Зови меня Шинигами

Из-за открытой двери вырвался запах. Затхлой сырости, как Кира и предполагала. Но к нему примешивался другой: ароматный, дымный, приторный, хотя пока и слабый, но уже густой и тяжёлый.

Свет, льющийся сверху, был совсем тусклый, но позволял видеть, куда идёшь, а не передвигаться на ощупь. Сбоку располагался арочный проём - проход в дом, а прямо впереди - лестница. Узенькая, вдвоём не разойтись. Деревянная. Ступени слегка пружинили и поскрипывали, пока Кира поднималась, а дымный аромат становился всё насыщенней, вытеснял воздух и казался почти осязаемым. Ну или видимым. Как туман.

Или туман был на самом деле? Точнее, дым. Где-то точно чадили ароматические палочки или свечи.

Кира не любила ни то, ни другое. Она с трудом прорывалась сквозь вязкий дурманящий запах, с трудом сдерживала желание сбежать по лестнице, выскочить на улицу, глотнуть нормального воздуха. В комнату не вошла, а вплыла - ей именно так и казалось, - раздвигая клубящиеся потоки благовонного дыма. Перед глазами стояла лёгкая пелена, и в мыслях тоже. И всё казалось призрачным и виделось призрачным. Из-за рассеянного света от нескольких не слишком ярких источников. Действительно свечей.

Язычки пламени трепетали, и тени шевелились на стенах и предметах, вселяя жизнь в мёртвую натуру, рождая жутковатое ощущение, будто из каждой щели за тобой скрыто наблюдает неведомое эфемерное существо.

Перестаралась хозяйка комнаты с созданием атмосферы таинственности и неопределённости. И саму её Кира не сразу обнаружила, а первым, на что наткнулся взгляд, оказалась большая сова на сучке-подставке, стоящем прямо на круглом столе.

Сначала Кира подумала, что чучело. Потому что птица сидела совершенно неподвижно, только отблески оранжевых огоньков плясали в выпученных и будто бы стеклянных глазах. Но потом сова моргнула и взгляд её стал не безжизненно пустым, каким казался ещё мгновение назад. Вперился в Киру.

Ну вот только не это! Если сейчас сова «молвит человеческим голосом», Кира просто разочарованно развернётся и уйдёт. Но сова опередила. Развернулась первая, презрительно продемонстрировав затылок, и тут же прозвучало:

- Проходи.

Но явно не со стороны совы.

То, что Кира посчитала стеной, едва заметно дрогнуло, колыхнулось, оказавшись занавесом или портьерой, и появилась провидица. Тоже весьма призрачная. Невысокая, ростом меньше Киры, тоненькая. Если вовсе не бесплотная.

Её одежда выглядела полупрозрачной, словно ароматический дым, витавший в комнате, чуть уплотнился вокруг хозяйки, окутав струящейся марью. Но очертания тела под нею не проступали. И лицо было скрыто вуалью.

Возможно, провидица вовсе и не человек. Но и не двуликая. Не способна спрятать истинную внешность под обманной. Вот и использует вуаль.

Хозяйка двинулась в сторону гостьи, с приближением обретая чуть больше материальности. Кира притормозила, не дойдя нескольких шагов, но провидица не остановилась, подошла почти вплотную, попросила:

- Дай мне руку.

Кира удивилась, но противиться и отказывать не стала, послушно протянула ладонь.

Гадают ведь по линиям руки. Хотя Кира явилась сюда не судьбу свою узнавать, а с конкретными вопросами, половина которых её и не касалась. Но кто знает?

Навстречу Кириной ладони из складок призрачной одежды выскользнула чужая: маленькая, узкая, фарфорово-бледная и настолько же фарфорово-прохладная. Прикосновение тоненьких пальцев почти не ощущалось.

Голова провидицы чуть наклонилась вперёд, и тут же из складок вынырнула другая рука, правая. Не пустая.

Кира уже привыкла к этим внезапным бликам света на металле и почти не испугалась, не вздрогнула, не отстранилась. Не успела. Невесомая хватка стала чувствительной и цепкой, крошечный острый клинок ужалил в подушечку среднего пальца. Мгновенно вспухла густо-красная капля и растеклась по лезвию.

Только тогда Кира и отдёрнула руку. Но её уже никто и не держал.

- Это ещё зачем? - Кира сердито глянула на провидицу.

- Так надо.

Ну и ответ!

- Что значит - надо?

Провидица откликнулась не сразу, направилась к столу, положила кинжал на плоское металлическое блюдо, подхватила маленький светлый лоскут, протянула Кире и только тогда произнесла:

- Ты хочешь узнать про Сумеречный храм?

- Хочу, - не слишком приветливо подтвердила Кира, оборачивая тряпицу вокруг пальца.

- Присаживайся.

Низковатый голос звучал умиротворяюще, мягко и вкрадчиво. Тоже был каким-то туманно-обволакивающим, усыпляющим. Как всё тут. Притуплял в Кире чувство обиды.

Ритуалы существуют разные: выпить кофе, рассыпать соль, вылить в воду расплавленный воск. А сейчас понадобилась кровь. Всего лишь капля. Тоже вариант.

