Друг спасает свою подругу

Подземный бункер «Амбрелла». Кабинет Вескера.

Здесь не было окон. Не было живых растений. Не было ничего, что напоминало бы о мире над бетонными перекрытиями — о солнце, ветре или запахе ромашек. Только стерильный холод, мерное гудение серверов и красноватый свет аварийных ламп, которые горели даже днём.

Альберт Вескер сидел в кожаном кресле, откинувшись на спинку, и смотрел на монитор, где застыл разговор Алекса и Лены. Он прослушал его уже три раза. Сначала — технически, вычленяя угрозы. Второй — аналитически, оценивая эмоциональные связи. Третий — просто так, потому что голос «Злой из Рая» его забавлял. В этой девушке было что-то... живое. Непослушное. А Вескер не любил непослушание, но обожал его ломать.

Дверь открылась бесшумно. Вошёл оперативник в чёрной форме, но Вескер даже не повернул головы. Он ждал другого.

— Приведи его, — коротко бросил он.

Оперативник кивнул и вышел.

Через минуту в кабинет ввалился парень. Лет восемнадцати, рост сто семьдесят пять, чёрные волосы, голубые глаза — такие светлые, что казались выцветшими на бледном лице. Телосложение спортивное, но без лишней массы — сухой, жилистый, опасный. На губах застыла кривая усмешка, а в взгляде читалось что-то одновременно грубое и жестокое. Он был одет в простую чёрную толстовку и джинсы — не форма, а обычная уличная одежда. Это не был штатный сотрудник. Это был... актив.

— Дима, — произнёс Вескер, не меняя позы. — Садись.

Дима не сел. Он остался стоять, сунув руки в карманы, и с вызовом посмотрел на Вескера. Только дурак не боялся бы смотреть в красные глаза за чёрными стёклами, но Дима был либо храбрым, либо глупым. Возможно, и то, и другое.

— Слышал, у вас проблемы с одной блондинкой, — сказал Дима, и его грубый голос прозвучал в тишине бункера как скрежет металла по стеклу. — С той самой, из деревни.

Вескер медленно повернулся. Его лицо оставалось бесстрастным, но Дима заметил, как пальцы шефа сжали подлокотник кресла.

— Ты выполнял задание, — напомнил Вескер. — Твоя задача была — убедить её, что «Амбрелла» — шутка. Припугнуть, но не спугнуть окончательно. Ты провалился.

Дима усмехнулся, обнажив ровные, но острые зубы.

— Я сделал всё по инструкции. Сообщение от «Отдела безопасности» — мой почерк. Но Лена — не дура. Она упёртая, как баран. Я знаю её ещё с тех пор, когда она только начинала свои страшилки. Её не запугать сообщениями. Ей нужно показать товар лицом.

— И что ты предлагаешь? — Вескер встал. Его рост двести два сантиметра возвышался над Димой, как башня над лачугой. — Взять её на слабо? Или, может, подарить ей книгу «Как перестать бояться и начать жить»?

Дима не отшатнулся. Наоборот, сделал шаг вперёд.

— Я предлагаю избавиться от неё. Раз и навсегда.

В воздухе повисла тишина. Оперативник за спиной Димы замер, боясь шелохнуться. Вескер же, напротив, слегка склонил голову набок, как хищник, который только что услышал нечто интригующее.

— Избавиться? — переспросил он. — Убить? Это слишком банально, Дима. Ты же знаешь, я предпочитаю... творческие решения.

— Я и предлагаю творческое, — голос Димы зазвучал ниже, почти нашёптыванием. — Вы же разрабатываете новые штаммы? Тестируете их на людях с определёнными генетическими маркерами? Лена — идеальный кандидат.

Он вытащил из кармана сложенный лист бумаги и развернул его на столе. Вескер бросил взгляд. Это было досье. Лена: группа крови, аллергические реакции, результаты скрытого медицинского обследования (в сельской амбулатории подкупленный врач взял анализы неделю назад). И пометка: *«Носитель редкого рецессивного гена, восприимчивого к G-вирусу. В случае инфицирования — 87% вероятность мутации на стадии 3. Нестабильный кариотип»*.

Вескер медленно провёл пальцем по строчке.

— Откуда у тебя это?

