12 часть
Я не спала всю ночь.
Лежала в кровати, смотрела в потолок и прокручивала в голове разговор с Шарлем. Его глаза, его голос, его слова: «Я искал тебя». «Я не отступлю». «Я потерял три года».
Маркос ушёл под утро — сказал, что ему нужно работать, но я видела: он хочет дать мне пространство. Умный. Чуткий. Слишком хороший для меня.
В семь утра в комнату ворвался Лука.
— Мама! Просыпайся! Мы сегодня идём в зоопарк?
— С чего ты взял?
— Дядя Маркос сказал! Вчера! Что в субботу мы идём в зоопарк!
Я посмотрела на календарь. Суббота. Чёрт.
— Да, малыш. Идём.
— Ура! — Он запрыгал на кровати. — А дядя Маркос пойдёт?
— Конечно.
— А тот дядька из Барселоны? Красивый, как я?
Я замерла.
— Какой дядька?
— Ну который на меня похож. Мы его в Барселоне видели. Он на меня смотрел. Он пойдёт?
— Лука, с чего ты взял, что он вообще должен куда-то идти с нами?
— Не знаю. — Лука пожал плечами. — Просто спросил.
Детская интуиция. Самая страшная сила.
— Нет, малыш. Он не пойдёт. Только мы с дядей Маркосом.
Лука кивнул и убежал чистить зубы, а я осталась лежать с бешено колотящимся сердцем.
Зоопарк был прекрасен. Солнце, зелёные аллеи, счастливые дети. Лука носился от вольера к вольеру, таская за собой то меня, то Маркоса. Мы купили ему мороженое, воздушный шарик и книжку про животных.
— Мам, смотри, жираф! Он высокий, как ты!
— Я не настолько высокая.
— Высокая! А дядя Маркос — как слон, добрый и большой!
Маркос засмеялся.
— Спасибо, малыш. Я польщён.
— А тот дядька из Барселоны — как гепард, быстрый и красивый!
Я поперхнулась воздухом.
— Лука, почему ты всё время про него говоришь?
— Не знаю. — Он задумался. — Он мне понравился. Он смотрел на меня по-особенному.
Я переглянулась с Маркосом. Он только плечами пожал.
К вечеру Лука вымотался и уснул прямо в машине по дороге домой. Маркос нёс его на руках, а я шла сзади и смотрела на них. Такие разные. Маркос — тёплый, надёжный, спокойный. И Шарль — быстрый, опасный, затягивающий, как водоворот.
Дома мы уложили Луку, и я достала бутылку вина.
— Останешься? — спросила я.
— Если хочешь.
— Хочу.
Мы сидели на балконе, пили вино и смотрели на ночной город. Внизу гудели машины, где-то играла музыка.
— Ты думаешь о нём, — сказал Маркос. Это был не вопрос.
— Да.
— И что решила?
— Ничего. Я не знаю, что решать.
— Он хочет увидеть Луку.
— Да.
— Ты боишься.
— Больше, чем чего-либо в жизни.
Маркос отпил вино.
— Знаешь, я тут подумал... Может, это не тебе решать?
— В смысле?
— Может, Лука тоже имеет право голоса? Он уже спрашивает про него. Он чувствует связь. Дети всегда чувствуют.
Я молчала. Потому что он был прав.
— Я не знаю, как это сделать, — сказала я. — Просто привести какого-то незнакомца и сказать: «Это твой папа»?
— А ты хочешь сделать это красиво?
— Я хочу сделать это правильно. Чтобы Луке не было больно.
Маркос кивнул.
— Тогда, может, не надо тянуть? Чем дольше ждёшь, тем страшнее.
Я посмотрела на него.
— Ты правда так думаешь?
— Правда.
Я допила вино и поставила бокал.
— Завтра я ему позвоню.
Маркос улыбнулся, но в глазах была грусть.
— Ты хороший друг, — сказала я.
— Я знаю.
Ночью мы лежали в кровати, и я чувствовала его тепло рядом. Он не прикасался ко мне, просто был рядом. И этого было достаточно.
Утром, когда Маркос ушёл, я долго смотрела на телефон. Потом набрала Элу.
— Привет, — сказала я. — Мне нужен номер Шарля.
Эла присвистнула.
— Серьёзно?
— Да.
— Ты уверена?
— Нет. Но другого выхода нет.
— Скину в вотсап. Держись, Софи.
Через минуту пришло сообщение. Номер с кодом Монако.
Я нажала вызов.
Один гудок. Второй. Третий.
— Алло?
Голос сонный, хриплый. Я посмотрела на часы — восемь утра. В Монако, наверное, тоже восемь.
— Это София, — сказала я.