А вкрадчивый голос между тем продолжал:

- Знаешь, почему храм называется Сумеречным?

- Не так чтобы... - пространно начала Кира, но договаривать не стала: к чему тут выделываться и демонстрировать, что ты умнее и осведомлённей, чем есть на самом деле?

Провидица поняла, объяснила, не дожидаясь ответа:

- Потому что находится между светом и тьмой. Между добром и злом. - Она сделала паузу, будто вместе с Кирой вникала в смысл произнесённых слов, а потом сама же себя поправила: - Даже не «между». Одновременно и там, и там. И в свете, и во тьме. Но никогда не принимает сторону ни того, ни другого. И не отрицает ни то, ни другое. Ревностно следит за тем, чтобы первое непременно сменялось вторым. И наоборот. Оно ведь обязательно должно чередоваться: ночь - день, день - ночь.

Кира украдкой вздохнула. Интересно, конечно. Очень философски и очень неясно. А ещё получается, будто в порядке вещей то, что в Кире уживаются два человека: вполне адекватный и даже хороший и неуправляемый злобный псих. Чередуются они с завидным постоянством. Как проповедуется в Сумеречном храме: день - ночь, добро - зло. Но Киру-то не устраивает подобный расклад.

- Значит, мне там не помогут? - поинтересовалась Кира и не сумела скрыть досаду. Из пальцев выскользнул белый лоскут, медленно спланировал на пол. Провидица проследила за ним краем глаза и ответила вопросом:

- А чего ты хочешь?

- Владеть собой, - мгновенно откликнулась Кира. - Как любой нормальный человек. Понять, что со мной не так. - Слова сами рвались, потому что произносились уже не раз. Про себя. И вслух. - Папа всё время твердит о невероятной удивительной способности. Не видеть скрытое. Совсем другой. И я хочу знать, какая это способность и что мне с ней делать. А лучше - как избавиться от неё? Пока я не натворила ничего ужасного. - Кира подалась вперёд, упёрлась грудью в край стола, попыталась проникнуть взглядом под вуаль. - Она действительно есть - эта способность? Или у меня просто с психикой не в порядке?

- Она есть, - кивнула провидица. Голос оставался мягким, но звучал уверенно. - И тебе помогут с ней совладать. В храме.

- Тогда как мне туда попасть? - выкрикнула Кира и услышала:

- Своим путём. Через свою дверь.

«Своим путём? Через свою дверь?» - с негодованием повторила в мыслях.

- Ну-у-у... только не это! Не подобными фразами! У всего есть своё определённое место.

- У всего? - Кажется, провидица улыбнулась. Уж слишком иронично прозвучал вопрос. - Разве? У сумерек нет своего места. Только своё время. Как раз определённое.

Кира едва не застонала от бессилия и разочарования. Ещё одно «своё»? Теперь уже время? Которое непременно наступит, но неизвестно когда. В перспективе только ожидание. Дня, минуты, секунды. И никакое действие не сократит срока. Просто топай неизвестным путём, терпи, жди.

- Но я хоть попаду туда? - не смогла сдержать раздражения Кира. - Это вы можете сказать? Вы же провидица.

Опять кивок в подтверждение.

- Да, попадёшь.

«Когда точно?» - спрашивать бессмысленно. Кира уже поняла. Хотя принять не очень-то получается. Только и остаётся: добавить к «топай, терпи, жди» ещё и «надейся». Надейся, что не окажется слишком поздно.

Как же хочется схватить эту гадалку за плечи и тряхнуть основательно. Выбить хоть что-то конкретное вместо пустого философствования.

- А про Источник... про Источник силы вы можете рассказать? И про... как его?.. Проводник. Что это, вообще, такое?

- Что это? - задумчиво повторила провидица, наклонила голову и медленно заговорила, словно книгу читала: - Таинственная сила есть во всём. В земле, в воде, в воздухе. В местах, в предметах, в животных. Даже в словах. Она накапливается, концентрируется, но так и остаётся мёртвым запасом, зарытым на недосягаемой глубине. Пока не соберёт достаточно мощи, чтобы вырваться наружу. То есть пока не «откроется источник». Но он не может открыться сам по себе. Ему нужен путь. Проводник. Чтобы сила из мёртвой стала живой.

- В смысле, - предположила Кира изумлённо, - проводник - это живое существо?

- Да, живое существо. Скрытое создание. Или человек. Чем-то связанный с таинственным миром.

- И что, вот так любой может стать проводником?

- Любой. Источник сам выбирает.

- Источник выбирает? - задумчиво повторила Кира. - А если тот, кого он выберет, вовсе не желает?

Провидица молчала, будто и не слышала последних Кириных слов. Или ждала, что та сама поймёт. И Кира поняла, пробормотала себе нос:

- Ясно. Его согласие никого не интересует. - И сразу же задала новый вопрос: - А как проводник откроет Источник? Он должен что-то сделать?

Странно, что Киру столь сильно зацепила и взволновала эта тема, хотелось узнать побольше. Она пристально уставилась на собеседницу, пытаясь проникнуть взглядом под вуаль.

