4 глава
После слов Кастиэля на поляне повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Но прервал ее не ответ ангела, а глухой звук — рука Элаяса, только что касавшаяся щеки дочери, безвольно соскользнула и упала на мерзлую землю. Его голова откинулась назад, а глаза медленно закрылись.
— Папа! — Лиана вскрикнула, подхватывая его. — Сэм! Он снова отключается!
Сэм мгновенно оказался рядом, прижимая пальцы к сонной артерии охотника.
— Пульс есть, но очень слабый. Дин, у него сильнейшее истощение и обморожение. Его душа... она буквально на грани. Тот дух выпил из него почти все тепло.
Дин резко обернулся к Кастиэлю:
— Кас, хватит загадок! Помоги ему. Ты же можешь подлечить его, верно?
Ангел подошел ближе, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась тревога. Он приложил два пальца ко лбу Элаяса. На мгновение пальцы Каса тускло засветились, но почти сразу свет погас. Ангел нахмурился.
— Я могу стабилизировать его физическое тело, — произнес Кастиэль, глядя на Лиану. — Но его дух поврежден «холодом вечности». Ему нужен настоящий покой и тепло, которое не может дать ангельская сила. Нам нужно убираться отсюда. Прямо сейчас.
Лиана, чье лицо было испачкано сажей и слезами, подняла голову. Она видела, как Кастиэль смотрит на нее — не как на спасенную девушку, а как на объект огромной важности.
— Грэм! — Дин махнул рукой второму охотнику. — Помогай Сэму грузить его в машину. Мы возвращаемся в ангар, забираем вещи и немедленно уезжаем из этого проклятого города. Нам нужно место, где тепло и где нас сложнее будет выследить.
Грэм, до этого стоявший в шоке от появления ангела, встрепенулся и бросился на помощь. Вместе с Сэмом они осторожно подняли бесчувственного Элаяса и понесли его к «Импале». Лиана шла следом, ее ноги подкашивались, а свет кулона постепенно угасал, оставляя после себя лишь давящую усталость.
Дорога обратно к ангару прошла в тяжелом молчании. Дин гнал машину, обруливая вмерзшие в лед автомобили, которые в свете фар казались призраками. Быстро забросав в багажник оставшееся снаряжение и запасы Грэма, они покинули промышленную зону.
— Кас, ты с нами? — спросил Дин, поглядывая в зеркало заднего вида на ангела, который неподвижно сидел рядом с Лианой.
— Я буду поблизости, — коротко ответил Кастиэль. — Нам нужно обеспечить безопасность Лианы. Воздух все еще наэлектризован ее энергией, это как след на снегу для тех, кто ищет.
Спустя час напряженной езды, когда Фэрбанкс остался позади, а ледяной туман начал редеть, Дин затормозил у придорожного мотеля «Полярная звезда». Вывеска уныло мигала, но в окнах горел свет — здесь, чуть дальше от эпицентра аномалии, цивилизация еще держалась.
— Сэм, бери номера. Грэм, помоги с Элаясом, — распорядился Дин.
Они сняли два соседних номера. В первом осторожно уложили Элаяса на кровать, обложив его всеми одеялами, что нашли в шкафах. Лиана тут же села рядом, взяв отца за холодную руку. Сэм включил обогреватель на максимум, и по комнате поползло живительное тепло.
Кастиэль стоял у окна, задернув шторы.
— Он стабилен, Лиана, — произнес ангел, чувствуя ее немой вопрос. — Но ему нужно время. Холод затронул не только тело.
Лиана подняла голову, глядя на Каса, а затем на Дина, который вошел в комнату с бутылкой виски и парой стаканов.
— Вы сказали, это начало конца, — тихо произнесла она. — Если я «ключ», то что мы будем делать дальше? Я не могу просто сидеть в мотеле и ждать, пока за мной придет Сатана.
Дин налил виски, протянул один стакан Сэму и тяжело вздохнул.
— Сначала мы отогреем твоего старика. А потом... — он посмотрел на Кастиэля. — Потом ты расскажешь нам все, что знаешь об этой истории с сосудом. Без цензуры, Кас.
В номере мотеля пахло старым деревом и дешевым моющим средством, но после ледяного ада Фэрбанкса этот запах казался божественным. Грэм и Сэм ушли во второй номер, чтобы проверить периметр и дать Элаясу поспать в тишине. Дин присел на край стола, сложив руки на груди, а Лиана устроилась в старом кресле напротив Кастиэля.
