Глава 89
Гу Хуайчжан велел купить пирожные, но не уточнил какие. Помощник, для которого задание «купить сладости для Живого Ямы» было в диковинку, целую минуту в глубоком раздумье простоял перед витриной кондитерской, а затем широким жестом указал: - Это, это и это. Всё упакуйте.
Всё равно большой босс оплатит.
Чи Я молча взирал на заставленный стол: разноцветные пирожные с матчей, шоколадом, сливками...
Он поднял глаза на Гу Хуайчжана. Мужчина, опустив голову, просматривал документы, которые попутно завез помощник. Почувствовав на себе взгляд, он поднял взор: - Что такое?
- Я всё не съ-съем... - заикаясь, произнес Чи Я. - Можно я... угощу друзей?
Гу Хуайчжан коротко ответил: - Делай что хочешь.
Он снова уткнулся в бумаги, а Чи Я, покусывая ложку, украдкой наблюдал за ним.
Мужчина выглядел каким-то недовольным... Неужели из-за того, что он только что отказался от предложения съехать и решил остаться в Наньху?
Он ведь ценит доброту Гу Хуайчжана, но... эх.
При мысли об одном небезызвестном подонке Чи Я накрыло раздражение. Убедившись, что Гу Хуайчжан не обращает на него внимания, он отложил ложку, взял порцию «Черного леса» и - ам! - откусил огромный кусок.
М-м-м, как вкусно! Какое блаженство!! С первым же укусом во рту взорвался насыщенный аромат шоколадных сливок и темного шоколада; сливки были пропитаны тонким запахом вишневого ликера, а в прослойке прятались сочные, кисло-сладкие ягоды без косточек.
Это было истинное счастье, о котором бедняк-Чи Я раньше и мечтать не смел!
Держа в руках целый четырехдюймовый торт, Чи Я чуть не расплакался от восторга.
Когда-то даже маленький треугольный кусочек «Черного леса» был для него роскошью, но это не важно. Важно то, что будет потом, важно будущее!
В мире так мно-о-ого вкусного! Ради этого стоит жить на полную катушку!
Как оказалось, в этом мире действительно нет проблем, которые не могла бы решить вкусная еда. Покончив с тортом, Чи Я перестал чувствовать головокружение, рябь в глазах исчезла, и во всем теле снова появилась бодрость!
Снова полная сил и энергии пташка!
Чи Я отставил поднос, на котором остались лишь крошки шоколада и капли сливок, довольно слизал сладость с губ и, сложив руки, начал искренне молиться.
«Бог тортиков, молю, пусть у Яя всё сбудется!»
Аминь!
Неподалеку Гу Хуайчжан слегка опустил веки и поднес руку к лицу, согнув длинные пальцы и касаясь кончика носа.
Там, где никто не видел, тонкие губы мужчины с резко очерченными линиями едва заметно дрогнули в улыбке.
·
Доев торт, Чи Я подхватил оставшиеся коробки и, не глядя в сторону палаты Гу Хуайаня, поспешил на выход. Он направился прямиком в логово... кхм, в студию к своему боссу и Мо Ши!
Было уже около девяти утра, но в маленьком особняке царила тишина. Неужели еще никто не пришел?
Чи Я убрал ключи, закрыл дверь и поднялся на второй этаж, переобувшись у лестницы в домашние шлепанцы.
Весь второй этаж был превращен в рабочую зону: перегородки между комнатами снесли, у окна стоял диван и небольшой бар, а в центре лежал огромный серебристо-серый ворсистый ковер. Кондиционер показывал 18°C. На ковре, завернувшись в летние одеяла, без задних ног спали долговязые парни. Рядом в беспорядке валялись листы с раскадровками, ноутбуки и большой пакет с пустыми контейнерами из-под еды.
- ... - Чи Я скинул тапочки, ступил на мягкий ворс и начал по очереди расталкивать сонь. - Вставайте жи-живо! Просмотры ролика перевалили за де-десять миллионов!
Босс кубарем перевернулся и сел, не открывая глаз: - Слышишь, батя! Я не ничтожество!
Чи Я: «............»
Босс наконец разлепил веки, встретился с ним взглядом и запустил в него подушкой: - Ну ты и зараза, Яя!
Чи Я не удержался от смеха и разбудил Мо Ши и Гуань Цзиня.
Парни выглядели совершенно измотанными. Они кое-как расселись на ковре, приходя в себя. Чи Я присел рядом, пролистывая сценарий, и бросил: - Вы что, все здесь но-ночевали?
- Только сейчас догадался спросить? - донесся голос босса из туалета. - Тебя же вчера ваш водитель сюда привез.
Чи Я задумался. В тот момент он был пьян и засыпал, воспоминания путались, но он зацепился за слова босса: - Это не мой... водитель...
Это был водитель семьи Гу.
Босс рассмеялся: - Да ты дрых как поросенок, что ты можешь помнить. Слушай, ты вчера в таком состоянии вернулся, «Папа Гу» тебе ничего не высказал?
