13 часть
Я не спала всю ночь.
Лежала в кровати, смотрела в потолок и прокручивала в голове разговор с Шарлем. Его глаза, его голос, его слова: «Я искал тебя». «Я не отступлю». «Я потерял три года».
Маркос ушёл под утро — сказал, что ему нужно работать, но я видела: он хочет дать мне пространство. Умный. Чуткий. Слишком хороший для меня.
В семь утра в комнату ворвался Лука.
— Мама! Просыпайся! Мы сегодня идём в зоопарк?
— С чего ты взял?
— Дядя Маркос сказал! Вчера! Что в субботу мы идём в зоопарк!
Я посмотрела на календарь. Суббота. Чёрт.
— Да, малыш. Идём.
— Ура! — Он запрыгал на кровати. — А дядя Маркос пойдёт?
— Конечно.
— А тот дядька из Барселоны? Красивый, как я?
Я замерла.
— Какой дядька?
— Ну который на меня похож. Мы его в Барселоне видели. Он на меня смотрел. Он пойдёт?
— Лука, с чего ты взял, что он вообще должен куда-то идти с нами?
— Не знаю. — Лука пожал плечами. — Просто спросил.
Детская интуиция. Самая страшная сила.
— Нет, малыш. Он не пойдёт. Только мы с дядей Маркосом.
Лука кивнул и убежал чистить зубы, а я осталась лежать с бешено колотящимся сердцем.
Зоопарк был прекрасен. Солнце, зелёные аллеи, счастливые дети. Лука носился от вольера к вольеру, таская за собой то меня, то Маркоса. Мы купили ему мороженое, воздушный шарик и книжку про животных.
— Мам, смотри, жираф! Он высокий, как ты!
— Я не настолько высокая.
— Высокая! А дядя Маркос — как слон, добрый и большой!
Маркос засмеялся.
— Спасибо, малыш. Я польщён.
— А тот дядька из Барселоны — как гепард, быстрый и красивый!
Я поперхнулась воздухом.
— Лука, почему ты всё время про него говоришь?
— Не знаю. — Он задумался. — Он мне понравился. Он смотрел на меня по-особенному.
Я переглянулась с Маркосом. Он только плечами пожал.
К вечеру Лука вымотался и уснул прямо в машине по дороге домой. Маркос нёс его на руках, а я шла сзади и смотрела на них. Такие разные. Маркос — тёплый, надёжный, спокойный. И Шарль — быстрый, опасный, затягивающий, как водоворот.
Дома мы уложили Луку, и я достала бутылку вина.
— Останешься? — спросила я.
— Если хочешь.
— Хочу.
Мы сидели на балконе, пили вино и смотрели на ночной город. Внизу гудели машины, где-то играла музыка.
— Ты думаешь о нём, — сказал Маркос. Это был не вопрос.
— Да.
— И что решила?
— Ничего. Я не знаю, что решать.
— Он хочет увидеть Луку.
— Да.
— Ты боишься.
— Больше, чем чего-либо в жизни.
Маркос отпил вино.
— Знаешь, я тут подумал... Может, это не тебе решать?
— В смысле?
— Может, Лука тоже имеет право голоса? Он уже спрашивает про него. Он чувствует связь. Дети всегда чувствуют.
Я молчала. Потому что он был прав.
— Я не знаю, как это сделать, — сказала я. — Просто привести какого-то незнакомца и сказать: «Это твой папа»?
— А ты хочешь сделать это красиво?
— Я хочу сделать это правильно. Чтобы Луке не было больно.
Маркос кивнул.
— Тогда, может, не надо тянуть? Чем дольше ждёшь, тем страшнее.
Я посмотрела на него.
— Ты правда так думаешь?
— Правда.
Я допила вино и поставила бокал.
— Завтра я ему позвоню.
Маркос улыбнулся, но в глазах была грусть.
— Ты хороший друг, — сказала я.
— Я знаю.
Ночью мы лежали в кровати, и я чувствовала его тепло рядом. Он не прикасался ко мне, просто был рядом. И этого было достаточно.
Утром, когда Маркос ушёл, я долго смотрела на телефон. Потом набрала Элу.
— Привет, — сказала я. — Мне нужен номер Шарля.
Эла присвистнула.
— Серьёзно?
— Да.
— Ты уверена?
— Нет. Но другого выхода нет.
— Скину в вотсап. Держись, Софи.
Через минуту пришло сообщение. Номер с кодом Монако.
Я нажала вызов.
Один гудок. Второй. Третий.
— Алло?
Голос сонный, хриплый. Я посмотрела на часы — восемь утра. В Монако, наверное, тоже восемь.
— Это София, — сказала я.