- В первую очередь он должен открыть источник силы внутри себя, - проговорила провидица.

Опять размытая таинственная фраза, переполненная множеством смыслов, среди которых трудно отыскать настоящий. И конкретики в объяснениях, скорее всего, опять не будет. Понимай как сможешь. Сумеешь разобраться - хорошо. Не сумеешь... что тогда?

- А если у него не получится... найти... внутри себя?

Ответ раздался чересчур быстро:

- Источник выберет другого проводника. А от этого избавится.

Ничего себе! Мало того, что назначат, не спросив согласия, ещё и так. Не справился - в расход? Вот кому-то повезёт!

- Ну, допустим, откроет проводник Источник, и что? - не могла успокоиться Кира. - Заберёт всю его силу себе?

Теперь провидица не спешила отвечать. Кажется, тоже задумалась. Или опять рассчитывала на догадливость Киры. Но на этот раз та точно не знала, что предположить, ждала, когда провидица заговорит.

- Наверное, он может оставить её себе. Но не всю. Основная часть должна вернуться назад. Земле, воде, воздуху, растениям, тварям. Чтобы каждый, кто способен, мог ею пользоваться.

- А если он не захочет делиться? - тут же возник у Киры новый вопрос. Но провидица резко поднялась из-за стола, видимо, решив, что рассказала уже достаточно и дополнить ей нечего, и намекая гостье, что той пора уходить.

Пора. Кира не возражала, хотя ожидала гораздо большего или по крайней мере вразумительного. Она уже стояла у начала лестницы, когда вдогонку донеслось:

- Ему передай: если действительно хочет найти то, что ищет, он на верном пути. Но только это не лучший путь. И стремление не лучшее. Есть более достойные цели. Для него. И более подходящие пути.

Опять. Призрачный туман, сплошная неопределённость. Лицо спрятано за вуалью. И смыслы тоже. Но Кира наконец-то может покинуть этот подёрнутый марью мирок.

Спустилась по лестнице, вышла на улицу, вдохнула, и голова пошла кругом от свежести и чистоты обычного воздуха. Привалилась к дверям, для устойчивости. Ши подошёл, надо думать, посмотрел пристально. Может, вопросительно. Разве определишь?

Как с ними трудно. С собеседниками без глаз.

Неожиданно Ши наклонился, ухватил Киру за правую ладонь, поднял её вверх: на свет, на обозрение.

- Это что?

Кира совсем забыла о проколотом пальце, только сейчас вспомнила, и в подушечке сразу же запульсировала едва ощутимая боль. Тоже спохватилась запоздало. А могла бы и не появляться больше: сколько уже времени прошло!

- Не пускали... без анализов, - брякнула Кира.

Вечно само вырывается что-нибудь язвительное и нахальное. К месту и не к месту. А Кира потом частенько чувствует себя виноватой.

- Откуда я знаю? - Тут в памяти всплыл сумеречник, ноющий о заслуженной награде. - Может, плата за услугу? Кто вас разберёт? Скрытых.

Ши не стал повторять, что не относится к скрытому миру. Стоял, ничего не говорил, по-прежнему держал за руку. И Кире стало немного не по себе:

- Как ты узнал?

- А? - выдохнул Ши вопросительно, будто очнулся, и сразу же отпустил Кирину ладонь.

Понятно. Всего лишь задумался, пропустил вопрос. И Кира повторила:

- Как ты узнал про палец?

Ши сжал губы - чёткий признак того, что для слов выхода нет, но потом всё-таки ответил нехотя:

- Я много чего чувствую и слышу. Ненужного. Например, как бьётся сердце. - Замолчал, но через несколько мгновений добавил: - От волнения чуть быстрее.

Вот ведь...

Ну, да! Кира разволновалась. Непонятно отчего, но разволновалась. Как будто он сказал, что читает мысли, а не слышит на расстоянии чужое сердцебиение.

Это вечное утомительное ощущение, когда Кира находится рядом с ним: словно под рентгеновским аппаратом. Открытая, понятная, предсказуемая. У которой не обязательно спрашивать согласия, достаточно самому решить и просто поставить перед фактом:

- Идём. В гостинице расскажешь.

Послушно пошла. Разве возразишь? Единственный разумный, логически последовательный вариант. Но обязательно озвучивать его с такими приказными интонациями? И Кира недовольно бубнила на ходу:

- Нечего особо рассказывать. Наговорила твоя провидица каких-то глубокомысленных и расхожих фраз. Я бы тоже так смогла. «Просите, и дано будет вам. Ищите и обрящите». Бла-бла-бла, бла-бла-бла. Цели вы непременно достигнете, но прежде хорошенько подумайте: «А оно вам надо?»

- Всё-таки расскажешь, - заключил Ши безапелляционно.

- Да как хочешь! - воскликнула Кира. - Конкретно тебе там отдельное посвящение. Про пути и достойность целей.

Ши отреагировал странно. Остановился, обернулся.

Кира невольно повторила его движения. Тоже остановилась, обернулась и увидела, как на фоне подсвеченного электрически-жёлтым неба промелькнула крупная большеголовая птица, скрылась между деревьев.

Она летела неслышно. Совершенно неслышно.