Два шага до пустоты.

я не могу позволить себе бриллианты и жемчуг, но могу показать вам другую сторону любви, которую вы не видели раньше.

***

Ужин с Синтией проходит в натянутой атмосфере. Она пытается отвлечь меня разговорами и шутками, но я не могу перестать думать о том, что произошло до этого в редакции. Я списываю своё поведение на минутный порыв, потому что поступок девушки застал меня врасплох.

Очень хочу сейчас вернуться домой и провести остаток вечера в объятиях Чейза, но, как назло, тот торчит сегодня на студии. На секунду я даже думаю, может стоит приехать туда? Но потом отказываюсь от этой идеи, зная, что шатен будет беситься и отвлекаться из-за моего присутствия.

Чёрт возьми, Паркер... И вот нужно было тебе объявиться в редакции именно сегодня! Часть меня злится на девушку, другая часть злится на саму себя. За то, что позволила ей остаться, перейти грань и прикоснуться к себе. Я сижу в дорогом ресторане, наблюдая, как Синтия с упоением рассказывает какую-то историю, размахивая руками. У неё глаза горят, а с лица не сходит радостная улыбка.

Но я не слышу ни одного слова. Всё это будто проходит мимо меня, пока в моём сознании снова и снова прокручивается то, что произошло накануне. Шею фантомно обжигает, когда я вспоминаю мягкость губ блондинки, и в итоге я просто сбегаю в туалет, фактически прерывая девушку на полуслове.

Я залетаю в кабинку, чувствуя, как меня буквально трясёт. Эмоции накатывают из ниоткуда, и я заливаюсь слезами. В последние недели антидепрессанты делают меня чересчур эмоциональной.
Чуть успокоившись, я звоню Хадсону, потому что мне очень нужно сейчас услышать его голос. Но абонент на другом конце провода молчит, и я попадаю на автоответчик. Сижу в туалете ещё минут 10, просто вслушиваясь в фоновую музыку и приводя мысли в порядок.

Когда я уже собираюсь вернуться в зал, телефон начинает тихо вибрировать в моей руке, оповещая о входящем звонке. Это Чейз. Я слышу родной голос с ленцой, и губы сами растягиваются в лёгкой улыбке. Он обеспокоенно спрашивает, всё ли у меня в порядке. У меня на языке уже вертится занимательная история о том, что я ужинаю в компании некой Синтии Паркер, но я сдерживаю себя, рискуя нарваться на ссору.

Поэтому просто отвечаю, что заехала поужинать в одно местечко и очень по нему соскучилась. Хадсон тянет игривое «Ммм» и сообщает, что после студии собирался заскочить к Джошу, предлагая пересечься там. После этого он отключается, ссылаясь на оставшиеся дела. Я звоню Джошу, рассказывая ему о новом плане. Он тут же говорит, что уже вернулся домой и ждёт в таком случае моего приезда, убеждая, что будет рад увидеться.

Я возвращаюсь за столик, обнаруживая там заскучавшую Синтию. Она морщит нос, проводя рукой по волосам, и я чувствую её волнение.

— Я уж было подумала, что ты сбежала.
— Оставив здесь сумку? — усмехаюсь я, покачивая головой.

Между нами повисает долгая пауза, пока девушка не сводит с меня глаз, а я разглядываю свой бокал с красным полусладким.

— Просто скажи уже это, наконец, — нервно выдыхает она, откидываясь на спинку кресла.
— Сказать что?
— У тебя на лице всё написано, — фыркает Паркер. — Я знаю это твоё выражение лица под названием «Не веди себя, как ебанутая».
— О чём ты, блять, думала, когда решила поехать сегодня ко мне в редакцию? — выпаливаю я, чувствуя накатывающее раздражение. — Ты ведь знаешь, как всё устроено. Мы не контактируем на виду у знакомых, избегая тем самым лишних проблем.
— Почему мы снова это обсуждаем? Я ведь уже всё тебе объяснила.

Я замолкаю, недовольно пялясь на неё , и в два глотка допиваю остатки вина, возвращая бокал на место с резким стуком.

— Скажи то, что действительно вертится в твоей голове, — отстранённо добавляет Синтия, чем выводит меня из себя ещё больше.
— Меня больше интересует то, что происходит в твоей голове. Мы договорились быть просто друзьями, а ты сегодня объявляешься, как чёрт из табакерки, и в открытую переходишь все границы!
— Не заметила, чтобы ты особо этому сопротивлялась, — усмехается она, упираясь локтями в стол.
— Не переноси всю ответственность на меня, — устало повторяю я свою же недавнюю фразу. — Нас там было двое. И у каждого из нас есть свой мотив и своё объяснение каждому сказанному слову и сделанному поступку.
Паркер сканирует меня пристальным взглядом, и мне становится жутко некомфортно. Я начинаю жалеть, что вообще подняла эту тему. Но, с другой стороны, понимаю, что это нужно было сделать, чтобы расставить все точки над i.

