Глава 108
Когда они собрались и вышли, Гу Хуайчжан спросил Чи Я: - Чего бы ты хотел поесть?
Чи Я ответил: - Хочу... домой...
Гу Хуайчжан бросил на него взгляд, словно насквозь видя его панику и желание сбежать.
Чи Я поджал губы и отвел взгляд в сторону.
- Не волнуйся, пообедаем вместе с братьями Цинь, - помедлив, сказал Гу Хуайчжан. - Ты ведь только что беспокоился за Цинь-третьего?
Чи Я заколебался, и в этот момент Гу Хуайчжан приобнял его за плечи: - Тогда идем.
Э-э?
Чи Я не успел опомниться, как его решительно увлекли за собой.
Гу Хуайчжан позвонил Цинь Юйчуаню, и они направились в отель. Менеджер снова прибежал к ним, лично нажал кнопку лифта на верхний этаж и проводил их в ресторан, пригласив официанта принять заказ.
Гу Хуайчжан спросил его: - Что хочешь заказать?
Чи Я взглянул на него, пролистал меню и начал перечислять один за другим: - Это... это... это... и еще в-вот это.
Сплошь острые блюда.
Гу Хуайчжан сидел рядом молча, лишь смотрел на него с улыбкой.
Чи Я поджал губы: - Ты чего... чего улыбаешься?
Гу Хуайчжан ответил: - Ты заказал так много, я столько не съем.
- Кто это... кто тебе з-заказывал? - Чи Я виновато отвел взгляд и заикаясь добавил: - Я сам... хочу это съесть!
- Какая жалость, - вздохнул Гу Хуайчжан. - А я уже обрадовался.
Чи Я впал в ступор и пробормотал: - Чему тут... чему радоваться...
- Я подумал, что ты специально запомнил то, что я не люблю, - Гу Хуайчжан лениво потирал уголок меню пальцами. - Конечно, я обрадовался.
Чи Я: «...»
- Раз ты помнишь то, что я не люблю, значит, наверняка помнишь и то, что я люблю, - Гу Хуайчжан повернул голову и слегка улыбнулся ему. - Верно?
Чи Я покраснел и с хлопком закрыл меню: - Неверно! Не помню!
Гу Хуайчжан пристально смотрел на него несколько секунд, а потом сказал: - О.
Чи Я: «?»
«О»??
Черт возьми, почему вдруг возникло такое гнетущее чувство, будто его без вины виноватым сделали!
Но Гу Хуайчжан уже отвел взгляд. Чи Я украдкой подсмотрел и увидел, что тот ничего не заказал, закрыл меню и сухо спросил у менеджера: - Как крепость у новой настойки господина Ли?
Менеджер, стоявший наготове, прервал поток своих мыслей и поспешно ответил: - Невысокая. Сделана из лучшей сливы этого года. Идеально подходит как аперитив для аппетита. Наш хозяин использовал старинный метод, вышло всего двадцать кувшинов. Открыть один для господина Гу?
Гу Хуайчжан кивнул, и менеджер тут же вышел.
Вскоре принесли сливовое вино, и вошли братья Цинь.
Цинь Юйчуань шел впереди, а Цинь Юйцзэ с мрачным лицом следовал за ним. На Юйцзэ была вычурная винно-красная рубашка. Обычно он обожал расстегивать пуговицы, чтобы поиграть мышцами груди, но сейчас рубашка была застегнута на все пуговицы до самого верха, а воротник плотно прилегал к кадыку.
Юйцзэ тоже посмотрел на него. Их взгляды встретились на мгновение, Юйцзэ еще больше побледнел и молча сел напротив.
Взгляд Гу Хуайчжана лишь мельком скользнул по Цинь Юйцзэ и остановился на Цинь Юйчуане. Мужчина с правильными мужественными чертами лица отвел взгляд от брата и кивнул другу.
Юйчуань дозаказал еще несколько блюд, и официант удалился, оставив их одних.
Но поначалу никто не проронил ни слова.
Чи Я, вывернув шею, смотрел в окно в прострации. Цинь Юйцзэ скрестил руки на груди, ни на кого не глядя. Оставшиеся двое мужчин переглянулись; Юйчуань выглядел беспомощным, а Гу Хуайчжан поджал губы и отпил чаю.
Через пару минут Цинь Юйчуань начал обсуждать с Гу Хуайчжаном дела, но стоило ему заговорить, как Цинь Юйцзэ резко встал: - Выйду покурить.
И, посмотрев на Чи Я, спросил: - Пойдешь?
Чи Я подумал и кивнул: - Пойду.
Они один за другим покинули стол. Чи Я последовал за Юйцзэ мимо столиков к туалетным комнатам.
Цинь Юйцзэ выудил из кармана пачку, сунул сигарету в рот и начал искать зажигалку. Чи Я подошел и протянул руку: - Мне... тоже дай.