- Он-то как раз ничего не сказал... - Чи Я поморщился, вспомнив вчерашнее. - Ладно, проехали.
Мо Ши заторможенно зевнул, его короткие волосы торчали во все стороны. Вспомнив кое-что, он сказал: - Ты просил меня через знакомых найти жилье. Вчера вечером звонил один младшекурсник. Отец заставляет его возвращаться в родной город работать, так что стажировка здесь отменяется. Хозяин не возвращает залог, поэтому он хочет дешево пересдать комнату. Пойдешь смотреть?
Чи Я замер, затем с легкой грустью покачал головой: - Не-нет, давай по-позже...
Гуань Цзинь тоже поднялся и обнаружил, что сидел на блокноте. Страница, на которой он был открыт, оказалась вся измята и исписана.
Чи Я усмехнулся: - Вы что, вчера даже пья-пьяными работали?
Он посмотрел на разбросанные по ковру листы, на альбом для эскизов, полный раскадровок Гуань Цзиня. Ноутбук Мо Ши тоже лежал под рукой - очевидно, вернувшись после хого, они снова взялись за дело.
Гуань Цзинь зевнул и нацепил очки: - Мо-гэ вчера приспичило домонтировать кусок видео перед сном, а в процессе на него снизошло вдохновение, так что он и нас растолкал сценарий править... Вот, даже раков среди ночи заказывали.
В глазах Чи Я промелькнула зависть. Он тоже хотел так жить: непринужденно общаться с единомышленниками, без всяких оков, просто и легко, горя энтузиазмом и работая над своей мечтой. А когда все устанут - заказать шашлычков или раков, весело поужинать и снова погрузиться в общую суету.
- Ого! Сколько тортиков. Ого... это же из «Мацубаяси»??! - Босс, одетый в одну белую майку, демонстрирующую крепкие мускулы двадцатилетнего парня, вытирал шею полотенцем и лениво разбирал принесенный Чи Я завтрак. На середине фразы его голос резко взлетел вверх: - Чи-крошка-Я! Ты что, разбогател?!
Чи Я растерялся: - Что за Ма-мацубаяси...?
- Я знаю это место, у них нереально вкусно, но цены кусаются. Маленький кусочек стоит больше сотни, - Гуань Цзинь тоже подошел посмотреть, на его лице отразилось изумление. - И все целые, по четыре дюйма... Боже, тут же только эти коробки на несколько тысяч тянут!
Чи Я лишился дара речи: - Не-несколько тысяч??
- Ты не знал?
Чи Я оцепенел: - Это... это брат мне ку-купил...
Хотя для Гу Хуайчжана потратить несколько тысяч на пирожные - дело обыденное, для Яя, не видавшего жизни, это было действительно ошеломляюще.
- «Папа Гу»... тебе купил? - Босс внезапно обернулся к нему с каким-то странным выражением лица.
- ... - Чи Я знал, что тот подумает бог весть что, поэтому неопределенно хмыкнул и сменил тему: - Давайте, ешьте ско-скорее, пока булки не остыли. Я спрошу, будет ли Лю Ся...
Только он достал телефон, как пришла Лю Ся. С порога она заявила: - Вот так, значит! Едите вкусняшки без меня!
Чи Я улыбнулся: - Как раз со-собирался тебе звонить...
Парни шумно принялись за еду, а Чи Я сидел в стороне, прихлебывая соевое молоко. Немного подумав, он спросил босса: - Вы часто здесь но-ночуете?
У всех было свое жилье, а это место считалось офисом. Раньше он думал только о том, как накопить денег на аренду, и не сообразил, что здесь тоже можно жить.
- Не то чтобы часто, - ответил Гуань Цзинь, подсаживаясь рядом с куском торта. - В основном Мо-гэ тут зависает, он у нас трудоголик.
Босс, которому с трудом удалось отвоевать у Лю Ся кусок торта с матчей, обернулся: - Ты тоже хочешь тут спать?
Чи Я кивнул: - Мо-можно?
- Почему нет, - пожал плечами босс. - Только тут даже кровати нет. Ты серьезно хочешь променять райские кущи Наньху на сон здесь?
Чи Я улыбнулся, но промолчал.
- Ладно, приходи когда хочешь, как раз составишь компанию старине Мо, - небрежно махнул рукой босс. - Будет время - пол протрешь, и в расчете.
Чи Я выдохнул и расплылся в улыбке. Слава богу, хоть какое-то пристанище нашлось.
·
С того дня он больше не появлялся в больнице. Гу Хуайань обрывал ему телефон. Чи Я заносил один номер в черный список, тот звонил с другого - это было невыносимо. В итоге Чи Я просто выключил звук и перестал отвечать на незнакомые номера.
В Наньху он возвращался как обычно. Тетушка Чжан, не зная подоплеки, считала его бессердечным и то и дело уговаривала навестить Гу Хуайаня. Чи Я лишь улыбался и ссылался на завалы на работе.
