𐙚12-глава✯⭑
От лица новичка с аутизмом:
Темнота. Это было первое, что я осознал. Холодный металл под пальцами, оглушительный скрежет цепей и невыносимая качка. Я пытался вспомнить хоть что-то лицо матери, дом, свое имя но натыкался на глухую бетонную стену. В голове было пусто, как в выжженном поле.
Рядом кто-то был. В полумраке я видел силуэт другого парня. Он сидел неподвижно, слишком спокойно для того, кто попал в этот ад. Я хотел спросить от него, кто он?помнит ли он что нибудь?-или только у меня память отшибло?но язык прилип к гортани.По его спокойствию можно сказать что ему уже привычно очнуться в таких местах.
А потом свет. Он ударил по глазам так больно, что я зажмурился. Сверху посыпались крики, смех, сотни голосов. Когда меня вышвырнули на землю,я сильно ударился бошкой,мир закружился.
Я чувствовал себя куском мяса на базаре. Вокруг стояли парни, они тыкали пальцами и ржали.Один из них, огромный, с тяжелыми бровями, навис над нами:
-Эй, шнурки! Языки есть? Как вас звать?
Я посмотрел на соседа тот был бледным, с тонкими чертами лица, он выглядел как принц, попавший в болоту. Потом он хотел что-то сказать, но я уже не мог ждать того как он прилично представиться его высочеству.
Инстинкт сработал быстрее мысли. Бежать.
Я вскочил. Я не смотрел по сторонам. Я не видел ни деревьев, ни странных построек, ни лиц. Для меня мир превратился в одну бесконечную прямую. Я рванул с места так, будто от этого зависела моя жизнь. Ветер свистел в ушах, заглушая хохот за спиной. Я был уверен: если буду бежать достаточно быстро, эта кошмарная поляна закончится, и я окажусь дома. Где бы этот дом ни был.
Я чувствовал силу в ногах, чувствовал, как бешено колотится сердце.Я бежал к свободе.А потом всё оборвалось.А я даже представить себе не мог что умею так быстро бегать.Как только я подумал: Ахуеть я такой быстрый,
носок ботинка зацепился за корень или камень, и инерция бросила меня вперед. Удар был жестким. Я проехал лицом по жесткой траве, обдирая кожу, и замер, глотая пыль. Смех парней вдалеке вспыхнул с новой силой, издевательский и громкий.
Тяжело дыша, я уперся ладонями в землю и медленно поднял голову.
И вот тогда я их увидел.Дыхание перехватило. Прямо передо мной, уходя бесконечно вверх, в самое небо, стояли стены. Огромные, серые, сочащиеся сыростью и обросшие мертвенно-бледным плющом.
Они были такими высокими, что у меня закружилась голова. Могучий камень давил своей массой, превращая всё пространство в крошечную ловушку.
Я замер на четвереньках, не в силах пошевелиться. Весь мой запал, вся моя уверенность в побеге разбились об этот холодный монолит.
Я смотрел вверх, щурясь от солнца, которое едва золотило края этих гигантов, и понимал: я не просто в лесу или на поле. Я в тюрьме. В каменном мешке, из которого нет выхода.
Шок был таким сильным, что я даже не почувствовал боли в разбитом колене. Я просто смотрел на эту серую сырость камня, чувствуя себя насекомым на дне глубокого колодца.Я все еще сидел на траве, задрав голову и пытаясь осознать масштаб этих серых, сочащихся сыростью скал. Они не просто были высокими они казались бесконечными, вонзаясь в самое небо и отсекая нас от остального мира.
Шоковое состояние было таким глубоким, что я даже не услышал, как ко мне подошли.Чьи-то грубые руки рывком подняли меня на ноги.
-Хватит пялиться, шнурок, - пробасил один из парней, крепко сжимая мое плечо.
-Ты нарушил покой. Придется тебе немного остыть.
