28 Глава
Время шло, всё менялось. Китай пережил сезон тайфунов, нападения на стену, вынужденный мир с гуннами и смерть Императора Цинь Ши, вступление в права новых Императора и Императрицы, рождение двух наследников трона. К счастью, всё это произошло не за месяц, а за целых три года. Сейчас же Поднебесная переживала наиспокойнейшие времена: варвары довольны дороговором, население не бедствует, оттого проводить реформы было не к чему. Императора Цинь Мина потомки могли бы прозвать Тишайшим, если бы не одно весомое "но" - Императрица.
***
Династия Цинь, как и завещал Цинь Ши, продолжала править Китаем. Цинь Тин после смерти супруга не покинула дворец, оставшись пересматривать за детьми - исполнять долг матери - именно это она обещала Ши на смертном одре. Нужно сказать, смотреть было за кем: Ху Лин родила девочку, через год - мальчишку. Жизнь налаживалась, а боль уходила.
Цинь Юна и Цинь Гуана перемены также не обошли стороной. Они выросли: Юну уже четырнадцать, Гуану - восемнадцать. Нельзя не отметить достижения четвёртого принца: тот с лёгкостью попадает на скаку в голову мишени, прекрасно владеет оружием и готовится, как и пророчил Мин, начинать карьеру офицера. Гуан же вытянулся, стал сговорчивее, но из-за мягкости характера до сих пор был пешкой Цзянь Цинь Джи.
***
Когда Цзянь Цинь получила новый титул, она переехала в главный дворец Поднебесной. Это льстило её самолюбию, но теперь девушка вынуждена находиться под одной крышей с Ху Лин, и её служанки-бывшие-наложницы отвлекались на неё. К счастью, Цинь Мин решил эту проблему, переселив Цзянь с племянником в северную часть дворца, наложницу с двумя детьми - в западную. Супруга Императора долго говорила, что это - одно из самых быстро принятых решений её мужа.
Несмотря на необъятный запас едкости, Императрица Цинь Джи почти не контактировала с мужем и не занималась политикой. Она имела титул, огромную власть, но запал девятнадцатилетней гордой девчонки пропал - на долго ли? - оставив насущные проблемы. Столкнувшись после смерти Ши с троном, Цзянь поняла всю степень ответственности. Но Цинь Джи повзрослела, как и её подопечные, стала мягче. Самолюбимость и гордость никуда не ушли, но именно сейчас душу Цзянь настигло спокойствие - принц Вэй. В этого ребёнка она вкладывала душу и огромные средства, растила как своего - своим и считала.
***
Начало зимы второго года правления Цинь Мина и Цзянь Цинь Джи было теплым. Люди могли позволить себе накидки из шерсти, не прибегая к громоздким шубам. Синоптики прогнозировали холодную зиму, но пока они крупно ошибались.
У зимы только один окрас - белый, что в Китае считается цветом смерти. Но несмотря на это, Императрица и её подопечный предпочитают именно это время года. Ведь это правда волшебно, когда холодные хлопья кружаться только в понятном им вальсе. Они летают безмятежно, спокойно. А ты смотришь и понимаешь, что всё в этой жизни подобно снежинкам: всё тает, нужно жить, пока можешь. Госпожа Цзянь часто так говорила юному принцу, когда у того пропадал настрой.
Под двумя парами ног скрипел снег. Госпожа Цинь Джи и Цинь Вэй прогуливались по белому саду. Мальчишка шел впереди, выдыхая ртом пар. Его завораживали кульбиты, что он мог воспроизводить. Императрица же смотрела на дневное небо, думая о чем-то своем. Меланхолия стала частым её гостем с недавних пор.
- Тетушка-императрица, почему моя мать сбежала?- резко, но осторожно начал принц. Он обернулся, облизав потрескавшиеся губы.- Слуги-старожилы шепчутся, что Го Цинь Эху была прекрасной, я же - похож на нее...- Вэй посмотрел в черные глаза Императрицы, словно хотел убедиться, что никакой злости нет. Он ошибся, она была.