Пауза. Потом:
— София?
— Да. Та самая.
— Ты... ты позвонила. — В голосе появилось удивление и... надежда?
— Ты хотел увидеть Луку. Я готова это обсудить.
— Когда?
— Не так быстро. Сначала поговорим. Без свидетелей.
— Хорошо. Я прилечу в Мадрид. Сегодня.
— Шарль, у тебя гонки...
— Между гонками есть дни. Я прилечу.
Я вздохнула.
— Завтра. Встретимся в кафе. Я скину адрес.
— София...
— Что?
— Спасибо.
Я сбросила звонок и откинулась на подушку.
Сердце колотилось где-то в ушах.
— Мам! — Лука вбежал в комнату. — А дядя Маркос придёт сегодня?
— Придёт, малыш.
— А тот красивый дядька?
Я посмотрела на него.
— Может быть, скоро ты с ним познакомишься.
Глаза Луки загорелись.
— Правда? А он покажет мне свою машину?
— Не знаю. Посмотрим.
— Ура! — Он запрыгал на кровати. — Я хочу познакомиться! Он классный!
Я улыбнулась, но внутри всё сжималось от страха.
Завтра я увижу Шарля. Снова. На этот раз — без толпы, без музыки, без свидетелей.
И мы будем говорить о нашем сыне.
---
На следующий день я оставила Луку с Маркосом — они планировали поход в парк и стройку лего. Сама надела строгие чёрные брюки, водолазку, минимум макияжа. Никакой сексуальности. Только деловой настрой.
Кафе было тихим, в старом районе, где меня никто не знал. Я пришла первой, заказала зелёный чай и стала ждать.
Шарль вошёл через пять минут. В джинсах, простой футболке и кепке, надвинутой на глаза. Огляделся, увидел меня и направился к столику.
Сел напротив. Снял кепку.
— Привет.
— Привет.
Мы смотрели друг на друга. Тишина затягивалась.
— Спасибо, что согласилась встретиться, — сказал он наконец.
— У меня не было выбора. Ты бы не отстал.
— Не отстал бы. — Он усмехнулся. — Ты меня быстро раскусила.
Официант подошёл принять заказ. Шарль попросил чёрный кофе.
— Расскажи мне о нём, — попросил он, когда мы остались одни. — О Луке.
— Что именно?
— Всё. Какой он? Что любит? Чего боится?
Я смотрела на него и видела не гонщика, не знаменитость, а просто мужчину, который хочет узнать своего ребёнка.
— Он занимается борьбой и футболом, — начала я. — Обожает машинки. Говорит, что будет гонщиком, когда вырастет. У него твоя улыбка и твой характер.
Шарль слушал, не перебивая.
— Он спрашивает про тебя, — добавила я. — Говорит, что ты красивый, как он. И похож на гепарда.
Шарль рассмеялся. Искренне, открыто.
— На гепарда?
— Быстрый и красивый. Его слова.
— Он умный мальчик.
— Весь в меня.
Шарль посмотрел на меня с новым выражением.
— Ты одна его растила? Три года?
— Да.
— Тяжело было?
— Не твоё дело.
— Моё. Потому что я хочу быть рядом. Помогать. Быть отцом.
Я отпила чай, чтобы скрыть дрожь в руках.
— Шарль, я не знаю, как это сделать. Как впустить тебя в нашу жизнь. Я боюсь.
— Чего?
— Что ты разобьёшь ему сердце. Что у тебя не будет времени. Что ты устанешь и исчезнешь. Что я не смогу тебя контролировать.
Он кивнул.
— Всё это возможно. Я не идеален. У меня бешеный график, перелёты, гонки, пресса. Но я хочу попытаться.
— А если не получится?
— Тогда я буду пытаться снова. Пока не получится.
Я смотрела в его зелёные глаза и видела в них ту же решимость, что и в клубе три года назад.
— Хорошо, — сказала я. — Я дам тебе шанс. Но на моих условиях.
— Каких?
— Ты знакомишься с Лукой постепенно. Сначала просто встреча, без давления. Потом, если он захочет, больше. Ты не говоришь ему, что ты папа, пока я не разрешу. Ты не даёшь обещаний, которые не сможешь выполнить. И ты уважаешь мои границы.
— Принято.
— И ещё. Маркос — часть нашей жизни. Он друг Луки и мой друг. Если ты не готов это принять, уходи сейчас.
Шарль на секунду замер. Я видела, как в его глазах мелькнуло что-то — ревность? злость? — но он справился.
— Принимаю.
Я выдохнула.
— Тогда в субботу. Мы пойдём в парк. Ты присоединишься. Как друг. Просто друг.
— Договорились.
Он протянул руку через стол. Я пожала.
