Глава пятнадцатая
Лиам.
Она потеряла сознание у меня на руках, её бледные губы были полуоткрыты, словно она провалилась в долгий сон. В панике оглянувшись по сторонам, я быстро скомандовал позвать медицинскую помощь — и она прибыла ровно через пять минут в сопровождении машины и бегущих за ней парой тройкой врачей.
Кристен аккуратно подняли и положили на специальные носилки, затем быстро погрузили в машину скорой помощи, стараясь терять как меньше времени. Я убедил специалистов, чтобы поехать с ней.
Я сидел рядом с ней, пока машина предупреждающе визжала, несясь по дороге. Мне показалось, Кристен пыталась бороться с помутнением сознания, потому что слабо сжимала мою ладонь и также слабо открывала глаза, сопротивляясь.
— Я здесь, Джеймс, — тихо сказал я, преподнося её ладонь к своим губам и оставляя легкий отчаянный поцелуй. — Всё будет хорошо!
Кристен, немного позже.
Мое тело не давало никаких признаков движения, но я отчаянно делала попытку шевелиться. В голове я видела один и тот же сон: как я тонула в темной непроглядной воде и слышала звук, такой прекрасный и ужасный одновременно.
Я не знаю, что это было и на что было похоже, но чувствовала, как внутри завязывается тугой узел от безысходности ситуации. В отчаянной попытке грести к верху, к солнцу, ноги тяжелым грузом тянули меня ко дну. От холодной воды резко немело всё тело. Я даже звука больше не слышала: только слабость от беспомощности.
На секунду мне показалось, что я умерла, потому что через толщу воды я услышала, словно кто-то незримый зовет меня вернуться. Кто-то тянул ко мне белоснежную руку в отчаянной попытке схватить, а я все тонула и тонула.
— Кристен, пожалуйста.
Неожиданно всё померкло, весь мой страшный сон, стоило только получше услышать его бархатный и печальный голос у самого уха. Запахи окружающего пространства постепенно возвращались, и я больше не чувствовала, что нос и горло заложило водой.
Я приоткрыв глаза, сразу обратила внимание на Лиама, которого еле-еле могла разглядеть. У него красные и пустые глаза, полны боли и отчаянья, но в них есть и надежда. Лиам потер правый глаз сжатым кулаком, и из глаза капнула слабая слеза.
Я попыталась приоткрыть глаза и слегка простонала, сказав лишь его имя. Язык не поддавался произносить слова, но в полу сознании я заставила себя это сделать. Лиам тут же рванул ближе ко мне. Он опустился передо мной на колени, приглаживая руками мои волосы.
— Кристен Джеймс, все будет хорошо, слышишь меня?
— У меня туш растеклась? — спросила слабо я, выдавив наподобие улыбки.
Я не узнала собственный голос, такой болезненно слабый, будто не живой вовсе.
— Какая, к черту, туш? — слабо усмехнулся Лиам, — это я, как туш, растекся тут.
— Все будет хорошо, бездельник, — еле выговорила я, тяжело сглотнув и улыбнувшись.