𐙚13-глава✯⭑
От лица новичка пофигиста:
Темнота не пугала. Она была логичной. Скрежет металла, рывки цепей, монотонный гул всё это указывало на механический подъемник. Я сидел неподвижно, прислонившись спиной к холодной сетке, и ждал.
Память была абсолютно чистой, как выбеленный лист, но странное чувство подсказывало мне: паника это лишняя трата кислорода.
Рядом со мной в полумраке копошился другой парень. Его дыхание было прерывистым, шумным. Он был живым воплощением хаоса. Я чувствовал, как от него исходят волны страха, и это заставляло меня еще сильнее сжимать зубы, сохраняя неподвижность.
Свет ворвался внезапно. Ослепляющий, бесцеремонный.
Когда нас вытащили на поверхность, я не стал закрывать глаза. Я прищурился, позволяя зрачкам адаптироваться.
Нас окружала толпа. Около пятидесяти парней, грязных, шумных, пахнущих потом и землей. Я оценил их мгновенно: иерархия, физическая сила, отсутствие женщин, изоляция.
Один из них, широкоплечий и агрессивный, начал что-то орать. Он требовал имен. Я открыл рот, пытаясь нащупать в пустоте хоть какой-то звук, но мой сосед оказался быстрее.
Он сорвался.Мой напарник по лифту был воплощением хаоса. Пока я анализировал высоту стен и количество охранников, этот болван сорвался с места и понесся по траве, как ужаленный.
Я смотрел ему в спину с холодным недоумением. Каков был его план? Перепрыгнуть тридцатиметровый монолит? Или он надеялся, что стены расступятся перед его отчаянием?
Его бег был быстрым, но абсолютно бессмысленным. Когда он с глухим звуком впечатался в дерьмо, я даже не моргнул. Это было логичное завершение акта глупости.Мой напарник по лифту рухнул. Эффектно, лицом в грязь. Я проводил его взглядом, не меняя выражения лица. Глупо. Эмоции делают тебя уязвимым.
Пока его уводили в клетку, ко мне подошел тот, кто здесь явно принимал решения. Темнокожий, с властным взглядом. Его звали Алби. Он говорил о правилах, о том, что мы ничего не помним и что это нормально.
Я слушал его внимательно, запоминая каждое слово, пока он вел нас к какому-то громоздкому деревянному строению. «Хомстед», сказал он. Я зафиксировал название, хотя оно казалось мне нелепым для этой хижины с гамаками.
Когда Алби ушел, оставив нас у кострища, мой сосед с лифта уже выпущенный из клетки рухнул на бревно. Он выглядел жалко.
И тут я увидел её.
Она вышла из тени деревянных построек. Единственная девушка среди этого стада. Она была прекрасна.Красивой и хрупкой, но её красота была отравлена.В этом платье она придавала этому месту нежность.Она двигалась так, будто каждый её шаг контролировался кем-то невидимым.
От неё веяло таким родным уятным чувством,будто мы были знакомы...нет...не только знакомым а близки что это почти физически давило на грудь.
Она подошла ближе, держа воду и закуску. В её глазах была жалость.Стоя близко друг другу я мог хорошо разглядеть её лицо.У неё глаза были глубокие, цвета темного моря или крепкого кофе смотрят с обезоруживающей искренностью. В них была искра,они сияли. Линии лица безупречны,аккуратный, прямой носик и мягкий овал,четкие черты лица которые подчеркивали её естественную красоту.
Её улыбка едва заметна, она больше напоминает легкое дуновение весеннего ветра. Губы нежного розового оттенка кажутся бархатистыми и мягкими.
Шелковистые пряди цвета темного шоколада каскадом спадают на плечи, ловя на себе блики света. Они кажутся невероятно мягкими, будто впитали в себя тепло солнечного дня.Я так хотел спросить у неё были ли мы знакомы до того как появились тут.Но я промолчал.
-Вам нужно поесть, - тихо произнесла она.
Её голос был мягким, в нем чувствовалась человечность, которой не было в окриках остальных. Мой сосед взял кружку дрожащими руками, глядя на неё как на ангела.Я принял свою порцию, сохраняя прямую осанку.
-Спасибо, - ответил я. Мой голос прозвучал чисто и ровно.
Это было единственное, что я мог контролировать в этом безумии свою реакцию.Она задержала взгляд на моем напарнике,потом на меня,а затем быстро ушла, словно само пребывание рядом с нами причиняло ей неловкость.
Сейчас, сидя рядом с ним на бревне, я чувствовал, как от него исходят волны неконтролируемой ярости и страха. Он выглядел жалко: измазанный в грязи, с дикими глазами, не способный связать и двух слов без хрипа.
-Ты... - прохрипел он, глядя на меня так, будто я был пришельцем. -Ты хоть что-то соображаешь? Ты понимаешь, где мы, блядь, находимся?
Я медленно повернул к нему голову. Мое спокойствие явно доводило его до исступления.
-Я соображаю гораздо больше, чем ты можешь себе представить, - ответил я, и мой голос прозвучал пугающе ровно на фоне его истерики. -Пока ты работал ногами, я работал головой.- Мы заперты в бетонном колодце с кучей агрессивных подростков, у которых есть своя иерархия. И то, что ты сейчас устроил, это не побег. Это была демонстрация твоей слабости. Ты показал им, что тобой легко управлять через страх.
Я перевел взгляд на пустую кружку в его дрожащих руках.
- И если ты продолжишь вести себя как загнанное животное, ты здесь долго не протянешь. Ты даже не заметил, как та девушка смотрела на тебя. Она смотрела на тебя, как на калеку или побитой собаке. Тебе это нравится? Быть объектом жалости в месте, где выживают только те, кто умеет держать себя в руках?
Он открыл рот, собираясь что-то выкрикнуть, но я перебил его прежде, чем он успел извергнуть очередную порцию ругани:
-Заткнись и ешь. Нам нужны силы, чтобы понять, как отсюда выбраться, а не для того, чтобы пахать носом землю на потеху этой стайе.