Полуночный шепот.

В комнате витал запах разных благовоний, кружаясь белым облаком над прозрачным блестящим шаром, который был заполнен призрачной дымкой. Круглые стены опоясаны полками. Чего только не было на этих полках: запыленные птичьи перья (скорее всего, принадлежащие курице), огарки свечей, пухлые колоды потрепанных карт, бесчисленные магические кристаллы и мелкие белые кости.

На деревянной двери, кроме всяческих колдовских атрибутов, висела табличка: «Добро пожаловать в потусторонний мир! Не забудь, что покидаешь здесь реальный.» А рядом кривоватым почерком имя самого экстрасенса — Пак Чанёль.

За круглым столом, загадочно склонив голову к прозрачному шару, сидел молодой человек. На нем была белая сорочка с клинообразным вырезом, а на руке куча браслетов из маленьких стеклышек. Волосы у парня были окрашены в розоватый оттенок, добавляя его мужественному и необычному лицу мягкости. Взгляд его был прикован к той дымке, что витала внутри шара. Он наклонился ближе к шару, пока в его глазах не отразились эти загадочные клубки дыма.

Напротив этого парня, тупо оглядываясь, сидела полная женщина, прижимая к груди кожаную сумку. На полных пальцах бесчисленное количество дорогих колец, а в ушах красивые серьги из золота. Женщина была здесь в первый раз.

Экстрасенс медленно поднял свой взгляд к ней, говоря себе что-то под нос.

— Ну... Ну что там, господин Пак? Вы его видите? — спросила женщина, несколько опешив от взгляда парня.

— Да... — туманно произнес парень, слегка прищурив глаза. — Хотите с ним связаться, госпожа Чу-бон?

— С этим козлом то? А можно? — наклонилась над столом женщина.

— Он вас слышит. Ему не очень понравился такой эпитет и он... Хах... Как же он ругается, госпожа Чу-бон, — улыбнулся Чанёль.

— Да, это на него очень похоже, — неуверенно кивнула женщина. — Я же вам сказала, господин Пак, мне бы узнать, куда он последние деньги дел. У него там такая заначка была, а я женщина бедная, совсем одна осталась.

Пак кивнул, якобы поверив в это, и ближе склонился к шару, двумя большими ладонями обхватил его и, сменив тон голоса прошептал:

— Сон колотит меня по глазам — и они тяжелеют. Сон касается уст моих, и они остаются отверстыми... Поистине, тихими шагами ко мне приходит лучший из воров, и похищает у меня мысли...

Внутри шара заискрились маленькие колечки дыма, и парень продолжил:

— Господин Чо? Вы ещё здесь? Простите за беспокойство, но здесь ваша жена...

— Бывшая жена, — шепнула женщина.

— Бывшая жена, господин Чо. Она хочет поговорить с вами. Вы можете... Да, господин Чо, я понял...

В комнате резко начали мигать лампы и прозрачный шар загорелся бледным светом голубого оттенка. Он осветил загадочное лицо экстрасенса и посетительницы, которая от удивления приоткрыла рот.

— Говори, Чу-бон, зачем пришла? — раздался хриплый голос, исходящий из шара.

Женщина даже побледнела, выронив сумку.

— Это он! Он! — изумилась посетительница, смотря широко раскрытыми глазами на шар. — Дорогой! Ты меня слышишь? — более визгливо спросила женщина.

Чанёль закрыл рот ладонью и серьёзно глядел на неё, не издавая ни звука.

— Я тебя даже на том свете слышу, дура ты! — грубо отозвался голос, растворяясь в дымке шара.

— Зачем же ты так, Ун Тхэк? Небось забыл, кто с тобой был до последнего, а? — обиженно спросила женщина.

— Собака моя со мной до последнего была, а не ты! — ответил голос и женщина хлопнула растерянно глазами. — Выкладывай что тебе надо.

Женщина посмотрела на экстрасенса, но тот, казалось, был далеко-далеко, не слушая разговор посетительницы и её умершего мужа.

— Ун Тхэк, муж мой любимый, где ты спрятал свои деньги, а? Бедной Чу-бон не на что купить себе даже еды! — стирая фальшивые слёзы, проговорила женщина.

