Розенрот

— Ну, здравствуй, Ребекка, — сзади девушки появился незнакомый статный юноша, одетый во все синее: камзол был отделан темной дорогой вышивкой; черно-синий камзол с высоким воротником украшен мелкими голубыми розами по две на плечах и по одной по бокам. Темное жабо* у горловины закреплялось брошью в виде очередной крупной розы. Незнакомец был подобен какому-нибудь знатному графу или, может даже, принцу Голубой Розы — так величественна его походка, так статна осанка. Взгляд и голос неизвестного холодили душу, казалось, что своими глубокими синими глазами он мог заморозить кого угодно. Темные черные волосы, подвязанные синей лентой, спускались до спины блестящим низким смолянным хвостом. Он был прекрасен, как самый настоящий принц, сошедший из старинных страниц старой доброй сказки. Но отнюдь совсем не казался добродушным. Лучшего описания, кроме как "никакой" и "странный", наверное, нельзя было и подобрать. Необъяснимое безразличие во всем его образе, тоска, тщательно скрытая во взгляде, и неестественная бледность лица не внушали никакого доверия.

Роз потупил глаза в землю, прижав уши к голове. Весь его в миг скукожившийся вид выражал максимальное напряжение. Нет, страха Лис не испытывал, чего не скажешь о неприязни и враждебности: он явно не хотел видеть незнакомца и уж тем более иметь с ним какое-либо дело. 

— Сколько мы не виделись? Лет десять? Хотя нет, вру, все двадцать, — холодно заявил юноша, обхаживая до селе спокойную девушку, но ей не удалось скрыть своего нетерпения. Её розоватые губы плотно сжались, а все черты лица вытянулись. Она глазами следила за движениями и перемещениями незнакомца, словно кобра просчитывая его действия. Серость сменилась предвкушением, в зрачках блестнул огонек. Рейн единственный, кто не понимал всего происходящего, не знал как реагировать и действовать в данный момент. В нем проснулось любопытство, но говорить он не спешил, хмуро переводя взгляд то на Ребекку, то на Принца Синей Розы. Казалось, Рогге совсем забыл о существовании Роза. 

— Не тяни, Розенрот, — наконец произнесла Кляйне, гордо расправив плечи и вздернув аккуратненьким носиком. — Выполни то, что должен по договору. 

— Ты живешь уже, порядком, лет так сто. Может, пора уже на покой? 

— Никаких может! — пискляво взвизгнула Кляйне, капризной топнув каблучком. — Ты должен, нет, я требую, чтобы ты исполнял свою работу! Иначе на что ты годен? — фрау презрительно глянула на юношу, хмыкнув и смирив его своим серым пожирающим взглядом. -— Тем более все, что требуется для передачи имеется: жертва сорвала твой цветок, вот и действуй.

— Слушайте, это, конечно, всё очень мило, что вы ведете беседу, но... — вмешался Рейн, не в силах больше молчать. — Это я-то в роли жертвы? 

— Ну не я же, дурачок, — хохотнула Кляйне, тряхнув темными волосами. — Розенрот, не медли. Мне срочно нужны мои годы: у меня уже морщины возле глаз!

— А вы меня спросить не хотите? — Рейн, осторожно посмотрел на несчастный голубой цветок, а потом и на скучающую Ребекку. Девушка неторопливо рассматривала свои ногти: казалось, она сейчас была совершенно в другом месте: в мире своих фантазий и желаний. — Если всё дело в розенроте, то я могу просто вернуть его обратно на Котман.

— Действительно. Все выглядит так просто, да? — маг скрестил руки на груди. — Тебя ведь с самого начала предупреждали об этой розе. А ты? "Я достану. Я должен". И в итоге? Теперь ты не хочешь никаких проклятий и думаешь обмануть магию? Только вот магия не терпит лгунов и лицемеров, жестоко наказывая обоих. Никакого толка от того, что ты вернешь розенрот на место не будет. Роза сама в состоянии возвратиться на Котман, — принц щелкнул пальцами и словно по приказу, голубой цветок растворился в воздухе, оставив на ладони Рейна лишь пару лепестков. — Не знаю, чем ты думал, когда срывал цветок, но могу сделать исключение на то, что приворот был очень сильным, да, Ребекка? — сделав особый акцент на слове "приворот" Розенрот глянул в её сторону, нахмурившись.