— Я сказала, что не буду влезать в твои отношения. И я честно придерживалась этой позиции. Но сейчас у вас всё не так гладко, и ты сама это знаешь. Эти отношения начинают тебя напрягать. Ты больше не счастлива. А ты заслуживаешь быть счастливой.
— С тобой? — невольно вырывается у меня.
— С кем угодно, — отрезает Синтия, поджигая сигарету.

— Тогда чем плох Хадсон, который уже носит статус моего парня?
— Потому что это Хадсон, — разводит блондинка руками. — Да, сейчас Чейз в завязке. И в итоге вы оба весь месяц ходите с постными лицами. Когда я привожу тебя домой, ты возвращаешься в свою квартиру с таким обречённым видом, будто тебя на каторгу привезли.

— Всё совсем не так... — пытаюсь возразить я.
— Всё именно так, — со злостью цокает она. — Если бы всё было хорошо, если бы ты действительно была счастлива в своих отношениях, мы бы вообще, блять, никогда не сидели тут, обсуждая всё это! Потому что мы бы изначально не оказались в этой ситуации. Не было бы переписок, звонков и ужинов. Так как ты бы проводила время только со своим парнем.
— Наличие у меня отношений не говорит о том, что я не могу видеться со своими друзьями женского пола.
— А мы друзья?
— У тебя есть другое слово для определения нашего статуса? — тут же недоумённо вскидываю я брови.
Синтия в ответ невнятно жмёт плечами. Я глубоко вздыхаю, в очередной раз жалея, что вообще начала когда-то с ней общаться. Нужно было быть примерной девушкой и прислушаться к мнению своего парня.

— Что-то происходит, и мы обе это знаем, — медленно замечает блондинка, протягивая мне сигарету.

В моей голове сразу всплывают шутки о том, что «одна сигарета на двоих — это непрямой поцелуй». На мгновение я медлю, но потом шлю всё к чёрту, принимая тлеющий окурок. Пару часов назад часть меня была готова зайти гораздо дальше поцелуев на том столе, поэтому сейчас от какой-то сигареты уже точно не станет хуже.

— Я этого не хочу, — глухо произношу я, встречаясь с ним взглядом. — Не хочу лишних проблем для себя, да и для тебя тоже. У меня есть Чейз. И что бы я ни испытывала к тебе, и сколько бы времени мы ни проводили вместе, мои чувства к нему всегда будут перевешивать. Он всегда будет стоять на первом месте, что бы ты ни сделала и как бы ты ни старалась.
Синтия замирает на месте, широко распахивая глаза. Я знаю, что причиняю ей боль своими словами, но не могу повернуть назад. Если я не поставлю эту точку сейчас и не объясню ей всё, она не остановится. В итоге всё станет только хуже и тяжелее для всех нас.

— То есть ты всё-таки признаёшь, что между нами что-то есть.
— Синтия, — мягко прошу я, — я ведь живой человек. Ты очень хороший и замечательный, и вообще один из самых лучших людей, что я встречала. Ты меня привлекаешь в определённом смысле, но это никогда не пойдёт в сравнение с тем, что чувствую к Чейзу.
— Грёбаный Хадсон и его девушки, — качает блондинка головой с ироничной усмешкой.
— Если бы я встретила тебя первой, может быть, всё было бы иначе, — срывается с моих губ до того, как я успеваю остановить эту мысль.

Она поднимает на меня глаза, и я вижу там настоящую боль и обиду. Я делаю только хуже, усугубляя и без того напряжённую обстановку.

— Не заставляй меня вести себя, как сука. Я не хочу делать тебе больно, — мягко произношу я, осторожно прикасаясь к её ладони. — Я ведь предупреждала тебя. Тогда, в машине, когда ты привёз меня к отелю, зная, что я собираюсь вернуться к Хадсону. Я сказала тебе, что именно этим всё и закончится.
— В таком случае ты всё равно поступила, как настоящая сука, продолжив общаться с девушкой, у которого есть к тебе чувства. Да ещё и сделала это за спиной своего парня. Мы не спали вместе, но ведь ты сама говорила — моральная измена гораздо хуже физической, верно?

Я встречаю ледяной взгляд Синтии, и меня мгновенно накрывает волной ярости. Это была её идея, а сейчас она хочет выставить одну меня в виноватых? Я вскакиваю с кресла, хватая сумку, и буквально бегом спускаюсь по лестнице на первый этаж. На ходу вызываю такси, пока жду своё пальто в гардеробной. Я успеваю выкурить сигарету чуть ли не в три затяжки, а потом сажусь в подъехавшую машину, тут же заливаясь слезами. Я знаю, что Паркер отчасти права. Я сама вписалась во всё это, прекрасно осознавая последствия. Однако, всё равно не могу избавиться от чувства обиды.

