Два шага до пустоты.

Время уже вечер. Я до сих пор зависаю в редакции, хотя торчу тут с 10 утра. Изначально собиралась только закончить редактуру и вернуться через пару часов домой. Но Грифф попросил помочь новому работнику Джейлу разобраться с материалом для монтажа следующего выпуска RoomService. В итоге мы безвылазно сидим в комнате уже часов 5. У меня слипаются глаза, а желудок сводит от голода. Видимо, три чашки кофе, одно пирожное и пол пачки сигарет не являются для моего организма достаточной едой.

Я жутко устала и хочу вернуться в квартиру, чтобы успеть провести какое-то время наедине с собой, пользуясь тем, что Хадсон сегодня на студии с Юбенксом. Я с опозданием отмечаю, что за целый день мы даже ни разу не позвонили друг другу, не считая утреннего звонка, когда я стояла в пробке, а Чейз только проснулся. Сейчас 7 вечера, и я пишу ему скорую смску, спрашивая, как у него дела и во сколько он вернётся. Джейл замечает, что я отвлеклась, и тут же мягко толкает меня в бок. — Слушай, я знаю, что мы оба уже заебались тут сидеть, но давай хотя бы одну часть до ума доведём.
— Полдня прошло, — устало выдаю я, — а не «это всего на час», как ты обещал.
— Откуда я знал, что видос вообще свежий? Блять, даже первичный монтаж не сделали, — покачивает он головой.
— Давай поедим хоть что-нибудь?

Но не успеваю я закончить фразу, как тут же натыкаюсь на недовольный взгляд парня. Никакой еды возле аппаратуры. Это было железное правило. Я только собираюсь добавить что-то ещё, как нас прерывает резкий стук в дверь.

— Хелл, к тебе тут пришли, — осторожно произносит Грифф с каменным лицом, оглядываясь на кого-то в коридоре.

Это удивляет. Вид у начальника такой, будто тот привидение увидел. Он отодвигается в сторону, и на пороге комнаты появляется девушка в чёрной толстовке с капюшоном, надвинутым до самых глаз. Она стягивает его, расплываясь в широкой улыбке, и у меня невольно перехватывает дыхание. Это Синтия. Что она тут забыл?

Я молча пялюсь на Гриффа, но тот отвечает мне таким же удивлённым вглядом, пожимая плечами из-за спины Паркер. Я понимаю, что пауза затягивается, потому вскакиваю с кресла, встряхивая волосами. Извиняюсь перед Джейлом, буквально хватаю Синтию за руку и тащу её за собой по коридору до ближайшего укромного кабинета. Я замечаю, как люди также пялятся на неё, когда мы проходим мимо, и где-то на уровне инстинкта слышу тихие перешептывания, летящие нам в спину.

Я сворачиваю за угол и завожу блондинку в переговорную, резко хлопая дверью, оказываясь, наконец, вдали от чужих глаз и ушей. Она тут же склоняется с лёгкой усмешкой, собираясь поцеловать меня в щёку. Но я отстраняюсь и обхожу ее, присаживаясь на стол посреди комнаты.

— В чём дело? — улыбка сползает с её лица.
— Ты что здесь делаешь вообще? — я недоумённо задаю ей вопрос.
— Хотела увидеться с тобой.
— А позвонить нельзя было? Господи, мы же в 21 веке живём! — всплёскиваю я руками.

Девушка подходит ко мне, устраиваясь между моими разведёнными коленями и опираясь руками на стол. Сильный запах вкусного женского парфюма тут же бьёт в нос. Синтия склоняется ещё ближе, и я неосознанно задерживаю дыхание. Она едва ощутимо ведёт носом по моей шее, обхватывая ладонью талию.

— Не злись, ладно, — мягко произносит блондинка, щекотя мне шею своим горячим дыханием. — Я соскучилась. А ты уже 4 дня не отвечаешь на мои звонки. Да ещё и отменила ту встречу, когда я должна была забрать тебя от твоего психолога.
— Психотерапевта, — на автомате поправляет мой мозг, пока тело концентрируется лишь на прикосновениях девушки.