Цинь Юйцзэ посмотрел на него, приподняв бровь: - Ты и впрямь куришь?
Чи Я ответил: - А зачем бы я еще... пришел.
- Я думал, ты пришел над моим позором посмеяться, - хмыкнул Юйцзэ, протянул ему сигарету и поднес зажигалку обоим.
Сигареты у Юйцзэ были крепкими. Чи Я сделал затяжку и закашлялся: - С чего бы мне... над тобой смеяться...
Он посмотрел на сигарету - иностранный бренд, незнакомый.
И тут же вспомнил про мятные сигареты Гу Хуайчжана - легкие, приятные, не бьющие в нос. Именно такие ему нравились больше всего.
Если подумать, во многих вещах они с этим мужчиной были очень даже на одной волне...
Некоторое время они курили молча. Цинь Юйцзэ перевел на него взгляд: - Тебе что, совсем не любопытно, что у нас с Цинь Юйчуанем произошло?
- Ни капли не... любопытно, - глухо ответил Чи Я. - Всё равно вы... не родные, так что понятно, к чему всё... идет.
У него самого проблем выше крыши, некогда чужие сплетни собирать.
- Не родные? - Юйцзэ снова вскинул бровь. - Кто тебе сказал?
Чи Я взглянул на него: - Гу... Дагэ.
Цинь Юйцзэ фыркнул: - Не думал, что Живой Мертвец такой сплетник.
Чи Я почему-то не понравился его тон, и он не удержался от шпильки: - Какая же это... сплетня...
Помедлив, он добавил: - И он вовсе не... Живой Мертвец.
Цинь Юйцзэ окинул его взглядом, полным двусмысленности.
Чи Я сделал вид, что не заметил, и снова затянулся.
Цинь Юйцзэ молча смотрел на него какое-то время, а потом спросил: - У тебя что-то стряслось? На душе неспокойно?
Чи Я посмотрел на его сигарету, которая уже прогорела наполовину: - А у тебя нет?
- Да я, блядь, в бешенстве, - холодно усмехнулся Юйцзэ. - Этот хрен по фамилии Цинь сказал, что вычеркнет меня из семейного реестра.
Чи Я рассеянно ляпнул: - Не вычеркнет... он же не может тебя вы... выкинуть (поиметь).
Прим. пер.: В оригинале игра слов с иероглифом 弄 (nòng), который может означать и «разобраться/уладить», и в сленге «поиметь/заняться сексом».
Цинь Юйцзэ: «...»
- БЛЯДЬ!!! - Цинь Юйцзэ взорвался от этого слова. Он резко выхватил сигарету у Чи Я. - Ты, мать твою, вообще фильтруешь, что несешь?!
Чи Я поднял на него невинный взгляд.
- Чего вылупился?! Это моя сигарета! - Юйцзэ бесился, как кот, которому наступили на хвост, забрызгав Чи Я слюной.
Чи Я зажмурился, вытащил салфетку, вытер лицо и молча смотрел на него.
- Я так и знал! Так и знал! Пришел посмеяться, да? Не строй из себя святошу, вы с Дагэ Гу тоже далеко не невинные овечки! - Юйцзэ нервно метался из стороны в сторону, а потом ткнул в него пальцем, издевательски смеясь. - Думаешь, я слепой и не видел, как Дагэ Гу тебя уволок от баб? Если бы между вами ничего не было, стал бы он выглядеть так, будто у него кошелек украли? Ха, я-то всё прекрасно вижу!!
Чи Я вспыхнул от стыда: - Ой, неужели? Но когда Дагэ Цинь тебя у... уволакивал, ты тоже не выглядел... особо величественно.
- ...Сука! - выругался Юйцзэ. - Ебаный стыд, сука!!
После этой тирады оба, только что увлеченно жалившие друг друга в больные места, внезапно замолчали.
В воздухе повисла гробовая тишина. Спустя полминуты в одной из кабинок раздался звук сливаемой воды, и оттуда с крайне неловким, но любопытным лицом вышел мужчина.
Чи Я: «...»
Цинь Юйцзэ: «...»
Чи Я был готов провалиться сквозь пол от позора, а вот Юйцзэ пошел в атаку. Он холодно уставился на мужчину, который, моя руки, не сводил с них глаз. Юйцзэ издевательски хмыкнул: - Что, запор замучил или почки слабые? Долго там сидел, ноги не затекли? Сплетни, небось, охуенно интересные? Может, мне тебе здесь лекцию прочитать с подробностями, а ты в блокнотик запишешь?!
Этот курорт был элитным. Сюда приезжали либо настоящие шишки вроде Гу Хуайчжана и Цинь Юйчуаня, либо золотая молодежь, либо те, кто всеми правдами и неправдами искал связи. Судя по виду мужчины, он был из последних.