Ангел стоял неподвижно, его силуэт подрагивал в слабом свете настольной лампы.
— Твой отец, Элаяс, — человек, Лиана. И он совершил то, что считалось невозможным, — начал Кастиэль, глядя куда-то сквозь стену. — Но твоя мать... та, кто дала тебе искру и жизнь, — она была одной из нас. Одной из величайших. Ее звали Элейн.
Лиана слушала, затаив дыхание. Имя «Элейн» отозвалось в ее сознании странным, теплым светом.
— Она не была просто рядовым солдатом, — продолжал Кас. — Элейн была верховным ангелом на Небесах. Одной из самых чистых и сильных сущностей, когда-либо сотворенных. Она верила в человечество так, как не верил никто другой. Именно поэтому она спустилась на землю. Она увидела в твоем отце то, что заставило ее отринуть небесный престол ради любви и защиты этого мира.
— Значит, она была главной? — тихо спросила Лиана. — Почему же она оставила вас?
— Верховные ангелы редко уходят по своей воле, — Кастиэль на мгновение отвел взгляд. — Ее любовь к человеку и твое рождение сочли величайшим нарушением порядка. Но перед тем как ее вернули или... заставили исчезнуть, она вложила в тебя не просто свою силу, а часть своей Благодати. Она знала, что наступает время, когда старые печати начнут слабеть. Ты не просто нефилим. В твоей крови течет энергия одного из правителей Небес.
Дин нахмурился, подавшись вперед:
— Погоди, Кас. Ты хочешь сказать, что Лиана — дочь верховного ангела? Это делает ее ходячей атомной бомбой.
Слова Кастиэля прозвучали как смертный приговор, и даже Дин, видевший в этой жизни все, заметно напрягся.
— Именно поэтому Сатана так одержим тобой, Лиана, — голос Кастиэля стал сухим и пугающе официальным. — Твое происхождение делает тебя уникальной. Но его план куда более зловещий, чем простое использование тебя как оболочки.
Кас сделал паузу, подбирая слова, и его взгляд стал невыносимо печальным.
— Если Сатана оплодотворит тебя, Лиана... ребенок, который родится от союза Дьявола и дочери Верховного ангела, станет чем-то невообразимым. Это существо будет обладать мощью обоих миров в их абсолютном проявлении. И этот ребенок станет для Сатаны идеальным сосудом.
Лиана почувствовала, как в комнате внезапно не хватило воздуха. Холод, который она ощущала в Фэрбанксе, показался детской сказкой по сравнению с тем ледяным ужасом, что сковал ее сердце сейчас.
— Постой, — перебил Дин, его голос сорвался на рык. Он сделал шаг к Кастиэлю, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. — Ты хочешь сказать, что если эта дрянь случится... если он сотворит это с ней... как нам тогда его выкурить? Как достать Сатану из такого сосуда?
Кастиэль посмотрел на Дина долгим, тяжелым взглядом. В этом взгляде не было надежды.
— В том-то и дело, Дин. Никак, — голос ангела прозвучал как приговор. — Если Сатана перейдет в это дитя, рожденное Лианой, он не просто займет оболочку. Он станет с ней единым целым на уровне плоти и духа. Это не будет одержимостью в привычном понимании. Это будет его новое, истинное воплощение.
Дин выругался и со всей силы ударил по спинке старого кресла.
— Не бывает «никак», Кас! Всегда есть способ! Клинок ангела, кольца Всадников, какая-нибудь енохианская дезинфекция...
— Не в этом случае, — отрезал Кастиэль. — Из обычного сосуда мы можем изгнать его, разрушив тело или используя заклинания. Но из этого сосуда изгнать его будет невозможно, потому что сосуд будет создан из его собственной сути и света Верховного ангела. Чтобы достать его оттуда, придется уничтожить само мироздание.
Лиана слушала их, и ей казалось, что стены мотеля сжимаются. Она посмотрела на свои руки, которые еще недавно излучали чистый белый свет, и теперь этот свет казался ей проклятием.
— Значит, если я допущу это... если он до меня доберется... — она запнулась, не в силах произнести это вслух.