Его ладонь была горячей и сильной. Как тогда.
— Спасибо, София.
— Не за что.
Мы вышли из кафе вместе. На улице светило солнце. Шарль надел кепку, спрятал глаза.
— Я позвоню, — сказал он.
— Знаю.
Я села в машину и уехала, не оглядываясь.
В зеркало заднего вида видела, как он стоит на тротуаре и смотрит вслед.
Дома меня ждали Маркос и Лука. Они строили космический корабль из лего.
— Мама! — заорал Лука. — Смотри, мы почти собрали! А дядя Маркос сказал, что завтра купит ещё деталей и мы сделаем настоящую ракету!
Я посмотрела на Маркоса. Он улыбался, но в глазах был вопрос.
— Поговорили, — сказала я коротко. — В субботу идём в парк. Он будет там.
Маркос кивнул.
— Хорошо.
— Ты не против?
— Софи, это не моё решение. Это твоё и Лукино.
Я подошла и обняла его. Редкость для меня.
— Спасибо, — прошептала я.
— Пожалуйста.
В субботу утром я долго выбирала, что надеть. В итоге остановилась на джинсах и свободном свитере. Лука был в своей любимой футболке с машинкой и кепке «Макларен» — подарке Оскара.
— Мам, а кто придёт? — спросил он, когда мы выходили.
— Помнишь того дядьку из Барселоны? Который на тебя похож?
— Конечно! Он придёт?
— Да. Он хочет с тобой познакомиться.
— Ура! — Лука запрыгал. — Я ему покажу свою кепку! И машинку!
Маркос ждал нас у входа в парк. Он принёс кофе для меня и сок для Луки.
— Волнуешься? — спросил он тихо.
— Как перед смертью.
— Расслабься. Всё будет хорошо.
Мы вошли в парк. Лука бежал впереди, размахивая кепкой. Я смотрела по сторонам, выискивая знакомую фигуру.
И увидела.
Шарль стоял у фонтана, с букетом цветов (для меня?) и маленькой машинкой в прозрачной упаковке (для Луки). Обычная одежда, кепка, тёмные очки. Но я узнала бы его из тысячи.
— Лука, — сказала я, — вон тот дядя.
Лука обернулся, увидел Шарля и... замер. На секунду. А потом рванул к нему со всех ног.
— Дядя! Дядя, это вы! Тот самый красивый!
Шарль присел на корточки, раскрыв объятия. Лука влетел в них, как маленький ураган.
— Привет, чемпион, — сказал Шарль, и голос его дрогнул.
— Привет! А у меня кепка, как у Оскара! Смотри! А вы мне машинку принесли?
— Принёс. Держи.
Лука схватил машинку, завертелся на месте.
— Мам, смотри! Дядя мне машинку подарил!
Я подошла ближе. Шарль поднялся, посмотрел на меня. В глазах блестели слёзы, которые он пытался скрыть.
— Спасибо, — сказала я тихо.
— Это вам. — Он протянул цветы.
Я взяла букет. Розы. Красные. Как его машина.
— Познакомься, это Маркос, — сказала я.
Мужчины обменялись рукопожатием. Взгляды скрестились, как клинки.
— Наслышан, — сказал Шарль.
— Взаимно, — ответил Маркос.
— Дядя! — Лука дёрнул Шарля за руку. — А пойдёмте на качели? Там такие высокие! Вы меня толкать будете?
— Пойдём, — улыбнулся Шарль.
И они пошли вперёд — высокая фигура гонщика и маленький мальчик, его копия. Держась за руки.
Я смотрела им вслед и чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое. Страх ещё был, но рядом с ним появилась надежда.
— Ну как ты? — спросил Маркос.
— Кажется, всё только начинается.
Он взял меня за руку.
— Я рядом.
— Знаю.
Мы пошли за ними — в новую жизнь, где было место и прошлому, и настоящему, и этому маленькому человеку, который сейчас визжал от счастья на качелях.
Впереди было много вопросов. Боли. Слёз. Но был и этот момент — солнечный день в парке, двое мужчин рядом и счастливый смех моего сына.
Монако в крови. И теперь эта кровь билась в одном ритме с нашими сердцами.
зажмурь глаза и выплачь море. прижмись к стене и будь без сил. в этом мире никто не воин, поэтому себя прости
за слабость, боль и вечный шторм, за холод рук и боль в висках. все пройдёт, куда б ни шло, за грустью вновь придёт весна. смотри на то, как тает снег твоих полузабытых чувств. пусть это будет как во сне, где сложности все по плечу. где привлекает схожесть слов, где море слёз покроет лёд, где так легко поверить в то, что всё когда-нибудь пройдёт.