— Я знаю её лучше, чем она сама, — Дима криво усмехнулся. — Мы... общались. Пока я не понял, что она пустое место. Жирная, некрасивая, вечно ныть. И она посмела меня бросить. Да я сам её бросил, ясно? — он сплюнул на пол, и оперативник поморщился. — Но это не важно. Важно, что она опасна для корпорации. Она пишет книги. У неё подписчики. Если она начнёт копать — а она начнёт, потому что она такая, — то мы получим утечку информации. Не сейчас, так через год. А вы же не хотите, чтобы «Амбрелла» засветилась в рунете?

Вескер задумался. Он медленно обошёл стол и остановился напротив Димы, глядя на него сверху вниз.

— Ты предлагаешь заразить её. Превратить в чудовище. И что потом? Она разнесёт полдеревни, привлечёт внимание СМИ. Это не решение, это катастрофа.

— А кто сказал, что она должна оставаться в деревне? — глаза Димы блеснули. — Вы же можете организовать «несчастный случай». Заражение в лаборатории. Лену похищают, ставят опыты, она умирает «при трагических обстоятельствах». Тело не находят. А её подписчики думают, что она просто пропала. Или уехала в запой.

— Ты ненавидишь её настолько сильно? — Вескер прищурился.

Дима помолчал. Его лицо на мгновение исказилось — не болью, а именно ненавистью, чистой, как дистиллированная вода.

— Она посмела жить так, будто я ничего не значу. Она рассказывает про свои «страшные истории», и тысячи людей ей верят. А я? Я никто. Просто Дима, который «был её ошибкой». — Он стиснул зубы. — Я хочу, чтобы она исчезла. Не умерла — исчезла. Чтобы никто никогда не вспомнил её с улыбкой.

Вескер долго смотрел на него. Потом медленно кивнул.

— Хорошо. Я дам тебе команду и ресурсы. Но с одним условием: всё должно выглядеть как случайность. Никаких следов «Амбреллы». Никаких улик. Ты понял?

— Понял, — Дима кивнул, и на его губах расцвела та самая жестокая улыбка, от которой Лене когда-то стало не по себе. — Я сделаю это чисто.

— И ещё, — Вескер поднял палец. — Ты не тронешь Алекса. Пока. Он нужен мне живым. Если Лена исчезнет, он сломается и будет работать на нас без лишних вопросов. Понял?

— Как скажете, — Дима развернулся и направился к выходу. У двери он остановился и добавил: — Кстати, я нашёл способ, как заманить её в ловушку. У неё есть слабость.

— Какая же?

— Она верит в добро, — Дима усмехнулся. — И она верит Алексу. Достаточно будет одного сообщения от её драгоценного «Синьора», чтобы она приехала куда угодно.

— Не смей использовать его имя без моего разрешения, — предупредил Вескер.

— А я и не буду. Я использую его настоящий страх, — Дима вышел, оставив дверь открытой.

Вескер остался один. Он подошёл к экрану, где всё ещё горела фотография Лены — зелёные глаза, милая улыбка, ранка на нижней губе. Девушка смотрела на него с экрана, не подозревая, что её судьба только что решилась.

— Бедная овечка, — прошептал Вескер. — Тебе следовало просто удалить переписку.

Он нажал кнопку интеркома:

— Приготовьте мобильную лабораторию для полевых испытаний. И вызовите ко мне Алекса. Скажите, что это срочно.

Комната Алекса. Час спустя.

Алекс сидел на кровати, обхватив голову руками. Телефон лежал рядом, экран погас. В голове стучало: «Лена, Лена, Лена».

Разговор прошлой ночью не выходил из памяти. Она не испугалась. Она не отступила. Она сказала: «Я буду знать, что ты знаешь». Гордость смешивалась с ужасом. Он восхищался её смелостью и ненавидел себя за трусость.

Зазвонил служебный телефон — чёрный, без опознавательных знаков.

— Алекс, зайдите к Вескеру. Немедленно, — голос оперативника был ледяным.

Сердце ухнуло в пятки. Он оделся за минуту, натянул джинсы, футболку, сунул ноги в кроссовки. В коридорах «Улья» он старался не смотреть по сторонам — на стены, за которыми слышался то ли плач, то ли хрип. Ему говорили, что это трубы. Алекс знал, что это не трубы.

Кабинет Вескера встретил его красным сумраком. Вескер стоял у стены, на которой висела карта Беларуси и России с отмеченными объектами. Один из объектов — маленькая деревня — был обведён красным маркером.

— Вызывали, сэр? — Алекс старался держать голос ровно, но кончики пальцев дрожали.