— Значит, мы этого не допустим, — отрезал Сэм, который все это время стоял у двери, слушая разговор. Он подошел к Лиане и положил руку ей на плечо. — Мы найдем способ скрыть тебя. Если Сатана не сможет тебя найти, он не сможет осуществить свой план.
В этот момент Элаяс на кровати резко вскрикнул и распахнул глаза. Он тяжело дышал, его взгляд метался по комнате, пока не остановился на Кастиэле.
— Ты... — прохрипел отец Лианы. — Ты уже все ей рассказал?
Элаяс со стоном приподнялся на локтях, его лицо было бледным, как полотно. Лиана решительно подошла к кровати и, перебив Кастиэля, посмотрела отцу прямо в глаза. В ее взгляде больше не было страха — только ледяная жажда ответов.
— Рассказывай все, — потребовала она. — Мама знала? Она знала, что Сатана захочет использовать меня, чтобы создать этот... идеальный сосуд? Были ли у нее инструкции, как уничтожить его? Как выселить Сатану из Дина, если он все-таки заберет его тело?
Лиана на секунду обернулась к Дину, который стоял у стены.
— Я почувствовала его там, внутри. Когда я светилась... я как будто накинула на него цепь. Временно. Дин сейчас его не слышит, но это ненадолго. Я не смогу держать его на цепи вечно.
Элаяс тяжело вздохнул и закрыл глаза, словно снова переживал тот день, когда Элейн ушла.
— Твоя мать... — начал он хрипло. — Она знала, что за тобой придут, но даже ее мудрости верховного ангела не хватило, чтобы найти способ изгнать его навсегда. Единственное, что она успела сделать — это создать твой кулон. Это щит, Лиана, но не решение. Она надеялась, что время даст нам ответ.
Он перевел взгляд на Сэма и Дина, его голос окреп от тревоги.
— Церковь и этот город больше не безопасны. Сатана уже знает, что ты проснулась. Вам нужно немедленно ехать в дом бабушки Мэриэнн. В тот самый, где она жила и где закончила свои дни.
Лиана нахмурилась:
— Я была там ребенком. Ты говорил, там ничего нет.
— Я изучил там каждый сантиметр вместе с твоей бабушкой, — Элаяс сжал ее руку. — Мы искали способ изгнать Сатану из любого сосуда, но в книгах Мэриэнн ничего не было. Однако защита того дома... она особенная. Элейн лично вплела свою благодать в его стены. Там Сатана не сможет коснуться тебя. Езжайте туда.
Отец Лианы попытался встать, но Кастиэль мягко удержал его за плечо.
— Я останусь здесь и восстановлюсь, — твердо сказал Элаяс. — Грэм присмотрит за мной. У меня есть одна зацепка... старый контакт Элейн, который может знать больше о «запретном ритуале исхода». А вы — уходите. Прямо сейчас.
Дин коротко кивнул, подхватывая ключи от Импалы.
— Слышали отца? Собираемся. Нам нужно в дом бабули, пока Сатана не сорвался с цепи в моей голове.
Лиана замешкалась у порога, переводя взгляд с отца на Кастиэля, но Элаяс твердо кивнул ей на дверь.
— Иди, Лиана. Подожди в машине. Мне нужно переговорить с ними... по-мужски.
Она хотела возразить, но, увидев суровую решимость в глазах отца, лишь плотнее сжала кулак с кулоном и вышла, прикрыв за собой дверь. В комнате воцарилась тяжелая тишина. Сэм и Дин замерли, чувствуя, что сейчас начнется разговор, который будет посложнее, чем допрос демона.
Элаяс со стоном сел на кровати, его бледное лицо в свете лампы казалось высеченным из камня. Он долго смотрел на братьев, оценивая их, словно видел насквозь все их шрамы и грехи.
— Я много о вас слышал, — начал он хрипло, обращаясь к обоим. — Сэм, Дин... Винчестеры. Вы из тех парней, которые либо спасают мир, либо сжигают его дотла, пытаясь это сделать.
Он перевел тяжелый, пронзительный взгляд на Дина. Тот не отвел глаз, хотя внутри у него ц еще ворочался холод, запертый «цепью» Лианы.
— Берегите ее, — сказал Элаяс. — Она — это все, что у меня осталось от Элейн. Она не просто «ключ» или «сосуд», она — моя дочь. И если с ее головы упадет хоть один волос по вашей вине... я достану вас даже из клетки Люцифера.