Она слишком близко, вторгается в моё личное пространство вот так сходу, с порога, и это сносит мне крышу. Я осторожно кладу руку на её плечо, не уверенная до конца, хочу ли я отстранить её или же притянуть к себе.

— Ага, то есть ты признаёшь тот факт, что намеренно игнорировала меня в последние дни? — выдыхает Паркер, мимолётно касаясь губами ключиц.
— Не надо, — тут же произношу я, чуть отклоняясь назад. — Ты не можешь...
— Я не могу что?

Расстояние между нашими лицами минимальное, и я вижу, как леденеет её взгляд. Она злится, и я понимаю это только сейчас, спутав эту браваду с умелой маской. Синтия смотрит прямо, не отрываясь. Она знает, что к чему, и намеренно ходит по краю.

— Ты не можешь вот так себя вести. Господи, Синтия, — вздыхаю я, покачивая головой, — ты не можешь вот так приезжать на мою работу! Твою мать. Мы же это обсуждали.
— То есть, пока мы находимся у меня, ты можешь сутки напролёт делить со мной постель, — сухо усмехается она. — Но за пределами моей квартиры мы должны играть в эту твою ебаную игру под названием «Я знать не знаю, кто такая
тик-токерша Синтия Паркер».

Я закатываю глаза и пытаюсь оттолкнуть девушку от себя, но она перехватывает мои запястья, с силой сжимая их.

— Да что на тебя нашло сегодня? — поражаюсь я, удивлённо распахивая глаза.
— Почему ты меня игнорировала?
— Я не делала ничего такого, просто замоталась с делами.

Я закусываю губу, встречая её пристальный взгляд. Но кожей чувствую, что она мне не верит. У Синтии есть чуйка, в наличие которой я лично убеждалась несколько раз. Она нутром чует ложь за версту. И уверена, сейчас она тоже это делает. Потому что на деле девушка была права.

Последний разговор с психотерапевтом сильно пошатнул моё сознание. Отношения с Чейзом превращались в какой-то фарс, и я не знала, что с этим делать. Я вышла тогда с сеанса, вымотанная морально до жути и совершенно сбитая с толку. Приехала домой, мимолётно поцеловала Хадсона, потрепав его по волосам, и завалилась спать в 6 вечера. Потом проснулась посреди ночи, как от резкого толчка, вышла на кухню попить воды и десять минут простояла в дверном проёме, наблюдая за мирным сном своего парня при свете луны. И тогда до меня, наконец, дошло, что было не так, почему я уехала с сеанса с ощущением, что мир перевернулся с ног на голову.

Дело было в Паркер. Психотерапевт снова завела разговор о ней, и я признала, что дала бы девушке шанс, если бы была одинока. Никогда до этого я даже мысленно не позволяла себе подумать о блондинке в таком ключе. В плане «А что если...?». Но я сделала это в кабинете врача, признав тем самым, что между нами всё-таки что-то происходит. Поэтому я испугалась и запуталась в происходящем ещё больше, что в итоге привело к тому, что я действительно игнорировала Синтию.

Я хотела сперва выяснить всё с Чейзом, прежде чем тот уедет в тур. Но прошло три дня, и парень зависал всё время на студии, доводя до ума последние приготовления. Поэтому я до сих пор не нашла подходящий момент, чтобы спросить шатена «Какого, собственного, чёрта происходит?». Но я никак не ожидала того, что Паркер не выдержит молчания и заявится ко мне на работу! Блять. Я делаю пометку в голове прочесть скопившийся десяток сообщений от неё , когда девушка задаёт другой вопрос, прерывая мои размышления.

— Что происходит на самом деле?

Она испытывающе заглядывает мне в глаза, но я молчу, не зная, как объяснить ей сложившуюся ситуацию. Ведь дело было тут даже не в ней, а во мне. Бенджи был прав, когда как-то сказал: «Ты не можешь быть просто друзьями с кем-то, у кого есть к тебе чувства». Тогда он говорил про Джоша, намекая на интерес парня к моей персоне. Но под случай с Паркер это тоже подходит. Чёрт!