На тетушку Чжан он не обижался - он ее понимал. Какой бы доброй и ласковой она ни была к нему, она оставалась человеком семьи Гу. Она вырастила этих братьев, и в ее сердце Гу Хуайань всегда будет на первом месте.
Просто в такие моменты он отчетливо осознавал: на его стороне нет никого.
Ну, кроме Гу Хуайчжана.
Пока Гу Хуайань был в больнице, тетушка Чжан, не доверяя сиделкам, разрывалась на два дома. В эти дни в Наньху было тише обычного.
Чи Я был несказанно рад отсутствию одного назойливого типа. По утрам он рано вставал и помогал дяде Чэню ухаживать за лотосами. В это время Гу Хуайчжан совершал утреннюю пробежку, нарезая круг за кругом вокруг озера. Псу по кличке Судья Бао не сиделось на месте: он то гонялся за Гу Хуайчжаном, то прибегал к озеру покусать лотосы.
В полуденный зной Чи Я возвращался в дом и пропадал на кухне, изучая рецепты ледяных напитков. Самодельный смузи он делил на двоих: одну порцию себе, другую - Гу Хуайчжану. Затем он устраивался в беседке заднего сада и дремал под звуки оперы «Пионовая беседка». У его ног лежал верный Бао, а на другом конце скамьи сидел Гу Хуайчжан и лениво перелистывал книгу в оригинале.
Если вечером он возвращался пораньше, то шел в кабинет Гу Хуайчжана почитать. Книгу «Невыносимая легкость бытия», принадлежавшую прежнему владельцу тела, он перечитал уже несколько раз. Несмотря на неприятные ассоциации с тем, как она у него оказалась, Милан Кундера оставался великим писателем. В конце концов, Гу Хуайчжан забрал эту книгу, и больше она Чи Я на глаза не попадалась.
- Что ты читаешь на этот раз?
В светлом и тихом кабинете Гу Хуайчжан закрыл ноутбук и, откинувшись на спинку кресла, посмотрел на юношу, сидевшего с книгой на диване у окна.
Чи Я скинул тапочки и поджал босые ноги под себя на красном бархатном диване. Округлые пальцы ног шевелились в такт его мыслям. Свободные домашние шорты под силой тяжести сползли к самым бедрам, обнажая стройные, но не лишенные приятной полноты ноги. Его кожа была белой и гладкой, без намека на растительность.
Обычно он старался сидеть прилично, но, увлекаясь чтением, забывал об этом. Он свернулся калачиком, прижав к себе подушку и положив руки на раскрытые страницы. Он выглядел совершенно расслабленным, будто вернулся в беззаботные студенческие годы, когда в обеденный перерыв прятался на крыше с книжкой.
Услышав вопрос, Чи Я обернулся и поднял книгу: - Это «Ве-великий Гэтсби».
- М-м. - Гу Хуайчжан поднялся, опираясь на подлокотники, неспешно подошел и сел на диван напротив Чи Я. - И каковы твои мысли?
Чи Я захаживал в его кабинет уже дня три-четыре, и они незаметно привыкли обсуждать прочитанное. Чи Я провел ладонью по странице, глядя на ровные строчки текста.
- Мне просто... немного жаль Гэтсби. Он этого не стоил.
Взгляд Гу Хуайчжана дрогнул: - Почему?
- Дейзи... она давно перестала этого стоить, - со вздохом произнес Чи Я. - Но Гэтсби... всё равно запер себя в про-прошлых чувствах.
Он положил голову на подлокотник и поднял руку, растопырив пальцы перед лицом. Свет лампы, проходя сквозь них, освещал его немного печальные глаза.
- Люди, одержимые несбыточной мечтой, чаще всего становятся героями тра-трагедий...
Гу Хуайчжан помолчал, а затем спросил, будто на что-то намекая: - А если бы Дейзи передумала и вернулась к нему? Его преданность всё равно была бы напрасной?
Чи Я покачал головой: - Да. Напрасной.
Он ненадолго задумался, а потом улыбнулся Гу Хуайчжану: - Брат, вы слышали когда-нибудь одну ф-фразу?
Гу Хуайчжан посмотрел на него: - Какую?
- Запоздалая страсть... - Чи Я не удержался от смеха. - Она ведь де-дешевле сорной травы!
- ... - Лицо Гу Хуайчжана едва заметно смягчилось.
Он какое-то время пристально наблюдал за смеющимся юношей, а затем хмыкнул, придав своим словам какой-то глубокий смысл: - Ну и хорошо.
Чи Я: «O.O?»
Заметив его недоумение, Гу Хуайчжан больше ничего не сказал. Он взял с журнального столика книгу и открыл ее на странице с закладкой.
Чи Я не понял, на что тот намекал, поразмыслил пару секунд, да и бросил это дело, вернувшись к чтению и подергивая пальцами ног.
Он и не заметил, как человек напротив снова поднял на него тяжелый, глубокий взгляд.