Белые пальцы Цзянь Цинь аккуратно, но по-собственнически легли на плечо ребенка. Она притянула его ближе, холодной рукой поднимая лицо к себе. Мальчишка стоял растерянно: физический контакт с Императрицей - редкость даже для него.
- Похож? Прекрасной? Какие гупости! Этих сплетников давно хватил удар, раз они тебя считают схожим с ней,- ревность опалила душу Цзянь. Она не привыкла делить внимание этого ребенка, и если когда он спрашивал о Дее, Джи отвечала только из-за своеобразного чувства вины и уверенности в том, что отец Вэя мертв, то в том, что Го Эху покинула этот мир и не сможет вернутся во дворец, госпожа сомневалась, почти панически.- Она была сумасшедшей,- Императрица шикнула и, резко поправив накидку принца, взяла его руки в свои, мягкие и тонкие.- Любила твоего отца безумной любовью... Настолько преданной, что Го Цинь сбежала оплакивать его в горы, оставив тебя мне, когда он умер.- судорожный вздох.- Это было очень тяжелое время для нашей семьи, её легкомысленность только усугубило ситуацию. Ты можешь смутно помнить, твой бывший наставник выкрал тебя. После заболел Император Цинь Ши, а потом и история с Цинь Ки... Ты, верно, помнишь.
- Да, тётушка-императрица, простите...- Мальчишка стоял, слушая и мысленно зарекаясь не спрашивать о матери госпожу Цзянь. Он знал, что чуть ли не единственный во всем мире, кто может успокоить эмоции Императрицы.- А что... что ты чувствовала, когда тебе сказали обо мне?
- Благодаря этому, я смогла уйти из дома Цинь Мина и не мешать ему с тогда беременной Ху Лин. Мне было тошно смотреть на это.- Цинь Джи ухмыльнулась и, наконец, возобновила шаг. Чувства жгли её душу.- А ты, в свои пять, напомнил мне фарфоровую куклу, что подарили восмилетней девчонке, много раз видевшей как старшая сестра играет в них, но это была первая, оттого и брать на руки было страшно. В силу своего возраста я испытывала подобные чуства. Мне ведь и двадцати не было, а твоя мать старше меня на лет шесть точно.
- Тетушка, у Вас же нет старшей сестры...
- А я не совсем про себя: моя сестра была в такой ситуации и, помню, просила научить её играть в них.
- Где же она сейчас? Вы не говорили мне о ней.- Даже в свои девять Вэй точно понимал, что лучше перевести тему.
- Далеко... Настолько, что такой снег у них лежит с конца октября.
- Правда?- тот удивился и с вопросом взглянул на лицо тетушки. Её бледные щеки покрыл румянец - очень контрастно с черной накидкой, и чертовски красиво.
На вопрос мальчишки, Цзянь загадочно ухмыльнулась.
***
Вопрос о родителях часто мучал юное сердце принца Вэя. Спрашивать у Императрицы смысла не было, ибо реагировала та слишком резко. Конечно, мальчишка привык к эмоциональности его опекуна, но и хитрить он научился. Потому, после прогулки, Вэй отказался от чая, сбегая от госпожи Цзянь к ещё одному своему близкому человеку - бабушка Чжао.
- Аккуратнее, принц Вэй!
- Куда Вы?!
- Принц Вэй!
Тратить своё время на аристкратический шаг юнец считал неразумым, потому предпочитал бег. Голоса недовольных учителей и слуг сопроводили путь к старшей родственнице. К сожаланию для многих, Цинь знал, что госпожа Цзянь не даст в обиду племянника, отчего ругань становилась бессмысленной. Своё превосходство над ними он прочувствовал прекрасно, не без помощи тётушки.
- Бабушка Чжао!-Принц Вэй забежал в оранжерею. Мать Императора зимой почти не выходила отсюда - белые пейзажи были ей чужды, а зелень та горячо любила.- Ой... Дядюшка-Император...- Мальчишка, быстро поправив накидку, неумело поклонился.