Я злюсь на саму себя, что поддалась на эти голубые глаза и милую улыбку, согласившись продолжить общение с блондинкой. Знала же, что будет только хуже. Как можно просто дружить с девушкой, когда вы оба знаете, что у неё есть какие-то симпатии к тебе? Ответ один — никак. Именно поэтому прошедшие полтора месяца мы с Паркер постоянно ходили по краю этой пропасти. Балансировали на грани и тонули во взглядах украдкой, робких улыбках, случайных прикосновениях, неловких паузах и двусмысленных фразах.

Между нами ничего не было, ничего физического, но я более чем уверена, что мысленно она уже позволила фантазии сделать всё за неё. Ситуация, в которой мы оказались, была, на самом деле, банальной. Чейз верно заметил: история повторяет саму себя. Мы с Хадсоном были вместе, и все вокруг думали о нас, как о показательно-идеальной счастливой паре. Хотя обстановка дома была не из лучших. Но ты никогда не знаешь наверняка, что происходит у людей за закрытыми дверями, верно?

В то же время ещё была блондинка, и за всеми этими ночными переписками и просмотрами «Доктора Хауса» в её кровати что-то таилось. Что-то росло и множилось, и напряжение между нами становилось всё более очевидным. Я думала, что смогу контролировать ситуацию. Обещала себе, что это был последний звонок посреди ночи, последний совместный ужин, но в итоге велась на её уговоры и ласковый голос снова и снова.

Я оправдываю себя тем, что ничего не делаю. Что никто не может ничего мне предъявить, кроме невинных переписок и нескольких встреч, про которые даже Хадсон был в курсе. Но при этом всё равно не могу отделаться от этого противного липкого чувства. Фраза Чейза «Я бы убил тебя, если бы ты мне изменила» эхом отдаётся в моей голове каждый раз, когда я как-то контактирую с Паркер.

Я знаю, что никогда бы не изменила своему парню, потому что для меня это всегда была самая последняя низость — поступать так с доверием и чувствами близкого человека. Но иногда в сознании на долю секунды всё же появляется это блядское «А что было бы...?», и сразу возникает ощущение, будто я предаю в первую очередь саму себя.

— Я прячу тебя по углам, как свою любовницу. Вот что происходит, — нервно выдыхаю я, рассматривая кольца на её пальцах.

Паркер замирает и две долгих секунды спустя отпускает мои запястья. Она ласково поглаживает покрасневшую кожу, и я поднимаю глаза, оглядывая ее лицо. Ее упрямо сжатые губы и стиснутые челюсти. Девушка напряжена, и я боюсь лишнее движение сделать, ощущая себя, как в клетке с опасным диким зверем.

Именно этот контраст привлекал меня в блондинке. Она всегда была очень спокойна, настроена на мирную волну, со своим размеренным глубоким голосом и добрыми глазами. Но в то же время я чувствовала в ней эту силу и внутренний стальной стержень. Она казалась одной из тех девушек, кто может задушить тебя голыми руками, даже глазом не моргнув и не сменив спокойной ласковой интонации. В тихом омуте черти водятся — это про неё .

— Но мы ведь не спим вместе, — обманчиво мягко говорит Синтия.

Она поднимает ладонь к моей шее, теребя эту пресловутую птичку на тонкой цепочке. Я ощущаю лёгкое натяжение серебряной нити и вынужденно склоняюсь к девушке. Наши лица вновь оказываются в опасной близости друг от друга, но потом она отводит цепкий взгляд. Склоняется к моей шее и сдвигает воротник слишком широкой белой футболки в сторону, который тут же съезжает. Секунду спустя я чувствую мягкое прикосновение чужих губ к своему плечу. Поцелуй обжигает, и от неожиданности я вцепляюсь пальцами в толстовку блондинки.

— Мы вообще ничего с тобой не делаем, — неспешно добавляет между лёгкими поцелуями. — Я самый образцовый друг из всех, что у тебя были в последнее время.
— На что ты намекаешь? — недоумённо хмурю я брови, на миг возвращаясь в реальность.
— Только глухой не слышал о твоих похождениях этой осенью на тусовках.