Меня потащили через поляну. Я не сопротивлялся сил просто не было, все они остались там, в том безумном забеге к стене. Меня подвели к небольшому строению из толстых веток и досок.Он похож был на тюрьму или что то такое как клетка.Закрывающимся засовом.Ну и иллюзия безопасности у вас.
Меня бесцеремонно толкнули внутрь, и засов с противным скрипом встал на место. Я рухнул на пыльный пол, прижавшись спиной к стене. Горло пересохло, ладони горели от ссадин.Я сидел на пыльной земле, привалившись спиной к корявым прутьям этой клетки.
Ладони горели, колено саднило, но физическая боль была ничем по сравнению с тем ледяным ужасом, который сковал меня, когда я увидел Стены. Эти гигантские, серые, сочащиеся сыростью чудовища, подпирающие небо. Они словно смеялись над моим жалким бегом.
В этом странном месте повсюду кипела жизнь, но для меня всё замерло. Я смотрел сквозь щели клетки на работающих парней и вдруг заметил её. Девушку. Она стояла далеко, у какого-то деревянного строения, и не сводила с нас глаз. Даже на расстоянии я почувствовал, как от неё веет нежностью,свежим глотком воздуха. Она была безумно красивой, но этот страх делал её образ болезненным. Она не смеялась вместе со всеми, когда я растянулся на траве. Она смотрела так, будто видела во мне покойника.Ну незнаю "странная женщина" какая то.
Скрип шагов по сухой траве заставил меня вздрогнуть.К клетке подошел тот самый загорелый парень, который, кажется, был здесь за главного.
Рядом с ним шел мой сосед по лифту. Этот светлокожий парень выглядел на удивление чистым и собранным. Его тонкие, аристократичные черты лица были неподвижны, а взгляд глубоким и изучающим. Он не паниковал. Он просто впитывал реальность.Псих.
Тот, темнокожий, отодвинул тяжелый засов. Скрежет металла резанул по ушам.
-Ну что, как тут у тебя дела? - его голос теперь звучал тише, в нем не было злости, только какая то усталая строгость.
Просто прекрасно я очнулся чёрт знает где,незнаю кто я?как я тут оказался?кто они?а когда попытался убежать от смотрящих на меня как на циркового клоуна около 50 парней меня заперли.Как тут не радоваться?
:Так я ему и хотел ответить с улыбкой
-Думаю, больше не будешь убегать?
Я поднял на него глаза. Слов было.Но я воздержался ответом.Я просто смотрел на него, пытаясь найти хоть какую-то зацепку в своей голове, хоть крупицу памяти. Но там была только пустота.
-Больше так не делай, - он протянул мне руку, помогая выбраться из клетки.
-Знаю, тебе сейчас страшно, и ты ничего не помнишь. Но это нормально. Мы все через это прошли. В первый день никто из нас не помнил даже собственного имени.
Я вышел на свет, щурясь от солнца.
Мой принц сосед стоял в паре шагов. Он едва заметно кивнул мне, я не понял чего он хотел донести через этот жест.
- Мы все ничего не поняли, когда оказались здесь, - продолжал главарь, обводя рукой это поселение.
-Но чтобы выжить, ты должен сначала понять это место. Ты должен принять наши правила. Только благодаря такому порядку мы всё еще живы.
Я обернулся и снова посмотрел на те высокие стены. Сырой камень, мох, бесконечная высота. Теперь, стоя рядом с ними, я начал понимать: мой бег не закончился здесь.
Я стоял на этой выжженной солнцем траве, всё еще чувствуя вкус земли во рту после своего позорного падения. Колени дрожали, сердце колотилось где-то в горле.
И тут я перевел взгляд на этого непроницаемого принца, который прибыл вместе со мной.
Он стоял рядом с темным верзилой, выпрямив спину, и на его светлом лице не было ни тени той паники, которая разрывала меня изнутри. Он не бегал, не орал, не вжимался в землю. Он просто... смотрел.