Мужчина понял, что с этим буйным мажором лучше не связываться, быстро отвел взгляд и бросился к выходу. Но Юйцзэ схватил его за шкирку и прошипел с угрозой: - Если хоть одно слово выйдет за пределы этой комнаты, я тебя урою!
Мужчина пулей вылетел вон. Юйцзэ взглянул на Чи Я, который облегченно выдохнул, и презрительно фыркнул: - Раз уж связался со старшим братом бывшего, я думал, у тебя яиц побольше. А ты от одного свидетеля в штаны наложил.
Чи Я нахмурился: - Не со старшим братом... я же тебе г-говорил, мы с Гу-вторым давно расстались!
- Ой, - Юйцзэ прищурился. - То есть суть твоих оправданий не в том, что вы «связались»?
Чи Я опешил и мгновенно покраснел: - Мы не... не связывались!!
Юйцзэ с щелчком зажег вторую сигарету: - Да это, блядь, лишь вопрос времени.
Чи Я тут же нанес ответный удар: - А то, что Дагэ Цинь тебя пои... поимеет - тоже вопрос времени!
Цинь Юйцзэ: «...»
У Юйцзэ аж сердце прихватило от злости. Он ткнул в него сигаретой: - Ты, блядь, не доводи меня, а то врежу!
Чи Я ничуть не испугался: - А ты не яз-язви тогда.
Юйцзэ выдал за сегодня, наверное, сотое по счету «блядь».
В воздухе снова повисла странная тишина.
Через пару минут перед лицом Чи Я появилась сигарета. Юйцзэ кашлянул: - Давай прекратим колоть друг друга.
Оба они просто бесились от собственного бессилия.
Чи Я поджал губы и взял сигарету.
Юйцзэ поднес огонь, и они встали друг напротив друга, молча затягиваясь.
На самом деле у них не было претензий друг к другу. Просто на душе было паршиво, вот и сорвались на первого встречного. После такой сумбурной перепалки тяжесть на сердце немного отступила.
Чи Я покосился на Юйцзэ. Тот моментально среагировал: - Чего тебе?
- Я никому не с-скажу, и ты никому не го-говори, - пробормотал Чи Я. - Даже Гу Хуайаню... спасибо.
- Пфф, - фыркнул Юйцзэ. - Я что, по-твоему, больной на голову, чтобы трепаться?
Чи Я успокоился.
Но Юйцзэ тут же снова заставил его сердце екнуть: - Так что там у тебя с Дагэ Гу? Он за тобой ухлестывает?
- ...Угу, - уклончиво промычал Чи Я. Помедлив, он добавил: - Но я не со-собираюсь соглашаться...
Цинь Юйцзэ стряхнул пепел и прищурился: - Ты и впрямь не собираешься соглашаться?
Чи Я хотел было кивнуть, но замялся. Если положить руку на сердце, то Гу Хуайчжан, конечно, заставлял его сердце биться чаще.
Но... эх, он и сам не мог толком объяснить почему, но в глубине души жило смутное чувство, что они невозможная пара. То ли он был слишком закомплексованным, то ли слишком пессимистичным. Он и сам не знал.
Кроваво-красный агат на запястье соскользнул вниз, когда он поднял руку с сигаретой, обдав кожу щекочущей прохладой. Чи Я уныло пробормотал: - Выбора нет... будем решать проблемы по мере их поступления...
Как он и говорил раньше: когда Гу Хуайчжан твердо решает что-то сделать, сопротивляться ему невозможно. Так что он решил просто не забивать себе голову - пусть мужчина делает что хочет. Кто знает, может, через какое-то время глава семьи потеряет к нему интерес. Такой великолепный мужчина найдет себе любой редкий цветок, какой пожелает. Неужели он всерьез решил «повеситься» на такой невзрачной сорной траве, как он? Лично Чи Я в это не верил.
Когда они, окутанные запахом табачного дыма, вышли наружу, Цинь Юйцзэ внезапно усмехнулся и лениво закинул руку на плечо Чи Я, вздохнув: - Как же все изменчиво!
Чи Я повернул голову к нему. Цинь Юйцзэ мимоходом провел большим пальцем по его подбородку и сказал: - А ведь раньше я вместе со старым Гу издевался над тобой. Кто бы мог подумать, что теперь мы с тобой окажемся товарищами по несчастью.
Чи Я поджал губы и тоже улыбнулся. Да, мир полон неожиданностей, и никто не угадает, что изменится в следующую секунду.
Глядя на его улыбку, Цинь Юйцзэ проглотил еще одну фразу, так и не сказав её вслух. Когда-то давно, в какой-то миг, этот юноша и ему вскружил голову - Юйцзэ даже подумывал его соблазнить. В конце концов, Чи Я был так хорош собой, а еще его было забавно дразнить - он сразу начинал хныкать. Жаль, что не успел он перейти к действиям, как этот хрен по фамилии Цинь сослал его добывать руду в Африку.
Судьба - штука, блядь, паскудная.