— Нет, ну ты, конечно, интересный. А как еще я должна была заставить его добровольно идти на верную смерть? — Кляйне фыркнула, изящно разведя руками в воздухе. Ей безумно нравилось наблюдать за всем происходящим. 

— Вот зачем ты сорвал цветок, а? Тебе забот не хватало? — принц укоризненно глянул на Рогге, а затем его взгляд пал на Лиса, смиренно смотрящего в землю, да с таким интересом, будто ползующие муравьишки были в сотни раз интереснее происходящего. — А ты? Почему ты, носящий мое имя, допустил срыв розы? Еще и показал место, молодец, "милости прошу, срывай на здоровье" называется! — Лис еще сильнее склонился к земле, стискивая челюсти, но продолжал молчать подобно рыбе. Розенрот активно жестикулировал руками, разгорячаясь и отчитывая лисеныша, в то время как зевающая Ребекка скучающим взглядом оглядывала всех присутствующих, в нетерпении топая каблучком. 

— Ай, толку-то сейчас тебя ругать. Свое наказание ты уже получил. Тяжело поди в лисьей шкуре, да? — брюнет присел на корточки, погладив лиса по склоненной голове меж прижатых ушей. Тот что-то протяжно тявкнул. — Прости меня, но помочь тебе я уже ни чем не смогу. 

— Так это ты его проклял? — снова вмешался Рейн, придирчиво рассматривая принца Голубой Розы, все больше понимая необычность этого парня, который явно не так прост.

— Зачем спрашиваешь, если уже и так все знаешь? 

— А снять заклятие поди не можешь? 

— Увы, но... Я умею только накладывать, а вот, как снимать... — Розенрот нахмурился, о чем-то задумавшись, но только разочарованно выдохнул. — Не помню. 

— Да что ж ты за маг-то такой, который исправлять свои заклинания не умеет?!

— О, мальчик, я на твоём месте сейчас бы так не дерзил, — Розенрот поднялся, неотрывно смотря на возмущенного парня. Роз беспокойно закрутился возле ног принца, зафырчал, издавая лающие звуки, но Розенрот никак не реагировал на это. — Роз, хватит, ты прекрасно знаешь, что я не могу сопротивляться своему предназначению. И понимать тебя тоже не в моих силах. 

— Розенрот? — принц обернулся на оклик. Лицо его на мгновение осветила грустная улыбка. Из тени вышел Вернер, удивленно смотря на мага. Беспокойство еще сильнее взыграло в Рогге-старшем при виде Рейна и Ребекки. 

— Какая приятная встреча, Вернер, — брюнет искренне улыбнулся, сделав один шаг навстречу. — Мы так давно не виделись с тобой, еще со времен Совета, верно? Ты изменился, стал выше или мне кажется? — принц не скрывал своей радости, искренне улыбнувшись старому другу. Вернер сглотнул, не зная куда себя деть. Ему никогда не удавалось скрывать своё удивление и неверие. Он буквально менялся в лице каждую секунду: губы дрожали в полуулыбке, взгляд каждый раз пробегался по Розенроту, сам мужчина то краснел, то бледнел, оставаясь на месте. Вернер колебался, не в силах решить нужно ли ему сделать шаг вперед. Повисла долгая, вязкая и тягучая пауза, накал которой буквально ощущался в воздухе. Розенрот, усмехнувшись, выжидающе посмотрел на смутившегося мужчину. Улыбка сошла с лица принца, вернув ему его холодность и отчужденность. 

— Вот как... — обронил юноша, отвернувшись.