Я смотрю на то, как Синтия хитро прищуривает один глаз, растягивая губы в усмешке, и задыхаюсь от злого возмущения. Но не успеваю я и слова сказать, как девушка влажно проходится языком по моим ключицам, подхватывая губами подвеску. Заодно она легко царапает зубами нежную кожу, и я мгновенно покрываюсь мурашками. Тело будто сковывает спазм, и я ничего не могу с собой сделать, просто утопая в новых ощущениях.

— Прекрати, — едва слышно шепчу я слабеющим голосом.
— Почему?

Я слышу искренний интерес в её вопросе и гадаю — спрашивает она всерьёз или просто умело притворяется.

— Ты ведь знаешь, что у меня есть парень, — тихо произношу я, пропуская пальцы сквозь мягкие пряди её светлых волос. — Ты обещала, что не будешь вставать между нами.
— А разве я встаю между вами?

Ещё до моего ответа Паркер ладонью мягко обхватывает мою шею, вынуждая меня чуть запрокинуть голову. Горячие губы тут же прижимаются к жилке на шее, оставляя дорожку влажных поцелуев. Она легко прикусывает кожу, и я не успеваю сдержать тихий стон. Сердце бешено стучит у меня в ушах, и я ощущаю, как девушка опускает вторую ладонь на моё бедро.

— Я ведь не заставляю тебя делать какой-то выбор, — выдыхает блондинка, обхватывая губами мочку моего левого уха.

Её ладонь поднимается с бедра выше, скрываясь под футболкой. Чужие пальцы ласково оглаживают голую кожу на моих рёбрах, огнём выжигая невидимые метки. Дыхание сбивается окончательно, и я неосознанно выгибаю спину, поддаваясь на прикосновения девушки.

— Ты уже приняла решение, — продолжает она, осыпая нежными поцелуями мою шею. — Ты с ним. И я в это не лезу.
— Тогда что ты делаешь? — я слегка отстраняюсь, смотрю в её глаза, подёрнутые пеленой, и меня ведёт ещё больше.
— А что ты хочешь, чтобы я делал?
— Не переноси всю ответственность на меня, — усмехаюсь я, ласково поглаживая её щёку. Синтия, как слепой котёнок, утыкается в мою ладонь, следуя за её движением.
— Я лишь хочу, чтобы ты была счастлива.

Я замираю, и блондинка, прикрывший на миг глаза, распахивает их. Я натыкаюсь на совершенно осознанный взгляд глубоких голубых глаз, и меня затягивает в этот омут ещё больше. Ощущаю, как тонкие пальцы мягко очерчивают кромку кружевного лифчика. В моей голове совершенная пустота. Синтия открывает рот, чтобы добавить что-то ещё, но тут раздаётся резкий стук в дверь.

— Я не знаю, что у вас там за важные переговоры, но ты нам ещё нужна здесь, Хелл, — слышу я напряжённый голос Гриффа.
— Я выйду через секунду! — кричу я в ответ, тут же начиная смущаться и отводя взгляд от блондинки.

Она демонстративно молча поправляет на мне футболку, возвращая воротник на место и расправляет мои волосы таким образом, чтобы они закрывали покрасневшую шею. Я вижу, что она собирается отстраниться, но в последний момент Паркер внезапно притягивает меня к себе, вовлекая в крепкое объятие. Я утыкаюсь в её плечо, вдыхая терпкий парфюм.

— Извини, — мягко шепчет она, убирая от меня руки.

Я боюсь нарушить эту хрупкую невесомую атмосферу между нами и молча киваю. Блондинка робко улыбается краешком губ и ласково целует меня в висок. Она делает шаг в сторону, показательно разводя руками, мол «Я больше тебя здесь не держу». Я смутно осознаю, что только что произошло. Мимолётно прикасаюсь к её ладони напоследок и выхожу за дверь.

