство, что было у него самого, когда он впервые сел в инвалидное кресло, а потом когда учился ходить как Аватар.

- Если она настоящая воительница согласится. Но сначала тебе придется пробить броню, которую она сейчас строит вокруг своего сердца.

Осада
Броня у Ка'леи была крепкой.
Она перебралась из Хижины Исцеления в дом родителей, но это мало что изменило. Она отгородила свой угол ширмой и почти не выходила.

Каждый вечер, ровно на закате, Нетейям приходил к её дому.
Он не пытался войти силой. Он знал, что её отец, мастер копья, уважает его упорство, но не пустит внутрь без разрешения дочери.

В первый день Нетейям принес корзину сладких фруктов йейи, которые росли только на вершинах скал. Он знал, что она их обожает.

- Ка'лея, - позвал он через стену. Я принес йейи. Они спелые.
В ответ тишина.

Он оставил корзину у входа и просидел там до темноты, просто рассказывая ей о том, как Ло'ак снова упал с илу на тренировке.
На второй день он пришел с флейтой. Он не умел играть так виртуозно, как некоторые Оматикайя, но мелодия была нежной и грустной. Он играл старую песню своего народа о птице, которая потеряла крыло, но научилась бегать быстрее ветра.

Из-за ширмы донесся звук разбитого горшка.
- Уходи! крикнула она. Мне не нужна твоя жалость и твои песни!
Нетейям перестал играть, но не ушел.
- Это не жалость, Ка'лея. Это упрямство. Я же Салли. Мы не понимаем слово «нет».

На третий день к «осаде» присоединилась Тук.
Маленькая девочка просто забежала в хижину, проигнорировав протесты родителей Ка'леи, пролезла за ширму и положила на колени угрюмой девушке красивый венок.
- Нетейям сказал, что ты грустишь, потому что болеешь, прощебетала Тук. Но ты всё равно красивая. Даже красивее Нали, хотя она сейчас и не оранжевая.

Ка'лея впервые за эти дни не смогла сдержать слабую, кривую ухмылку. Она погладила Тук по голове, но в глазах всё равно стояла тоска.

Прорыв
На седьмой день работа была закончена.
Странное сооружение лежало на песке у воды. Оно выглядело хищно и изящно: полированное дерево, кожаные ремни, вставки из кости.

- Выглядит как пыточный инструмент, оценил Ло'ак, помогая нести конструкцию.
- Это инструмент свободы, огрызнулся Нетейям.

Он подошел к хижине Ка'леи. На этот раз он не стал ждать снаружи.
Был полдень. Солнце пекло.
Нетейям вошел внутрь. Отец Ка'леи преградил ему путь.

- Сын Джейка, она не хочет видеть никого.
- Мне всё равно, чего она хочет сейчас, твердо сказал Нетейям, глядя мастеру в глаза. Я знаю, что ей нужно. Пропустите меня. Пожалуйста. Или мне придется войти силой, и это будет неуважением к вашему дому.

Отец колебался секунду, затем увидел огонь в глазах парня и молча отошел в сторону.
Нетейям отодвинул ширму.
Ка'лея сидела на циновке, перебирая сухие водоросли. Она выглядела лучше физически, но взгляд был потухшим. Увидев его, она нахмурилась.

- Я же просила...
- Вставай, скомандовал Нетейям.
- Что?
- Вставай. Мы идем к воде.
- Я не могу нырять, идиот! она швырнула в него пучком водорослей. - Зачем ты мучаешь меня?

Нетейям подошел, схватил её за руку и рывком поднял на ноги. Она охнула от боли в боку, но устояла.

- Ты не будешь нырять. Тебе не придется задерживать дыхание. Просто доверься мне. Один раз.
- Отпусти! Я не пойду! Я не хочу, чтобы все смотрели на меня и шептались!
- Пусть шепчутся! он приблизил свое лицо к её лицу, их носы почти касались. Пусть видят, что ты не сдалась. Если ты сейчас останешься здесь, в этой темноте, ты умрешь, Ка'лея. Твое тело выживет, но ты умрешь. Я не позволю этому случиться.

Он не оставил ей выбора. Поддерживая её за талию, он практически выволок её наружу. Ка'лея сопротивлялась, упиралась пятками в песок, шипела от злости и боли, но он был сильнее.

Когда они дошли до воды, там уже собралась небольшая толпа. Ло'ак, Цирея, родители. Все смотрели.
Ка'лея сжалась, готовая провалиться сквозь землю от стыда.

- Зачем ты привел их? - прошипела она со слезами на глазах. Это унижение...
- Смотри, Нетейям указал на воду.
Там, у пирса, покачивался её верный илу. Но на нем было надето оно.

Странное, высокое седло с обтекаемым щитком и жесткой спинкой.
Ка'лея замерла.

Её профессиональный взгляд охотницы и дочери мастера сразу начал изучать конструкцию.
- Что это? тихо спросила она.
- Это «Крыло Ската», сказал Нетейям (название он придумал только что). Оно держит твою спину. Щит разбивает ветер и воду. Тебе не нужно прижиматься к шее илу и напрягать грудь. Ты сидишь почти прямо. Илу пойдет по поверхности, но на максимальной скорости.

Он повернулся к ней и взял её ладони в свои. Его руки были в шрамах от работы над этим седлом.
- Ты говорила, что без глубины ты никто. Но разве ветер хуже воды? Попробуй. Если тебе будет больно или страшно мы остановимся. Клянусь.

Ка'лея смотрела на седло, потом на илу, который приветственно пискнул, узнав хозяйку. В ней боролись страх показаться слабой и дикое, извечное желание скорости.

Она сделала неуверенный шаг к воде.
- Помоги мне сесть, сказала она еле слышно.

Толпа затаила дыхание. Нетейям бережно, как драгоценность, усадил её в седло. Затянул ремни на ногах, проверил крепление спины.

- Как дышится? спросил он.
- Сдавливает немного, но... терпимо. Ответила она, хватаясь за рукояти управления.
Нетейям запрыгнул на своего илу рядом.

- Потихоньку, Ка'лея. Только поверхность.
Она дала команду. Илу рванул с места.
Сначала она инстинктивно сжалась, ожидая боли от встречного потока. Но щиток Нетейяма сработал идеально. Он отводил воздух вверх. Спинка держала её крепко.
Они набирали скорость. Вода под ними превратилась в размытое пятно. Брызги летели в стороны, но не били в лицо.

Ка'лея почувствовала это. Скорость. Ветер в волосах. Ощущение полета. Ей не нужно было нырять. Она скользила над океаном, как летучая рыба.
Она посмотрела на Нетейяма, который скакал рядом, с тревогой вглядываясь в её лицо.

И вдруг она улыбнулась. Широко, искренне, как до того проклятого дня. Из её груди вырвался не кашель, а радостный крик.

- Я лечу! Нетейям, я лечу!
На берегу Джейк Салли обнял Нейтири, а Ронал одобрительно кивнула, глядя на удаляющиеся силуэты.
- Сын леса вернул дочери моря её волн -сказала Тсахик.
Нетейям, слыша смех любимой сквозь шум воды, понял, что его бессонные ночи и изрезанные руки стоили каждого мгновения. Она вернулась.