30 Глава
Императрице свойственно думать о будущем. Не только своем, но и Китая, её супруга, детей. Не сказать, что это плохая черта, но именно благодаря ей Цзянь Джи панически пеклась о безопасности себя и Вэя, боялась взросления принцев. Мысль о своем отречении обжигала, потому рассудок требовал укрепления власти. И, кажется, Цинь знает, как это сделать...
***
Белоголовый ястреб громко кричал, нетерпеливо махая темными крыльями, пока Гао Роу крепила маленькую золотую тубу на лапку. Он давно не летал, и сейчас ему представится такая возможность. Куда птица направится? Как обычно, Цао полетит на север, в дом министра.
Приказ Цзянь - неожиданная ночная выходка Императрицы, словно та, как несколько лет назад, вновь начала действовать быстро, не совсем осторожно и вероломно.
Об отправке письма знала только Роу, и та уже начала молиться своим богам, чтобы госпожа Цинь вернулась в свой своеобразный анабиоз. Что сподвигло возвращению былых черт, бывшая наложница не знала. В мыслях бегали предположения, но все казались абсурдными. Оставалось скрестить пальцы и надеяться, что этого больше не повториться.
***
Северная зима есть особое время. Она длинная, белая и очень холодная. Здешние жители находили в этом нечто необыкновенное. Да, сезон суровый, опасный, но северяне считали его самым прекрасным в их ареале. Многие праздники и традиции, приметы были связаны именно с этим временем года. Южане, в шутку, называли это помешательством, хотя, если смотреть правде в глаза, тоже по-своему помешались на Конфуцие.
Цзянь Мей, несмотря на корни, зиму не терпела. Её хоть и стали называть красавицей севера, когда старшая сестра покинула отчий дом, сей статус она не принимала. Уродиной девушка себя ни в коем случае не считала, наоборот, но связывать себя с суровой малой родиной не хотела. В её планы входило выйти замуж за сына восточного наместника, и, нужно сказать, Цзянь Ксу уже начал вести переговоры об этом.
Младшая сестра Императрицы, благодаря поднявшемуся статусу семьи, была уверена, что скоро сделка свершится. Ей уже девятнадцать, самое время для замужества. Она, конечно, немного побаивалась того, что управление хозяйством ляжет на неё, но старшая сестрица как-то с целым Китаем справляется. А теперь быть хуже Цзянь Джи Мей не намерена. Слишком долго старшая помыкала ей этим.
***
Ястреб Императрицы - узнаваемая птица. Его нельзя спутать с другими не только из-за особого белого пятна на голове, но и статуса. Появления Цао Цао всегда вызывали переполох. Этот раз исключением не был.
- Господин Цзянь Ксу! Госпожа Ли Цзянь Аи...- сбивчиво тораторил молоденький слуга. Двумя руками он держал маленькую тубу, которая бы поместилась и в маленький кулачок. Отвественность и страх победили рациональность, потому, несуразно поклонившись, слуга ждал разрешения отдать золотую вещь.- Ястреб Императрицы Цзянь Цинь Джи...
Находились супруги Цзянь в одном из залов. Они пили послеобеденный зелёный чай, что умельцы заварили из сушенных трав. Господа считали, что это - залог молодости, потому традицию зеленого чая строго соблюдали уже года два как.
- Отдышись, ребёнок,- фыркнула госпожа Ли Аи и протянула руку. Её супруг, глубоко вдохнув терпкий запах напитка, ожидал, прикрыв глаза.
- Да, госпожа...- Паренёк вложил в белую ладонь тубу. Его ноги тряслись, а сердце громко билось. Не каждый все-таки день сама Императица пишет.
Сначала Ли Цзянь, достав послание от дочери, прочла его про себя. Красные губы женщины тронула легкая улыбка, а нейтрально-язвительное настроение плавно перетекало в приподнятое. Пальцы аккуратно сжимали пергамент, не намереваясь в порыве гнева смять его. Дочь-Императрица писала нечто хорошее.
- Иди,- тихо, но достаточно, чтобы слуга услышал, приказал Ксу. Мужчина хотел узнать содержание без посторонних ушей.- Иди и позови госпожу Цзянь Мей.
- Да, господин Цзянь Ксу!- поклонившись получив вольную, немедленно парень удалился.
- Что пишет Императрица Китая своим пожилым родителям? Не ждать ли нам пополнения?- отец Цзянь Джи отложил белую пиалу. Его руки медленно потянулись к листу.