Грифф всё еще стоит там. Он пару секунд пялится на румянец на моих щеках, отводит волосы от шеи, легко прикасаясь к красноватым пятнам. Я вижу неодобрение и немой вопрос в его глазах, но сам друг молчит. В тишине мы доходим до кабинета, где работает Джейл. Парень скрывается было в комнате напротив, но сразу делает шаг назад.

— Я не знаю, что у вас там происходит, — отстранённо произносит он, устремляя взгляд куда-то левее меня, — но никому из нас не нужно повторение декабрьской истории с Чейзом двухлетней давности.
— Этого не будет, — тут же возражаю я.

Грифф переводит глаза на меня, и я буквально вижу в них эту мольбу и отчаяние.

— Всё совсем не так, что бы ты там ни думал, — убедительно добавляю я.

Парень пристально осматривает моё лицо, но потом кивает и расслабляется. Он уходит в свой кабинет, закрывая за собой дверь, и я нервно выдыхаю. Твою мать! И надо же было такому произойти именно здесь.

Я делаю глубокий вздох и захожу к Джейлу. Он полностью погружён в работу и, не отрываясь взглядом от монитора, сообщает, что максимум через полчаса мы будем свободны. Я проверяю оставленный на столе телефон, обнаруживая сообщение от Хадсона:

«Малыш, задержусь на студии, буду за полночь. Не жди меня, ложись спать пораньше. И не забудь утром про совещание!».

Я тут же сникаю. Разговор с шатеном вновь переносится. Я неосознанно злюсь на него, но в тоже время понимаю его занятость из-за предстоящего тура.

Около 40 минут спустя я, наконец, покидаю офис редакции, спускаясь в лифте на 1 этаж, где расположена охрана и небольшая кофейня. Я выхожу из лифта, на ходу наматывая синий шарф, и тут натыкаюсь взглядом на Паркер, сидящую со стаканчиком кофе в этой самой кофейне. Я замираю на месте, и девушка сразу подрывается с мягкого белого кресла, как только замечает меня.

— Ты решила сегодня преследовать меня? — делаю я попытку пошутить, но она остаётся полностью серьёзной.

Блондинка мягко подаёт мне свой локоть и выводит на улицу.

— Я на машине, — начинаю мямлить я, но он тут же перебивает меня.
— Сегодня я за рулём.

Я поворачиваю голову и встречаю её цепкий упрямым взгляд. Эта Паркер разительно отличается от того, которая покрывала поцелуями мою шею в переговорной. Я вновь чувствую себя, как один на один с хищником. Отвожу от нее глаза, потому что уже знаю, что эту схватку мне не выиграть.

Паркер ведёт нас к своему чёрному джипу, учтиво открывая передо мной дверь. Однако, после того, как я оказываюсь внутри машины, она захлопывает эту самую дверь с такой силой, что на миг у меня в ушах звенит. Девушка всё ещё злится, и это становится очевидным из-за такого молчаливого пассивно-агрессивного поведения.

— Куда? — отстранённо спрашивает она, подкуривая себе и мне по сигарете.
— Лично я собиралась поехать домой.
— Неверный ответ.

Я слышу усмешку в её голосе, хотя внешне блондинка остаётся такой же серьёзной. Каменное лицо, прямой взгляд вперёд, пока мы выезжаем с закрытой парковки.

— Что ты задумала?
— Ничего, — отвечает она, глубоко затягиваясь. — Просто хочу, чтобы ты сегодня расслабилась.
— С чего ты взяла, что мне это нужно? — осторожно спрашиваю я.
— Догадалась. Ты же мне не отвечаешь.

Я тихо вздыхаю украдкой. Полчаса спустя, когда мы стоим в пробке где-то в центре, напряжённая атмосфера в машине достигает своего апогея.

— Извини, — срывается с моих губ. — С Хадсоном в последнее время происходит какой-то пиздец. Мне нужно со всем разобраться прежде, чем он уедет в тур. Я не хотела тебя в это втягивать.

Синтия делает вид, что вовсю сконцентрирована на дороге, но я замечаю краем глаза, как она вся расслабляется.

— Поужинаем вместе? — легко произносит блондинка 10 минут спустя, оборачиваясь ко мне и расплываясь в широкой беззаботной улыбке.