Пауза. Потом:
— София?
— Да. Та самая.
— Ты... ты позвонила. — В голосе появилось удивление и... надежда?
— Ты хотел увидеть Луку. Я готова это обсудить.
— Когда?
— Не так быстро. Сначала поговорим. Без свидетелей.
— Хорошо. Я прилечу в Мадрид. Сегодня.
— Шарль, у тебя гонки...
— Между гонками есть дни. Я прилечу.
Я вздохнула.
— Завтра. Встретимся в кафе. Я скину адрес.
— София...
— Что?
— Спасибо.
Я сбросила звонок и откинулась на подушку.
Сердце колотилось где-то в ушах.
— Мам! — Лука вбежал в комнату. — А дядя Маркос придёт сегодня?
— Придёт, малыш.
— А тот красивый дядька?
Я посмотрела на него.
— Может быть, скоро ты с ним познакомишься.
Глаза Луки загорелись.
— Правда? А он покажет мне свою машину?
— Не знаю. Посмотрим.
— Ура! — Он запрыгал на кровати. — Я хочу познакомиться! Он классный!
Я улыбнулась, но внутри всё сжималось от страха.
Завтра я увижу Шарля. Снова. На этот раз — без толпы, без музыки, без свидетелей.
И мы будем говорить о нашем сыне.
---
На следующий день я оставила Луку с Маркосом — они планировали поход в парк и стройку лего. Сама надела строгие чёрные брюки, водолазку, минимум макияжа. Никакой сексуальности. Только деловой настрой.
Кафе было тихим, в старом районе, где меня никто не знал. Я пришла первой, заказала зелёный чай и стала ждать.
Шарль вошёл через пять минут. В джинсах, простой футболке и кепке, надвинутой на глаза. Огляделся, увидел меня и направился к столику.
Сел напротив. Снял кепку.
— Привет.
— Привет.
Мы смотрели друг на друга. Тишина затягивалась.
— Спасибо, что согласилась встретиться, — сказал он наконец.
— У меня не было выбора. Ты бы не отстал.
— Не отстал бы. — Он усмехнулся. — Ты меня быстро раскусила.
Официант подошёл принять заказ. Шарль попросил чёрный кофе.
— Расскажи мне о нём, — попросил он, когда мы остались одни. — О Луке.
— Что именно?
— Всё. Какой он? Что любит? Чего боится?
Я смотрела на него и видела не гонщика, не знаменитость, а просто мужчину, который хочет узнать своего ребёнка.
— Он занимается борьбой и футболом, — начала я. — Обожает машинки. Говорит, что будет гонщиком, когда вырастет. У него твоя улыбка и твой характер.
Шарль слушал, не перебивая.
— Он спрашивает про тебя, — добавила я. — Говорит, что ты красивый, как он. И похож на гепарда.
Шарль рассмеялся. Искренне, открыто.
— На гепарда?
— Быстрый и красивый. Его слова.
— Он умный мальчик.
— Весь в меня.
Шарль посмотрел на меня с новым выражением.
— Ты одна его растила? Три года?
— Да.
— Тяжело было?
— Не твоё дело.
— Моё. Потому что я хочу быть рядом. Помогать. Быть отцом.
Я отпила чай, чтобы скрыть дрожь в руках.
— Шарль, я не знаю, как это сделать. Как впустить тебя в нашу жизнь. Я боюсь.
— Чего?
— Что ты разобьёшь ему сердце. Что у тебя не будет времени. Что ты устанешь и исчезнешь. Что я не смогу тебя контролировать.
Он кивнул.
— Всё это возможно. Я не идеален. У меня бешеный график, перелёты, гонки, пресса. Но я хочу попытаться.
— А если не получится?
— Тогда я буду пытаться снова. Пока не получится.
Я смотрела в его зелёные глаза и видела в них ту же решимость, что и в клубе три года назад.
— Хорошо, — сказала я. — Я дам тебе шанс. Но на моих условиях.
— Каких?
— Ты знакомишься с Лукой постепенно. Сначала просто встреча, без давления. Потом, если он захочет, больше. Ты не говоришь ему, что ты папа, пока я не разрешу. Ты не даёшь обещаний, которые не сможешь выполнить. И ты уважаешь мои границы.
— Принято.
— И ещё. Маркос — часть нашей жизни. Он друг Луки и мой друг. Если ты не готов это принять, уходи сейчас.
Шарль на секунду замер. Я видела, как в его глазах мелькнуло что-то — ревность? злость? — но он справился.
— Принимаю.
Я выдохнула.
— Тогда в субботу. Мы пойдём в парк. Ты присоединишься. Как друг. Просто друг.
— Договорились.
Он протянул руку через стол. Я пожала.
