Глава 4
ТАНЕЦ МЕЧА И МУЗЫКИ
Я с грохотом завалилась в комнату, попутно стаскивая с себя башмаки. Запутавшись в собственных ногах я едва не упала, но вместо меня полетела ваза с цветами, которую я случайно задела. Осколки разлетелись по всей комнате, образуя этакое минное поле для моих босых ног. Нет, это было последней каплей моей убитой души. Облокотившись на стену, я подняла голову и глубоко вздохнула. Обида и гнев поглотили всю мою душу. Я не могла найти причину этим чувствам. Раньше я бы совершенно не обратила внимания на оскорбления, подобные тем, что вылетели из уст Дильнаса за ужином, но именно его слова меня задели за живое. Едва я прониклась теплом и доверием к постороннему эльфу — меня тут же предали.
Мне совершенно не хотелось прибирать эти осколки, я была выжата, словно лимон, а потому решила оставить их до утра. Иронично, но они отлично описывали моё состояние души, такие же одинокие, хаотичные, спрятавшиеся в потаённых уголках моей комнаты... Я ловко перепрыгнула этот бардак, усмехнувшись собственной же глупости и детскому поведению, однако от решения не отказалась и просто легла спать, оставив все заботы в том дне. Я надеялась проснуться в более приятном расположении духа.
Картинки сменялись с бешеной скоростью, невольно бросая меня в дрожь. Резкое преобразование обстановки погрузило мой бедный рассудок в туман, из-за чего изображения предстающих передо мной событий были для меня лишь смутными бликами. Страх и паника охватили меня, я совершенно не понимала, где нахожусь и что происходит.
Темнота... Она была практически осязаемой. Казалось, будто эта мгла проникала в каждую клеточку моего тела, селилась там и начинала пожирать меня изнутри, заставляя тело биться в дрожи и невероятном страхе. Проекция моих воспоминаний была одновременно яркой и приковывающей к себе, но источником света она была скудным. Стоило отвернуться, как меня вновь захватывало в эту тьму, пожирающую целиком.
Где-то совсем поблизости раздался грохот, от неожиданности которого я едва устояла на ногах. Я озиралась по сторонам в поисках источника громкого звука, однако везде по-прежнему было слишком темно, чтобы хоть что-то разглядеть. Впрочем, попытка найти виновника моего испуга была бессмысленной, уже через секунду виновница сама явилась: молния ударила возле меня, заставив землю содрогнуться ещё раз, а меня разразиться в неистовом вопле ужаса. Картинки воспоминаний начинали мелькать быстрее, диалоги и фразы превращались в словесную кашу, которую невозможно было разобрать. Они искажались, коверкались, превращались в нечто ужасное, уже через минуту я вновь начала различать их, но была уверена, что реплики стали другими.
— Ты ничтожество! Ты ничтожество! — кричали сотни знакомых мне эльфов: родители, друзья детства, остальные родственники и случайные знакомые. Все они были здесь и принимали участие в этом унижающем меня хоре. Их лица исказились в невероятной злости и ненависти, взгляд каждого эльфа протыкал меня насквозь, заставляя испытывать настолько сильную душевную боль, будто рана от их слов была реальной.
Я вскочила с глубоким вздохом, больше похожим на отчаянный хрип умирающего. Озираясь по сторонам, я пыталась понять, где нахожусь. Руки тряслись, я не могла нормально соображать, сердце норовило выскочить из груди, а голова была словно котелок: такая же тяжелая, горячая и будто бы закипающая.
Когда я наконец отдышалась и осознала, что это был лишь очередной кошмар, то с облегчением рухнула обратно на кровать. По всей видимости, утро наступило уже давно, а время близилось к концу первой половины дня. Я всегда просыпалась позднее остальных эльфов, никогда не понимала этой суматохи по утрам, за что, правда, часто выслушивала от родителей. «Вирэль, тебе суждено стать королевой, с такими манерами ты проспишь все дела особой важности. Толпы воинов в тяжелейших доспехах пройдут мимо твоего дома, а ты даже не проснешься», вспомнила я слова мамы и усмехнулась. Она всегда причитала о моем режиме, а я пропускала это мимо ушей, называя себя совой.
Перспектива остаться в мягкой и теплой кровати до вечера была такой манящей и привлекательной, что я чуть не поддалась этому искушению, но чувство стыда за собственную лень не предоставило мне такой роскоши.