— Розенрот! — отчаянно выдавил из себя Вернер, дернувшись в сторону принца Голубой Розы, но тут же остановился как вкопанный, увидев его тяжелый взгляд. — Это же мой брат... Ты не можешь! Прошу тебя!

— Дело не в том, хочу я или нет. Я просто должен это сделать... У меня нет другого выхода, прости меня, Вернер. Ты сам понимаешь... — Розенрот тяжело вздохнул. Роз еще быстрее и назойливее закрутился вокруг ног принца Голубой Розы, дергая его за штанину и край камзола, тявкая и скуля на своём. Он отчаянно пытался сказать что-то важное, умоляюще заглядывая в холодные глаза принца.

— Не старайся, я не понимаю, — маг присел на корточки рядом с Лисом, снова погладив его. — Рейн сорвал проклятый цветок. И как бы мне не хотелось, но я должен выполнить предназначение... 

— Да хватит уже, развели тут сопли! — нетерпеливо вмешалась Ребекка. — Вы не Ромео и Джульетта, чтобы так драматизировать. Хватит ломать комедию, мы здесь не мелодраму наблюдать собрались. 

— Ах ты чертова ведьма! — вскипел старший Рогге. — Получила своё и радуешься, блядина?!

— Да как ты смеешь меня так оскорблять, мужлан?! — девушка возмущенно поднялась с борта фонтана, на котором сидела все это время. От Вернера и пощечины её отделяло несколько шагов. Позеленевшая от злости и негодования, фрау Кляйне глубоко вздохнула, сдержавшись от гневного порыва, и отрицательно помотала головой.

— Не стоит, Вернер, — остановил его Розенрот, встав возле лиса. Сам Роз прижал уши к голове, взволнованно помахивая пушистым хвостом и исподлобья смотря на писклявую девушку, а затем покосился в сторону немного растерянного Рейна. "И как он только смог полюбить её?" - подумал Лис. Кроме красивого личика у фрау Кляйне ничего и не было. Внутри же она была до ужаса омерзительной особой, что вся её красота тут же меркла на фоне скверного характера. Ребекка в свою очередь тоже не ласковым взглядом одарила лисёныша, постоянно поглядывая на его ошейник с желтым овальным кулоном. Пока здесь был Розенрот она и ногтем не могла коснуться зверька и уж тем более навредить ему.

 А вот Рейн внимательно смотрел на брата, а затем на загадочного духа цветка, если его можно было таковым обозвать. Парня было видно, да и коснуться его тоже можно было без проблем. Вопрос состоял в том, откуда эти двое знают друг друга и почему Вернер повел себя так странно и не естественно, не плохо было бы знать ещё, что их связывает. Рейн так же не понимал, чем может навредить ему носитель голубых роз. Проклятием? Будет теперь в горах еще один лис? Или фантазия Розенрота как-то изворотиться и сделает из него еще один розовый куст с синими цветками? Рогге понимал, что "наказания" за поступок ему не избежать, он даже не сосредотачивался на том, что лаял Роз, так как слишком задумался о ситуации в целом. Даже так обожаемая им фрау Кляйне теперь казалась заносчивой девчонкой с дурным нравом и бежать от неё хотелось куда подальше, как от чумы. Наваждение сняло как рукой, будто кто рассеял пелену с его глаз.

— Легче, правда? — Розенрот обернулся  на такой пристальный взгляд, который просто нельзя было не почувствовать на себе. — Я ценю, когда люди осознают свои ошибки, но по правилу должен преподать тебе один маленький урок. Возможно, это научит тебя чему-нибудь.

— Наконец-то, неужели наступила самая главная часть?! — грубо выкрикнула Ребекка хриплым голосом. — Кхм, продолжай, Розенрот, не отвлекайся.

— Тьфу, млять!.. — смачно и грязно выругался Вернер, прямо как пьяные сапожники и воры в таверне, да не просто так, а ярко и эмоционально, в духе традиций старого доброго кабака.