— Твоя подруга, — Вескер повернулся к нему. — Она не удалила переписку. Она не испугалась. Более того, она написала вчера ночью начало новой книги. Где, как ты думаешь, происходит действие?

Алекс побледнел. Не «трохи», а до синевы.

— Не знаю, сэр.

— В корпорации, которая прячется за маской добра. Вдохновлено «Амбреллой», — Вескер усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. — Твоя Синьорита стала слишком опасной. У нас есть два пути: либо ты убеждаешь её удалить все черновики и забыть о нас, либо...

— Либо что? — голос Алекса сорвался.

— Либо она станет частью эксперимента, — спокойно ответил Вескер. — У нас есть доброволец. Молодой человек, который вызывается провести операцию по ликвидации угрозы. Кстати, ты его знаешь.

Вескер нажал кнопку на пульте, и на экране появилось фото. Чёрные волосы, голубые глаза, наглая усмешка.

Алексу стало дурно.

— Дима? — выдохнул он. — Это же... бывший Лены. Она рассказывала о нём. Он её ненавидит.

— Ненависть — отличный двигатель, — заметил Вескер. — Он уже разработал план. Чистый, быстрый, без последствий. Лена исчезнет. Никто не будет искать. Твоя задача — не мешать.

— Нет! — Алекс шагнул вперёд, забыв о субординации. — Вы не можете! Она ничего не сделала! Она просто писательница! Она не предатель!

— Пока не сделала, — холодно ответил Вескер. — Но сделает. Рано или поздно. А мы не можем рисковать.

— Я... я поговорю с ней ещё раз. Я заставлю её молчать. Я скажу ей правду — всю, до конца. Она поймёт, она умная...

— Если ты скажешь ей правду, — голос Вескера стал тихим и смертельно опасным, — мы убьём её сразу, без эксперимента. И тебя — тоже. Твоего Ярика — тоже. Вы все станете расходным материалом для утилизатора.

Алекс рухнул на колени. Ему было двадцать три, он был косплейщиком, аналитиком, другом, но сейчас он чувствовал себя ничтожеством. Мокрым от слёз ничтожеством.

— Пожалуйста, — прошептал он. — Дайте мне один день. Один день, чтобы уговорить её уехать. Сменить имя. Спрятаться.

Вескер задумался. Щёлкнул пальцами.

— Один день. С этого момента ровно двадцать четыре часа. Если к завтрашнему вечеру ты не предоставишь мне доказательств, что Лена полностью вышла из игры, Дима начнёт свою операцию. Всё, свободен.

Алекс поднялся на ватных ногах и вышел. В коридоре он прислонился к холодной стене и закрыл глаза.

Телефон завибрировал. Сообщение от Лены:

«Синьор, я всю ночь писала новую книгу. Там про корпорацию и шеф-повара, который втихую спасает мир. Смешно, да? 😊»

Алекс хотел ответить. Хотел написать: «Беги, Лена. Они хотят тебя убить».

Но вместо этого он написал:

«Класс. Синьорита, давай завтра встретимся. Я приеду в твою деревню. Надо поговорить. Живо. Не спрашивай почему. Просто будь дома.»

Ответ пришёл через минуту:

«Ты? В Беларусь? Ты серьёзно? 😲 Окей. Буду ждать. Только предупреди, во сколько. И не вздумай приезжать с пустыми руками — привези мне какого-нибудь русского шоколада.»

Алекс убрал телефон. Он не знал, сможет ли он действительно приехать. Границы, контроль, слежка... Но он знал одно: если он не попытается спасти её сейчас, то никогда себе этого не простит.

Он отправил сообщение Ярику: «Ярик, прости. У меня срочная командировка. Вернусь через пару дней. Ключи под ковриком.»

Через секунду пришёл ответ: «Без проблем, братан. Удачи. И да, если это связано с той блондинкой из интернета — будь осторожен. Она странная.»

Алекс горько усмехнулся. «Странная» — это мягко сказано. Она — его единственный настоящий друг. И она в смертельной опасности.

А в это время на другом конце бункера Дима собирал рюкзак. Чёрная куртка, маска, нож, ампула с Т-вирусом для «случайного укола», антивирус для себя на всякий случай, и — маленький диктофон, на который он уже записал угрозы от имени Алекса. Если Лена не послушается, он выдаст их за голос «предателя».

— Зря ты меня бросила, — прошептал он, глядя в зеркало на свои голубые глаза. — Зря.

Он захлопнул рюкзак и вышел в ночь.