— И раз! — вслух сказала я, будто бы подбадривая саму себя. Послышался треск и я почувствовала резкую боль в стопе, из-за чего резко согнулась, вновь рухнув на кровать. Осколок разбитой вазы глубоко вошел в ногу, уже успев окропиться моей кровью. — Черт! — простонала я после попытки притронуться к больной пятке. Она пульсировала, не оставляя мне ни малейшего шанса хоть что-то с этим сделать.
Боль оказалась такой сильной, что первое время я даже и думать не смела о том, чтобы ещё раз попытать счастье с извлечением стекла. В голове крутились мысли о своей же неразумности, зову которой я последовала и легла спать, не убрав осколки. Кажется, это достойное наказание за ребячество и лень. Я заскулила от непонятного чувства вины перед самой собой. Мне чёртовы двенадцать эльфийских лет, а я веду себя словно ребёнок!
Наш народ издревле награжден даром долгожительства, если для человека восемьдесят лет — это уже далеко преклонный возраст, то для нашей расы данный возраст означает только смутное понимание жизни и её законов. По людским меркам мне около двадцати четырёх лет, но готова поспорить, что меня бы посчитали ребёнком, окажись я за пределами Квелиста. Жизнь в королевской семье естественно давала о себе знать, особенно с точки зрения моей самостоятельности и ответственности — эти качества едва ли не напрочь отсутствовали у меня. Раньше это совершенно не беспокоило, наоборот, я радовалась беззаботным денькам и читала книги о величайших магах, которые применяли волшебство куда более резонно, чем мой народ, нежилась в тёплых лучах яркого солнца. С годами пришло понимание собственной беспомощности, это сильно било по самооценке. Вновь погрузившись в малоприятные воспоминания, я зажмурила глаза, прикусила губу и с едва слышным писком вытащила осколок в доказательство того, что не являюсь слабохарактерной. Кому я пыталась это доказать? Видимо самой себе. Облегчённо вздохнув, я решила посидеть ещё пару минут.
Меланхолия начинала накрывать с головой, в последние дни я стала больно пессимистичной. Я и раньше не выделялась позитивным нравом, однако сейчас становилось совсем худо. Комната вдруг стала такой большой, я почувствовала себя ещё более одинокой. Еще с восьми эльфийских лет я съехала в этот небольшой домик, примыкающий к основному замку моих родителей. Он небольших размеров, из-за чего я и считаю его своей комнатой, просто отделенной от основного здания не коридором, а улицей. Дома в Квелисте, как и в любом другом нормальном городе, стоят на земле, ничего примечательного. Однако же замок находится на ветвях огромного раскидистого дуба Астралиста, а небольшие гостевые домики поодаль дворца — на ясенях, которые хоть и были значительно меньших размеров, но всё же впечатляли своей величиной. Когда мне было восемь эльфийских, я сбежала сюда от родителей, заявив, что уже взрослая и самостоятельная. Позже я, конечно, отказалась от своих слов, но жить мне здесь понравилось, поэтому было решено остаться и жить «отдельно» от родителей. Раньше я этим очень гордилась, сейчас же это просто вошло в привычку, будто бы всегда так было. Здесь я чувствовала себя наедине с природой, ибо домик находился не в эпицентре эльфийской жизни, а в более спокойной местности.
Вдруг я вспомнила сон. Эту мглу, которая засасывала и не давала возможности выбраться, она будто пыталась оказаться внутри меня и заявить там свои права. Это уже второй сон за неделю, пророчащий мне полную беспомощность. Не сказала бы, что суеверна, однако такие моменты начинали настораживать. Постоять за себя я умела только словесно. Большой читательский опыт позволял с легкостью избавляться от противника парой острых фраз, но в физическом плане я сильно уступала любому эльфу. Мой народ никогда и не выделялся невероятным телосложением, однако высокие навыки стрельбы из лука и владения мечом были нашей гордостью. Конечно, в таких конфликтах я и не принимаю участие, но вдруг завтра и правда мимо меня пройдет толпа вооруженных воинов? Если уж не проснусь от их топота и доспехов, то может хоть удивлю их внезапной атакой? Или нет...