За небольшим столом взаправду сидел Император Цинь Мин. Многоуважаемая Цинь Тин стояла подле, за спиной сына, рассматривая увядающий цветок. Она следила за каждым кустом, ибо никаких грибков на своих растениях та не стерпит. Как и на детях.
- Принц Вэй,- кивнул Император, медленно отпивая чего-то горячего. Пар от маленькой пиалы медленно поднимался вверх.
- Внук Вэй решил проведать свою бабушку?- разворачиваясь, женщина сцепила сзади руки. В её глазах не было тех огней, да и за эти три года она изменилась не в лучшую сторону: постарела, прибавила в весе, а руки стали костлявыми, страшными. На примере красавицы Пекина убедились, что та является, увы, не вечной.
- Бабушка, как можно?- улыбнулся мальчишка. Одного переднего зуба не было - выпал, - оттого Цинь Мин и Цинь Тин, не сдержавшись, хохотнули. Вэй в миг сник.
- Что ты хотел?- спросил Цинь Мин. Он прикрыл глаза, вдыхая чай, предположительно.- Садись и спрашивай, Императрица ведь не потеряет тебя? - Правитель усмехнулся. Мужчина не понимал свою супругу, что столько времени тратит на племянника, но и осудить не мог. "Чем бы не тешилась, лишь бы не мешала",- неоднократно Мин повторял это.
- Нет...- Вэй насупился. Господина Мина он недолюбливал. Тот походил на холодную статую, иногда отпускающую едкие комментарии, - именно так и считал мальчишка.- Я хотел спросить у бабушки Тин про Го Эху.
Император Мин раскрыл глаза, с резким звуком поставив пиалку. Чжан Тин же, неодобрительно хмыкнув, села на кресло, ожидая продолжения.
- Слуги-старожили говорят, что я на неё похож...
- Принц Вэй,- недовольно начала женщина, но Цинь Мин её перебил:
- Матушка, ребёнок хочет узнать о своей матери. Он имеет право на это.
- Что же предлагает сын-император?- Тин мазнула взглядом Цинь Мина. Вэй чувствовалвал напряжение бабушки Чжан.
- Рассказать, и это могу сделать я,- пауза.- Хорошо, слушай меня, принц Вэй, больше тебе никто этого не расскажет.
- Дядюшка-Император?- мальчик в нетерпении встал на носочки и подошел ближе, словно боясь спугнуть настрой родственника.
- Твоя мама - хорошая женщина. Если бы не печальная смерть твоего отца, она бы была сейчас с нами, но у судьбы на нас свои планы,- Господин Мин выразительно посмотрел на ребенка. Он держал очередную паузу - любимый приём в речи.- Гадкая змея убила Цинь Дэя, но Цинь Эху уверовала, что всему виной - неизвестный убийца. Спасая тебя, она ушла в горы, молиться за сохранение твоего тела и души. Го считала, что является угрозой для твоей жизни. Странный поступок, но это было её право...
- Всё вот так... просто?- юнец отшатнулся от дяди-императора. Он с надеждой узнать что-то еще посмотрел на бабушку, но та лишь кивнула.
- Такова её судьба, племянник.
Закусив губу, принц кивнул. Из-за глупой змеи он лишился её. Обида неприятно жгла детскую душу.
- Мне стоит уйти. Тетушка-Императрица может начать волноваться.- Дождавшись ответа, мальчишка поклонился, удаляясь. Ему нужно успокоиться.
- Зачем ты ему рассказал?
- Он обязан знать о ей. И если он спросит о Дее - расскажи ему. Они его родители.
- У него есть Цзянь! Его душа только успокоилась и приняла её, смерть Цинь Ши и произошедшее с Ки... Предки! Почему это происходит?!
- Матушка, это жизнь - не так ли Вы говорили нам в детстве? Да и моя супруга никогда не сможет заменить Го Эху. Способности Императрицы развиты совершенно не в ту сторону: она имеет незаурядный ум и мужскую вспыльчивость. Будущего Императора ей не вырастить, оттого я даже близко не допущу Цинь Вэя к трону.
- Не зарекайся, сын мой, не зарекайся...