36 Глава
Это утро Гуан хотел встретить один: без слуг, жены и даже любимых уток. Он планировал проваляться в постели до обеда, пропустив медитацию в саду и традиционные купания. Низменные желания для принца? Возможно, но Цинь Гуан ясно понимал, что видеть свою черствую семью он не хочет. После смерти отца и отречения Цинь Ки праздники не приносили радость, а лживая улыбка матери, будто все хорошо, выворачивала. Ничего не хорошо. Совсем. И это "не хорошо" началось со смерти Цинь Дэя: ничего не давшее расследование, ссылка Го Эху - явно же, что супругу кронпринца кто-то отправил подальше от трона - и, наконец, опека Цзянь Цинь над Юном и Вэем. Вишенки - смерть отца и проступок сестры.
Сколько раз третий принц прокручивал хронологию событий? Много - точнее не скажешь. Его сердце разрывалось от собственного бездействия, но пойти против династии он не смел. Характер не тот. Цинь Гуан не смог бы накричать на кого-то из родни, не смог поднять руку и высказаться, резко и правдиво. По итогу он все равно бы мирно и чертовски натянуто улыбался, словно не боялся действий старших и их наказаний. Хотя куда хуже? Цзянь Цинь Джи нашла способ контролировать его, подослав шпионку к нему в постель. Боится? Бред, это же Императрица, она добра к нему. Паранойя? Похоже на правду. Мысли о её неявном сумасшествии закрадывались давно, с ссылки сестры.
- Вставай, милый супруг,- девичий голос заставил Цинь Гуана небуквально выплыть из своих рассуждений и мысленных оправданий.- С праздником!- хлопки. Они такие резвые и радостные, словно это не Цзянь Цинь Мэй, а трёхлетний ребёнок, принцесса Иинг.
- Выйди,- недовольство выбило первую позицию. Видеть её Гуан точно не хотел. Схожая с Цзянь Джи внешне, Мэй являлась прилипалой. Он не мог терпеть эту черту её характера. Юноша, в целом, плохо знал девушку, но именно эту черту окрестили самой ненавистной.- Я не пойду на праздник.
Девушка отпрянула к двери. Подойти она точно не решится.
- Ты заболел?
- Кхм...- Цинь Гуан замолчал, а потом наиграно закашлял, прикрывая кулаком рот.- Да...
- Мне позвать лекаря?- Недоверие и явное разочарование. Обижать её не хотелось, но ложь оказалась раскрытой. Врал третий принц всегда плохо.
- Нет...- Юноша натянул одеяло по шею. И раздражение, и гнев улетучились, оставляя стыд. А ведь правда, осознанно выводить на эмоции Гуан не мог, предпочитая путь мира да спокойствия.
- Хорошо, я скажу семье, что ты плох,- хмыкнула - так по-джиневски - Мэй, разворачиваясь к двери и выходя прочь. Она не была дурой. Совсем нет.
- Спасибо!- то ли за преложенную помощь, то ли за поддержку вранья выкрикнул Гуан. Скорее, за второе.
***
Цзянь Цинь Джи любила прикосновения Императора. Госпожа помнила их, часто прокручивая перед сном воспоминания. Касаний было не так много, они являлись редкостью. Мужчина не видел смысла в этом, да и виделись они крайне нечасто. Сама же Цинь Джи инициативу не проявляла. Паранойя о том, что супруг узнает о её слабостях всегда брала верх. Репутация до сих пор занимала далеко не последнее место в сердце Императрицы.
Сейчас Его Величество, покрепче сжимая плечо жены, почти бежал по коридорам вслед за принесшим вести охранником. Никакого благоговения от госпожи не следовало. Ей сейчас было больно и крайне неудобно. Тихую ругань Императрицы игнорировали. Неожиданные вести в день праздника не позволяли ей высказаться громче. Она понимала, что стоит перетерпеть и потом - возможно - высказать свое фи.
***
Запретная комната - кабинет Императора. По давнему совету супруги, располагался в глуби последнего - третьего - этажа. Скромный вид залы не мог поведать, что именно это и есть рабочее место Цинь Мина. Без окон, картин и вычурных обой - здесь нет ничего лишнего. Только стол, стул и белая штукатурка с плиткой. Множество сломанных свечек и постоянно горящая лучинка.
- Монголы или гунны?- спросил Император Поднебесной, отпуская жену. Он взял пару свечь и зажёг их с помощью лучинки. Тусклый свет от растопки еле освещал силуэт Императора, потом - намного лучше. Свечи разгорелись. Фитильки делали это медленно и очередно. Плохая вентиляция давала свои плоды, и не сказать, что добрые.
Охранник стоял у закрытой двери, вжимая голову. Страх перед судом за дурные вести душил, как и запах свечей. Они совместно забивали ноздри, не позволяли нормально вздохнуть. Руки вспотели.
- Не молчи,- Императрицу было плохо видно, хуже, чем господина. Стоит сзади стола - единственное, что можно увидеть. По-звукам - барабанит длинными ногтями.- Ну!