Спокойно, почти отстраненно,как конченный псих словно он не в ловушку попал, а на какую-то скучную экскурсию. Его тонкие черты лица были неподвижны, как у статуи.
Я смотрел на него и не мог поверить своим глазам. В голове крутилась только одна мысль:
«Бляять, да как он, нахуй, так держится?»
Откуда в нем эта холодная уверенность? Может, он что-то помнит? Или он просто сошел с ума,чокнулся от шока и теперь превратился в овоща? Глядя на его чистые руки и эту невозмутимую маску, я почувствовал странную смесь злости и непонимание.Я тут выглядел как извалявшийся в грязи придурок, а он стоял так спокойно, будто прожил весь свой жизнь здесь.
-Эй, - тихо позвал его темнокожий, прерывая мои мысли.
Сосед по лифту, слегка повернул голову. Его взгляд был таким глубоким и ясным, что мне на секунду стало не по себе. Он не выглядел безумным. Он выглядел...чокнутым.
Я снова посмотрел на ту девушку вдалеке. Она что то делала в одном хижине похожую на кухню.Она готовила, я был на грани истерики, а этот парень рядом со мной стоял как скала.
Алби - так звали того парня, что вытащил меня из клетки. Он здесь явно был за главного. Он на ходу бросал какието странные слова, которые я не понимал: «Хомстед», «Глэйд»... Для меня это было просто ветхое деревянное здание, набитое гамаками, где, судя по всему, спала вся эта стая. Пахло там пылью и старым деревом.
-Придите в себя, - бросил Алби, развернувшись.
-Позже мы познакомим вас с этим местом поближе.
И ушел. Просто оставил нас двоих посреди этого безумия. Я рухнул на какое-то поваленное бревно, чувствуя, как ватные ноги наконец отказываются служить. А мой напарник по лифту этот светлокожий «аристократ» остался стоять рядом. Прямой, спокойный, будто он всю жизнь только и делал, что стоял посреди гигантских каменных стен.
Я заметил её сразу. Та самая девушка , начала медленно приближаться.В этом платье её шаги выглядели плавно.Она вышла из какого-то строения, сбитого из досок, и направилась прямо к нам. Чем ближе она подходила, тем отчетливее я видел её глаза.
В них была жалость.
Меня это полоснуло по нервам сильнее, чем смех тех придурков. Какого чёрта жалость?
Мне самого себя не было жаль, я был слишком занят тем, чтобы не сдохнуть от страха, а она смотрела так, будто мы уже были приговорены к смертной казнью
Она остановилась перед нами и протянула воду в кружках и несколько лепешек.
- Вам нужно поесть, - тихо сказала она. Голос у неё был приятный, мягкий, совсем не вяжущийся с этим грубым местом.
Я взял кружку. Пальцы предательски дрожали, выстукивая дробь по металлу. Когда наши взгляды встретились, я вдруг понял: она единственная во всем этом проклятом месте, кто не видит в нас цирковых зверей или ходячее развлечение. Она видела в нас людей.
И от этого становилось еще паршивее.
-Спасибо, - произнес мой напарник.
Его голос был чистым, ровным, без единой нотки дрожи. Он вежливо кивнул ей, приняв еду, как будто мы были на светском приеме, а не на дне колодца.
А я? Я просто стоял и пялился, сжимая эту кружку и чувствуя себя последней обезьяной, которая только что научилась стоять на двух ногах.
Она еще секунду задержала на мне взгляд, в котором сквозило то самое липкое напряжение, и, ничего больше не сказав, развернулась, чтобы уйти.
Я проводил её глазами, а потом повернулся к своему спокойному напарнику у которого пофигизма была больше крови.
- Ты... - голос подвел меня, сорвавшись на хрип. - Ты хоть что-то соображаешь? Ты понимаешь, где мы, блядь, находимся?