Голос тяжело вздохнул и ответил:

— В своей банковской ячейке, дура ты! Я тебе кто, деревенщина какая-то? Сразу догадаться не могла, хотя у тебя с этим туго было...

— Вот спасибо, Ун Тхэк, не зря на свете прожил, — захихикала женщина.

Свет резко озарил комнату и дымка в шаре исчезла. Экстрасенс, словно очнулся ото сна. Он сонно поглядел на женщину и улыбнулся.

— Ну что? Узнали? Я не люблю слушать разговоры между тем миром, поэтому стараюсь мысленно оказаться в другом месте, — пояснил Чанёль. — Годы практики, знаете ли.

— Ой да, спасибо вам, господин Пак, вы меня прям выручили! Не зря про вас столько положительных вещей пишут, да и говорят, — довольно улыбнулась женщина, кладя на стол белый конверт. — За работу вашу.

— Я бы, конечно, не брал деньги, но так сами видите — не зря хлеб едим, — кивнул парень, не спеша забирать конверт.

— Конечно-конечно, господин Пак! С таким даром это же такие хлопоты нужны, — сочувственно согласилась женщина. — А я вот всегда хотела узнать, как это видеть мертвых?

— Честно говоря, так же как и живых, — спокойно ответил Чанёль. — Нет, конечно, это совсем другое чувство, ведь мертвые несут за собой целых груз из того мира. Обычному человеку лучше такое не видеть.

— Да, — кивнула женщина и поднялась. — Ещё раз спасибо вам, господин Пак! Обязательно подругам про вас расскажу.

Парень кивнул и женщина испарилась за дверью, оставив лишь вмятину в кресле и шлейф приторных духов.

Чанёль ещё с минуту глядел на её место, а после громко засмеялся, откидывая голову назад.

— «С таким даром это же такие хлопоты нужны», — передразнил её слова парень, закрывая устало глаза.

За спиной Пака раздался кашель и из-под красной плотной шторы вышел человек.
Перед Чанёлем стоял маленький старикашка в пестром костюме зеленого цвета. Седая голова, очки, в которых ходят честные тусовщики, такие же седые усы и бородка. Поверх зеленой рубашки был повязан узенький красный галстук. По лицу кореец, но с виду — джентльмен из латинской глубинки, откуда-нибудь с юга. Рост — от силы метр пятьдесят, но человечек казался не просто маленьким, а скорее напоминал выполненную в масштабе миниатюрную копию человека.

— Вона, как ты её закрутил, Чанёль! — В голосе старичка, проникновенном и жизнерадостном, чувствовался легкий пусанский говорок. — Ну и глупая, конечно.

— Это да. Наивность вашу, женщины, к нам ветром занесло, — низким голосом пропел Пак, улыбаясь. — Даже не спросила код от ячейки.

— Ну знаешь, я б ей тогда что? Дату своего рождения всучил? — нахмурился старикашка, заглядывая в конверт с деньгами. — Ого! Всем соджу за мой счет!

— Не, я сегодня пить не хочу, Капитан, — слабо улыбнулся Чанёль и выпрямился в кресле.

Коротышка подошёл к нему и заглянул в глаза, прищурившись. Казалось, Пак был для него как сказочный великан. Ведь разницу в их росте можно было увидеть невооружённым взглядом.

— Не хочешь и ладно, — пожал плечами старикашка Капитан и огляделся. — Сложная у нас, однако, работенка. Пока про одного информацию найдешь, тут уже второй помирает!

— Да-а... В этом ты у нас мастак, Капитан, — улыбнулся Чанёль, разглядывая шар.

— Кто-кто? Никакой я тебе не мастак. Чего обзываешься, дурень? — хмыкнул Капитан и Пак ухмыльнулся.

— Кто у нас там следующий по записи? — спросил парень, зевнув.

— На сегодня в нашу аферу пришёл сыграть некий... — старик прищурился, вспоминая. — А! Какой-то Царь Эмма. Сумасшедший, наверное, какой-нибудь.

— Это уж точно, — кивнул Чанёль, поправляя шар.