- Гунны, Императрица.
- Хорошо,- с неким облегчением выдохнула Джи. Никто сейчас не видел её лица, но госпожа перестала настукивать ритм и говорила с не такой натяжностью.
Император молчал. Мазолистой рукой он подпер округлый подбородок, гоняя одну мысль: почему гунны напали? Кто-то рассказал им о намерениях Императра, о Риме? Ведь не так давно он заключил с ними мир. Мир, выгодный гуннам.
Тишина. Восковые свечи осветили тонкие руки Цзянь Джи, что легли на её шею. Дышать в комнате невыносимо. Не от страха, не от волнения - ей банально душно. Её супруг за три года привык к этому, она - здесь впервые. Это не вызывает эмоций радости, что Император приоткрыл дверь к чему-то личному. Нет, наоборот, это воспринимается должным образом.
- Собери совет,- не дождавшись мужа, начала Цзянь Цинь Джи. Она начинала злиться. Гунны, духоты и просчеты мужа - достаточно, чтобы развести истерику.- Верни министров, всех... Выдерните из Уру Го Хе Ми Шо и соберите отряды, все отряды,- голос стал громче.- Исполни это сейчас, иначе отрублю тебе все пальцы!
Охранник дернулся. Он живехонько покланился и выбежал, открыв дверь на долю секунды. Зашел свежий воздух. Цзянь Цинь глубоко вздохнула и выдохнула. Стало легче.
- Войной?
- Сомневался?
- Нет, совсем нет,- поморщился Император. Надежда на мирное правление испарилась. Не с такой ситуацией, точно не с такой женой.- Я попрошу помощи у Рима.
- Нет,- отвергла супруга, красными рукавом роняя одну из свечек. Испугавшись, она неосознанно взялась за горячий воск. Императрица зашипела, но свечу поставила на металлическую - медь - подставку в виде лотоса. На пальцы неприятно налип воск.
- Больно?- незаинтересованно, ради приличия уточнил Мин. Он стоял рядом, точно напротив, но помогать не решался. Смысла не было.- Я помню твои слова о Риме. Ты отчасти права, но страна может так и остаться в завесе. Мир ведь не стоит на месте, идёт активное развите, и это поможет нам с гу...
- Шёлковый занавес.
- Что?- опешил Цинь, убирая руку от рта.
- Шёлковый занавес - так и назовем нашу завесу.- хмыкнула госпожа, снимая с пальцев воск и верхние слои кожи. - Римская Империя жила без нашего риса и железа - пускай и продолжает жить. Китай не готов, он не мож...
- Я услышал,- поднял руку Император, наконец приняв решение. Его медлительность убивает.- Разберёмся тогда с гуннами, потом определимся, что делать с Римом.
- И найдем крысу.- Цзянь Джи повела плечами.- Явно кто-то рассказал гуннам о твоем стремлении к Риму.
***
Все генерали и офицеры прибыли ко дворцу к полуночи. Военный совет проводили тогда же, во всё той же маленькой комнате - традиции. Проводили быстро, экстренно, но без Императрицы. Её Величество отлучилась к пятому принцу. Обещала Императору быть, но явно задерживалась. Господин Цинь Мин лишь хмыкнул.
Высказывались все вышестоящие грубо, слов не подбирали. Император понимающе кивал. Ми Шо не было, Фен Фя - тоже. Отсутсвие игнорировали. Не смогли приехать за 9 часов - оправдано. Первый будет дня через два, второй - часов через пять. Оставалось ждать и обдумывать стратегии с остальными.
Часы шли. Его Величество безумно хотел чай, горячий и с пряностями. Терпел. Не до этого. Нужно принимать срочные меры - не в его стиле, потому ждал Ми Шо. Просто уйти в спальню и распустить всех? Нет, может, кого-нибудь озарит. Опасно. Господин Мин держал всех в зале без права на выход. Паника? Возможно.
- Доброй ночи,- сродни с гарпией в комнату зашла супруга Императора. Быстрым шагом она направилась к мужу, не соблюдая нормы приличия. Оправдано.- Что Вы решили?- тихо начала госпожа. Круги под глазами - смыла белила - и до тошноты резкие движения - высшему военному обществу открылся вид Первого Императорского союзника. Не жены, не друга, а именно соратника. Равного, несмотря на женскую принадлежность.- Император?
Все дернулись. Не привычно высокие ноты выдернули из некоторых из дремоты. Генералы завозились.
- Ничего, ожидаем Ми Шо,- нехотя оповестил Император.
Послышались вздохи. Император критично относился к предложениям других и были они скорее для галочки. Ми Шо же - доверенное лицо семьи Цинь. Его совета ждал Цинь Мин.
- Нечего ждать, брать всё равно будем силой.
- Глупо, Императрица. Кто же будет уповать только на храбрость воинов?- Всем известный одноногий ветеран ухмыльнылся. К словам госпожи Цзянь он относился крайне критично.
- Та, кто отправится с ними к Великой Стене.