Глава 9
Из-за защиты диплома Чи Я промучился в тревоге всю ночь.
Гора вещей, присланных Цинь Юйцзе, так и лежала сваленной в малой гостиной. Чи Я откопал там ноутбук прежнего владельца тела и — о боги! — на нем не оказалось пароля. Папка с дипломной работой заботливо красовалась прямо на рабочем столе.
Чи Я кликнул по файлу, чувствуя, как кружится голова. Весь процесс чтения его сопровождали мысли: «Кто я? Где я? Какого черта я вообще делаю?» Дочитав до конца, он просто растекся по креслу, готовый вот-вот отойти в мир иной.
В итоге от беспокойства он так и не смог сомкнуть глаз.
Едва забрезжил рассвет, Чи Я понял, что лежать больше нет сил. Он сполоснул лицо ледяной водой, схватил костыль и отправился на тренировку.
В доме царила тишина, не было слышно ни звука. Чи Я осторожно приоткрыл стеклянную дверь веранды, и в ту же секунду его окутал прохладный ветер, пропитанный густым ароматом зелени.
Утреннее озеро Наньху было неописуемо красиво: сочная трава, вековые деревья, бесконечные переливы зелени напоминали живую картину, написанную тушью. Тонкая дымка тумана цеплялась за верхушки деревьев, в лесу распевали птицы, и от их трелей капли росы на кончиках листьев дрожали, срываясь вниз и увлажняя ресницы Чи Я.
Юноша смахнул влагу пальцем.
Он невольно улыбнулся — ночная хандра мгновенно испарилась. Чи Я потянулся и, опираясь на костыль, поскакал по аллее. Поддавшись озорному порыву, он громко свистнул, спугнув с ветки пару задорных воробьев.
Позади послышались шаги. Чи Я удивленно обернулся и увидел Гу Хуайчжана. Тот был в черном спортивном костюме и белоснежных кроссовках.
Столкнувшись взглядом с янтарными глазами, Чи Я замер, дожидаясь, пока мужчина подбежит ближе.
— До-доброе утро, с-старший брат, — вежливо поздоровался он.
Гу Хуайчжан замедлил бег.
— Угу, — отозвался тот. После бега его голос звучал еще ниже, с легкой хрипотцой человека, который давно не открывал рта. — Гуляешь?
Было видно, что он тренируется уже давно. Его темные ресницы казались еще гуще, на шее отчетливо проступали вены, а на бледной коже поблескивал тонкий слой пота. Когда он говорил, его кадык двигался, и капля пота скатилась с волевого подбородка, исчезнув за воротником футболки.
Сердце Чи Я пропустило удар. Он поспешно отвел глаза и кивнул:
— Врач сказал... нужно бо-больше дви-двигаться.
Гу Хуайчжан мельком глянул на его ногу и вытер пот полотенцем, висевшим на шее. Говорить им было особо не о чем, поэтому после пары секунд неловкого молчания он просто побежал дальше.
Чи Я, опираясь на костыль, с завистью смотрел ему в спину. Черный костюм подчеркивал широкие плечи и крепкую спину Гу Хуайчжана, чей силуэт ярко выделялся на фоне сочной зелени.
Дойдя до конца аллеи и миновав густую бамбуковую рощу, Чи Я замер: перед ним открылась сверкающая гладь озера.
Влажный ветер обдал его холодом. Чи Я плотнее запахнул воротник и увидел Гу Хуайчжана на противоположном берегу.
Тот бежал быстро, его фигура то появлялась, то исчезала в зарослях кустарника, а в чистой воде дрожало его отражение.
Чи Я не очень-то хотелось снова сталкиваться с этим деверем, который явно был не в восторге от него, но вид озера был слишком притягателен. Он осторожно пошел по каменной дорожке у самой кромки воды. Стоило ему остановиться, как Гу Хуайчжан уже оказался рядом.
Чи Я выдохнул и, подняв голову, широко улыбнулся, помахав мужчине рукой. Взгляд Гу Хуайчжана на мгновение задержался на сияющем лице юноши, но он ничего не сказал и скрылся из виду.