Его ладонь была горячей и сильной. Как тогда.
— Спасибо, София.
— Не за что.
Мы вышли из кафе вместе. На улице светило солнце. Шарль надел кепку, спрятал глаза.
— Я позвоню, — сказал он.
— Знаю.
Я села в машину и уехала, не оглядываясь.
В зеркало заднего вида видела, как он стоит на тротуаре и смотрит вслед.
Дома меня ждали Маркос и Лука. Они строили космический корабль из лего.
— Мама! — заорал Лука. — Смотри, мы почти собрали! А дядя Маркос сказал, что завтра купит ещё деталей и мы сделаем настоящую ракету!
Я посмотрела на Маркоса. Он улыбался, но в глазах был вопрос.
— Поговорили, — сказала я коротко. — В субботу идём в парк. Он будет там.
Маркос кивнул.
— Хорошо.
— Ты не против?
— Софи, это не моё решение. Это твоё и Лукино.
Я подошла и обняла его. Редкость для меня.
— Спасибо, — прошептала я.
— Пожалуйста.
В субботу утром я долго выбирала, что надеть. В итоге остановилась на джинсах и свободном свитере. Лука был в своей любимой футболке с машинкой и кепке «Макларен» — подарке Оскара.
— Мам, а кто придёт? — спросил он, когда мы выходили.
— Помнишь того дядьку из Барселоны? Который на тебя похож?
— Конечно! Он придёт?
— Да. Он хочет с тобой познакомиться.
— Ура! — Лука запрыгал. — Я ему покажу свою кепку! И машинку!
Маркос ждал нас у входа в парк. Он принёс кофе для меня и сок для Луки.
— Волнуешься? — спросил он тихо.
— Как перед смертью.
— Расслабься. Всё будет хорошо.
Мы вошли в парк. Лука бежал впереди, размахивая кепкой. Я смотрела по сторонам, выискивая знакомую фигуру.
И увидела.
Шарль стоял у фонтана, с букетом цветов (для меня?) и маленькой машинкой в прозрачной упаковке (для Луки). Обычная одежда, кепка, тёмные очки. Но я узнала бы его из тысячи.
— Лука, — сказала я, — вон тот дядя.
Лука обернулся, увидел Шарля и... замер. На секунду. А потом рванул к нему со всех ног.
— Дядя! Дядя, это вы! Тот самый красивый!
Шарль присел на корточки, раскрыв объятия. Лука влетел в них, как маленький ураган.
— Привет, чемпион, — сказал Шарль, и голос его дрогнул.
— Привет! А у меня кепка, как у Оскара! Смотри! А вы мне машинку принесли?
— Принёс. Держи.
Лука схватил машинку, завертелся на месте.
— Мам, смотри! Дядя мне машинку подарил!
Я подошла ближе. Шарль поднялся, посмотрел на меня. В глазах блестели слёзы, которые он пытался скрыть.
— Спасибо, — сказала я тихо.
— Это вам. — Он протянул цветы.
Я взяла букет. Розы. Красные. Как его машина.
— Познакомься, это Маркос, — сказала я.
Мужчины обменялись рукопожатием. Взгляды скрестились, как клинки.
— Наслышан, — сказал Шарль.
— Взаимно, — ответил Маркос.
— Дядя! — Лука дёрнул Шарля за руку. — А пойдёмте на качели? Там такие высокие! Вы меня толкать будете?
— Пойдём, — улыбнулся Шарль.
И они пошли вперёд — высокая фигура гонщика и маленький мальчик, его копия. Держась за руки.
Я смотрела им вслед и чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое. Страх ещё был, но рядом с ним появилась надежда.
— Ну как ты? — спросил Маркос.
— Кажется, всё только начинается.
Он взял меня за руку.
— Я рядом.
— Знаю.
Мы пошли за ними — в новую жизнь, где было место и прошлому, и настоящему, и этому маленькому человеку, который сейчас визжал от счастья на качелях.
Впереди было много вопросов. Боли. Слёз. Но был и этот момент — солнечный день в парке, двое мужчин рядом и счастливый смех моего сына.
Монако в крови. И теперь эта кровь билась в одном ритме с нашими сердцами.
это было почти незримо, битва взглядов, сердец карнавал. так бесславно, неумолимо я увидел тебя и пропал.
правда, сгинул в глухую пропасть, ты мой чёртов девятый вал и моя великая гордость. я увидел тебя и пропал.
ощущая тоску мирскую, бытия грозовой перевал, сотни лиц так напрасно рисуя, я увидел тебя и пропал.
и теперь, в безысходном волнении каждый день, как душевный аврал. так безумный в счастливом влечении я увидел тебя и пропал.