Я приезжаю к Джошу в районе 11 часов вечера. Он хмурит брови, видя мои заплаканные глаза. Притягивает меня к себе, и я снова начинаю надрывно рыдать, не успев даже и слова сказать в качестве объяснения.

— Что произошло? — осторожно спрашивает парень, разливая по кружкам чай на кухне, когда десять минут спустя я, наконец, успокаиваюсь.

Я не могу объяснить ему всего, так как он изначально ничего не знает про Паркер. С тех пор, как мы с блондинкой решили продолжить общение после того памятного разговора в машине, никто толком ничего не знал об этом. Никто, кроме Чейза, который был в курсе каких-то редких звонков и пары встреч. Я прятала Паркер от всех друзей, иногда вскользь упоминая мол «Да, мы общаемся», избегая при этом любых подробностей. Я знала, что они не смогут этого понять. Да что там они, я сама с трудом объясняла себе всю сложившуюся ситуацию.

В блондинке было что-то, что цепляло меня, даже несмотря на то, что я в полной мере осознавала всю неправильность происходящего. Ты не можешь находиться в отношениях и при этом позволять себе флирт с кем-то другим. Это золотое правило, все об этом знают. В голове невольно всплывают недавние слова Синтии. Если ты счастлив в отношениях, то у тебя и мысли не возникнет о другом человеке. Но если они всё же возникли, что это тогда говорит о качестве твоих отношений?

— Ничего, просто гормоны шалят из-за таблеток, — невинно пожимаю я плечами.

Атински окидывает меня подозрительным взглядом, но прекращает расспросы. Рассказывает, что ему поступило пару предложений выступить на летних фестивалях.
Мы досматриваем первый сезон «Пастыря», когда уже в районе двух часов ночи в квартире раздаётся звонок.

Я выхожу в коридор, открывая дверь, и входящий Чейз тут же притягивает меня к себе, зарываясь лицом в мои волосы. Я ощущаю запах его парфюма, и меня понемногу отпускает. Нервы успокаиваются, и я чувствую привычный комфорт.

— Давно ты здесь? — интересуется он, вешая куртку на крючок и скидывая кроссовки.
— Пару часов.
— Всё в порядке? — окидывает он меня обеспокоенным взглядом.
— Да, всё хорошо, — натягиваю я фальшивую улыбку. — Просто очень соскучилась по тебе.

Хадсон мягко улыбается, прикасаясь холодными пальцами к моему подбородку. Он жадно целует меня, прижимая к светлой стене так резко, что у меня на миг дыхание перехватывает. Поверить не могу, что через пару дней шатен уедет в трёхмесячный тур, и я не смогу каждый день видеть его милую сонную мордашку по утрам и вот так вот упоительно целоваться посреди ночи в чужом коридоре.

Мы проводим у Атински ещё час, пока парни обсуждают пару концертов, во время которых к Хадсону присоединится младший тик токер. Я в это время залипаю в телефон, отвечая на скопившиеся за вечер сообщения от друзей. Взглядом натыкаюсь на одно от Синтии.

«Извини за то, что я сказала. Я поступила, как пизда, и была не права. Мы оба всё это начали. Прости за сегодняшнее, я не должна была переходить границы, так как ты находишься в отношениях. Просто дело скорее в том, что я хорошо знаю Хадсона. И мне в какой-то мере обидно, что ты встречаешься с ним, когда я лично знаю десяток парней в твоём окружении, которые относились бы к тебе намного лучше»

Я пялюсь на эти слова, совершенно не зная, что можно ответить на такое, кроме очевидного «Синтия, а не сходить ли тебе нахуй?». Поэтому в итоге оставляю сообщение без ответа.

Мы с Чейзом приезжаем в мою квартиру на такси. До этого он поинтересовался, почему я не на машине, если с утра уехала на ней. Пришлось отмазаться тем, что за ужином я захотела выпить, поэтому оставила авто на парковке у редакции.

— Слышал, к вам сегодня Паркер заезжала? — задаёт Хадсон вопрос, скрываясь внутри открытого холодильника.

Я стою рядом, облокотившись на кухонный стол, и пару секунд просто рассматриваю его спину, уходя в какую-то прострацию. Мысленно я надеюсь на то, что это не Грифф сболтнул лишнего про сегодняшнюю сцену.

— Алё, блять, земля вызывает Хелл, — со смешком произносит он, шумно опуская на стол коробку пирожных.
— Да, заезжала, — отвечаю я, наконец, сбрасывая с себя оцепенение. — Нужно было решить пару вопросов по работе.

Чейз кивает, наливая себе чай и откусывая половину пирожного за раз.

— Джош сказал, ты ревела, когда только приехала к нему.
— Просто перенервничала, — глухо отвечаю я, делая глоток из его кружки.
— Но ты бы сказала мне, если бы что-то было не так? — парень искоса кидает на меня внимательный взгляд.
— Конечно, я бы рассказала тебе.