Утренняя нагрузка Гу Хуайчжана была серьезной — обычно он пробегал несколько кругов вокруг озера. Он вставал рано, в поместье в этот час было мало людей. Слуги и охрана знали привычки хозяина и старались не попадаться ему на глаза в столь ранний час, чтобы не создавать лишнего напряжения. Поэтому обычно в это время на озере царило полное уединение.
Но сегодня к уединению добавился Чи Я.
Когда Гу Хуайчжан пробегал первый круг, Чи Я, опираясь на костыль, делал разминку. В своей белой рубашке он делал пару шагов по тропинке, а затем несколько раз подпрыгивал; его отражение, мелькавшее на водной глади, напоминало беззаботного белого кролика.
Когда Гу Хуайчжан бежал второй круг, Чи Я как раз присел на скамью у озера, небрежно прислонив костыль рядом. Вытянув ноги, он склонил голову и, глядя в воду как в зеркало, поправлял прическу. Тонкие белые пальцы тщательно приглаживали торчащие вихры, и, бог знает о чем подумав, он вдруг тихо и искренне улыбнулся самому себе.
Когда Гу Хуайчжан заканчивал третий круг, он на мгновение потерял юношу из виду. Пробежав еще несколько шагов, он обернулся и увидел, что костыль упал под скамью, а сам Чи Я, свернувшись калачиком на сиденье, уже крепко спал.
Гу Хуайчжан: «............»
А он-то на секунду подумал, что тот свалился в озеро.
Мужчина замер на месте, переваривая шок от скорости, с которой этот человек провалился в сон. Поколебавшись, он пробежал несколько шагов назад и подошел к скамье.
Скамья была деревянной, длиной около полутора метров. Чи Я лежал на боку, сжавшись в маленький комочек. Должно быть, от холода он спрятал половину лица в сгибе локтя, оставив на виду лишь кончик аккуратного носа и один закрытый глаз. Кожа отливала розовым на белом фоне, губы изящной формы раскраснелись и были слегка сжаты, а кончики длинных ресниц чуть загнуты вверх. Когда налетал ветерок, короткая челка падала на лоб, прикрывая брови.
Его спящее лицо выглядело очень... безмятежным.
Гу Хуайчжан стоял перед скамьей, подбоченясь, и свысока разглядывал его, слегка нахмурившись. Ветер над озером был сильным и прохладным. Помедлив, Гу Хуайчжан позвал: — ...Чи Я.
Чи Я лишь причмокнул губами во сне.
Гу Хуайчжан повторил: — Чи Я, вставай.
Если и спать, то нужно идти домой и ложиться в кровать как положено. А валяться вот так, под открытым небом прямо в одежде — на что это похоже?
Чи Я что-то невнятно пробормотал и еще глубже зарылся головой в сгиб руки. Морщинка между бровей Гу Хуайчжана стала глубже. Он протянул руку и похлопал юношу по плечу, строго выговаривая: — Врач велел тебе тренироваться, а не спать здесь...
Слова застряли у него в горле в тот же миг, как его руку перехватили.
Юноша, пребывавший в сладких грезах, явно был не в восторге от того, что его беспокоят. Он поднял руку и мягко, словно отгоняя назойливого комара, шлепнул мужчину по ладони. Затем его пальцы соскользнули с тыльной стороны кисти Гу Хуайчжана и естественным образом обхватили его... указательный палец.
Гу Хуайчжан на мгновение оцепенел. На его глазах юноша притянул его руку к себе на грудь. Видимо, решив, что тепло ладони очень приятно, он с довольным видом потерся щекой о тыльную сторону кисти и, обнимая чужую руку, продолжил безмятежно дрыхнуть.
Гу Хуайчжан: «..................»
Над озером Наньху мягко шелестел ветерок, колыша траву и листву. Старший брат семьи Гу замер у скамьи, превратившись в безмолвную величественную статую.
От автора:Старший деверь в душе негодует: «Что за манеры! Неслыханно!» Но при этом думает: «А рука у него такая мягкая... возмутительно! И он потерся лицом о мою кисть... правда, очень мягко...»Кхм-кхм! Сразу уточню: примечания автора не влияют на основной сюжет! Старший брат — человек крайне порядочный! (Ну, по крайней мере, сейчас ( ͡° ͜ʖ ͡°))