— Какой красочный комментарий, Вернер. Ты всегда был таким остроумным. Признай, что твой младший братишка просто  бегал за фрау, как последняя преданная блошистая шавка, которой не перепадали даже косточки. 

— Эй! — возмутился Рогге.

— А разве это не так, Рейн? Ты постоянно выращивал для нее розы, делал ей комплименты и целовал ручку, исполнял каждый глупый каприз, проглатывал её грубость и колкость. И каждый раз слышал от неё отказ, а в конце концов еще и пошел на эту чертову гору! У тебя своя голова есть вообще? Ты, похоже, не правильно используешь её, Рейн. Я бы превратил тебя в осла, чтобы ты видел кого она из тебя сделала, — Розенрот указал в сторону фыркающей Ребекки. — Но я придумал кое-что получше. 

— Эй, волшебник, ты ничего не забыл? — напомнила о себе фрау, многозначительно выгнув бровь. Розенрот устало вздохнул, щелкнув пальцами. Рядом с Кляйне тут же появилось небольшое зеркало в простой раме. Девушка незамедлительно взглянула на свое отражение.

— О, отличная работа! Так-так-так... Здесь все в порядке и нет этого ужасного седого волоска! Ну просто загляденье!

— Довольна? 

— Безусловно, — довольная, как котик в марте, заулыбалась девушка, напрочь забывая о мужской компании, хохоча и улыбаясь удаляясь восвояси.

— Значит, я могу наконец-то уйти.

— Стой! Разве ты не собирался выполнить предназначение? — остановил его Рейн.

— А я его уже и так выполнил, дорогой Рейн. Видишь ли, я люблю интриги. Моё маленькое колдовство само решит, что подобрать для тебя, так что... — Розенрот развел руками. — Извини уж, сам тут виноват. Было приятно увидеться, — принц еще раз посмотрел на Вернера, но не дождался ответного взгляда. — Прощай или до скорой встречи, кто его знает, — загадочно произнес принц Синей Розы, растворяясь в голубой дымке.

Их осталось трое: братья Рогге и Лис, который жутко чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что он здесь лишний, но убежать куда-нибудь не хватало духу. Вернер тут же бросился к брату, придерживая его за плечи.

— Ты как? Боже мой, Рейн! Я так боялся, что ты не вернешься! — Рогге-старший горячо обнял младшего, похлопывая его по спине. — Все нормально? Не ранен?

— Успокойся, Вер, все в порядке, — поспешил успокоить его Рейн. — Слушай, я... Я был таким дураком оказывается. Аж стыдно за самого себя.

— Ну, главное признал, уже хорошо. Как я понимаю, это вовсе не обычный лис. Человек, да? — Вернер обратил внимание на Роза, который тут же дернулся, услышав обращение к себе. Хвост нервно зашевелился по земле.

— Ну... Эм... Сложно ответить.

— Да говори ты, чего уж, — тихо обронил Роз, надеясь, что хоть эту реплику Рогге не пропустит мимо ушей.

— М-м, в общем-то да. Это Роз, хотя я уже не уверен в этом, — парень растерянно почесал затылок.

— Без тебя его превращение не обошлось, да? Такие проклятия обычно зависят от контакта с другими людьми. Ну, здравствуй, Роз, — здоровяк присел на корточки. — Не бойся, не обижу, — лисёнышь пугливо отступил немного назад, но затем позволил себя погладить, потершись щечкой о теплую ладонь. — Этот идиот не слишком досаждал тебе?

— Знаешь, Рейн, а мне нравится Вернер. Он умнее тебя, — лис хитро прищурился, урча.

— Подлиза. До чего дошли, собственный брат и лгун нагло обсуждают без созрения совести! — театрально заявил Рейн, закатив глаза.

—Почему это я лгун? — Лис подозрительно глянул на человека.

— Оу, Рейн, я не знал, что ты понимаешь его. Чего он сказал? — Вер непонимающе смотрел то на брата, то на лисеныша.

— Ничего особенного. А лгун, потому что врешь уже не в первый раз.