Я ещё долго рассуждала над этой темой: представляла себя в легких доспехах, дающих мне проворство и ловкость. Враги разлетаются в прах, стоит им только ко мне подойти, ведь наготове не только острый меч, но и магические заклинания. Эти думы позабавили меня, но вскоре я вздохнула с некоторым расстройством. Магии нет и в помине, а меч я вообще вряд ли удержу в руке.
Наконец я взяла себя в руки, аккуратно спустилась с кровати и принялась за сбор осколков. Делать это приходилось настолько осторожно, что процесс затянулся на более долгий срок, чем я ожидала. Стеклянная ваза раскололась на тысячи маленьких кусочков, которые теперь были абсолютно везде. Приходилось немного прихрамывать, так как нога всё ещё отзывалась некоторой болью при ходьбе.
Сладко потянувшись после проделанной уборки, я решила прогуляться. Мой взгляд задержался на симпатичном легком платье, однако вспомнив про хромую ногу, сделала выбор в пользу простой тканевой туники и тонких бриджах — традиционной одежде эльфов. Почему-то такой образ всегда смешил меня, возможно нутро просто отрицало мою принадлежность к данной расе, однако точеные черты лица и заостренные уши не оставляли никаких сомнений. Затянув потуже кожаные башмаки, я наконец вышла из дома.
Мой народ очень почтительно начал относиться к животным после Гнева Богов. Однако кожа оставалась очень востребованной для изготовления обуви и брони на случай внезапного объявления войны. Эльфами было принято решение применять другой материал, однако простая ткань и сукно оказались не слишком подходящими вариантами. Тогда кожа стала изготавливаться с помощью магии. Мы начали разводить овец в ещё больших количествах, чтобы волокна их шерсти зачаровывать, превращая в заменитель кожи. Внешне различий нет совсем, однако такая обувь быстрее снашивается, а броня пропускает гораздо меньше воздуха к телу, из-за чего в ней невыносимо жарко. Тем не менее, устои нашего народа не позволяют убивать животных.
Погода была просто чудесная, я неспешно оглядывалась, любуясь хорошо знакомым пейзажем. Несмотря на ночной кошмар, и неприятные воспоминания недавнего ужина, настроение было весьма сносным. Квелист — чудесный город, известный своей уникальной растительностью, а также гармонией эльфийских сооружений с природой. Вдалеке виднелось Пламенное Озеро, получившее своё название благодаря необычному цвету вод, проявлявшемуся при заходе солнца. В народе ходило поверье: если искупаться в нём после полуночи, кровь станет такой же бурлящей и разгоряченной, словно кипящая лава в жерле вулкана. Однако, что это значило в действительности, оставалось только гадать...
Погрузившись в свои думы, я сама не заметила, как быстро пролетело время. Такого рода прогулки отлично разгружают голову. Где-то вдалеке послышался звон мечей и задорная песня скрипки. Каждый в Квелисте знал, что это репетиции Танцев с Мечом — многовековая традиция нашего народа. Такой танец отличался от обычного боя лишь тем, что обладал невероятной грацией и изяществом. Со стороны это выглядело так, будто бы два эльфа соревнуются в красоте владения мечом, на деле же это был хорошо отрепетированный спектакль. Тем не менее, даже знание этой мелочи, не отменяло факта невероятной элегантности танцующих.
Ведомая прекрасным звучанием струнного инструмента в мягком сочетании с флейтой, я оказалась у своеобразной арены, где и проходили бои. Энергичная песнь скрипки сменилась горьким плачем флейты. Я пришла под конец всего действа, танцор упал замертво.
Должна признаться, они ещё и очень искусные актёры, ведь изобразить смерть так, чтобы в неё поверили, но не потерять изящества танца — невероятное сложная задача. Конечно же никто не умирал, «лишившегося жизни» демонстративно уносили с поля боя, а уже в следующих представлениях он выступал снова.
— Эй, Особенная, пришла поглазеть до представления? — отозвался незнакомец, который вышел победителем из этого притворного боя.
— Услышала приятный мотив и музыка сама привела меня сюда, — вежливо сказала я, скрывая закипавшую внутри злобу за ненавистную кличку.
— Вирэль Ранайли, я приношу свои глубочайшие извинения, мой ученик не следит за языком, — на этот раз ко мне обратился Мастер Санталасс, его я знала хорошо, он часто приносил мне деревянные мечи для игр, когда я была маленькой.