Затем он подался вперед, и его голос стал опасно тихим, вибрирующим от ярости и предупреждения.
— А теперь лично тебе, Дин, — Элаяс ткнул пальцем в сторону старшего Винчестера. — Я знаю, что Сатана сидит в тебе. Я знаю, к чему он стремится. Так вот, слушай меня внимательно: не смей прикасаться к моей дочери. Даже не подходи к ней ближе, чем того требует защита. Ты меня понял? Если я замечу, что дьявол внутри тебя начинает тянуть к ней свои лапы или ты сам потеряешь контроль — я лично всажу тебе пулю в лоб, и мне будет плевать, сколько раз ты воскресал.
Дин на мгновение напрягся, его челюсть сжалась. Он понимал страх отца, но слова Элаяса ударили по больному — ведь он и сам больше всего на свете боялся причинить ей вред.
— Я тебя понял, — коротко и жестко ответил Дин. — Твоя дочь в безопасности, пока я дышу. Даже если мне придется ради этого вырвать себе сердце.
Элаяс еще несколько секунд сверлил его взглядом, затем бессильно откинулся на подушки, тяжело дыша.
— Езжайте, — выдохнул он. — Вам нужно в Неваду. Дом Мэриэнн стоит на самом берегу озера, в паре миль от ближайшего соседа. Это место скрыто от лишних глаз. Живо! Пока цепь не лопнула.
Дин коротко кивнул и, не оглядываясь, вышел из номера. Сэм последовал за ним. В коридоре мотеля они встретили Лиану — она стояла, прислонившись к стене, и ее пальцы судорожно сжимали кулон. Она видела их лица и понимала, что разговор с отцом был тяжелым.
— В машину. Мы едем в Неваду, — бросил Дин, его голос был сухим и резким.
Лиана шла следом за братьями к «Импале», чувствуя, как земля уходит у нее из-под ног. Все, что произошло за последние часы, казалось безумным калейдоскопом: ледяной монстр, которого они едва одолели вместе с Винчестерами, странная сила, вырвавшаяся из ее груди, и, наконец, это странное знакомство.
Она бросила короткий взгляд на Кастиэля — ангела, о существовании которого она узнала всего полчаса назад. Он выглядел как обычный человек в поношенном плаще, но от него веяло такой древней и пугающей мощью, что у Лианы по коже бежали мурашки. Отец остался там, в мотеле, слабый и изможденный, и это давило на нее сильнее всего.
Когда они загрузились в машину, в салоне повисла гнетущая тишина. Сэм сидел впереди, развернув карту Невады, а Лиана забилась в угол заднего сиденья. Пустота рядом с ней, там, где мог бы сидеть Кас, если бы не улетел вперед, давила на психику. Дин завел мотор, и «Импала» с ревом сорвалась с места, разрезая ночную тьму.
Лиана смотрела в окно на мелькающие тени деревьев, пытаясь осознать: она — не просто человек, ее мать — верховный ангел, а внутри Дина сидит Сатана, запертый ее собственной энергией. Шок накатывал волнами, мешая дышать.
Наконец, не выдержав этого напряжения, она подалась вперед и тронула Сэма за плечо.
— Сэм... — ее голос дрогнул. — Что нам дальше делать? Я имею в виду... когда мы приедем в этот дом. Что будет со мной? И как... как это все исправить?
Сэм отложил карту и обернулся к ней. Его взгляд был полон сочувствия, в то время как Дин лишь сильнее сжал руль, не отрывая глаз от дороги.
— Сначала нам нужно убедиться, что ты в безопасности, Лиана, — мягко ответил Сэм. — Дом твоей бабушки — это крепость. Там мы сможем выдохнуть и разобраться в записях. Мы найдем способ защитить тебя и... — он на мгновение замялся, бросив быстрый взгляд на затылок брата, — и найти способ решить проблему с тем, что внутри Дина.
— Если этот способ вообще существует, — буркнул Дин, чьи глаза в зеркале заднего вида казались неестественно темными.
— Мы его найдем, — твердо повторил Сэм, глядя на Лиану. — Ты не одна в этом, понятно? Теперь это и наша война тоже.
Лиана откинулась на спинку сиденья, сжимая кулон. Слова Сэма немного успокоили ее, но холодный шепот в глубине сознания напоминал: «цепь» не будет держать вечно.