— В чем это я тебе соврал сейчас-то?!

Вернер вздохнул, поджав губы. Со стороны это смотрелось смешно: спорящие лис и человек, причем говорит из них только второй, а по середине адекватный здоровый мужчина, ни черта не понимающий происходящего.

— Ладно, парни, как разберётесь, приходите домой. Не вздумай выгнать лиса, Рейн, — спокойно произнес Рогге-старший, но его скромной реплики, кажется, не заметили. — Брат идиот — горе семье, — обронил Вернер, прежде чем удалиться.

— Ты соврал о своем имени. То есть ты даже не Роз, черт возьми! Я не знаю как мне обращаться к тебе: лис, лгун или врун? Как тебе больше нравится, а?! 

Роз оскалился, встав в угрожающую позу:

— Не лгал я! Я сказал тебе то, что знаю сам. Не моя вина, что я не помню своего имени, ясно тебе?!

— Ах, посмотрите на него, бедного несчастного, имени он не помнит! Хорошая сказка, лгунишка. Возомнил себя героем пьесы? Я тебе вообще не поверю никогда.

— Да твое дело верить мне или нет, — хвост несколько раз дернулся из стороны в сторону, а затем последовал тяжелый выдох. — Это правда, Рейн. Розенрот сам дал мне имя. Видимо, фантазия у него тогда совсем была скупа, вот и назвал сокращением от своего собственного. Не врал я, честно, — Лис внимательно уставился в голубые глаза. Рогге только хмыкнул, повернувшись в сторону, куда совсем не давно ушел Вернер. Роз погрустнел, прижав уши к голове и потупив взгляд в землю. Не такой свободы он хотел.

— Чего застрял, врунишка? Я два раза звать не буду, — Лис резко поднял голову. Рогге стоял в пару метрах от него. — Ну? — Роз воспрял духом. На его морде нарисовалось подобие улыбки, он быстро просеменил за Рейном.

— Горе луковое ты, а не лис, — зверь хохотнул. Хвост радостно зашевелился, выдав тем самым все его эмоции.

***

— Слезь, врунишка! Кыш-кыш, лапы прочь!

— Ну Ре-е-ейн, я же маленький, много места не займу, — прошептал лисёнышь, дабы не разбудить старшего Рогге, который смачно храпел на весь дом.

— Спи на полу.

— Я тебе что, собака? Нет уж, — зверек ловко запрыгнул на кровать, топчась на месте и ища удобное место. Ему нравилось ходить по мягкому одеялу, а еще просыпалось чувство зарыться в него, как в снежный сугроб. 

— Кто тебе разрешал, а?! Ты где этими лапами ходил? — возмутился Рейн, повернувшись на другой бок.

— А я чистый вообще-то, вон, только недавно сушился полчаса. Не ворчи и не скачи так сильно, я ж так и слететь могу!

— И правильно будет, если слетишь. Нечего спать с людьми, — выронил парень не подумав.

— Рейн... Если ты не забыл, то я тоже когда-то был человеком, — тихо произнес Роз, вмиг став серьезным . — А благодаря кое-кому получил невероятный шанс остаться лисом навсегда. Думаешь мне нравится? Я бы и сейчас был человеком, если бы не это проклятие. Мне тоже хочется нормальной жизни, — лис наконец-то умостил свою тушку на кровати у ног Рейна, свернувшись калачиком и положив голову на лапы. — Не очень-то весело жить одному, смотреть на солнце, закаты, звезды, которые постоянно проходят мимо тебя и, кажется, единственные, кто составляют тебе компанию. Никто не приходит, никто не говорит и от этого жизнь становится скучной. Мне было одиноко, Рейн, очень одиноко, — парень неподвижно лежал на боку, не смея прерывать зверя. В груди стало тяжело от его слов, словно он поделился с ним своей тоской. — А теперь, когда я смог уйти с горы, стало интереснее, хоть и мой спутник иногда немного идиот.