— Ничего страшного, я не злопамятная. А можно мне попробовать? — выпалила я, смущенно улыбаясь. Эта мысль пришла совершенно внезапно.
Мастер слегка замялся, нерешительно оглядывая своих учеников.
— Мастер, извольте мне принять бой? — вновь послышался бархатистый баритон незнакомого мне эльфа. Санталасс коротко кивнул и отошёл в сторону вместе со вторым адептом. — Выстави одну ногу вперед и чуть присядь, это добавит подвижности в дальнейшем, — его голос стал куда более спокойным. Он принялся вкрадчиво объяснять мне начальную стойку. — Ты как Астралист, честное слово, также неподвижно стоишь, лишь на ветру покачиваешься, — усмехнулся незнакомец. — Ты когда-нибудь держала меч?
— Я... ну... А деревянные считаются? — я уже успела сто раз пожалеть, что во всё это ввязалась.
— Так, понятно, - мне показалось, будто бы я услышала осуждающие нотки в его голосе. — Мастер, у нас осталось что-то из легкой стали? — Санталасс вновь кивнул и пошел, по всей видимости, за другим оружием. Второй ученик пошёл за ним. — Моё имя Кит, — нарушил неловкую тишину мой «противник». — Хватит робеть, если уж вызвалась на поединок, держи спину и достоинство ровно.
— Мне уже кажется это плохой затеей, — чуть слышно промолвила я, потупив взгляд.
— Послушай, принцесса, ты уж либо нюни распускай, либо с честью принимай бой, — Кит подмигнул мне. В следующую секунду он будто растворился в воздухе, оставив после себя лишь легкую дымку разгоряченного песка.
— Что?
Крепкие руки оказались у меня на предплечьях, резко развернув, они заставили кружиться в бешеном ритме танца. Вновь заиграла музыка, однако на этот раз она была куда более динамичной и бойкой. Глухие звуки барабана буквально принуждали моё сердце биться им в ритм, волнительной дробью будоража тело. Кит делал всё за меня, ловкими движениями рук он добивался таких трюков, которые я сама никогда бы не исполнила. Сумасшедшая скорость танца вскоре сказалась на мне, голова начала кружиться, а глаза даже не пытались фокусироваться на партнёре.
— Спокойно! — Кит резко остановился, а я покачнулась, не в силах сдержать равновесие после такой проверки. — Нет, ты не Астралист, тот хотя бы плотно врос в землю, тебя же здесь ничего не держит, — засмеялся он.
— Радуйся, что я не завтракала! — прерывисто ответила я, пытаясь толком отдышаться. В этот момент Санталасс вернулся с мечом и отдал его Киту.
— Это была только разминка, — шутливо отозвался парень. — Сейчас мы с тобой приступим к настоящему бою! — я в ужасе смотрела на меч, которым мне предстояло грациозно размахивать и при этом никого не убить. Пытаясь найти хоть долю сочувствия в глазах Кита, я смогла увидеть только его улыбку и морщинки около смеющихся глаз.
Только сейчас я обратила внимание на внешность нового знакомого. Хорошо сложенный, благодаря занятиям, он выглядел куда более внушающим, чем добрая половина эльфов. Темные волосы были взлохмачены после активного танца, он тщетно пытался прибрать их, но ветер вновь возвращал всё на круги своя. Сейчас Кит не выглядел мрачным и ядовитым, как мне показалось сначала, теперь же я видела в нём волю и большое желание жить.
— Приходи завтра, — весело сказал эльф и кинул мне ножны с мечом. Испугавшись такого резкого жеста, я лишь отпрыгнула назад, только потом осознав глупость этого действия. — Если ты будешь бояться меча, он тоже будет бояться тебя.
— Ты говоришь загадками, — подметила я, наклоняясь за оружием.
— Принцессы любят загадочных, не так ли? — проворковал Кит и вернулся к репетиции предстоящего выступления.
Мне не хотелось возвращаться домой, а потому я медленно разгуливала по Квелисту, полностью погруженная в свои мысли. Я редко завожу новые знакомства, возможно в силу характера, а может просто пугаю народ. Однако сегодняшний день подарил мне тонну воодушевления и тепла, так сладко разливающегося по телу. Улыбка не сходила с лица, наверное, я выглядела очень глупо, однако хорошее настроение позволило мне наплевательски отнестись к мнению других хотя бы сегодня, хотя бы на один день.