- К сожалению,- вздохнула Ли, отдавая послание. Она, как и муж, ждала внуков, но с каждым днём сомнения закрадывались в душу матери. Наследник у Императора был, хоть и не от госпожи Цинь Джи, а большего не требовалось.
Ксу медленно скользил черными глазами по пергаменту. Он читал внимательно, всматриваясь в каждую завитушку иероглифа, ведь подчерк мог сказать куда больше, чем содержание.
К удивлению, буквы были ровными. Дочь-императрица писала медленно и спокойно, обдумывая каждое слово. На неё это не походило, ибо обычно писала та быстро и размашисто, мелко. Она изменилась.
- Давно Цзянь Цинь Джи нам не писала...- начала Цзянь Аи.- Что ты думаешь по этому поводу?
- Род Цзянь падёт, если мы согласимся.
- Но нашей старшей дочери нужно укрепить свою позицию! Мы ей пожертвовали, когда находились в опале, добровольно отдали её в заложники!- госпожа Ли разозлилась. Её пиалка цокнула о мраморный стол - изысканное изделие.- Твой младший брат имеет сыновей, у тех подавно есть дети!
- Супруга, Цзянь Мей не сможет...
Дверь с резким звуком открылась. В зал вошла девчушка - сестра Императрицы Китая. Её волосы цвета оникса были слабо овязаны лентой, тёмные глаза горели, а бледные губы тонко сжаты в линию.
- Что я не смогу?
- Цзянь Мей не учили правильно вести себя?!- Ли Цзянь встала с бамбукового ковра и медленно, словно африканский хищник, подошла к младшей.- Ты едешь в Пекин.
Цзянь Ксу тоже встал. Его колени предательски хрустнули, но тот все же выпрямился. Он спрятал пернамент в широкий пояс - потом напишет ответ.
- Ли Аи, она мала для этого.
- Что?! Подумай о Цзянь Джи!
- Я думаю о ней каждый день и совесть меня не покидает.
- Славно, что у тебя она осталась, старый ты корень,- Цзянь Аи взорвалась. Кажется, эмоциональность Императрицы в её матушку. Амбиции - тоже.
- Что здесь происходит?- не выдержала Мей.
- Садись, чаю?- Ксу вновь осел.
***
Цинь Гуан жил отдельно от императорской четы, в своем доме на территории запретного города. Как и полагалось принцу, он жил там один с шестнадцати, не считая слуг.
Дом третьего принца был типичным для королевской семьи. Роскошно, удобно, продумано, традиционно - именно так можно описать строение и небольшой двор. По распоряжению принца Гуана слуги разбили большое озеро и запустили несколько уток-мандаринок.
Обычно своё время третий сын трона проводил именно в саду. От левого берега отходил мост, что и приводил к водной беседке на середине озера - любимое место принца. Здесь он практиковал тянь тай - традиционную медитацию.
- Принц, к Вам Её Величество Императрица!- звонкий голос служанки вывел господина Гуана из транса.
- Иди, не мешайся,- цокнула Цзянь Цинь Джи. Её бледное лицо, красные губы и ровная спина стали дворцовым идеалом. Не зря говорят, мода идёт от правителя.- Принц Гуан?
Господин Цинь выпрямился и открыл глаза. Он был в одной белой длинной рубашке, в широких штанах. Его кожа покраснела от мороза, но тому словно было нипочём.
- Сестра-императрица,- принц глубоко поклонился.- Что заставило Вас навестить меня?
- Всё обижаешься?- хмыкнула Джи и поежилась, поправляя шерстяную накидку. От полураздетого третьего принца бросало в холод.- Знаешь, что она сама виновата.
- Императрица,- Гуан выдохнул пар. На его черный хвост налипли белые хлопья. Снег вновь затеял вальс с ветром.- Что Вас привело ко мне?
- Хочу оповестить, у тебя скоро свадьба. Вдовствующая Императрица одобрила её.
- Что?- Цинь нахмурился. Кулаки непроизвольно сжались, а пальцы голых ног впились в деревянный пол.
- Дорогой брат Гуан, это твой долг.- Цзянь Цинь смягчилась. Она подошла к восемнадцатилетнему парню и легкой рукой приобняла его.- Мне жаль, но кандидатуру выбрала я. Она понравится тебе.
- Сестра-императрица, я не хотел жениться, Вы же знаете. Мой удел - птицы и медитация...
- Она кротка нравом, противить тебе никто не будет.
- ... и я доверяю Вам в этом вопросе.