— Это ты так радуешься общению? — Рогге фыркнул, расслабившись и перевернувшись на спину. Роз огрызается, а значит все хорошо. — Если честно, ты забавный.

— Но я же не питомец.

— Верно, не питомец. Я перечисляю твои качества.

— И что же еще можно обо мне сказать? — лис с интересом уставился на человека, навострив ушки.

— Хм, упрямый врунишка?

— А что-то более приятное? — Розу уже не нравилась эта затея.

— Да не дуйся ты, я шучу. Вообще, я должен извиниться, что не послушал тебя тогда, ты оказался прав. Вы все были правы, один я не хотел верить и слушать. Мне хотелось получить её согласие, но зачем, я не понимал. Не знал, почему чувствовал к ней что-то и называл это таким громким словом как "любовь". Красивое личико да и только. Повелся на внешность, плюс не обошлось без приворота. Теперь и не знаю, что она получила с меня.

— Годы, Рейн, годы. Это просто на тебе еще не отразилось. Ребекка не так проста, как кажется. Она зациклена на внешности и молодости. Что-то в ней есть, что-то страшное и ужасное.

— Отлично, то есть с меня выкачивают время, да еще и "маленькое" колдовство от Розенрота, о котором я не имею понятия.

— Добро пожаловать в мой мир. А вообще, давай завтра спросим у Вернона? Он, похоже, в курсе дела и знает о фрау больше, чем мы думаем.

— Хорошая идея, лисеныш. Слушай, я все думаю... Ты не уходил с горы, потому что не знал куда идти?

— Верно. Это тоже. Но я говорил, что, как бы это странно не звучало, но гора не выпускала меня. Я просто не мог покинуть её. После проклятия Розенрота, я не могу вспомнить настоящее имя и откуда пришел, словно... Испарилось или кто-то стер. Но я точно знаю кто я и зачем пришел на Котман. Может, у меня было плохое имя?

— Какой-нибудь Франц, Ганс, а может Коломан или Кифер?

— Я лучше останусь Розом, спасибо, — зверек накрыл морду хвостом. — Спокойной ночи, Рейн. Ух ты, три года мечтал сказать это кому-нибудь!

— Спи, давай, мечтатель, — Рогге усмехнулся, удобнее устроившись на подушке и аккуратно подвинув ногу, дабы не потревожить Лиса зря. От тушки исходило приятное тепло, а по комнате раздавалось тихое сопение, от чего нельзя было не улыбнуться.

***

Фрау Кляйне увлеченно прихорашивалась у зеркала, припудриваясь новой заморской пудрой, которую привез ей дорогой отец. Девушка поправила прическу, затянув ленту на волосах плотнее. Она остановилась, посмотрев в свое отражение. Да, определено все было прекрасно: подтянутая мягкая кожа, каштановый водопад блестящих волос, смеющиеся хитрые серые глаза. Кляйне начала водить рукой по зеркалу. Стекло словно стало прозрачной водой и совсем скоро в темном отражении появился безбородый светловолосый мужчина в желтом мундире.

— Что такое, Ребекка?

— Вольдемар, он спустился с гор.

— Не может этого быть. Ты что-то путаешь, малышка.

— Вовсе нет, я лично видела его сегодня! Это может быть опасно, поэтому я и предупреждаю тебя об этом. Мог бы и поблагодарить, — капризно заметила фрау, скрестив руки на груди.

— Да что он сможет сделать? Раз он спустился с гор, то никакой угрозы нет, — уверено заявил Вольдемар.

— Да? А если он найдет способ? Что тогда скажешь? Один неверный шаг и ты потеряешь все, что имеешь сейчас! И помочь тебе снова я не смогу.

— Хм... — блондин ненадолго задумался. — Убедила. Есть одна идея. Слегла изменим волшебство Розенрота. О, я уверен, это будет интересно и плодотворно. Благодарю тебя, моя фрау, — Вольдемар слегла поклонился, одарив Кляйне страстным взглядом глубоких, но холодных зеленых глаз.